Война глазами читателей «Медузы». Сегодня мы публикуем письмо Николая из Сибири
Мои главные изменения [за четыре года войны] — я получил дозу равнодушия и опыт, чтобы осознать банальные факты, которые я всегда знал, но жил так, как будто их нет.
Я помню февраль 2022-го. Как я был уверен, что ничего не случится. Побряцают оружием и разойдутся. Ведь это же бред — начинать войну. Очевидно, что проблем от нее будет больше, чем выгод. Это абсолютная истина… Которая была таковой только у меня в голове.
И вот тут пришло осознание банального факта номер один — не все люди думают, как ты, и разделяют твою систему ценностей. Если бы мне озвучили это утверждение, я бы не раздумывая с ним согласился. Но почему-то мне и в голову не приходило, что стоит только начать исходить из системы координат, где Путина волнует «величие» куда больше, чем благополучие и жизни россиян — как сразу бы стало очевидно, что война более чем вероятна […].
Банальный факт номер два — люди ошибаются в своих прогнозах продолжительности вооруженных конфликтов. Когда читал «Горечь войны» или «Блокадную книгу», там было множество цитат современников, уверенных, что Первая мировая или Великая Отечественная не продлятся долго. Ну год. Максимум два. Это для нас, уже знающих, как все закончилось, было очевидно, что все надолго. Для современников это было не так. Я все это знал, но все равно строил прогнозы, что война скоро закончится […].
И третий факт — очень редко в стране, ведущей захватническую войну, население это принимает категорически в штыки. Скорее будет считать ее вынужденной, чем преступной […]. Как нам досталась территория, на которой стоит Санкт-Петербург? Кто-то плачет по способу «присоединения» Казани? Есть желающие возмутиться по поводу разделов Речи Посполитой, в которых участвовала Екатерина II? Глупо было ожидать, что население как-то массово возмутится. А я ждал […].
И мы ведь не уникальная страна в этом «принятии». В США, несмотря на все снятые задним числом фильмы, большинство населения на первых порах скорее поддерживало войну во Вьетнаме. В Первую мировую в каждой стране — участнице этой бойни все начиналось с патриотического подъема. Во Вторую мировую немцы свято верили, что спасают немецкое население в Польше, а затем, что вынуждены отбиваться от Англии и Франции, которые мешают спасать немцев от поляков. Вынуждены первые напасть на СССР […]. Есть свои и есть чужие. Свои правы, чужие нет. И все тут. Где-то сто лет назад Хемингуэй писал, что ошибочно считал войну какой-то спортивной игрой, где есть своя команда и чужая команда. И прозрел, только попав на фронт. А чего требовать от людей, которые ничего кроме телевизора не знали и знать не хотят?
В итоге, после всех этих осознаний пришло равнодушие как защитный механизм. Новости стали фоном. Я искренне желаю, чтобы все кончилось, но пострадать бессмысленно за это не хочу […]. Уж лучше надеяться, что все конечно, и лет так через 50 это десятилетие будет вспоминаться как время, когда широкое распространение получил ИИ, а не как время самой кровопролитной войны в XXI веке. Надеяться — и потихоньку помогать тем, кто уехал, или тем, кто остался и был более храбр (или менее осторожен), чем я.
Чтобы прочитать письмо до конца, нажмите на цитату — оно раскроется полностью.
Вы тоже можете поделиться с «Медузой» своими мыслями по поводу войны через форму обратной связи.
@meduzalive