Телеграм канал «amour.»

давно я не писала на канал свои личные мысли. получилось как всегда чем-то очень искренним и личным, но, уверена, вы меня поймете)

вы умеете говорить долго, красиво, убедительно. но чем изящнее ваша речь, тем отчетливее пустота за ней. слова у вас поставлены, а сердце - нет. и это чувствуется сразу, без объяснений и ваших тщетных попыток доказать что-либо. вы с готовностью учите жить, будто уже разобрались во всем. раздаете советы направо и налево, прячась за умным тоном и правильными формулировками. хотя в этих словах все чаще слышится не забота, а раздражение - как будто чужой свет режет вам глаза. только одного вы упорно избегаете - честного разговора с собой. там слишком неудобно, правда?) вы называете других слепыми, хотя сами давно смотрите на мир сквозь трещины собственных искажений. вас тревожат не чужие ошибки, а чужая свобода, рост, спокойствие - все то, что происходит без вашего участия. год за годом в вас не становится светлее - злость грубеет, лицемерие приживается, яд перестает быть случайным и становится привычкой. а маски… их у вас целая коллекция. для одних - благочестивость, для других - превосходство, для третьих - мнимая глубина. вы так часто их меняете, что уже и не знаете где же ваше истинное «я», от которого вы так усердно сбегаете. мне нечего вам доказывать и не за что спорить. я лишь благодарю Бога за то, что Он снимает иллюзии раньше, чем они пускают корни во мне. за то, что показывает гниль - не из жестокости, а из милости. чтобы я не перепутала тьму с мудростью и яд - с правдой. (с) G

я желаю тебе решимости быть счастливой, новых целей и сил на их достижение. жить красиво, радостно, с любовью - большое искусство. желаю тебе им овладеть. (с) эльчин сафарли «когда я вернусь, будь дома»

amour.

я лгу себе в том, что в сердце ты всего-навсего разболелась а ты в нём, /как выяснилось/, застряла и глубоко въелась. ты веришь в теорию Юнга о том, что любовь негасима? я сплю в колыбели тихо качающей твоё имя, все дороги мои, вероятно теперь исхожены, все маршруты от мрака ведут к тебе, я морозы Антарктики носил под рёбрами, до того, как мой компас стрелой не воззвал к тебе. я б объявил тебе резолюцию, мизансцен, изгнал бы из сердца, боясь твоей власти и своего безумства, но у меня к тебе, /наступательно/ чувство самого редкого объекта искусства.

я лгу себе о том, что в сердце ты всего-навсего разболелся. а ты в нём, /как выяснилось/, застрял и глубоко въелся.