Телеграм канал «Нулевой Километр»

Весной 1916 года Российская империя переживала один из самых тяжелых периодов в своей истории – во многом из-за происходящего на фронтах Первой мировой войны.

После неудач предыдущих двух лет многие считали, что русская армия утратила способность проводить крупные наступательные операции. Но начавшийся 4 июня Брусиловский прорыв стал одной из самых успешных наступательных операций всей войны, крупнейшей победой русского оружия.

Успех во многом был связан с тем, что генерал Алексей Брусилов, кадровый военный из старинного дворянского рода, отказался от привычной для того времени тактики нанесения одного главного удара. Вместо этого русские войска Юго-Западного фронта одновременно атаковали на широком фронте, лишив противника возможности быстро перебрасывать резервы. Тщательная проведённая разведка в сочетании с применением новых методов взаимодействия артиллерии и пехоты позволили прорвать тщательно подготовленную оборону Австро-Венгрии.

Результаты оказались впечатляющими. На ряде участков глубина прорыва составила до 120 километров, русские войска заняли значительную часть Волыни, Буковины и Галиции, а противник потерял несколько сотен тысяч человек убитыми, ранеными и пленными. Для спасения союзника Германия была вынуждена перебрасывать дивизии с других фронтов, что спасло Францию под Верденом и Италию в Альпах. Фактически именно после Брусиловского прорыва стратегическая инициатива окончательно начала переходить к Антанте.

Но в этой победе уже угадывались будущие проблемы Российской Империи. Прорыв дался большой ценой, резервы были истощены, а другие фронты царской армии не смогли превратить блестящий оперативный результат Юго-Западного фронта в окончательную стратегическую победу. Империя подошла к пределу собственных возможностей.

И поэтому сегодня мы вспоминаем последнюю победу Российской империи – яркую лебединую песнь государства, которому оставалось существовать менее года.

Предложить тему для публикации | Чат канала | НК в MAX

Ещё несколько месяцев назад в Брюсселе старались разделять отношения с Россией и Китаем. Москва воспринималась как главный геополитический оппонент, а Пекин, как сложный, но необходимый экономический партнер – особенно на фоне обострившихся разногласий с США. Помним эти масштабные делегации Шольца, Макрона, Мерца в Поднебесную – с попыткой выбить дополнительных инвестиций и организовать хоть какое-то взаимодействие.

Но, кажется, такая логика остаётся в прошлом. Очередным подтверждением этого стали планы ЕС ввести санкции против нескольких китайских компаний, которые, по версии европейских властей, участвуют в поставках продукции и компонентов, используемых Россией. Несколько раз такая инициатива уже обсуждалась, но такого прямого столкновения между Евросоюзом и КНР ещё не было.

При этом эти новые ограничения потенциально соединятся с уже существующими торговыми противоречиями между Пекином и Брюсселем. Европейская комиссия относительно недавно обвинила Пекин в «субсидировании экспорта» и «недобросовестной конкуренции», на этом фоне китайские власти предупредили об ответных мерах в случае ограничения китайской продукции на рынках Европы. И таким образом украинский конфликт становится лишь одним из факторов более масштабного спора за рынки сбыта и промышленное будущее Европы.

Парадокс всей ситуации заключается в том, что Китай остается для Европы одновременно конкурентом и одним из важнейших, а по ряду направлений практически безальтернативных торговых партнеров. Полноценный разрыв нанес бы серьёзный ущерб европейской экономике. Именно поэтому Брюссель пока действовал в этом направлении весьма осторожно, ограничиваясь точечными акциями.

Что поменялось сейчас? Вероятно, в Брюсселе пришли к выводу, что прежняя стратегия не приносит желаемого результата. Российская экономика не рухнула под санкционным давлением, а Китай не стал дистанцироваться от Москвы настолько, насколько рассчитывали европейские политики.

Более того, время по-прежнему на стороне России – Европа попросту не может в полной мере удовлетворить все запросы Киева, не создавая дополнительных рисков для собственной экономики.

Поэтому в ближайшие месяцы главным вопросом станет не столько судьба нескольких компаний, сколько готовность Брюсселя довести конфронтацию с Пекином до действительно серьёзного уровня. Ведь поссориться с Китаем значительно проще, чем потом жить с последствиями такой ссоры.

Предложить тему для публикации | Чат канала | НК в MAX

Два лица ПМЭФа

Постоянный автор Нулевого Километра, политолог Николай Воронцов, рассуждает о том, зачем главному экономическому события страны блогеры-женоненавистники и роботы с выдающимися задними, кхм, бамперами.

«Русский Давос» традиционно много обсуждается в СМИ и соцсетях. Многие пытаются выжать из дорогого участия не только контакты с бизнесом/властью, но еще и максимум пиара, упоминаний в интернете и закрепления у людей ассоциации «контора Х = участник крупнейшего экономического форума». Отсюда и море видео с жопастыми роботами, доставщиками чак-чака, коктейлем «Эпштейн Айленд» и другими провокациями.

Ну это особенность современной медийной реальности. Недаром Оксфорд признал словом 2025 года «rage bait», «рейджбейт», дословный перевод - приманка для гнева. Вы уже точно видели это в интернете – блогер_ша говорит что-то в духе: «Не могу прожить на миллион в месяц, советуйте как». И сразу хочется ей написать: «Какой лям, овца, иди работай!» А ей того и надо – она потом число комментариев рекламодателям покажет, а содержание не покажет.

Это я к чему: рейджбейт-стратегия близка не только участникам, но и организаторам ПМЭФа. Задача у них непростая – деловой форум мероприятие вообще-то очень скучное, но это один из столпов российской экономики. Люди должны про него знать массово, а не только читатели деловой прессы.

За новостями вроде «Китайская компания в августе осуществит первый рейс в Мурманск по СМП» стоит титаническая работа, но давайте будем честны – много кто будет ее изучать, оценивать значимость? Это аналитическая работа, а в Интернет мы приходим деградировать.

Вот и есть у форума два лица: одно настоящее и мало кому интересное и второе, медийное. Туда, на это второе лицо, зовут блогера Эндрю Тейта, и там же выходит Екатерина, скажем, Мизулина, и хватается за голову: «Что ж делается! Тейт же женоненавистник! Уголовник! Люди, проснитесь!».

Потом прибегает Дугин и начинает с серьезным лицом рассуждать о том, как русские станут РОБОвладельцами. Игра слов – высший пилотаж юмора, ага. Кэндис Оуэнс, прославившаяся расследованиями «Жена Макрона сменила пол», на весь мир показывает великолепие Троице-Сергиевой лавры.

Вся эта общественная, прости Господи, дискуссия ширится и множится, и вот про ПМЭФ знают примерно все. Конечно, смотрится диковато, но давайте признаем – ПМЭФ просто работает в рамках текущих правил. Серьезные вопросы с него никуда не ушли, они просто не могут быть скандальными, а значит, и интересными в современных медиа.

Оценивать ПМЭФ по новостям примерно также эффективно, как спектакль по афише. Но это делают, и даже критикуют привоз блогеров-скандалистов. Однако эти издержки, очевидно, на высшем уровне признаны допустимыми. Выгоды больше! Американцы показывают своей аудиторией, что Россия классная страна. Роботы дарят ощущение, что экономика сечет современные тренды.

Хотя вообще я не против того, чтобы показывать факи глобалистскому западному сообществу, звать его критиков, тыкать в лицемерное вранье. Это надо делать больше и лучше, но есть проблема – тут повторяется российская ошибка 90х. Кажется, что скандально-популярных блогеров мы всегда купим где-то в мире, своих иметь не надо. Со станками было также – последствия расхлебываем до сих пор.

Так что, если уж на уровне главного международно-экономического события страны признаем некоторую пользу «нестерильных» медиа и блогеров – давайте уж доверять отечественному.

Предложить тему для публикации | Чат канала | НК в MAX

Петербургский международный экономический форум давно превратился в один из ключевых инструментов международного позиционирования России.

Да, для широкой публики он нередко ассоциируется с перекрытиями дорог, ростом цен в гостиницах и ресторанах, светскими мероприятиями и неизбежным потоком новостей о неформальной стороне форума. Однако за этим информационным фоном часто теряется главное: именно здесь обсуждаются инвестиции, технологии, логистика, энергетика, культурные проекты и новые форматы сотрудничества как между российскими регионами, так и с зарубежными партнерами.

Для России ПМЭФ остается одной из немногих площадок, где одновременно присутствуют представители власти, бизнеса и экспертного сообщества из десятков государств. Поэтому форум выполняет не только экономическую, но и политическую функцию, демонстрируя реальные масштабы международных контактов страны.

Неудивительно, что подобное мероприятие становится и удобной целью для информационного воздействия. На этом фоне становится понятным выбор времени для массированной атаки беспилотников на Санкт-Петербург и Ленинградскую область. Военного значения подобные акции практически не имеют. Они не способны изменить ситуацию на линии фронта или повлиять на стратегический баланс сил. Но Киеву важно именно информационное воздействие.

Крупные международные мероприятия всегда становятся объектом повышенного внимания не только дипломатов и предпринимателей, но и тех, кто стремится использовать их для политических сигналов. Поэтому совпадение начала ПМЭФ и атаки беспилотников выглядит вполне закономерным.

Когда возможности повлиять на ситуацию на фронте ограничены, особое значение начинает приобретать информационный эффект. А крупное международное мероприятие в таком случае становится удобной целью для демонстративной акции.

Предложить тему для публикации | Чат канала | НК в MAX

Российский спорт продолжает возвращать себе полноценное присутствие на международной арене.

Очередным шагом в этом процессе стало решение Международной федерации фехтования (FIE), которая сняла все ограничения с отечественных спортсменов и вернула им право выступать под национальным флагом и гимном.

Фехтование традиционно остается одним из самых успешных для России олимпийских видов спорта. FIE стала уже десятой международной спортивной федерацией, отказавшейся от ограничений, введенных в отношении российских атлетов в 2022 году. Причем многие федерации принимают подобные решения самостоятельно, не дожидаясь рекомендаций Международного олимпийского комитета.

Первым крупным турниром для российских фехтовальщиков в полноценном статусе станет чемпионат мира в Гонконге, который пройдет с 22 по 30 июля.

Мы же подготовили инфографику о международных спортивных федерациях, уже вернувших российским спортсменам флаг, гимн и полноценный статус на международных соревнованиях.

Предложить тему для публикации | Чат канала | НК в MAX

События на Ближнем Востоке постепенно начинают влиять на процессы, которые проходят в тысячах километров от региона. И Трамп начинает нервничать – инсайдеры пишут, что вчера американский президент матом отчитывал израильского лидера Биньямина Нетаньяху, требуя от того прекратить эскалацию ситуации в Ливане и отказаться от ударов по Бейруту.

Переговоры с Ираном превращаются в главный внешнеполитический приоритет Вашингтона, настолько важный, что ради их сохранения Белый дом готов жестко одергивать даже своего ближайшего союзника.

И понятно, почему: Тегеран пригрозил в случае бомбардировок выйти из переговорного процесса, вновь поставить под вопрос судоходство через Ормузский пролив, добавив к этой блокировке и ограничение судоходства по Баб-эль-Мандебскому проливу, связывающему Красное море с Индийским океаном. Такого Трамп допустить попросту не может.

И тут возникает тот самый вопрос Арктики. Потому что всё больше специалистов задаются вопросом: если вдруг международное сообщество всё-таки вынуждено будет смириться с особым режимом контроля Ирана над Ормузом, то почему аналогичные подходы нельзя будет применять и на других стратегических направлениях? Например, в районе Северного морского пути.

Конечно, прямой связи между Ормузским проливом и Северным морским путём нет. Однако международная политика во многом строится на прецедентах, и для Москвы подобное развитие событий будет весьма выгодным. Чем быстрее в мировой политике закрепится практика особых режимов контроля над ключевыми морскими коммуникациями, тем проще России будет обосновать собственные правила судоходства в Арктике, значение которой для мировой торговли растёт год от года.

Предложить тему для публикации | Чат канала | НК в MAX

2 июня 2014 года стало одним из самых трагических дней в истории Луганска. В центре города авиаударом было поражено здание областной администрации, а вместе с ним – сквер, парковка и прилегающая территория. Погибли мирные люди, десятки получили ранения. Позднее наблюдатели ОБСЕ придут к выводу, что удар был нанесён с воздуха украинской авиацией. Однако гораздо сильнее самого налёта в памяти многих жителей Донбасса осталась последовавшая за ним реакция.

Вместо признания произошедшего украинские официальные лица и медиа начали продвигать версии о «самообстреле», случайном попадании ракеты ПЗРК в кондиционер, который «взорвался». Эта история стала печальным мемом, демонстративным нежеланием признать гибель гражданских и взять за неё ответственность.

Любая гражданская война страшна прежде всего расчеловечиванием. Именно поэтому весной и летом 2014 года в украинском обществе произошёл качественный перелом. Майская Одесса, июньский Луганск в общественном сознании закрепляли мысль о том, что несогласные с европейским курсом «западенцев» жители Украины в целом-то и не люди. Так, «вата», «колорады», «одесский шашлык». Некая чужая масса, над которой можно смеяться даже в контексте страшной гибели.

Спустя годы продолжаются споры о причинах и последствиях конфликта. Однако для многих жителей Донбасса именно 2 июня 2014 года стало моментом окончательного разрыва с украинским государством. И не столько из-за самого авиаудара, каким бы страшным он ни был. А из-за того, что украинская нация отказывалась видеть в погибших собственных граждан.

Предложить тему для публикации | Чат канала | НК в MAX