Телеграм канал «Кремлевский шептун 🚀»

В Белом доме организовали торжественный приём в честь китайского лидера.

Изначально визит планировалось превратить в масштабную демонстрацию американской мощи: в программу включили воздушный парад с участием истребителей F-22 и стратегических бомбардировщиков B-2. В последний раз приём сопоставимого уровня в Вашингтоне устраивали для премьер-министра Индии Нарендры Моди в 2023 году.

Однако переговоры с Пекином проходят на фоне серьёзных внутренних вызовов, с которыми сталкивается администрация Дональда Трампа. Доходность 10-летних государственных облигаций США поднялась до максимальных значений со времён кризиса 2007 года. Одновременно Китай продолжает сокращать вложения в американские казначейские бумаги, продавая трежерис на рынке.

Появился и первый опрос, согласно которому рейтинг одобрения Трампа опустился ниже отметки в 30%. Проблемы для Белого дома теперь возникают не только среди независимых избирателей — снижение поддержки затрагивает и часть традиционного электората Трампа. До выборов остаётся всё меньше времени, а республиканские кандидаты всё настойчивее призывают президента как можно скорее добиться завершения войны с Ираном. С похожими требованиями выступает и спикер Палаты представителей Майк Джонсон, находящийся под серьёзным политическим давлением.

Не утихают и споры вокруг возможного запрета на экспорт дизельного топлива из Соединённых Штатов. Подобное решение способно создать дополнительные сложности для целого ряда экономик. Одновременно ограничения могут сыграть на руку Китаю, который располагает значительными нефтеперерабатывающими мощностями и активно экспортирует нефтепродукты. В результате возможности Вашингтона использовать энергетику в качестве дополнительного инструмента давления на переговорах могут заметно сократиться.

Перспективы заключения масштабного соглашения между Вашингтоном и Пекином пока остаются неопределёнными. Сторонам удалось договориться лишь о продлении торгового перемирия ещё на два месяца, тогда как достичь даже годового соглашения не получилось.
Таким образом, до января американская администрация, вероятно, продолжит интенсивные попытки найти компромисс с Китаем. После этого начнёт работу новый созыв Конгресса, где политическая конфигурация может измениться и вновь актуализировать парламентские расследования и дискуссии об импичменте. Это способно дополнительно осложнить положение Белого дома на переговорах, предоставив Пекину новые возможности для продвижения собственных интересов.

🖥️ Мелания Трамп подтвердила: прямой гуманитарный канал между США, Россией и Украиной работает.

Через него продолжается работа по воссоединению детей, разлучённых с семьями из-за боевых действий. По словам первой леди США, уже готовится очередное воссоединение.

Ранее Мария Львова-Белова рассказывала, что посредником в контактах с командой Мелании Трамп с российской стороны выступает Кирилл Дмитриев.

🇷🇺 Не загружается видео? Смотри в Мах!

В США разгорается серьёзный конфликт вокруг дизельного топлива. Утечка из Белого дома о возможном введении трёхмесячного запрета на экспорт американского дизеля вызвала бурную реакцию нефтяной отрасли. Представители индустрии начали активно давить на администрацию Дональда Трампа, пытаясь убедить президента отказаться от этой инициативы.

Причины такого сопротивления вполне понятны. Экспорт нефтепродуктов остаётся для американских компаний весьма прибыльным бизнесом, особенно когда речь идёт о поставках в Европу. При этом рост цен на топливо всё сильнее отражается на самих американцах: за последний год дополнительные расходы потребителей из-за подорожания горючего, согласно приведённой оценке, превысили 100 млрд долларов.

Однако теперь нефтяной отрасли противостоит другое влиятельное лобби — аграрное. Представители сельскохозяйственных штатов обладают серьёзным политическим весом в Вашингтоне. Сенаторы от Среднего Запада, являющегося одним из ключевых сельскохозяйственных регионов страны, требуют принять меры для снижения стоимости дизеля — вплоть до самых жёстких. Для фермеров топливо является одной из существенных статей расходов, а число испытывающих финансовые проблемы хозяйств, по утверждению авторов этой позиции, быстро растёт.

В краткосрочной перспективе ограничение экспорта действительно способно увеличить предложение дизеля на внутреннем рынке и оказать давление на цены. Однако дальнейшие последствия могут оказаться сложнее. Торговые партнёры США способны ответить собственными ограничениями, что создаст дополнительные риски для поставок сырья и стабильности энергетического рынка.

Есть у такого решения и внутриполитическое измерение. Созданный прецедент впоследствии может использовать уже следующая администрация для более активного вмешательства в энергетический сектор. В частности, республиканские оппоненты демократов опасаются, что при возвращении последних к власти подобные механизмы могут применяться для ограничения нефтегазовой отрасли в рамках климатической политики.

Сильнее других возможное сокращение американского экспорта дизеля способны почувствовать Евросоюз, Великобритания, Мексика и Бразилия. Поэтому экспортные ограничения потенциально могут превратиться для администрации Трампа не только в инструмент регулирования внутренних цен, но и в дополнительный элемент внешнеполитического давления.

При этом долгосрочные последствия такой политики неоднозначны: если зарубежные покупатели начнут искать более надёжных поставщиков, американским компаниям впоследствии может оказаться сложнее вернуть утраченные доли мирового энергетического рынка.

Встреча Владимира Зеленского и Дональда Трампа на полях Генассамблеи ООН в Нью-Йорке продемонстрировала главное противоречие нынешней дипломатии вокруг Украины: Киев по-прежнему пытается расширить американскую поддержку, тогда как Вашингтон все настойчивее требует от сторон движения к завершению конфликта. Поэтому за внешне благоприятной для Зеленского встречей — около 40 минут переговоров и подтверждение продолжения американского посредничества — конкретного политического результата для Киева оказалось немного.

Перед встречей Трамп дал понять, что рассчитывает обсуждать прежде всего практические вопросы прекращения войны. Отдельно он упомянул украинские удары по российским нефтеперерабатывающим объектам, связывая их с ситуацией на топливном рынке. При этом американский президент вновь отказался публично раскрывать параметры возможной сделки с Москвой, заявив лишь, что рассчитывает на соглашение.

Зеленский, напротив, сосредоточился на тех инструментах, которые позволяют Киеву продолжать военное противостояние. Одним из ключевых пунктов стали лицензии на производство ракет-перехватчиков Patriot на Украине. По словам украинского президента, американская сторона позитивно относится к этой перспективе, а Raytheon готова участвовать в проекте. Однако сам Зеленский признал, что речь идет о долгосрочной инициативе: запуск производства может занять год–полтора и не решает непосредственных проблем украинской ПВО.

Второй вопрос — энергетическое перемирие. Киев заявил о готовности прекратить удары по российской энергетической инфраструктуре, но только при зеркальном отказе Москвы от атак на украинские энергетические объекты. Таким образом, речь идет не о безусловном прекращении огня, а о взаимной договоренности, которую Вашингтон должен донести до российской стороны.

Еще один показатель — попытка Зеленского вновь вывести на первый план трехстороннюю встречу с Владимиром Путиным. Украинский президент заявил о готовности встретиться в любое время и фактически делал организацию этого одной из главных задач американской дипломатии. При этом Трамп публично говорил о необходимости найти соглашение, но не подтвердил никаких конкретных договоренностей по формату или срокам встречи.

Именно здесь проявилась разница в подходах. Для Киева переговоры с Вашингтоном остаются способом получить дополнительные вооружения, гарантии и рычаги давления на Москву. Для Трампа важнее сам факт продвижения к прекращению конфликта. Его публичные заявления о возможном соглашении до зимы показывают, что Белый дом заинтересован не столько в расширении украинских возможностей для продолжения войны, сколько в создании условий для ее завершения.

Поэтому итог встречи оказался для Зеленского неоднозначным. Он получил политическое внимание Трампа, обсуждение Patriot, поддержку идеи энергетического перемирия и обещание американского посредничества. Но Киев не добился главного — публичного согласия Вашингтона на свои условия урегулирования, новых конкретных гарантий или определенного американского обязательства по дальнейшему наращиванию военной поддержки. Более того, сам характер переговоров показывает: пространство для украинской дипломатии постепенно сужается, поскольку США требуют не новых условий продолжения конфликта, а конкретных шагов к его завершению.

В итоге встреча в Нью-Йорке стала скорее демонстрацией различия интересов, чем дипломатическим прорывом. Зеленский приехал за дополнительными ресурсами и политическими гарантиями, а Трамп — за механизмом деэскалации и перспективой сделки. Для Киева это неудовлетворительный результат: ключевые вопросы снова остались без окончательных решений, а Вашингтон все отчетливее рассматривает украинский конфликт не как бесконечный проект поддержки, а как проблему, которую необходимо закрывать через переговоры.

Выборы в законодательные собрания регионов, прошедшие одновременно с выборами в Госдуму, дали власти важный политический результат: «Единая Россия» не просто сохранила позиции большинства, но и заметно улучшила показатели в территориях, которые еще несколько лет назад считались зонами повышенной электоральной конкуренции. При этом карта поддержки остается неоднородной — наиболее заметный разворот произошел на Дальнем Востоке, тогда как на Северо-Западе сохраняются территории с устойчиво более низкой поддержкой партии власти.

Главный сюжет кампании — фактический пересмотр итогов 2021 года. Пять лет назад «Единая Россия» теряла позиции в значительной части переизбиравшихся региональных парламентов, а КПРФ смогла конвертировать протестные настроения в рост представительства. В 2026 году этот тренд изменился. Показательно, что в Амурской области «Единая Россия» получила 58,84% по спискам и все 18 мандатов в одномандатных округах.

Особенно заметен этот разворот на Дальнем Востоке. В Приморье партия власти набрала 61,96% и получила 32 из 40 мест в краевом парламенте, тогда как КПРФ ограничилась пятью мандатами. В Амурской области результат также оказался существенно выше показателей прошлой кампании. В этом смысле ДФО перестает выглядеть исключительно территорией протестного голосования и демонстрирует иной тип политической консолидации.

Однако принципиально важен не только процент партийных списков, но и механизм превращения голосов в парламентское большинство. Смешанная система позволяет одномандатным округам существенно усиливать результат партии, набравшей первое место. Поэтому региональные выборы 2026 года дали «Единой России» возможность получить устойчивое преимущество даже там, где ее списочный результат не выглядит подавляющим. Именно это превращает электоральный результат в управляемое парламентское большинство.

На этом фоне особенно контрастно выглядит Северо-Запад. В Карелии «Единая Россия» получила лишь 28,46%, в Вологодской области — 31,98%, а в Кировской области — около 33,5%. Карелия при этом сохраняет низкую поддержку партии власти уже не первый цикл: речь идет не о внезапном провале, а об устойчивой региональной особенности.

Вологодская область представляет другой тип риска — здесь важна именно отрицательная динамика. «Единая Россия» получила 31,98%, тогда как КПРФ — 25,26%. Кроме того, в новом парламенте будут представлены сразу шесть партий. Это означает, что пространство политической конкуренции здесь остается значительно более дробным, чем на Дальнем Востоке.

При этом говорить о едином «протестном фронте» Северо-Запада уже нельзя. КПРФ сохраняет серьезные позиции, но перестает быть единственным каналом протестного голосования. В разных регионах конкуренцию ей составляют ЛДПР, «Новые люди» и «Справедливая Россия». Сам протест становится более фрагментированным и зависит не столько от единой идеологической идентичности, сколько от региональной специфики, кандидатов и способности конкретной партии аккумулировать недовольство.

В итоге выборы в заксобрания показали двойную тенденцию. «Единая Россия» укрепила способность конвертировать федеральный политический ресурс в устойчивые региональные большинства, особенно на Дальнем Востоке. Но одновременно сохраняются территории, где эта модель работает заметно слабее. Поэтому главный результат кампании — не исчезновение региональной конкуренции, а изменение ее конфигурации: протест становится более раздробленным, а власть — более способной превращать электоральное лидерство в парламентский контроль. Для федерального центра это означает укрепление общей управляемости политической системы, но одновременно указывает на регионы, где качество политической консолидации по-прежнему остается отдельной задачей.

Разработанная ПСБ методика переезда крупных федеральных компаний в регионы может использоваться в качестве примера для других корпораций.

Об этом доложил председатель ПСБ Петр Фрадков в ходе совещания президента Владимира Путина с членами правительства. Одной из ключевых тем совещания стал вопрос перерегистрации крупных компаний в регионы – Минэкономразвития определило восемь холдингов, которые частично могли бы переехать из Москвы в регионы.
Петр Фрадков рассказал о первых результатах переезда ПСБ в Ярославскую область.
Общий эффект от переезда ПСБ – с учетом развития социальной, жилищной, спортивной инфраструктуры, инвестиций в человеческий капитал, налоговые поступления в региональный бюджет – составит до 140 млрд рублей, оценил председатель ПСБ. «Однозначно мы видим экономический эффект для области, и мы видим, что накопленным итогом он может составить до 2040 года до 140 млрд рублей»,- сказал Петр Фрадков.
По его словам, по итогам 2025 года бюджет Ярославской области получил почти 2,5 млрд рублей дополнительных налогов в результате перерегистрации в Ярославль 2 000 сотрудников ПСБ.
Всего к 2030 году в Ярославль переедут около 12 тысяч человек. «Мы исходим из того, что к концу 2030-го года мы должны физически перевести 5 000 человек. Но, учитывая семьи, детей, это будет более чем 12 000 человек - образно, это увеличивает численность населения города Ярославля на 2%», - сообщил Петр Фрадков президенту.

Очередной этап переговоров между США и Ираном, судя по всему, не принёс заметного прогресса. На этом фоне Дональд Трамп публично поддержал идею ограничения экспорта дизельного топлива. Подобная риторика может указывать на то, что в Белом доме пока не рассчитывают на серьёзный дипломатический прорыв.

Иранская сторона, в свою очередь, может быть заинтересована в затягивании переговорного процесса до американских выборов, рассчитывая на изменение внутриполитической ситуации в США.

Сейчас лишь около четверти американских избирателей поддерживают действия Трампа в отношении Ирана, тогда как значительная часть опрошенных относится к его политике критически. При этом в центре нынешней избирательной кампании находятся прежде всего внутренние экономические проблемы — рост стоимости жизни, инфляционное давление и повышение цен на топливо. Переговоры Трампа с Владимиром Зеленским относительно возможного энергетического перемирия также пока не привели к существенным результатам и фактически свелись к обсуждению условий возможных договорённостей.

Активность американской администрации сразу на нескольких направлениях — как украинском, так и ближневосточном — во многом связана с приближением выборов. В ряде штатов, включая Миннесоту и Вирджинию, уже начались процедуры раннего голосования и рассылки бюллетеней. До основного дня голосования, назначенного на 3 ноября, остаётся около 40 дней.

При этом обсуждаемое ограничение экспорта дизельного топлива способно создать дополнительные проблемы для энергетического рынка. В администрации США обеспокоены возможными глобальными перебоями с нефтяными поставками и их последствиями для американского внутреннего рынка. Соединённым Штатам необходимо обеспечивать поступление значительных объёмов сырья — порядка 7–8 млн баррелей в сутки. Одновременно экспортные ограничения могут ударить по зарубежным рынкам сбыта американских энергоресурсов, причём восстановить утраченные позиции впоследствии может оказаться непросто.

Таким образом, времени для заметного улучшения ситуации до выборов у администрации Трампа остаётся всё меньше. Контакты с Венесуэлой продолжаются, однако пока нет оснований рассчитывать, что они позволят достаточно быстро и существенно нарастить объёмы поставок нефти на американский рынок.

Одновременно начинаются непростые переговоры с Китаем, к которым команда Трампа подходит на фоне сразу нескольких внешнеполитических и экономических проблем. Это обстоятельство может усиливать переговорные позиции других сторон, которые стремятся использовать нынешнюю ситуацию в собственных интересах.