Телеграм канал «Доктор Жимба»

Что страшит мужчин больше всего и причем тут сосуды

Если говорить честно, мужчин не особо пугают абстрактные вещи вроде "сосудистые риски". Нас пугает другое. Больше всего мужчина боится двух вещей: потерять возможность делать то, что он делает сейчас и мужского бессилия. Обе эти вещи напрямую связаны с сосудами.

Когда сосуды начинают работать хуже, первой страдает микроциркуляция крови. И это сразу отражается на качестве жизни, на ощущении себя мужчиной. Проблема не возникает внезапно. Она формируется годами, вместе с повышением давления, уровнем холестерина и сахара в крови.

Самое распространенное заблуждение, это вера в сосудистую хирургию. Мне пациенты говорили: "если что, поставлю стент и все будет нормально". Но дело в том, что стент – это не лечение, это механическое расширение сосуда, трубка, которая держит просвет, а не восстанавливает ткань. После установки стента человек пожизненно привязан к препаратам, без них стент может забиться. Для многих это становится неприятной неожиданностью. Человек думал, что "починят и дальше поеду как раньше". А как раньше уже не будет.

Инсульт, инфаркт – это заболевания, которые делят жизнь на до и после. И жизнь после полна ограничений, лекарств, и гораздо более низкого качества. Поэтому гораздо разумнее не доводить до болезни, не надеяться, что есть волшебный способ починить потом. Потому что потом - это всегда дороже, сложнее и с серьезными потерями.

За всю свою почти что 20-ти летнюю врачебную практику я ни разу не встречал мужчину, который хотел бы потерять силу, энергию и возможности. А значит следить за здоровьем сосудов просто необходимо каждому и начинать лучше не тогда, когда всё уже плохо. Так уж получилось, что у людей, и у мужчин в особенности, полноценная жизнь напрямую зависит от качества сосудов. Если вы хотите оценить своё текущее состояние и позаботиться о себе — приходите на приём к Николаю Владимировичу Халтанову в клинике на Сивцевом Вражке. Он невролог и рефлексотерапевт, работает в команде уже более 10 лет и как никто другой умеет говорить с мужчинами так, как они привыкли — без лишних слов и по делу.

Как важно (на самом деле нет) все время быть занятым

Я смотрю на своих пациентов, особенно молодых, мужчин, – вижу, как сильно они хотят быть занятыми, стремятся быть загруженными. Им кажется, что это и есть успех, что это приведет дальше к успеху денежному, карьерному, ко всему.

Помню, приезжал домой, было мне лет тридцать. Одноклассники у меня все такие занятые тогда были, все работали, спрашивали меня – чего, Жимба, всё скачешь, по миру, всё бездельем страдаешь? Устройся на работу, работать начинай. Тогда парни, мои друзья, они мне правда с добрыми пожеланиями это говорили. Им казалось, что я занимаюсь чем-то несерьёзным – вроде и не бизнесмен, а врач, а на работу в большую структуру никак не устроюсь.

Сейчас даже по некоторым знакомым вижу – люди искусственно создают себе занятость. У них должно быть тысяча важных звонков в день, тысяча каких-то неотложных дел. И это кажется успехом. Чем больше они начинают себя грузить, тем лучше и успешнее становятся, так им кажется. Но это не так. Нужно, наоборот, избавляться от лишнего.

Этого не понимали мои друзья тогда, лет двадцать назад. Не понимают и мои молодые пациенты лет 25-35, которые приходят ко мне сейчас. Они рассказывают про стресс, который испытывают, как на это тратится много сил и энергии, и при этом описывают свою жизнь так будто бы именно их стараниями крутится земной шар, и что без них в этом мире ничего не будет. А я сижу, слушаю и понимаю, что важно ведь совсем не это …

Осень – лучшее время начать

В тибетской медицине осень – сезон желчи, время, когда организм сам настроен на очищение. Активируются внутренние ветра и, если в это время начать голодание или изменить режим питания, эффект будет сильнее, чем в любое другое время года.

Но важно понимать, что очищение – это не промывка труб. Организм же не канализация. А многие люди, когда говорят «почистить сосуды» или «почистить печень» – представляют себе трубы, в которые можно залить что-то и всё смыть. Так не работает. Сосуды – это орган со своей иммунной системой и ритмом работы. Вот почему большинство детокс-программ дают эффект только пока вы их делаете. Как только возвращаетесь к привычной жизни – всё возвращается.

Настоящее очищение – это не процедура, а условия. Основная идея в том, чтобы создать условия, при которых организм сам начинает работать правильно. Тогда аутофагия – самоочищение клеток – включается естественно. Стареющие клетки, которые отравляют окружающие ткани, начинают уничтожаться, а висцеральный жир – главный источник хронического воспаления – постепенно уходит. Это не за неделю. Но это работает по-настоящему.

Смотрите запись эфира, там много деталей, которые в этот пост не вошли.

Голодание — это очищение (прямой эфир)

Не в эзотерическом смысле, а в буквальном физиологическом. Когда организм не занят перевариванием, он занимается собой: убирает повреждённые клетки, снижает воспаление, восстанавливает то, на что в обычном режиме не хватает ресурсов.

13 сентября я проведу прямой эфир (Zoom), где расскажу об этом подробнее. Почему осень лучшее время для очищения и, что конкретно происходит в теле во время голодания и как использовать это с умом.

Запись эфира будет и мы отправим её всем зарегистрировавшимся.

📅 13 сентября, 10:00 (мск)
📍 Zoom

Почему каждому нужно учиться голодать (или хотя бы раз в жизни попробовать)

Хочу поговорить с вами о голоде, только не о том голоде, который многие себе представляют. В тибетской медицине есть базовое правило правильного питания, и оно состоит из нескольких частей.

Первая часть звучит просто: ешь только тогда, когда ты голоден. Но здесь важно понять, что такое настоящий голод, потому что мы его путаем с другой вещью. Настоящий голод это состояние, когда ты получаешь удовольствие от черствого хлеба с водой, без сахара, без всего. Вот это состояние голода. А когда ты думаешь, я бы съел то, я бы съел это, я хотел бы это попробовать, это не голод. Это просто ментальная ловушка, желание, ностальгия по какому-то вкусу. Мы физическое голодание путаем с психологическим желанием, а это разные вещи совершенно.

И если спросить большинство людей, когда вы последний раз испытывали настоящий физический голод, окажется, что почти никто не может вспомнить. Я сам спрашиваю об этом на приёме, и это реально мало кто испытывает. Практически никто. Потому что мы живём в окружении еды, которая есть всегда. Но если поехать в деревню, на стоянку кочевников какую-нибудь, там люди испытывают этот голод постоянно. Они утром позавтракали, вышли работать, а поваров у них нет, никто им не готовит, в магазин они не ходят каждый день. У них есть готовый хлеб, а все остальное нужно готовить самому. И конечно, они едят голодными. Я сам помню, в детстве все ели голодными, поэтому все хотели есть по-настоящему.

Вторая часть правила – это правило выбора продуктов. Чем проще еда, чем натуральнее, чем проще её приготовление, тем полезнее она считается. Мы же не можем питаться деликатесами все время. Мое питание, если говорить откровенно, это простая еда. Простое мясо, простая рыба, простые овощи – обычная еда, и она полезна. А всё, что готовится в каком-то особом соусе, с большим количеством специй, это еда для праздника. Возьмем китайскую кухню, она очень сильно насыщена разными специями. Я сам жил в Китае, и, когда я оттуда уехал в Россию, всё здесь показалось мне очень пресным. Я приехал сначала в деревню, потом в город, это были девяностые годы, разнообразия не было даже в больших городах. Еда была обычная, простая, пресная, мне она казалась совсем пресной после Китая.

Дедушка, как я понимаю, всегда придерживался этого правила. Он мог иногда поесть в ресторане, но всегда говорил, что это еда не для повседневного приёма, что так можно только иногда себя побаловать. И вот в современном мире устроено так, что мы вообще не испытываем настоящего голода, никакого. Мы испытываем эмоциональный голод, психический голод, и я бы ещё назвал это инсулиновым голодом, когда в организме развивается инсулинорезистентность. Одна моя пациентка очень хорошо это сформулировала. Она сказала, что поняла идею питания так: когда ешь много, у тебя увеличивается инсулин, а когда инсулин увеличивается, тебе хочется есть еще больше, особенно сладкого. А когда она начала есть меньше, ей перестало постоянно хотеться есть, и вместе с этим перестало хотеться сладкого. И она от этого полностью ушла, и жить ей стало намного проще, потому что еда перестала занимать столько места в ее мыслях.

На своём курсе я хочу вас подвести к способности чувствовать настоящий голод, к тому что большинство современных людей полностью утратили. И научиться его чувствовать хотя бы раз в жизни, попробовать это состояние на себе, это по-настоящему важный опыт для здоровья, который стоит попробовать каждому.

Почему в тибетской медицине всех лечат по-разному

В тибетской медицине нет протоколов. Люди привыкли, что в традиционной медицине всё устроено иначе: если у тебя это – то лечение такое, если то – лечение другое. Протокол есть там, где применяют симптоматическое лечение. Симптом один и лечение одно или нескольких вариантов. А тибетская медицина – это холистическая медицина. Симптом – это следствие. А причины одного и того же симптома у разных людей могут быть совершенно разные.

Возьмём головную боль. Три разных человека, у всех болит голова одинаково, но причины разные.

Первый случай. Человек полностью здоров, анализы в норме. Но он весь зажат, всё время живет в тревоге, в ожидании чего-то. Есть такой гормон – кортизол, его называют "тихий шум". Как холодильник: днем его не слышишь, а ночью в тишине – слышишь. Так и кортизол – все время повышен, все время напряжение, все время стресс. Это приводит к головным болям напряжения. Поймать высокий кортизол – задача непростая.

Второй случай. У пациента остеохондроз шейного отдела, смещение. МРТ сделал, видно изменения, сосуды извилистые. Тоже головная боль.

Третий случай. Мы видим атеросклеротические изменения сосудов шеи, бляшки, перекрыты сосуды на 50 процентов. Тоже болит голова.

В традиционной медицине симптом один – назначают обезболивающие, гипотензивные, если холестерин чуть повышен – статины. Потому что симптом один.

А в тибетской медицине мы отталкиваемся от того, как ведёт себя тело. Симптом важен, но мы стараемся устранять телесную причину. Нам не важно снятие симптома. Сам симптом – это для врача тибетской медицины показатель, триггер: ты справился с задачей или нет.

Вот человек приходит с головной болью. Мы не головную боль лечим – мы нервную систему выравниваем. И когда на втором-третьем приёме человек говорит: вроде всё то же самое, но чуть лучше стало, стул лучше стал – и потом, как бы между прочим: а голова-то у меня перестала болеть. И сам уже почти не помнит, что приходил именно с этим. Люди так устроены: когда боль исчезает, мы перестаем её замечать. А для доктора тибетской медицины это и есть показатель того, что он справился – нервную систему выровнял. Значит, лечение эффективное и мы идём в верном направлении. Но на эти изменения нужно время, не всё может пройти за один и даже 21 день.

Что значит фигура учителя в буддизме?

Я регулярно посещаю Индию (в этом году тоже был). Еду туда не просто чтобы побыть в храмах, хотя и для этого тоже. Я еду за благословением учителя. Далай-лама – мой учитель. Я у него получал прибежище, он дал мне учение, и таким образом стал моим учителем.

Учитель – это тот, кто дал право практиковать преемственность его линии. Я не просто так вдруг решил, что я буддист и начал что-то практиковать. Я вступил в линию преемственности учений с позволения своего учителя. И мой учитель имеет со мной сакральную связь. Когда я практикую, он ведёт меня на этом пути. Не обязательно напутственными советами и своим присутствием. Есть его энергия, есть моё отношение к нему. И когда я нарушаю свои обязательства, свои заветы, мне кажется, я предаю линию преемственности своего учителя. А это для меня очень плохо. И это становится сдерживающим фактором.

Люди иногда представляют себе это так: ты берёшь трубку, звонишь и говоришь: "Здравствуйте, дорогой Далай-лама, тут у меня такая фигня случилась, что делать?" Нет. Когда я практикую духовные практики – он ведёт меня в пути этой практики. Может даже не своими напутственными советами, а просто своим присутствием, своей энергией.

В буддизме есть такое: если я буду хорошую связь иметь с этой линией, когда умру – мои учителя заберут меня из страданий. Даже если вдруг будет риск того, что я попаду туда. И я в это верю, почему-то. Просто верю.

Благословение для меня – это как плато в похудении. Вот человек худеет, худеет, потом вес встал. Нужно что-то сделать, чтобы сдвинуться дальше. В духовном развитии благословение – это именно такой сдвиг. После него я уже не имею права опускаться ниже того уровня, до которого дошел. Это мотивация. Пинок под зад, если угодно. Вот за этим я и езжу в Индию.