Телеграм канал «Dauphinois»

В середине июня Вашингтон и Тегеран договорились продлить перемирие. А за неделю до этого правительство США начало изучать возможность конфискации замороженных иранских активов. Министр финансов Скотт Бессент поручил подчиненным найти законные пути для изъятия иранских средств и их использования в качестве компенсации странам Залива за ущерб от войны. Вероятно, это заявление должно было подтолкнуть Иран к переговорам. В США конфискация иностранных активов применяется редко — исторически закон ограничивает ее использование. Вместо этого правительство замораживает активы других государств, в том числе те, что хранятся за пределами Америки. Наиболее известный случай — как раз иранские средства.

Их конфискация теперь отошла на второй план. 17 июня Вашингтон и Тегеран подписали меморандум о переговорах по завершению конфликта. Стороны уже обсуждают разморозку 12 миллиардов долларов иранских средств в США. Катар и Америка начали подготовку механизма для освобождения еще 6 миллиардов, которые хранятся в Катаре. Эти деньги Иран сможет потратить на гуманитарные товары и американскую сельхозпродукцию. Более того, обсуждается фонд в 300 миллиардов долларов на восстановление Ирана — стимул для Тегерана соблюдать будущий мир.

Суверенные активы изъять труднее, чем частные. У них есть защита — суверенный иммунитет. Международное право и американские законы, включая Закон FSIA (Об иммунитете иностранных государств), жестко ограничивают возможность конфискации. Особенно это касается активов центробанков. Но лазейки есть. Первая — Закон о торговле с врагом: воюющая с США страна лишается защиты и рискует потерять активы. Вторая — Патриотический акт, который позволяет изымать суверенные активы, включая резервы центробанков, если страна воюет с Америкой или ее союзниками. Третья — Закон о страховании от терроризма. Суды США могут направить суверенные активы на выплаты жертвам, если страна признана спонсором терроризма. Так было с Афганистаном в 2021 году: 7 миллиардов долларов заморозили, половину отдали семьям жертв 11 сентября.

За пределами США возможности Вашингтона по конфискации активов центробанков крайне малы — нет юрисдикции. Можно, конечно, давить на страны, где лежат деньги, угрозами санкций. Но для передачи активов США этим странам придется менять собственное законодательство. Процедура долгая и сложная. Поэтому угрозы Вашингтона наиболее реальны только тогда, когда резервы других центробанков находятся на американской территории.

Способность Вашингтона замораживать и конфисковывать чужие суверенные активы — особенно центробанков — выходит за рамки дипломатии. Это может ударить по позициям доллара как мировой валюты. Но пока США не начнут массовые конфискации (что маловероятно), эффект будет ограниченным.

Конфискация или заморозка — что сильнее подорвет желание иностранцев держать активы в США и долларовые активы в целом? Ответ не так прост. Угроза конфискации, без сомнения, служит предупреждением для потенциальных противников. Она побуждает их — там, где это возможно — сокращать долларовые вложения, как Россия сделала перед началом боевых действий на Украине в 2022 году. Однако у дружественных США стран причин бояться куда меньше, и они вряд ли значительно уменьшат долларовые активы — доллар по-прежнему остается главной валютой международной финансовой системы. Более того, даже если США ослабят правовую защиту иностранных суверенных активов, правительства и частные инвесторы вряд ли массово откажутся от доллара. Главные альтернативы слабы: евро — из-за долговых проблем, юань — из-за контроля и слабых правовых гарантий. Господству доллара ничего не угрожает, пока конфискация бьет только по мелким противникам вроде Афганистана и Ирана. Но если США начнут применять этот инструмент без разбора (что юридически и политически маловероятно), доверие к доллару начнет падать. Риск конфискации снизит его привлекательность как для центробанков, так и для частных инвесторов. А это, в свою очередь, усилит евро и юань.

Ответ на вопрос почему за столько лет не решили эту проблему, заключается в том, что для его решения придется менять всю систему, весь уклад и заодно еще и начальство. А кому это нужно?

https://t.me/moneyandpolarfox/16387

Писал чуть меньше года назад, что то что выглядело очень привлекательно в планах начальства не воплотится столь же привлекательно в реальности https://t.me/le_dauphinois/1612 Так оно, впрочем, и получилось. Что то случилось…

https://t.me/moneyandpolarfox/16380

Вот собственно уже и начинается

https://t.me/le_dauphinois/962

Ну... вообще-то британцам предписали демонтировать кондиционеры со своих домов ради достижения углеродной нейтральности. Не только в Лондоне. По всей стране
https://t.me/tassovkaru/82308

Зарплатное

https://t.me/urbc_ru/10279

Коллеги, со всем уважением, но «просроченная зарплата» в масштабах РФ - это не то, что не проблема для макростабильности, а статистический шум. Да, для отдельного человека, не получившего зарплату - это мегапроблема, но для экономики в целом - это ни о чём.

Пусть -
задолженность по зарплате в РФ достигла 2,96 млрд рублей. За месяц она выросла на 81 млн рублей (+2,8%), а в годовом выражении прибавила 78,1%.
Считаем -фонд оплаты труда (ФОТ) в РФ по итогам 2025 года, составил порядка 74 триллионов. Это около 6,17 трлн в месяц. Просрочка в 2,96 млрд — это менее 0,05% от месячного ФОТ.
Для сравнения: на каждые 100 тысяч рублей зарплатного фонда приходится меньше 50 рублей просрочки.
Да, рост годовой почти 80%, но он идёт с крайне низкой базы.

Откуда долги? Основная часть долгов сконцентрирована в реальном секторе: из-за отсутствия собственных средств у предприятий образовалось 2,34 млрд рублей просрочки (+12% за месяц). Долги федерального бюджета — всего 15,5 млн рублей, региональных — 7,9 млн. Проблема, тут корпоративная, а не бюджетная. Бюджетницы, пенсионерки, получательницы выплат исправно получают все, что им причитается.

Отраслевой разрез тоже показателен. Основные должники — обрабатывающие производства (30,1% от всей просрочки), строительство (27,2%), электроэнергетика (20,0%), добыча полезных ископаемых (6,3%). Это предприятия, которые либо столкнулись с падением спроса, либо испытывают кассовые разрывы.

Важный момент - более половины долгов (57,3%) образовались именно в 2026 году. То есть проблема не накапливалась годами - она относительно свежая. Ещё 32,2% — задолженность 2025 года, и только 10,5% — более старые долги.

Так что рост задолженности есть, но он не носит системного характера, угрожающего стабильности всей системы оплаты труда. Это сигнал о проблемах в отдельных отраслях и на конкретных предприятиях, а не о кризисе в масштабах страны. Другое дело, что для конкретных работников этих предприятий статистика - утешение слабое.

Умер Алан Гринспен - председатель ФРС, который сам того не зная, сделал Москву столицей гламура, сдав "цент с доллара и "создав "экономическое чудо нулевых". В то время Каждый новый лимузин на московских улицах, каждая соболиная шуба на плечах русской модели, каждый новый клип российской поп-певицы, каждая квартира в Лондоне, купленная русским начальником - это был подарок от Алана Гринспена. Как это работало и почему обернулось "иррациональным возбуждением" - в новом лонгриде на gapi.ru