Власти Сирии обсуждают с Саудовской Аравией отправку сирийского контингента в Йемен – для нейтрализации сухопутной угрозы со стороны хуситов, утверждают источник Axios. Переговоры на высшем уровне по этому вопросу состоялись совсем недавно: в начале недели наследный принц Саудовской Аравии принял сирийского президента аш-Шараа в Эр-Рияде.
Источник, знакомый с ходом переговоров, отмечает, что Дамаск может предоставить от 10 до 20 тыс. военнослужащих. Но это может придать конфликту в Йемене подчеркнуто конфессиональный разрез, убеждены собеседники Axios.
Совсем не исключено, что переброшен будет наступательный актив, который аш-Шараа использовал во время штурма Дамаска в 2024 году, – это радикальные боевики несирийского происхождения, которым не нашлось места в новом сирийском государстве, публично стремящемся к дерадикализации и конфессиональному примирению.
Саудовская Аравия запросила у ОАЭ помощь в борьбе с хуситами, сообщил @khamsin_season источник в эмиратском дипкорпусе. Соответствующий запрос Эр-Рияд более сформулировал во время сентябрьского визита, который нанес в Саудовскую Аравию по ее приглашению вице-президент ОАЭ Мансур бин Зайед.
Главное, в чем заинтересован саудовский правящий дом, – оказание центральному правительству Йемена помощи в освобождении западного побережья Йемена, потерянного в результате стремительного наступления хуситов в прошлом месяце.
У ОАЭ есть большой и наиболее успешный опыт проведения наступательных операций на побережье Йемена. Именно эмиратские вооруженные силы и лояльные им местные парамилитари сыграли решающую роль в вытеснении хуситов с ключевых приморских территорий в 2015 году и освобождении Адена (ныне – временной ставки правительства).
По большому счету, Эр-Рияд хочет повторения масштабной амфибийной операции на побережье с максимальным вовлечением ОАЭ и их сил. И это несмотря на то, что ОАЭ и Саудовская Аравия в течение последних лет фактически понизили уровень контактов из-за разногласий по целому ряду конфликтов, не последнее место в котором занимала ситуация в Йемене.
Вместо прямого урегулирования с Ираном Трамп добивается созыва переговоров между Ираном и странами Персидского залива, которые бы завершились подписанием абстрактного соглашения о завершении конфликта на Ближнем Востоке. По крайней мере, это следует из дипломатической активности команды Трампа на полях Генассамаблеи ООН в Нью-Йорке.
В понимании Трампа, это помогло бы подвести логическую черту под войной и объявить о конце ее горячей фазы в преддверии промежуточных выборов в Конгресс.
Вот так февральская военная кампания 2026 года, которая стартовала по инициативе США и Израиля, поэтапно пришла к тому, что за ее последствия должны экономически и политически расплачиваться страны Персидского залива, которые уговаривали администрацию Трампа не начинать эту войну, понимая, что они окажутся в самой уязвимой позиции.
Сам факт дискуссии об ирано-арабском соглашении только ускорит закрытие американских баз на Ближнем Востоке и усилит региональное положение Ирана.
Центральное военное командование Ирана дало понять, что готовится к очередной фазе войны. Иранские военные заявили, что располагают данными о подготовке Соединенными Штатами при поддержке ряда возобновления военной кампании.
При этом США тоже просчитывают резкое ухудшение ситуации в сфере безопасности: на днях Госдепартамент выпустил предупреждение американским гражданам, находящимся на Ближнем Востоке, о рисках «непредвиденной эскалации».
Учитывая то, что Иран с лета перешел к так называемой наступательной доктрине, инициатива вернуться в горячую фазу вооруженного конфликта – с использованием Йемена как формального повода или без него, может быть предпринята любой стороной.
Сейчас можно сказать только одно: регион вошел в стадию максимального мобилизационного напряжения.
Саудовская Аравия достигла той критической точки в конфликте с хуситами, когда ей пришлось просить помощь у Израиля. В рамках переговоров, организованных при посредничестве США, королевство запросило геопространственную и радиоэлектронную разведку, чтобы составить полную картину расположения сил хуситов и раскрыть их дальнейшие планы.
У Саудовской Аравии и Израиля есть долгая история сотрудничества по линии разведок, которая старше самой концепции Авраамовых соглашений. Проблема в последние годы была только в том, что после войны в секторе Газа саудовский правящий дом отказался от какого-либо альянса с израильтянами – формального и неформального – из солидарности с Газой.
Отчасти в логике конкуренции с Израилем появилась концепция Мекканского оборонного альянса – блока с участием Турции, Саудовской Аравии и Пакистана, который, по большому счету, за эти дни не смог оказать никакой реальной помощи Эр-Рияду.
Теперь же Саудовская Аравия признает, что именно Израиль обладает наиболее релевантными средствами для локализации йеменского конфликта. И это означает, что необходимость защищать себя от Ирана и его прокси-сил для Залива перевесила вопрос о солидарности с палестинцами, манипулировать которым все эти годы так активно пытался Иран.
Хуситы, накануне выбившие формирования центрального правительства Йемена с побережья Красного моря, начали продвигаться к островам вблизи Баб-эль-Мандебского пролива, что должно обеспечить им более уверенный контроль над Красным морем.
Потеря города Моха и отступление правительственных сил на юг страны означают, что международно признанные власти Йемена практически полностью лишились контроля над побережьем Красного моря и могут лишиться временной столицы – Адена.
Ситуация вокруг наступательной операции хуситов уже привела к тому, что движение судов через Баб-эль-Мандебский пролив сократилось, по данным мониторинга.
И это понятно: хуситы получили возможность атаковать торговые суда в упор. Теперь для залпа по танкерам им не нужна дорогая баллистика – достаточно использовать противокорабельные мины, дроны-камикадзе, артиллерию и мобильные лодки.
Если до этого судовладельцы полагались на гарантии безопасности со стороны условной международной коалиции, но теперь они понимают: у гражданского судоходства в этом проливе нет никакого иммунитета. Чего и добивалась иранская «ось».
События в Йемене могут активировать механизмы о коллективной обороне в рамках Мекканского оборонного пакта – соглашения с участием Саудовской Аравии, Турции и Пакистана. Исламабад рассматривает проведение военно-воздушной операции против хуситов по запросу Саудовской Аравии, которая накануне подверглась массированной атаке повстанцев.
Главной целью Пакистана может стать провинция Саада. Этот регион на северо-западе Йемена — историческая родина, главный оплот движения хуситов и их основная база снабжения. Отсюда чаще всего производятся пуски ракет по Саудовской Аравии. И именно там скрывается первое лицо группировки – Абдель Малек аль-Хуси.
В связи с тем, что пакистанское руководство ранее официально заявляло, что любая угроза его коммерческому судоходству со стороны хуситов будет рассматриваться как «угроза национальной безопасности», целями Исламабада также могут стать радары, базы беспилотных катеров и позиции противокорабельных ракет хуситов на береговой линии.
Риск частичного обрушения фронта хуситов на отдельных направлениях сейчас оценивается как предельно высокий. Тотальная активизация боевых действий на всей линии соприкосновения поставила повстанцев в критическое положение. И прямое вмешательство ВВС Пакистана может стать решающим фактором в том случае, если авиарейды станут постоянным явлением.