Телеграм канал «Книставка»

На заседании Совета при Президенте по культуре актер и режиссер Владимир Машков пожаловался Владимиру Путину, что «некоторые покинувшие Россию наследники великих авторов запрещают нам ставить спектакли на основе литературных произведений их предков — тех, кто писал в нашей стране и о нашей стране».

По мнению Машкова, это «геноцид российской культуры» и надо изменить законодательство так, чтобы «мы могли ставить спектакли и использовать произведения литературы без согласия правообладателей, которые не являются авторами, если наследник запрещает использование этих произведений в нашей стране, не отвечает на запросы или ставит заведомо невыполнимые для театра условия, предусмотрев, конечно, выплаты всех полагающихся наследникам вознаграждений».

Но не очень понятно, почему Машков считает, что произведения литературы, в отличие от всего остального, можно использовать без согласия правообладателей? Ведь чаще всего дело вообще не в идеологии, а в финансах — никаких абстрактных «полагающихся наследникам вознаграждений» не существует. Президент ответил, что «цивилизованным способом нужно решать эти вопросы» и «мы сможем найти эти решения».
Подписаться на @knistavka

100 лет назад, 24 марта 1926 года, родился Дарио Фо. И хотя большинству наших читателей его имя ничего не говорит, в Италии он был фигурой знаковой. Драматург, режиссер, актер — человек, и в театре, и в жизни стремившийся к революции, но — с опорой на традиции.

В 1997 году Фо присудили Нобелевскую премию по литературе. Шведский комитет последние 100 лет вообще выделяет у итальянцев драматургов: в 1934 году Нобелевку получил Луиджи Пиранделло. Который у нас не в пример известнее, чем Фо.

Однако в России и Фо издавали: в 1985-м в «Современной драматургии» напечатали «Не играйте с архангелами», перевели и еще несколько пьес. А несколько лет назад на русском вышел роман «Дочь понтифика», который Фо и его жена Франка Раме написали вместе.
Подписаться на @knistavka

Весь Карлос Кастанеда, почти все Несбё и Пелевин, целая группа романов Кинга, Бардуго и Омера, «Сломленная» Симоны де Бовуар, «Неугомонная мумия» Элизабет Питерс, «Оно мне надо» Эмира Кустурицы, «Отчет» Сьюзен Сонтаг, «Личные дневники Курта Кобейна», «Зов Ктулху» Лавкрафта, «Багровые реки» Гранже — эти книги теперь должны будут маркировать согласно закону против пропаганды наркотиков.

А всего в подготовленном Российским книжным союзом Отраслевом перечне на данный момент значится 1107 книг. Но количество будет неуклонно возрастать, поскольку создается он «в порядке отраслевого саморегулирования» и «на заявительной основе».

То есть издатели должны сами устанавливать факт наличия в произведении контента, попадающего под критерии приказа Минцифры № 475. Затем по заявлению издателя (правообладателя) книги вносятся в Отраслевой перечень и в дальнейшем обязательность их маркировки оптовикам, рознице и даже библиотекам предстоит контролировать самостоятельно.
А список целиком можно посмотреть здесь (лучше скачивать).
Подписаться на @knistavka

«Перед Пизанской башней» — карикатура А.Радлова для журнала «Сатирикон», 1911 год:

«— Ну-у и стран-н-ный го-о-ород, ка-а-ак ни пью, а ба-ашня все прям-м-мо стоит!»
Подписаться на @knistavka

Сегодня Всемирный день поэзии. Праздник сравнительно новый — дату выбрали на Генеральной конференции ЮНЕСКО в 1999 году. А мы решили посмотреть, какие стихи в этот день печатались раньше в ХХ веке.

«Литературная газета» в прошлом столетии 21 марта выходила очень редко: она была не ежедневной. И среди самых ранних стихотворений, опубликованных в этот день, — «Мать» Марка Шехтера. Оно появилось в «Литературке» 21 марта 1957 года:

«Ты пришла из "Гастронома",
В грозном приступе одышки
Сумку на пол уронив;
В этот миг хозяйка дома
Глаз не отвела от книжки
Под названием «Обрыв».

После в кухоньке ты тихо
Плакала, что черствы дети,
А жена цедила зло:
— Притворяетесь вы лихо,
Мне же видеть сцены эти
Трижды на день тяжело!..

А потом...
Все было чинно.
Ты сидела в кухне снова.
Было полвторого дня.
Только новая морщина
Залегла у рта сухого,
Целовавшего меня.

Мама, я повинен тоже,
Что серебряными стали
Прядей реденьких ручьи!
Мама, с каждым днем дороже
Эти руки, что листали
Книги первые мои!

Днем на кухне ты хлопочешь,
Моешь чашки расписные.
Ночью дремлешь три часа...
Мир вам, старческие очи,
Дальнозоркие, родные,
Васильковые глаза!»
Подписаться на @knistavka

Накануне Дня поэзии один из книжных сервисов решил узнать, имеют ли поэтические пристрастия сезонную зависимость. И спросил, какого поэта читатели предпочитают в это время суток зимой, какого весной, и т.д.

Выяснилось, что весной и летом чаще выбирают Есенина, а осенью и зимой —Пушкина. А вообще к стихам опрошенные больше тяготеют осенью (45%) и весной (30%). Зима, что удивительно, существенно отстает — 18%. Ну а летом всем вообще не до поэзии (7%).
Подписаться на @knistavka

«Мифы мира» Фабиана Негрина — книга странная. И дело не в том, что автора у нас называют то Негрином, то Негри. А в том, что не ясно, на кого ориентирована она в русской версии редакции «Вилли Винки» от АСТ.

С оригинальной итальянской всё понятно — это «авторская книга» известного художника, лауреата премии Андерсена и многих других наград за лучшие иллюстрации, чье имя само по себе привлекает читателей. Причем аудиторию разного возраста, поскольку у многих из тех, кто вырос на книгах Негрина, уже есть свои дети. А потому и идея «всевозрастного» издания там оправдана.

Негрин взял 25 мифов разных народов, пересказал их и проиллюстрировал. «Я выбрал их из-за красоты и разнообразия сюжетов, персонажей и пейзажей, — объясняет он. — Раз эти истории существуют вне времени, то я тоже работал над иллюстрациями, не сверяясь с часами и календарём, и тратил на каждый рисунок дни, недели, иногда даже месяцы».

И действительно получилось произведение искусства, небольшая и красивая книга: можно читать, можно смотреть картинки, можно купить в подарок. Но в то же время и иллюстрации, и тексты вовсе не соответствуют выбранному у нас серийному определению «Мифология. Истоки мира». Для тех, кто и впрямь интересуется истоками, здесь все слишком по-детски, для детей же — слишком сложно и экзотично. Плюс дороговато. Хотя, конечно, красиво.
Подписаться на @knistavka