Уважение невозможно без способности распознавать стыд.
Бывает уважение, которое держится на страхе: «Боятся — значит уважают». В таком случае с человеком не спорят, скрывают ошибки, подбирают правильные слова. Он всегда прав. А когда ошибается, стыдно становится кому угодно, только не ему: «Это ты слишком чувствительный», «Я просто же пошутил», «Не выдумывай, всё в порядке». Такое «уважение» в итоге можно назвать послушанием.
«Настоящее» уважение устроено иначе. Чтобы уважать другого, приходится замечать, что я не всё знаю, не всё могу и не во всём прав. Что у другого есть границы, а у меня есть возможность их нарушить. Иногда это случается даже с самыми добрыми намерениями.
В такие моменты становится стыдно. Хочется оправдаться, обесценить, объяснять. Сделать что угодно, только бы не встречаться с собственным несовершенством.
Отец говорит сыну: «Мне неловко, я тебя при друзьях задел». Каждому из них на секунду неуютно. Зато потом они могут говорить, и это уже не из-за страха.
Если я могу чувствовать и проживать стыд, у меня появляется возможность сказать: «Да, я был неправ». При этом я не становлюсь меньше и другого меньше не делаю.
Вспомните человека, которого вы правда уважаете. Видели ли вы когда-нибудь, как ему было стыдно?
Всем привет! Приглашаю вас на очный кинопросмотр с обсуждением. Купить билет можно по ссылке Смотрим предпремьерный показ фильма «Плетеный муж». 30 октября в 19:30. Москва.
В голосовании «Выходные созданы для кино» победила тема «Распутное».
Мне кажется, что словом «распутный» крайне удобно заканчивать разговор или бросить его вслед уходящей девице в короткой юбке. Мы уже осудили человека, но вряд ли попробовали понять, что с ним происходит.
Применительно к сексу. Люди ищут в сексе разное: удовольствие, близость, подтверждение собственной привлекательности, возможность ненадолго справиться с неприятными чувствами. Поэтому в терапии интереснее не вопрос «Сколько у тебя было партнёров?», а вопросы: «Что происходит с тобой на этих встречах?», «Ты можешь выбирать, приближаться и останавливаться или отказываться от секса?», «Замечаешь ли ты другого человека — или тебе достаточно своего желания?»
Об этом предлагаю подумать, посмотрев фильм «Теорема» Пьера Паоло Пазолини. В доме состоятельной семьи появляется молодой мужчина. Каждый из домашних оказывается вовлечён в близость с ним.
Что мне кажется важным! Смотреть этот фильм только как историю соблазнения — весьма плоско. Пазолини связывает телесную близость с переживанием чего-то священного, а отношения с молодым мужчиной — с крушением привычных представлений о себе и об устройстве мира.
В прошлые выходные на конференции гештальт-сообщества в Калининграде коллега организовал круглый стол памяти Димы Лифинцева. Мы подключились онлайн. Большой светлый зал. Было важно вспоминать Диму вместе.
После смерти связь не прекращается. Но живой человек сопротивляется нашим представлениям о себе, умерший — уже нет. Поэтому так важны разные истории и факты.
Я познакомился с Димой на конференции в Штатах в 2010г. За завтраком я спросил Диму о Гуссерле. К вечеру он через Хайдеггера подбирался к Мерло-Понти. Я привёз чемодан нарядов. Дима — рюкзак и одну зипку на две недели. За непритязательностью Димы была — глубина, начитанность, внимание. Только через пару лет я узнал, что Дима преподаватель в университете, профессор.
Доверие - это готовность опереться на другого человека и стать на время уязвимым и замеченным в этом. Условия для такого доверия меняются по мере взросления.
Доверие маленького ребёнка первично связано с выживанием. Ребёнок доверяет взрослому, потому что его жизнь почти целиком зависит от решений и заботы этого взрослого. Это доверие асимметрично: взрослый здесь — тот, кто защищает, утешает, устанавливает границы и помогает справляться с тем, с чем ребёнок справиться не может.
Доверие подростка устроено иначе и сложнее. Подросток становится более самостоятельным и компетентным, учится заботиться о себе, принимать решения и отвечать за их последствия.
Поэтому взрослый нужен ему уже не только как защитник от невзгод, но и как более опытный собеседник — тот, кто может выслушать, отразить происходящее, помочь увидеть ситуацию с разных сторон и при этом не присвоить себе право решать за него. Поддержка подростковой автономии предполагает именно такое сочетание уважения к его выбору с сохранением ясных и разумных границ.
Во взрослом доверии на первый план выходит взаимность. Оно строится не столько на поиске защитника или авторитета, сколько на готовности разделить с другим человеком свои чувства, мысли, сомнения и уязвимость — и пережить в этом общность. При этом безопасность и надёжность не перестают быть важными: просто теперь они создаются не односторонней заботой сильного о зависимом, а взаимным уважением, вниманием к границам и способностью обоих оставаться в контакте.
Понимание этих различий помогает точнее выстраивать отношения. Если обращаться с маленьким ребёнком так, словно перед нами полностью самостоятельный взрослый, можно перегрузить его ответственностью и оставить без необходимой опоры. Если обращаться со взрослым как с маленьким ребёнком — опекать, контролировать и решать за него, — это, скорее всего, вызовет раздражение, сопротивление. Если так же обращаться с подростком, он переживет это как недоверие к его растущей компетентности, унижение или попытку лишить его самостоятельности.
Доверие возникает не тогда, когда мы предлагаем всем одинаковые отношения, а тогда, когда замечаем реальную степень зависимости, самостоятельности и ответственности другого. Ребёнку важно чувствовать: «Ты обо мне позаботишься». Подростку: «Ты рядом, но признаёшь моё право искать собственный путь». Взрослому: «Рядом с тобой я могу оставаться собой, быть уязвимым и не терять своей автономии».
В нашем голосовании «Выходные созданы для кино» победила тема несбыточности. Спасибо, что вы так активно участвуете, это вдохновляет писать и продолжать делиться фильмами!
Что такое несбыточность? Несбыточность — это не просто ситуация, когда желаемое не случилось. Можно сказать, что пока мы ждём, надеемся и сомневаемся, будущее ещё остаётся открытым. Несбыточным наше желание становится тогда, когда ему уже негде осуществиться, но расстаться с ним человек не может.
Например, мы можем годами сохранять яростную верность отношениям и обещаниям, которым не суждено стать реальностью. Не потому, что не замечаем невозможности реализации наших желаний, а потому, что признать её — значит потерять не только надежду. Вместе с ней придётся потерять часть собственной жизни, которая была построена вокруг ожидания. Поэтому несбыточное продолжает существовать внутри нас. Как коробка с потерянным украшением: мы храним её и заглядываем в неё в надежде его обнаружить. Хотя давно уже знаем, что утратили его.
В предложенном мною вам фильме Аличе Рорвахер главный герой Лазарь живёт в мире, где его добротой пользуются все. Однажды он встречает молодого человека, и между ними возникает странная дружба. Возможно, впервые Лазарь чувствует, что он для кого-то не просто удобный работник, а особенный человек. Лазарь принимает эту близость всерьёз, не подвергая её сомнениям и проверке. Спустя время он живёт ею, вспоминает о ней и уверен во взаимности. Он остаётся верен тому, что однажды услышал и почувствовал.
Наверное, поэтому главный вопрос фильма для меня звучит так: что происходит с человеком, если его надежда прекрасна, но несбыточна? И можно ли считать такую верность дружбой, если другой давно живёт в иной реальности?
«Счастливый Лазарь», режиссёр Аличе Рорвахер, 2018г.
… в моем канале VK победила тема сопричастности, заходите посмотреть рекомендации! Смотреть ➡️