Телеграм канал «Канал Лилии Перции»

Третье. Качество сна и качество снов – это разные вещи. Хороший сон – это глубокий сон без пробуждений. Богатые сны бывают и у тех, кто спит средне. Если вы плохо высыпаетесь, сначала разберитесь со сном. Сны разберутся сами.

И практический вывод, но не для нас, а для ученых. Авторы исследования считают, что NLP-модели справляются с анализом сновидений почти так же точно, как живой эксперт. Это значит, что в ближайшие годы психология сна перестанет быть областью, где работают только с десятками пациентов и интуицией. Можно будет анализировать тысячи дневников одновременно и увидеть, как меняются сны у людей после эмоциональных потрясений, после переезда в другую страну, или в процессе любовных переживаний.

Получается, у наших ночных историй есть структура. Это сжатая, зашифрованная сводка того, кто мы есть и что с нами происходит. Просто раньше у нас не было инструмента, чтобы её прочитать. Теперь он есть.

Мы близки к разгадке снов?

Сегодня ночью вы были режиссёром, сценаристом и главной актрисой фильма, который никогда нигде не покажут. Сюжет этого фильма не был случайным – и это первый итог большого исследования, которое только что опубликовано в журнале Communications Psychology.

Команда учёных под руководством Валентины Эльче из итальянской IMT School в Лукке, вместе с коллегами из римского университета Sapienza и университета Камерино, сделала с человеческими снами то, чего раньше с ними никто не делал в таком масштабе. Они отдали их на чтение искусственному интеллекту.

Что это было за исследование: 287 человек в возрасте от 18 до 70 лет в течение двух недель каждый день записывали две вещи: что им снилось ночью и что с ними происходило днём. На выходе получилось больше 3 700 текстовых описаний. Параллельно учёные собрали для каждого участника данные о привычках сна, когнитивных способностях, личностных чертах и психологическом профиле.

Дальше за анализ взялся NLP – natural language processing, та же технология, которая стоит за современными языковыми моделями. NLP умеет находить смысл и структуру в больших массивах текста: вычленять темы, ловить повторяющиеся образы, сравнивать эмоциональную окраску. Раньше такую работу делали десятки психологов, сидящих над дневниками месяцами. Алгоритм справляется за часы – и, как показало исследование, с точностью, сопоставимой с живым экспертом.

Главный результат: мозг во время сна не включает запись дневной жизни, а перемонтирует ее. В снах появлялись узнаваемые места – офис, больница, школа – но никогда в буквальном виде. Лицо коллеги оказывалось на теле школьной подруги, рабочий кабинет открывался в коридор детской поликлиники, разговор шёл на языке, которого вы не знаете, но всё понимаете. Авторы называют это активной реконструкцией реальности: мозг берёт фрагменты памяти, смешивает их с тем, чего вы боитесь или ждёте, и собирает из этого новую сцену.

Вторая находка (в общем, достаточно логичная) – сны разных людей устроены по-разному, и эта разница связана с тем, как человек ведёт себя наяву.

Те, у кого мысли часто перескакивают с темы на тему (психологи называют это mind-wandering, «блуждание ума»), описывали сны фрагментарные, рваные, со скачками сюжета. Те, кто относится к снам серьёзно и считает, что они что-то значат, видели сны более насыщенные, погружающие, кинематографичные.

Тут важно не путать причину и следствие. Авторы не утверждают, что вера в «вещие сны» делает сны ярче. Скорее работает общий принцип: тип нервной системы – внимательной, склонной к рефлексии – проявляется и в дневных привычках, и в том, какие сны эта система собирает.

Третий блок данных ученые не ожидали обнаружить. Дело в том, что часть материала они собирали ещё в 2020 году, во время локдауна, – этим занимались коллеги из Sapienza University of Rome. Когда команда из Лукки сравнила те данные со своими, обнаружилось следующее: сны во время карантина были эмоционально более насыщенными, и в них постоянно всплывали темы ограничения, замкнутого пространства, невозможности куда-то попасть. Прошло время, люди адаптировались – и эти мотивы постепенно ушли. Сама Валентина Эльче формулирует это так: сны не просто отражают прошлое, они меняются вместе с тем, кто мы есть и что мы проживаем.

Сны не отдельная вселенная, оторванная от жизни. Они меняются вместе с тем, что с нами происходит. Меняется ваш ритм, отношения, работа – меняется и ночное кино.

Что из этого следует практически.

Первое. Сны – это диагностический сигнал, а не предсказание. Если вам стали сниться сны с темой ограничения, погони, невозможности добраться до какого-то места, или, наоборот, сны стали рваными и тревожными – это повод посмотреть на свою дневную жизнь: что в ней изменилось, что вы пропустили, что может вас тревожить.

Второе. Если хочется лучше понимать свои сны, попробуйте вести дневник. Он приучает мозг возвращаться к утренним образам, пока они не растаяли. Двух недель достаточно, чтобы начать видеть свои собственные повторяющиеся мотивы.

Третье. Качество сна и качество снов – это разные вещи. Хороший сон – это глубокий сон без пробуждений. Богатые сны бывают и у тех, кто спит средне. Если вы плохо высыпаетесь, сначала разберитесь со сном.

И практический вывод, но не для нас, а для ученых. Авторы исследования считают, что NLP-модели справляются с анализом сновидений почти так же точно, как живой эксперт. Это значит, что в ближайшие годы психология сна перестанет быть областью, где работают только с десятками пациентов и интуицией. Можно будет анализировать тысячи дневников одновременно и увидеть, как меняются сны у людей после эмоциональных потрясений, после переезда в другую страну, или в процессе любовных переживаний.

Получается, у наших ночных историй есть структура. Это сжатая, зашифрованная сводка того, кто мы есть и что с нами происходит. Просто раньше у нас не было инструмента, чтобы её прочитать. Теперь он есть.

Сегодня ночью вы были режиссёром, сценаристом и главной актрисой фильма, который никогда нигде не покажут. Сюжет этого фильма не был случайным – и это первый внятный итог большого исследования, которое только что опубликовано в журнале Communications Psychology.

Команда учёных под руководством Валентины Эльче из итальянской IMT School в Лукке, вместе с коллегами из римского университета Sapienza и университета Камерино, сделала с человеческими снами то, чего раньше с ними никто не делал в таком масштабе. Они отдали их на чтение искусственному интеллекту.

Что это было за исследование: 287 человек в возрасте от 18 до 70 лет в течение двух недель каждый день записывали две вещи: что им снилось ночью и что с ними происходило днём. На выходе получилось больше 3 700 текстовых описаний. Параллельно учёные собрали для каждого участника данные о привычках сна, когнитивных способностях, личностных чертах и психологическом профиле.

Дальше за анализ взялся NLP – natural language processing, та же технология, которая стоит за современными языковыми моделями. NLP умеет находить смысл и структуру в больших массивах текста: вычленять темы, ловить повторяющиеся образы, сравнивать эмоциональную окраску. Раньше такую работу делали десятки психологов, сидящих над дневниками месяцами. Алгоритм справляется за часы – и, как показало исследование, с точностью, сопоставимой с живым экспертом.

Главный результат: мозг во время сна не включает запись дневной жизни, а перемонтирует ее. В снах появлялись узнаваемые места – офис, больница, школа – но никогда в буквальном виде. Лицо коллеги оказывалось на теле школьной подруги, рабочий кабинет открывался в коридор детской поликлиники, разговор шёл на языке, которого вы не знаете, но всё понимаете. Авторы называют это активной реконструкцией реальности: мозг берёт фрагменты памяти, смешивает их с тем, чего вы боитесь или ждёте, и собирает из этого новую сцену.

Вторая находка (в общем, достаточно логичная) – сны разных людей устроены по-разному, и эта разница связана с тем, как человек ведёт себя наяву.

Те, у кого мысли часто перескакивают с темы на тему (психологи называют это mind-wandering, «блуждание ума»), описывали сны фрагментарные, рваные, со скачками сюжета. Те, кто относится к снам серьёзно и считает, что они что-то значат, видели сны более насыщенные, погружающие, кинематографичные.

Тут важно не путать причину и следствие. Авторы не утверждают, что вера в «вещие сны» делает сны ярче. Скорее работает общий принцип: тип нервной системы – внимательной, склонной к рефлексии – проявляется и в дневных привычках, и в том, какие сны эта система собирает.

Третий блок данных ученые не ожидали обнаружить. Дело в том, что часть материала они собирали ещё в 2020 году, во время локдауна, – этим занимались коллеги из Sapienza University of Rome. Когда команда из Лукки сравнила те данные со своими, обнаружилось следующее: сны во время карантина были эмоционально более насыщенными, и в них постоянно всплывали темы ограничения, замкнутого пространства, невозможности куда-то попасть. Прошло время, люди адаптировались – и эти мотивы постепенно ушли. Сама Валентина Эльче формулирует это так: сны не просто отражают прошлое, они меняются вместе с тем, кто мы есть и что мы проживаем.

Сны не отдельная вселенная, оторванная от жизни. Они меняются вместе с тем, что с нами происходит. Меняется ваш ритм, отношения, работа – меняется и ночное кино.

Что из этого следует практически.

Первое. Сны – это диагностический сигнал, а не предсказание. Если вам стали сниться сны с темой ограничения, погони, невозможности добраться до какого-то места, или, наоборот, сны стали рваными и тревожными – это повод посмотреть на свою дневную жизнь: что в ней изменилось, что вы пропустили, что может вас тревожить.

Второе. Если хочется лучше понимать свои сны, попробуйте вести дневник. Он приучает мозг возвращаться к утренним образам, пока они не растаяли. Двух недель достаточно, чтобы начать видеть свои собственные повторяющиеся мотивы. Это и есть то, что отличает богатые сны от обрывочных в данных исследования: внимание к ним.

Мы близки к разгадке снов?

ИИ проектирует двигатели, открывает новые молекулы и вот теперь добрался до наших снов. Престижный журнал Communications Psychology опубликовал важную работу в области понимания природы сна.

Наши сны – это сжатая, зашифрованная сводка того, кто мы есть и что с нами происходит. И теперь у нас появился инструмент, чтобы ее прочитать.

Spotify решил, что музыки ему мало

Скажите, а у вас на телефоне есть отдельное приложение для тренировок, отдельное для медитации, отдельное для музыки — и вы всё равно ни разу в неделю не занимаетесь спортом? Тогда у меня для вас новость.

Spotify только что запустил собственный фитнес-хаб. Не плейлисты для бега — а полноценные тренировки с инструкторами, йогу, пилатес, медитации, силовые классы и кардио. Всё это теперь живёт прямо внутри приложения, которое у большинства из нас и так открыто весь день.

Партнёром по запуску стал Peloton — тот самый, с велотренажёрами за все деньги мира. Теперь их 1400 классов доступны без дорогой железяки.

Просто открываете Spotify, ищете «fitness» — и выбираете, чем заниматься сегодня. Йога с Kassandra, пилатес, растяжка, медитация — все, что душа (то есть тело) пожелает!

Откуда взялось это неожиданное решение? Spotify говорит, что почти 70% их платных подписчиков занимаются спортом хотя бы раз в месяц. И на платформе уже больше 150 миллионов фитнес-плейлистов. Логично, что если твои юзеры и так используют музыкальное приложение как мотиватор для тренировок, можно продать им и спорт как таковой .

Внимание: весь контент пока только на английском, с частичным испанским и немецким. Украиноязычной версии нет. Плюс каталог Peloton доступен не во всех странах — функция запускается поэтапно, поэтому если у вас что-то не открывается, это не баг, а география.

Бесплатным пользователям доступна часть контента. Платным — весь каталог плюс офлайн-режим.

Спотифай делает шаг сразу к нескольким группам пользователей: которые уже имеют спортивные аппки, и которые ищут отговорки, чтобы не начинать. Шутка про «из каждого утюга» перестает быть шуткой - ждем спортивного раздела от Уклона.

И это тем более логично, что большая часть покупателей таких услуг все активнее отписывается от похожих приложений. Nike Training, Strava, Calm, Headspace — все они строили свои аудитории годами. И вот приходит Spotify с 600 миллионами пользователей и говорит: а зачем вам отдельное приложение? Специализированным платформам это явно не понравится. Но для нас с вами — это хорошо. Конкуренция всегда означает лучший продукт по меньшей цене.

Интересно, сколько нам осталось ждать смарт-бенда от Spotify, который будет сам подбирать темп музыки под пульс и напоминать, что пора в спортзал?