У меня был спор с искусственным интеллектом: Можно ли сделать эту штуку циклической или это, как у меня в книге написано, последний кризис капитализма?
Объясняю. Это последний кризис капитализма. Для того, чтобы списать долги, нужно будет разрушить мировую долларовую систему. Для того, чтобы после этого инвестировать в инфраструктуру, нужно будет выкинуть доллар.
Произойдет замена доллара на эмиссионные деньги. На эмиссионные деньги региональных валют, которые будут направляться целевым образом в инфраструктуру. В строительство. Насильственным образом. Потому что иначе голод и все остальное.
Голод, я думаю, в Африке уже начнется этой осенью. С большой вероятностью. А это влечет за собой уменьшение, углубление, разделение труда.
То есть, технологическое упрощение. И все эти искусственные интеллекты полетят. Не потому, что они не нужны. А потому, что они будут неокупаемы. Грубо говоря, стоимость энергии под них будет намного превышать тех денег, которые можно получить от продажи их услуг.
И это приведёт к тому, что придется восстанавливать старые более простые технологии с нуля. Нужна будет инфраструктура другая. Грубо говоря, небоскребов станет сильно меньше. Просто потому что это станет нерентабельно.
Есть 4 страны, которые теоретически могут этот процесс возглавить. Это США, Россия, Индия и Китай. Евросоюз уже все, понятно, не жилец. Сейчас появился еще один потенциальный лидер. Это Иран.
У меня был такой вояж. Я вначале ездил по Ростовской области. Моя тётушка, которая уже под 90 лет, она ещё до войны родилась, попросила меня свозить её по местам её детства. И вот мы поехали в Новочеркасск, в Шахты, в Ростов.
Удивительно совершенно: мы нашли дом, в котором она жила с папой и с мамой в тридцать девятом — сорок первом году, и откуда её папа 23 июня сорок первого года ушёл по мобилизации на фронт и уже не вернулся. Он был врач, причём были свидетели, которые видели, как всё произошло: он делал операцию в полевом госпитале, и туда попал снаряд. Это было в августе сорок первого года.
Мы нашли мемориальную доску в здании бывшей городской больницы города Шахты, где он работал перед войной. Мы нашли в городе Новочеркасске три дома, в которых жила моя семья, ну, родственники. Потому что кем они точно приходились (братья, сёстры, двоюродные сёстры, тёти), сейчас уже сказать сложно, потому что очень многое было потеряно.
В общем, в этом доме в Шахтах, мне рассказывала тётушка, был стол письменный, на котором было стекло, оно было разбито. Потому что они были в оккупации, и к ним подселили двух немцев, и один из них стал, соответственно, к её маме, сестре моей бабушки, приставать. А она его схватила за волосы и, соответственно, лбом разбила стекло, которое было на столе. А она была маленькая ещё, сколько ей было там, года два с небольшим, 2,5, поэтому она деталей не помнит, но этот момент она запомнила хорошо.
Ну и в Ростове мы нашли... Этот дом известный был, там родственники жили до начала семидесятых. Был кусок дома, который купил мой прадед, а потом уже оставалась только маленькая квартирка такая, двух с половиной комнатная. Дом стоит на склоне, поэтому с одной стороны это полуподвал, а с другой — бельэтаж. Тётушка подошла к школе, в которой она училась, там сейчас французская спецшкола. В школу её, конечно, не пустили, хотя, как выяснилось потом, её родственники, оставшиеся в Ростове, знакомы с директором школы, и можно было организовать.
В общем, я могу сказать, что меня совершенно потрясло отношение людей. Нам пришлось с десятком человек поговорить, обсудить, задавать разные вопросы, и хоть бы один объяснил, что он куда-то спешит, что не хочет отвечать. Нет, нам выдавали полную информацию: что в больнице, что в Шахтах, что в Ростове, что в Новочеркасске. Очень было приятное ощущение, и мои спутники, которые с нами там были, хором сказали: «Всё, на пенсию в Новочеркасск».
В общем, короче говоря, самое главное, тётушка была очень рада. Она последняя осталась из своего поколения в нашей семье. Все остальные уже умерли.
Выйти из акций перед обвалом – можно списать на удачу.
Переложиться из ОФЗ в золото ровно перед обвалом индекса RGBI – уже сложнее.
Хеджирующий шорт Индекса Мосбиржи и спекулятивные сделки фьючерсах нефти и металлов – это уже система.
Его зовут Илья, ему 23 года. За плечами – юридическое образование, сейчас магистратура экономического. Молодой, но с аналитическим мышлением, которому позавидуют люди с 20-летним стажем в рынке.
На конференции Смартлаба он задавал такие вопросы представителям публичных компаний, что те буквально терялись.
Для этого нужно быть очень глубоко погруженным в финансовую отчетность и операционную деятельность бизнеса.
🎯 Четыре точных прогноза, которые говорят сами за себя:
1. Он, без тени сомнений в глазах, в широком кругу инвесторов заявил, что дальше российские акции перейдут к падению. Что наш фондовый рынок ждёт встряска, за которой последует утомительный боковик. Это было 12 сентября 2025г., еще тогда все скептически отнеслись к его словам...
Цитата:
"Прошли огромные объёмы на продажу, а мирный трэк - дело долгое. Выхожу из акций, посмотрим, кто будет прав"
2. Следующий раз, когда он оказался ПРАВ - это когда продавал длинные ОФЗ. Он проанализировал данные по инфляции и сказал, что ключевую ставку будут снижать гораздо медленней, чем ждёт рынок.
Через месяц облигации обвалились, а он... А что он - скромный молодой парень, даже не похвастался 🤷♂️
3. Золото. В него из облигаций он и переложился.
Со словами:
"Это самый ценный актив в условиях геополитической неопределенности. Это знает каждый, но почему тогда его держат единицы?"
4. Нефть. С начала ближневосточного конфликта, он неоднократно заработал на росте нефти с помощью фьючерсов. Пока одни даже не знают, как этот инструмент работает - Илья активно извлекает прибыль из ситуации и делает это ПУБЛИЧНО.
Даже сейчас, когда с ростом нефти все ждали роста российского рынка - у него же, наоборот, открыт хеджирующий шорт по индексу Мосбиржи - то есть явно не зря рекомендуется 😅
Илья ведёт канал «Коллегия Инвесторов» – без рекламы, без воды, только аналитика и сделки.
Таких каналов на рынке – единицы. Подпишитесь, чтобы не потерять!
26.08.2026 Михаил Хазин в эфире со Стивом Дудником
01:46 Кто позволяет проходить судам через Ормуз
03:00 Зачем был стремительный визит главы ЦРУ в Москву
05:20 Насколько преувеличены проблемы населения
07:26 Что означает накачка промежуточного спроса
10:28 Что нужно сказать Трампу своему населению
14:19 Почему падение уровня жизни коснётся не всех
18:06 Когда произойдёт экономический коллапс
18:50 Почему владение собственностью потребует дополнительных расходов
23:00 Скрытые правила ведения бизнеса
26:30 В чём может быть сговор Эрдогана с элитами в Израиле
Очень интересная дискуссия у нас идет, которую начал в реальности Дмитрий Владимирович Родеев в своем интервью казанской газете «Бизнес Online», и дальше мы продолжили с Константином Антоновым. Я только сегодня написал в закрытом канале свой довольно большой ответ, и в открытом канале Константин Антонов дал ссылку на, в свою очередь, его ответ на мой ответ.
К слову сказать, дискуссия эта сводится в основном к двум вещам. Первое — смысл предвыборной кампании в России, а второе — это терминологические отличия. Я сразу говорю, я не политолог, поэтому стараюсь объяснять простым языком. Константин Антонов — социолог грамотный и политолог, по этой причине он пытается писать в рамках общепринятой научной терминологии, которая, однако, широкой общественности может быть не очень известна.
В любом случае, содержательно мы довольно близки, и тут очень важный момент — смысл предвыборной кампании. Если не вдаваться в тонкости, которые я описал у себя в тексте на закрытом канале, то смысл этот сводится к следующему: возникшая за 35 лет новая российская номенклатура очень не хочет ничего менять. И отсутствие предвыборной кампании, такой публичной, с политическими лозунгами, связано как раз с тем, что волей-неволей во время такой предвыборной кампании вылезают разного рода смыслы, которые очень не хотелось бы обсуждать ровно потому, что из них сразу будет вылезать простейшая мысль: эта модель, в которой номенклатура существует, больше не работает.
Отметим, что каждый конкретный представитель этой группы вполне себе может отдавать себе отчет, что эта модель закончилась, но тут как раз работает корпоративное подсознание. Я его описал частично в «Лестнице в небо», но и вообще на эту тему много чего написано, поэтому тут даже особо объяснять не нужно. То есть в данном случае принцип «не буди лихо, пока оно тихо»: до тех пор, пока никто не говорит, что эта модель умерла, может быть, она в таком состоянии и будет функционировать дальше, обеспечивая для своих членов чрезвычайно удобное и приятное существование. Вот это жизнь, в которой мы сегодня находимся.
С этим ничего нельзя сделать.
Они так будут себя вести, потому что иначе они себя вести не могут. И задача наша, общества в целом, состоит в том, чтобы реформу этой, в общем, уже умершей системы провести с минимальными негативными последствиями. Как это делать, я обсуждать не буду — во-первых, потому что я сам политикой не занимаюсь, во-вторых, потому что это всегда делается на элитном уровне. Задача общества состоит в том, чтобы объяснить элитам, что надо менять всё, сохранить это невозможно.
Продолжение:
Отметим, что когда я говорю о номенклатуре, то я как раз имею в виду не элиту, а всю эту аппаратную конструкцию — от министра до мелких муниципальных чиновников, от депутатов нижних до депутатов верхних, ну и представителей связанных с государством общественных организаций и крупных государственных корпораций. Всё это в целом пытается сохраниться, понимая, что сделать уже ничего нельзя, и под этим лежат даже не какие-то субъективные, а абсолютно объективные экономические процессы. Причем на Западе они происходят быстрее, чем у нас.
Что касается элитных групп, то там процессы, безусловно, происходят, мы это видим невооруженным глазом. Другое дело, что мы видим не всё. Не вызывает сомнений, что, по крайней мере, у части элитных групп есть четкое понимание: так дальше жить нельзя. Просто невозможно — не в том смысле, что не хотелось бы, а в том смысле, что это физически уже невозможно, несмотря на то, что подавляющая часть номенклатурного слоя искренне надеется ситуацию сохранить.
В этом смысле очень интересны рассуждения сегодня на закрытом канале профессора Евстафьева, где он объясняет одну из причин закрытия пресловутого концерта американского рэпера в городе Санкт-Петербурге. Я, признаться, на эту тему вообще не думал, она мне показалась очень интересной.
Кстати, обращаю ваше внимание, что всякого рода омерзительные истории вроде девочки, которую заставили стирать картинки, — это как раз признаки истерики номенклатуры, которая любой ценой пытается сохранить статус-кво. И это очень знаковый момент. Хотя, разумеется, имеются и силы, которые специально раскачивают ситуацию, история с бензином тому пример.
▶️25.08.2026 Михаил Хазин и Дмитрий Пучков в эфире Радио Sputnik обсуждают искусственный интеллект
04:15 О чём говорит разница промежуточного спроса с конечным спросом
11:53 Кто заплатит за искусственный интеллект если у людей нет денег
19:00 Что если мы не успеем в гонке искусственных интеллектов
23:29 Эксперимент с ИИ который показывает все его дыры
35:33 Новая моральная дилема для российского образования
43:02 Как управлять социумом из нового поколения