Телеграм канал «Грустный Киберпанк»

Как СССР чуть не изобрел интернет — и сам от него отказался

Сегодня любой федеральный чиновник рано или поздно скажет что-то про «цифровую экономику», «единую систему учета» или «цифровые двойники предприятий». Звучит как будущее. На самом деле это будущее уже проектировали — в СССР, в 1962 году, и оно называлось ОГАС.

В ноябре 1962-го первый заместитель председателя Совета министров Алексей Косыгин вызвал к себе академика Виктора Глушкова, директора киевского Института кибернетики, и поставил задачу: придумать, как автоматизировать управление всей советской экономикой. Не отдельным заводом, не министерством — всей страной целиком. Через полгода, 21 мая 1963 года, вышло постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР «Об улучшении руководства внедрением вычислительной техники и автоматизированных систем управления в народное хозяйство». Так родилась ОГАС — Общегосударственная автоматизированная система учета и обработки информации.

Глушков спроектировал систему как трехуровневую пирамиду. На вершине — главный вычислительный центр в Москве. Ниже — около двухсот региональных центров в крупных городах Союза. И на нижнем уровне — порядка 20 000 терминалов на предприятиях, которые в реальном времени передавали бы данные о производстве, ресурсах и потребностях наверх. По задумке, система должна была не просто собирать цифры, а помогать принимать управленческие решения быстрее, чем это делает Госплан с бумагой и телефоном. По сути — прообраз того, что сегодня называют big data и системами поддержки принятия решений, только на лампах и перфокартах.

Дальше начинается самое интересное. Проект встретил сопротивление не потому, что был технически невозможен, а потому, что любая система, которая видит всю экономику насквозь, неизбежно видит и приписки, и нестыковки в отчетности министерств. У ОГАС появились не только сторонники, но и очень заинтересованные противники — те, кому прозрачность была не нужна.

Развязка случилась 1 октября 1970 года на заседании Политбюро. В тот день на встрече отсутствовали Косыгин и относительно молодой и деятельный тогда Брежнев — два человека, которые теоретически могли поддержать Глушкова. Зато присутствовал министр финансов Василий Гарбузов. Именно он в конце заседания предложил альтернативу: не строить всеобъемлющую систему, охватывающую всю экономику и всю статистику, а ограничиться локальными автоматизированными системами на отдельных предприятиях — по сути, оставить всё как есть, только с калькуляторами. Политбюро, изначально благосклонное к идее Глушкова, в итоге приняло сторону Гарбузова. Глушков вышел из зала ни с чем.

После 1970 года проект не закрыли официально — его тихо превратили в бесконечное согласование. К 1980 году окончательная версия ОГАС была готова на бумаге, но смета выросла примерно в восемь раз по сравнению с первоначальной оценкой. Строить в металле и проводах то, что уже стоило дороже нескольких пятилеток, никто не решился. Проект утонул в переписке между ведомствами — тихо, без скандала.

Глушков умер 30 января 1982 года, не дожив до массового распространения персональных компьютеров, которые в итоге и принесли в мир ту самую сетевую логику — только не советскую и не государственную, а рыночную и децентрализованную.
Если сегодня где-то в презентации мелькает фраза «единое цифровое пространство данных», знайте: идею придумали полвека назад, посчитали и... передумали. Не потому, что не смогли — а потому, что кому-то было очень невыгодно, чтобы она сработала.

Подписывайтесь на «ГК» в Telegram|на Sponsr|в MAX

К новостям тлеющего коммунизма: оказалось, что Сергей Брин уже спустил 100 млн $, чтобы бы не отдавать 13,3 млрд налога Калифорнии
Сооснователь Google занёс ещё 20 млн $ организации Build a Better California, воюющей против местного «налога на миллиардеров». Итого четвёртый богатейший человек планеты с состоянием около 267 млрд $ потратил уже больше 100 млн, лишь бы увернуться от разового платежа. Цент, как известно, доллар бережёт.
 
О чём сыр-бор: Prop 40 предлагает единоразово снять 5% с чистого капитала примерно 200 калифорнийских миллиардеров, а собранное пустить в основном на кривозубых крестьян здравоохранение штата. Момент выбран удачно: местный Medicaid со следующего года рискует потерять до 30 млрд $ федеральных денег — сразу после того, как войдут в силу урезания бюджетов Трампа.
 
Брин в манёврах не одинок. Цукерберг прикупил в этом году особняк за 170 млн $ под Майами, а Трэвис Каланик, Питер Тиль и второй отец Google Ларри Пейдж штат и вовсе покинули. Даже губернатор Гэвин Ньюсом занервничал — не из любви к налогу, а из страха, что богачи разбегутся вместе со своими бизнесами: он зовёт вводить «национальный налог на миллиардеров» и припечатывает, что сегодня «офисный клерк может платить налоги по более высокой ставке, чем богатеи».
 
А теперь контраст, ребятки. Сооснователь Nvidia Дженсен Хуанг, которому светит около $8 млрд того же налога, только пожал плечами:
«Я об этом ни разу даже не задумался... мы выбрали жить в Кремниевой долине — какие налоги захотят, такие и введут».Дженсен Хуанг как бы говорит, что даже не думает жульничать с налогами
Голосование по Prop 40 — в ноябре. Надеемся, что смешных новостей о передумавшем Хуанге мы публиковать не будем. Хочется все-таки верить в людей.
 
Подписывайтесь на «ГК» в Telegram|на Sponsr|в MAX

Тем временем, эксперты, российский ИИ-рынок вырос до 316 млрд рублей
По подсчётам агентства AIANA, которые приводит «Коммерсантъ», за 2025 год российский рынок ИИ вырос на 29,7% — до 316,1 млрд руб., а за два года и вовсе удвоился. Цифра бодрая, однако мировой рынок ИИ за тот же год Statista оценивает примерно в 254,5 млрд $.
Самое пикантное — в структуре. Крупнейший сегмент по выручке (31,1%) — это ИИ-оборудование, поставки которого на наш рынок западные любители санкций пытаются ограничить. Аналитики честно фиксируют смену фаз: деньги, вчера уходившие в закупку оборудования, сегодня утекают в аренду мощностей. Своё не купить — берём напрокат. Платит за банкет бизнес: 71,9% выручки даёт B2B, ещё 12,5% — государство, и лишь 15,6% — живые люди, которые ИИ пользоваться готовы, а вот платить за него — не очень.
А теперь к прогнозам, ребятки. Базовый сценарий сулит 830 млрд руб. к 2030-му, оптимистичный — 1,12 трлн. Но есть и консервативный — 582 млрд, и в нём открытым текстом прописано то, вокруг чего всё и крутится: при усилении санкций и «ограничении доступа к зарубежным вычислительным ресурсам» рынок ждёт «консервация технологического отставания».
Основатель AIANA Данила Егоров тем временем пророчит консолидацию и появление «настоящих технологических гигантов». Партнёр «ТеДо» Максим Иванов смотрит на вопрос осторожнее: заметную долю в мире мы вряд ли займем, но локально можем стать полностью суверенными. Продолжаем наблюдения.
 
Подписывайтесь на «ГК» в Telegram|на Sponsr|в MAX

Воскресенье — хороший день, чтобы поговорить про индустрию развлечений
У нас свежая история про фабрику грёз. Пока актёры бастуют, а студии судятся с ИИ-конторами, сам Голливуд, как пишет The Economist, наращивает и использование нейросетей, и вложения в них. В индустрии это уже прозвали новой пластической хирургией: все знают, что её делают, но признаваться никто не хочет.
Цифры, которые студии предпочли бы не светить, добыла Los Angeles Times, прогнав вакансии семи мейджоров (Disney, Universal, Paramount, Warner Bros., Sony, Netflix и Amazon MGM) через скрапер, собранный, кстати, на Claude Code.
Из ~250 открытых вакансий конца июня около 30 так или иначе завязаны на ИИ — больше одной из десяти. Amazon MGM ищет «principal AI executive», Netflix открыл должность «Manager, Generative Workflows», которой год назад просто не существовало. «Полно студий, которые нанимают под ИИ, но публично об этом молчат», — говорит сооснователь ComfyUI Йоланд Ян.
Деньги — туда же. Netflix ещё в марте купил ИИ-студию InterPositive Бена Аффлека почти за 600 млн $ и с начала года задействовал нейросети примерно в 300 проектах; Google DeepMind в июне вложила 75 млн $ в A24. В сериале «Этернавт» ИИ симулировал обрушение здания, а 17 минут материала для документалки «Американский эксперимент», по данным Netflix, сделали «вдвое быстрее и вдвое дешевле».
На камеру тон другой. Кристофер Нолан зовёт ИИ «троянским конём», гильдия SAG-AFTRA в июне продавила четырёхлетний контракт с защитой от синтетических актёров, а Disney и вовсе вышла из сделки на 1 млрд $ с OpenAI — параллельно пропихивая ИИ в собственный продакшн.
«Отказываться от ИИ — это как выбирать коня с телегой вместо автомобиля»— Джордж Лукас лишь пожимает плечами
В общем, ребятки, ничего личного, просто шоу-бизнес.
Подписывайтесь на «ГК» в Telegram|на Sponsr|в MAX

Ну что, эксперты, в правительстве снова заговорили о поддержке ИТ-отрасли
Премьер Михаил Мишустин по итогам конференции ЦИПР поручил регионам расширить льготы по упрощёнке для айтишных компаний — об этом со ссылкой на пресс-службу кабмина передаёт «Ъ».
Субъектам рекомендовано опустить ставку УСН до не более 3% при налогообложении доходов и до 8% по схеме «доходы минус расходы». Дедлайн для регионов — 1 декабря 2026 года.
А вот и самое сочное, ребятки: грантовое софинансирование особо значимых проектов по разработке и внедрению отечественных цифровых решений поднимут с прежних 50% до 80% стоимости за счёт федерального бюджета. Предложения по реализации этого проекта Минцифры, Минфину и Российскому фонду развития ИТ должны внести до 20 декабря, а сводный доклад о состоянии импортозамеса софта — до 1 сентября, с прицелом на планы до 2030 и 2036 годов.
План хороший: подтолкнуть промышленность к переходу с иностранного ПО льготами. Вопрос только в том, хватит ли отечественного софта, чтобы было чем осваивать эти щедрые 80%. Надеемся, что хватит, будем наблюдать.

Подписывайтесь на «ГК» в Telegram|на Sponsr|в MAX

Правительство определило, какой ИИ считать «национальным». Есть нюансы
Тем временем, эксперты, правительство вместе с отраслью определилось с критериями национальных ИИ-моделей — это вторая категория после суверенной, обе прописаны в июльском законе № 243-ФЗ «О поддержке развития технологий ИИ». Параметры войдут в постановление правительства, которое готовит Минцифры, и должны быть готовы к осени 2026-го.
 
Чтобы модель признали национальной, российскому юрлицу-разработчику должны принадлежать исключительные права на ключевую начинку: обучаемые параметры и архитектуру (включая конфигурационные файлы и топологию сети), исходный код обучения и эксплуатации и «конфигурацию контекстного окна». Чужие компоненты и open source в обвязке — пожалуйста, но сердце модели должно быть своим. Логика простая: обладая этим набором, компания сама должна иметь возможность воссоздать, дообучить и запустить модель с нуля.
 
А теперь, ребятки, к цифре дня. По оценке руководителя проектов «Интеллектуальная аналитика» Тимофея Воронина, под эти требования не подходит около 90% российских ИИ-стартапов и компаний — большинство строят на открытом коде, и потянуть статус смогут только крупные экосистемные ИТ-гиганты. Оно и понятно: статус, как объясняет директор по науке и ИИ «Группы Астра» Владимир Нелюб, — это в первую очередь пропуск к госданным и крупным госконтрактам. Остальным — отраслевые и узкоспециализированные модельки.
 
Есть еще один момент: по тому же закону национальная модель должна соответствовать традиционным духовно-нравственным ценностям. Как качественно проверить нейронку на этот предмет и исключить лоббизм — вопрос, эксперты, отдельный.
Подписывайтесь на «ГК» в Telegram|на Sponsr|в MAX

Ну что, эксперты, будущее наступает — а арендовать под него стойку всё труднее и дороже. Место под сервер в российском ЦОДе за год подорожало до 170,8 тыс рублей
Средняя цена стойки на 5 кВт (самая ходовая позиция рынка) в Москве во втором квартале добралась до 170,8 тыс руб — плюс 15,7% за год. В Санкт-Петербурге ценник скакнул ещё резче, на 31,3% — со 104,3 до 138 тыс руб. Это данные совместного отчёта iKS-Consulting и дистрибутора colocation 3data, на которые ссылается «Коммерсантъ». Для масштаба: весь рынок коммерческих ЦОДов в РФ за 2025 год оценивают в 148 млрд руб.
 
Причём гонит цены вверх не спрос, а дефицит предложения. На московском рынке, как объясняет директор по работе с клиентами РТК-ЦОД Алексей Шувалов, действует фактический запрет на выделение новых площадок и выдачу техусловий на подключение к электричеству: что согласовали раньше — достроят, новых объектов не будет. Плюс дорогие деньги — при нынешней ставке мало кто рвётся вкладываться в стройку дата-центров.
 
А тут ещё и ИИ подливает. Классические машзалы проектировали под 5–8 кВт на стойку, а под GPU-стойки нужно уже 15–20 кВт. После переоборудования зала, где вставало 200 стойко-мест, остаётся 50–70 — то есть ёмкость физически схлопывается. Добавьте новые требования по безопасности, дорожающее электричество, удлинение логистики и рост страхования критической инфраструктуры — вот вам и ценник.
 
Весь этот банкет, как честно признаёт гендиректор RUVDS Никита Цаплин, дата-центры перекладывают на арендаторов, а те — на своих клиентов. В 3data полагают, что тренд с нами минимум до 2027–2028 годов. Так что если кто присматривал уголок в облачном раю — поторопитесь, ребятки: мест мало, а дорожает всё.
 
Подписывайтесь на «ГК» в Telegram|на Sponsr|в MAX