Телеграм канал «Ходорович Ольга. Руководитель маммологической клиники ФГБУ РНЦРР Минздрава РФ»

‼️НОВАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ ЛЕЧЕНИЯ ТРОЙНОГО НЕГАТИВНОГО РАКА МОЛОЧНОЙ ЖЕЛЕЗИ В РОССИИ‼️

В РФ препарат «Арейма» получил новое показание для применения. С августа 2026 года стало возможно его применение в комбинированном  лечения тройного негативного рака молочной железы (ТНРМЖ) до операции.

ТНРМЖ составляет около 15% случаев рака груди.

☄️Как он работает?
«Арейма» — это иммунотерапевтический препарат (ингибитор PD-1). Он не уничтожает клетки опухоли напрямую, как химиотерапия. Вместо этого он «снимает маскировку» с раковых клеток, позволяя собственной иммунной системе организма распознать их и начать с ними бороться
«Арейма» содержит камрелизумаб - препарат
иммунотерапии, который применяется вместе с химиотерапией до операции. Это помогает уменьшить опухоль и снизить риск возвращения болезни и метастазов.

☄️Схема и этапы лечения
Лечение проходит в два ключевых этапа:
1.До операции (предоперационный этап): «Арейма» назначается в комбинации с курсом химиотерапии. Цель — максимально уменьшить опухоль и уничтожить возможные микрометастазы еще до хирургического вмешательства.

2.После операции (послеоперационный этап): После удаления опухоли пациентка продолжает принимать «Арейму» уже в режиме монотерапии (без химиотерапии), чтобы закрепить результат и снизить риск возвращения болезни.

☄️Доступность
Препарат включен в перечень ЖНВЛП (Жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов). Это означает, что его стоимость регулируется государством, а пациентки с подтвержденным диагнозом могут получать лечение бесплатно по полису ОМС в рамках государственных гарантий.

У пациенток с ТНРМЖ появляется еще один
вариант лечения.

Критерии ответа на неоадъювантную химиотерапию при РМЖ.
На что ориентироваться?

Вопрос оценки эффективности неоадъювантной системной терапии (НАХТ) — один из ключевых в лечении рака молочной железы. Ответ определяет не только тактику операции, но и прогноз, а также необходимость постнеоадъювантной терапии.

‼️Выделяют два основных уровня оценки:

1. Клиническая оценка (по данным визуализации)
Проводится до операции, обычно по критериям RECIST (изменение размеров опухоли) или AJCC (изменение стадии T и N):

📌Полный ответ (CR) — отсутствие инвазивного рака в молочной железе и лимфоузлах по данным обследования.
📌Частичный ответ (PR) — уменьшение стадии T и/или N.
📌Отсутствие ответа (NR) — стадия не изменилась или увеличилась.

Важно: клиническая оценка не всегда совпадает с истинным патоморфологическим ответом, но имеет прогностическое значение (5-летняя безрецидивная выживаемость при CR по AJCC — 89,6%, при NR — 62,6%).


2. Патоморфологическая оценка (главный критерий)
«Золотой стандарт» — оценка операционного материала.

📌 Полный патоморфологический ответ (pCR) — отсутствие инвазивных опухолевых клеток в молочной железе и регионарных лимфоузлах (ypT0/Tis ypN0). Самый сильный прогностический фактор.
📌Минимальная остаточная болезнь (MRD) и частичный ответ — наличие резидуальной опухоли.

❗️Факторы, влияющие на вероятность pCR:

1. Биологический подтип: наибольшие шансы — при HER2-позитивном (до 58% и выше) и тройном негативном РМЖ. При люминальном HER2-негативном — редко, не превышает 18%.
2. Молекулярные маркеры: высокий Ki-67, низкая экспрессия рецепторов эстрогенов ассоциированы с более высокой частотой pCR.
3.Гистологический тип: при инвазивном дольковом раке ответ может быть хуже

Использование периферических биомаркеров крови для мониторинга ответа не рекомендуется.

Ответ на НАХТ — важнейший прогностический и тактический фактор.

Оценка должна быть комплексной (клинической и патоморфологической) с учетом биологии опухоли.

На маммограмме:
Рис1 опухоль тройной негативный подтип до начала лечения.
Рис. 2 на снимках визуализируется только рентгеноконтрастная метка, остаточный фиброз, опухоли. не визуализируется

Патоморфологический ответ будет оценён после исследования операционного материала.

Здоровья всем!

КАК ИММУНИТЕТ УНИЧТОЖАЕТ РАК

То, что вы видите на кадре - это не компьютерная графика, а реальная микросъемка работы нашего иммунитета. Маленькая клетка справа - это
Т-лимфоцит (Т-киллер), а гигантская слева раковая клетка.

Как Т-киллер побеждает врага, который больше его в разы?

1. Точное распознавание: Т-лимфоцит сканирует поверхность опухолевой клетки своими рецепторами и сцепляется с ней

2. Иммунная клетка выделяет перфорины - белки, которые буквальном смысле пробивают дыры в мембране раковой клетки.

3. Через эти отверстия внутрь проникают ферменты, которые запускают в раковой клетке программную гибель (апоптоз).

Именно на усилении этой естественной
способности нашего организма основана
современная ИММУНОТЕРАПИЯ рака.

Лекарства помогают Т-клеткам лучше «видеть» опухоль и атаковать ее в разы эффективнее.

АМАЗОНКИ УДАЛЯЛИ СЕБЕ ГРУДЬ МИФ ИЛИ ПРАВДА?

Разбираемся

Считалось, что амазонки удаляли или прижигали правую грудь в детстве, чтобы она не мешала натягивать тетиву лука.

📌Впервые это упоминание появилось в 490 году до н.э., когда греческий историк попытался объяснить незнакомое слово «амазонка»

❗️Что говорит этимология?
Слово «амазонка» (a-mazos) часто переводят как «без груди».

Почему это всего лишь миф?

‼️Три главных аргумента:

1. В античном искусстве нет ни одного изображения одногрудой амазонки. Ни на вазах, ни в скульптурах (включая знаменитую «Раненую амазонку») этого увечья нет.

2. Археология не подтверждает. В скифских захоронениях найдено более 300 скелетов женщин-воительниц с оружием — но ни одного с признаками ампутации или прижигания груди.

3. Многие античные авторы вообще не упоминали этот обычай.
Женщины-воительницы действительно существовали — это подтверждено археологически. Но история с удалением груди — это лингвистическая ошибка древних греков, превратившаяся в устойчивый миф.

В реальности амазонки были не «безгрудыми», а просто сильными и независимыми женщинами, которые вызывали у греков смешанные чувства — от страха до восхищения.

на фото:
скульптура Ранения Амазонка, капитолийский музей, Рим

СПРОСИ ДОКТОРА!

ПОЧЕМУ НАС ТЯНЕТ НА ОСТРЫЕ ОЩУЩЕНИЯ?
Взгляд медицины

Любовь к острым ощущениям — не прихоть, а чистая биохимия. Когда мы сталкиваемся с контролируемой опасностью, мозг запускает каскад мощных реакций, доставшихся нам от предков:

☄️Адреналин и норадреналин — сердце колотится, дыхание перехватывает, сознание становится кристально ясным. Это режим «бей или беги», который даёт всплеск нечеловеческой энергии.

☄️Дофамин — награда за выживание. Как только риск позади, мозг заливает нас гормоном удовольствия, формируя желание повторить. Та же система, что включается от вкусной еды или влюблённости, только гораздо острее.

☄️Эндорфины — природные опиоиды, которые притупляют боль и дарят состояние, близкое к эйфории.

☄️Кортизол — гормон стресса взлетает до небес, а после резко падает. Этот спад ощущается как глубокое расслабление и перезагрузка.

📌Что это даёт организму и психике

✔️ Тренировка стрессоустойчивости. Кратковременные, но интенсивные встряски учат нервную систему быстрее возвращаться в норму. У опытных экстремалов часто ниже базовый уровень кортизола, а на бытовые проблемы они реагируют спокойнее — работает эффект закалки.

✔️ Когнитивные бонусы. Риск требует мгновенного анализа и точных движений. Это стимулирует нейропластичность — способность мозга формировать новые связи. В результате улучшаются память, концентрация и скорость принятия решений.

✔️ Антидепрессивный эффект. Мощный выброс дофамина и эндорфинов работает как естественное лекарство. Не случайно элементы экстремальной терапии иногда используют при апатии и эмоциональном выгорании.

✔️ Рост уверенности. Победа над страхом в контролируемой среде даёт ресурс: «Я справляюсь с тем, что меня пугает». Этот паттерн переносится на жизненные кризисы, повышая психологическую устойчивость.

✔️ Укрепление связей. Партнёрский экстрим (скалолазание, сплавы) провоцирует выброс окситоцина — гормона доверия. Люди, прошедшие вместе опасный опыт, часто сближаются невероятно глубоко.

⚠️ Где грань между пользой и зависимостью

Важно понимать: наш мозг устроен так, что со временем требуется увеличение «дозы» риска. Вчерашняя высота уже не будоражит, хочется больше. Так формируется адреналиновая зависимость, когда человек идёт на неоправданный риск только ради всплеска дофамина.

Здоровый экстрим — всегда про осознанный вызов, экипировка, расчёт и отсутствие реальной угрозы жизни. Как только риск становится неконтролируемым, польза исчезает.

Любовь к экстриму — это не сумасшествие, а эволюционно заложенный механизм обучения, вознаграждения и консолидации.

Использованный с умом, он становится инструментом для прокачки стрессоустойчивости, когнитивных функций и глубокого эмоционального обновления.

🩸 ПОКАЗАТЕЛИ КРОВИ ВО ВРЕМЯ ХИМИОТЕРАПИИ
❗️НА ЧТО ОБРАТИТЬ ВНИМАНИЕ❗️

1. Лейкоциты и нейтрофилы – ваша главная защита от инфекций
Нормы:

Общие лейкоциты (WBC) — 4,0 – 9,0 × 10⁹/л.
Нейтрофилы (ANC) — 1,5 – 8,1 × 10⁹/л.

Именно нейтрофилы являются основной «боевой» фракцией лейкоцитов, и их падение критичнее всего, но смотрят всегда на оба показателя.

Степени токсичности (по CTCAE) для лейкоцитов:

1 степень: 3,0 – <4,0
2 степень: 2,0 – <3,0
3 степень: 1,0 – <2,0
4 степень: <1,0

Для нейтрофилов степени такие:

1 степень: 1,0 – <1,5
2 степень: 0,5 – <1,0
3 степень: <0,5
4 степень: <0,5 (тоже, но клинически это уже уровень тяжёлой нейтропении).

📌Что делать в зависимости от цифр:

Лейкоциты 3,0–4,0 (1 ст.) / нейтрофилы 1,0–1,5 (1 ст.) – ситуация лёгкая. Никаких срочных мер не требуется. Просто контролируйте анализ перед каждым циклом, следите за температурой. Химиотерапию не отменяют.

Лейкоциты 2,0–3,0 (2 ст.) / нейтрофилы 0,5–1,0 (2 ст.) – это уже повод для врача насторожиться. Если вы готовитесь к следующему курсу, обязательно обсудите профилактическое введение колониестимулирующих факторов (Г‑КСФ) – они помогают поднять именно нейтрофилы, а за ними и общие лейкоциты. Сами по себе такие цифры ещё не требуют отмены ХТ

Лейкоциты 1,0–2,0 (3 ст.) / нейтрофилы <0,5 (3 ст.) – это уже серьёзно. Организм почти беззащитен перед бактериями.
Введение колониестимулирующих факторов (Г‑КСФ)
В этой ситуации следующий курс химиотерапии, скорее всего, отложат до восстановления (нейтрофилы должны вернуться выше 1,0). Если при этом у вас нет температуры – нужно сдавать анализ каждые 2–3 дня и держать связь с онкологом.

Лейкоциты <1,0 (4 ст.) / нейтрофилы <0,5 (4 ст.) – критический уровень. Главное правило: если температура поднимается до 38,3 °С и выше (или держится 38,0 °С более часа) – вызывайте врача ! Это состояние называется фебрильная нейтропения, оно требует госпитализации,
введение колониестимулирующих факторов (Г‑КСФ)

Важный нюанс: препараты для роста лейкоцитов (Г‑КСФ) работают максимально эффективно, если их ввести в первые 24–72 часа после химиотерапии, а не тогда, когда уровень уже рухнул и поднялась температура. Поэтому не ждите – обсуждайте профилактику заранее.


2. Тромбоциты – отвечают за свёртываемость

Норма: 150–400 × 10⁹/л.

Ориентиры и действия:

75 – 150 – первая степень. Это допустимое снижение, риск кровотечений минимален. Лечение продолжают, просто контролируют анализ перед каждым курсом.

50 – 75 – вторая степень. Серьёзных кровотечений не бывает, но стоит быть аккуратнее: избегайте травм, не принимайте аспирин и другие НПВС без разрешения врача.

25 – 50 – третья степень. Возможны синяки, кровоточивость дёсен. В этой ситуации химиотерапию, как правило, откладывают. Если появляются кровотечения – срочно звоните врачу

Ниже 25 – четвёртая степень, риск спонтанных кровотечений. Требуется переливание тромбоцитарной массы. Пациенту показан строгий постельный режим, исключение любых травм.

3. Гемоглобин – переносит кислород

Норма: у мужчин 130–160 г/л, у женщин 120–140 г/л.

По степеням анемии:

90–110 (у женщин до 119) – лёгкая анемия. Это частое явление при химиотерапии. Главное – не паниковать. Но важно сдать дополнительные анализы: ферритин, витамин В12, фолиевую кислоту, чтобы понять причину падения. Если есть дефицит – врач назначит препараты железа или витамины. Обычно химиотерапию не прерывают.

70–90 – умеренная анемия. Может появиться слабость, одышка, сердцебиение. В этом случае стоит обсудить с врачом назначение эритропоэтина – препарата, который стимулирует выработку эритроцитов. Очень важно начать его до того, как гемоглобин упадёт ниже 80, чтобы избежать переливания крови.

Ниже 70 – тяжёлая анемия. Это уже показание к переливанию эритроцитарной массы. Самостоятельно такой уровень не восстановится, требуется помощь в стационаре.

Важное предостережение: никогда не пейте препараты железа сами. Только врач решает, нужно ли железо, в какой форме (таблетки или внутривенно) и в какой дозе.


Регулярный контроль анализов и открытый диалог с врачом – ваши главные инструменты. Будьте здоровы ❤️