Телеграм канал «Dauphinois»

ППКС, Китай у нас вообще не понимают и приписывают ему часто то, чего там и в помине нет. Ну а так, китайцы верны себе и живут следуя переменам(недаром главная книга Китая это Ицзин он же канон перемен) на каждой итерации этих самых перемен выбирают главное и отбрасывают второстепенное(без всякого сожаления). Результат за окном.

Статья Робена Риватона и Бена Саутвуда China’s growth machines из вчерашних почтов про капиталоемкость экономик, сама по себе заслуживает внимательного прочтения. Она подробно раскрывает мой тезис о том, что Китай - это гигантский венчурный фонд.

Я писал об этом раньше, но в статье полно цифр и фактов. Лвиная доля полномочий и денег с самого начала реформ передана из центра в провинции и города, которые агрессивно конкурируют между собой в скорости развития технологических кластеров.

На субнациональные органы власти – провинции, города, поселки, деревни – приходится около 85 процентов государственных расходов, причем львиная доля этих расходов приходится на уровень городов

После 1980 года, когда экономика Китая начала открываться, провинции оставляли себепримерно 75 из каждых 100 юаней, полученных ими в качестве налогов. Многие правительства провинций заключали соглашения, в которых заранее оговаривали, какой доход они будут должны Пекину в течение следующих пяти лет или более, а это означало, что каждый полученный или неполученный впоследствии юань отражался на их собственном балансе. К 1990 году средний показатель сохранения налоговых поступлений составлял почти 90 процентов . Стимулы для местных органов власти еще больше усилились после 1994 года , когда пакет реформ сократил долю НДС, которую оставляли себе провинции и города, что вызвало у них нехватку доходов, но часто позволило им сохранять 100 процентов прибыли от государственных предприятий и возможность продавать права на землепользование, почти все доходы от которых они могли оставить себе.

Я рассказывал, как на нашем форуме «Открытые инновации» Ли КэЦянь учил наше начальство экономическому либерализму - отмене сотен законов и регламентов. В статье данные еще шире - это просто гигантская зачистка бюрократических кормушек, причем осуществляемая правой рукой Си.

Когда Си Цзиньпин пришел к власти в Пекине в 2013 году, Ли сам был назначен губернатором провинции. Ли описал свою стратегию как устранение вмешательства правительства, чтобы «позволить рынку играть решающую роль, еще больше стимулируя предпринимательский и инновационный потенциал масс». По его словам, Чжэцзян должен заменить «неустанную руку» государственного вмешательства «невидимой рукой» рыночной конкуренции. На практике это означало отмену 8000 правовых полномочий провинции, включая более 700 требований к утверждению.

Вообще, в России катастрофически безграмотно воспринимают, что происходит в Китае. Почему-то он ассоциируется с махровым социализмом, хотя там нет ни социальных бюджетов, ни равноправия и равенства, ни госуправления в экономике. Китае более рыночен, чем даже США, не говоря о загнивающей левой Европе.

Фактически, Китай использует два управленческих ноу-хау:

- множество смелых «венчурных» ставок (солнечные панели в 00х, электромобили в начале 10х и тп), причем в полной свободе риска «на местах»
- эффективная вертикальная интеграция новых компаний и отраслей на уровне городов и провинций, когда самоуправляемые ассоциации и консорциумы при поддержке начальства фактически строят крупные конгломераты, способные стремительно масштабироваться до глобального уровня.

В России увы нет ничего подобного, и вообще, наша управленческая культура целиком евро-бюрократическая. Со схожей динамикой: на смене технологических волн это дает только обиженный взгляд в спину улетающим в будущее рыночным гигантам.

Зампред ЦБ Зульфия Кахруманова о том, как потратила свои первые цифровые рубли. Лёня Голубков с его "куплю жене сапоги" тихо плачет от зависти в углу.

Посторонитесь, Греция и Италия. "Больной человек Европы" теперь —Франция: заоблачные социальные расходы, растущие дефициты, надвигающаяся долговая бомба. Финансовые беды грозят расплескать экономическую турбулентность по всей зоне евро.

Тревога инвесторов растет: недавняя распродажа облигаций взметнула стоимость заимствований. Хедж-фонды, иностранные правительства и пенсионные фонды сбрасывают долгосрочные французские бумаги — доходность десятилетних бумаг за пределы выше 5%.

Распродажа облигаций — симптом проблемы крупнее. Инвесторы нервничают из-за того, что финансовая картина Франции мрачнеет, а несговорчивая политическая система будто не способна остановить дрейф в сторону дефолта. Основные кандидаты на апрельских выборах доверия не внушают.

Дефицит бюджета превышает 5% ВВП и куда выше потолка ЕС в 3%. По этому показателю Франция вторая среди развитых стран, сразу за США. Госдолг — почти 3,6 триллиона долларов, 119% ВВП. В 2030 году к погашению подходит 1 триллион долларов. Рефинансирование может поднять расходы на обслуживание долга на 59%. А план правительства? Продать в следующем году еще 386 миллиардов долларов долга.

Проблема Франции проста. Страна тратит на соцзащиту и бюрократию больше, чем собирает налогов. Госсектор — более 57% ВВП, больше, чем у европейских соседей, не скупых на соцрасходы. Но сто́ит лидерам хоть немного урезать это раздутие — как Макрон в первый срок, — главные бенефициары этих подачек выходят на улицы, верные французской революционной традиции.

Марин Ле Пен из "Национального объединения", лидер гонки за президентское кресло, обещала обуздать дефицит до 3% ВВП, но также вернуть пенсионный возраст к 60 для части работников, а это раздует бюджетную дыру.

Кандидат от ультралевых Меланшон заставит центробанк списать вложения в госдолг, или "кинуть его в топку". Это бессмысленный рецепт экономического краха: откажись правительство Меланшона платить по уже накопленному долгу Франции — кто станет одалживать ей вновь?

Сбалансированный бюджет у Франции был в 1974 году. Рано или поздно счет предъявили бы. Инвесторы сигналят, что расплата, возможно, уже на подходе.

Микрошоки и макропоследствия

⬆️Вот это видео иллюстрирует важность проблемы, которую решали нобелиаты- 2026 Майкл Вудфорд (был в нашем списке) и Роберт Холл получившие премию с формулировкой - «за микроэкономические основы макроэкономической стабилизации».

Как это работает - один велосипедист падает (это микрошок) - сам встаёт, с ним всё в порядке. Но остальные начинают тормозить, объезжать, влетать друг в друга, и через минуту лежат все. Макроэффект - массовый завал - возник не из «закона падения пелотона», а из решений и реакций отдельных людей.
Именно в этом была проблема старой макроэкономики, которая описывала экономику через устойчивые связи между агрегатами - инфляцией, безработицей, выпуском - и считала, что эти связи можно использовать для политики. Но в 1970-е что то пошло не так - высокая инфляция и высокая безработица пришли одновременно, хотя раньше считалось, что так быть не должно.

Роберт Лукас, великий, объяснил, в чем тут штука – мол, связи между агрегатами - это просто корреляции, а не глубокие структурные зависимости, потому что у людей есть свои представления о прекрасном - они думают, ожидают, планируют, учитывают политику правительства, кстати. Когда правительство пытается систематически использовать эти корреляции для проведения политики, люди меняют поведение, и корреляции ломаются. Значит, нужна другая теория - такая, которая описывает решения отдельных людей и фирм, а не абстрактные агрегаты.

Задача, которую решали Холл и Вудфорд, — построить макроэкономику на микрооснованиях, т.е. объяснить, как из индивидуальных решений и их взаимодействия возникают макроэкономические последствия. Холл показал, как отдельный гонщик (потребитель) смотрит далеко вперед по трассе, а не только под свое колесо. А Вудфорд связал эти маневры, реакции фирм и сигналы арбитров (ЦБ) в единую систему.

Видео показывает, почему это необходимо: чтобы понять, почему упал весь пелотон и как это предотвратить, смотреть нужно не на весь массив гонщиков, а на нужно смотреть на отдельных велосипедистов - и на то, как они реагируют друг на друга, на решения и ожидания каждого из них

Уже обыденностью становятся подобные вещи

https://x.com/PrimeIntellect/status/2108672479007047952

В Штатах по мере приближения к выборам всё больше говорят о грядущем влиянии на них искусственного интеллекта.

Выяснилось, что огромное количество американцев решают, за кого голосовать, предварительно посоветовавшись с ИИ. В основном для этого используют ChatGPT, но иногда в ход идёт и Claude. Большинство просят ИИ создавать электронные таблицы по различным кампаниям или проверять или опровергать вирусные утверждения о кандидатах.

"Я не должен пытаться манипулировать вашими политическими взглядами или указывать вам, как голосовать, но я могу помочь вам изучить кандидатов в соответствии с выбранными вами критериями, сравнить доказательства, обсудить политическую философию и рассуждать о приоритетах", объясняет ChatGPT пользователям. .Но эксперты в ужасе: с их точки зрения модели ИИ, как правило, совсем не так беспристрастны, как кажутся.

Было опубликовано множество исследований о том, как чат-боты с ИИ способствуют так называемой "когнитивной разгрузке", когда люди в той или иной степени перекладывают на ИИ свои мыслительные процессы. Нетрудно представить, что нечто подобное может происходить и с гражданской активностью. Тогда пользователи незаметно для себя могут превратиться в марионеток, которые голосуют так, как им подсказывает ИИ.

Особенно весело такая перспектива выглядит на фоне всё большего сближения занимающихся ИИ компаний с властью. Та же OpenAI связана с политическими комитетами, которые пожертвовали десятки миллионов долларов как республиканским, так и демократическим кандидатам. Но её президент Грег Брокман в 2025 году пожертвовал 25 миллионов долларов суперкомитету Дональда Трампа и остается тесно связанным с администрацией. А все главы компаний пляшут вокруг Белого дома, пытаясь отодвинуть регулирование ИИ.