Инструменты
Каталог TGAds
Мониторинг
Детальная статистика
Анализ аудитории
Бот аналитики
Полезная информация
Инструкция Telemetr
Документация к API
Чат Telemetr
Не попадитесь на накрученные каналы! Узнайте, не накручивает ли канал просмотры или
подписчиков
Проверить канал на накрутку
Телеграм канал «Jewish Heroes/Еврейские герои»
Jewish Heroes/Еврейские герои
1.1K
244
248
231
398
Канал уникальных еврейских биографий и редких архивных документов.
Рубрики #найдено_в_архиве и #главный_герой
Читайте нас на сайте https://www.jewishheroes.live/heroes
Страница в фейсбуке https://www.facebook.com/@jewishheroes2020
По рекламе @Anny_Nun
Рубрики #найдено_в_архиве и #главный_герой
Читайте нас на сайте https://www.jewishheroes.live/heroes
Страница в фейсбуке https://www.facebook.com/@jewishheroes2020
По рекламе @Anny_Nun
Подписчики
Всего
951
Сегодня
0
Просмотров на пост
Всего
97
ER
Общий
9.85%
Суточный
8.4%
Динамика публикаций
Telemetr - сервис глубокой аналитики
телеграм-каналов
телеграм-каналов
Получите подробную информацию о каждом канале
Отберите самые эффективные каналы для
рекламных размещений, по приросту подписчиков,
ER, количеству просмотров на пост и другим метрикам
рекламных размещений, по приросту подписчиков,
ER, количеству просмотров на пост и другим метрикам
Анализируйте рекламные посты
и креативы
и креативы
Узнайте какие посты лучше сработали,
а какие хуже, даже если их давно удалили
а какие хуже, даже если их давно удалили
Оценивайте эффективность тематики и контента
Узнайте, какую тематику лучше не рекламировать
на канале, а какая зайдет на ура
на канале, а какая зайдет на ура
Показано 7 из 1 093 постов
Смотреть все посты
Пост от 19.06.2026 12:02
26
0
2
#найдено_в_архиве Юдифь Голландская. Харьков, 1953 год
Юдифь Григорьевна Голландская родилась в Астрахани. К 1953 году она работала начальником планового отдела харьковского треста «Главмука» и жила на проспекте Ленина. За ней следили уже почти двадцать лет.
Органы впервые обратили на неё внимание в 1930 году в Ленинграде, где она тогда жила. Фиксировали, что она участвовала в оппозиционных кружках и критиковала политику партии — то, что в документах МГБ неизменно называлось «троцкистской агитацией». После убийства Кирова в декабре 1934 года Голландская, по данным органов, высказывалась о нём пренебрежительно и называла убийцу «марксистом-ленинцем» — формулировку, которую МГБ будет воспроизводить в каждом последующем документе на протяжении почти двух десятилетий. За свои взгляды она неоднократно получала партийные взыскания, а в 1937 году была исключена из партии.
В феврале 1936 года её арестовали. При обыске изъяли литературу — Бернштейна, Мартова, Зиновьева, Бухарина. Следствие установило контрреволюционную деятельность. Находясь в камере, она, по версии органов, продолжала агитировать арестованных. Виновной себя не признала. И тут произошло нечто неожиданное: оперативный работник НКВД Коган уничтожил из её дела ряд документов — и Голландская вышла на свободу. Это был редчайший случай, когда халатность или коррупция внутри самой системы спасла человека. Самого Когана впоследствии это, по всей видимости, не спасло.
В 1941 году при ремонте квартиры Голландской под полом были обнаружены документы сионистского содержания, воззвания и переписка. Переписка принадлежала её дяде — Розову Израилю Аншелевичу, до 1917 года активному руководителю сионистского движения в Петербурге, имевшему связи с заграницей и получавшему для сионистской организации крупные денежные суммы. В 1918 году Розов эмигрировал. Голландская вместе с отцом и матерью в 1908 году также проживала за границей — этот факт органы фиксировали как отягчающее обстоятельство. Мать Голландской на допросе дала, по оценке следствия, «неоткровенные показания» о том периоде, объяснив, что семья жила на случайные заработки.
В 1942 году Голландская была административно выслана из Ленинграда в Сургутский район Тюменской области. В ссылке, по данным органов, она продолжала высказывать свои взгляды и критиковать власть. В 1944 году самовольно покинула место ссылки и осела в Харькове — что само по себе было нарушением режима.
В Харькове она устроилась в трест «Главмука» и, по данным МГБ, «группировала вокруг себя лиц еврейской национальности, часть которых также настроена националистически».
К 1953 году МГБ констатировало: дело заслуживает оперативного внимания, но агентуры для разработки Голландской нет. Был разработан план: завербовать двух её сослуживиц из того же треста — экономиста Хазанову Марию Павловну и сотрудницу Бреслав Браину Симоновну, обе — еврейки, обе — бывшие ленинградки, которых общее прошлое должно было сблизить с Голландской. Параллельно — запросить Ленинградское УМГБ о ранее работавшей по её делу агентуре, в частности об источнике «Медянский», которого планировалось направить в Харьков для посещения Голландской. И — установить прослушивание в её квартире.
План был утверждён 21 марта 1953 года.
Что стало с Юдифью Голландской — документы умалчивают.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.51-55
#ИсторияУкраины #УрокиИстории #Архивы #архів_СБУ
Юдифь Григорьевна Голландская родилась в Астрахани. К 1953 году она работала начальником планового отдела харьковского треста «Главмука» и жила на проспекте Ленина. За ней следили уже почти двадцать лет.
Органы впервые обратили на неё внимание в 1930 году в Ленинграде, где она тогда жила. Фиксировали, что она участвовала в оппозиционных кружках и критиковала политику партии — то, что в документах МГБ неизменно называлось «троцкистской агитацией». После убийства Кирова в декабре 1934 года Голландская, по данным органов, высказывалась о нём пренебрежительно и называла убийцу «марксистом-ленинцем» — формулировку, которую МГБ будет воспроизводить в каждом последующем документе на протяжении почти двух десятилетий. За свои взгляды она неоднократно получала партийные взыскания, а в 1937 году была исключена из партии.
В феврале 1936 года её арестовали. При обыске изъяли литературу — Бернштейна, Мартова, Зиновьева, Бухарина. Следствие установило контрреволюционную деятельность. Находясь в камере, она, по версии органов, продолжала агитировать арестованных. Виновной себя не признала. И тут произошло нечто неожиданное: оперативный работник НКВД Коган уничтожил из её дела ряд документов — и Голландская вышла на свободу. Это был редчайший случай, когда халатность или коррупция внутри самой системы спасла человека. Самого Когана впоследствии это, по всей видимости, не спасло.
В 1941 году при ремонте квартиры Голландской под полом были обнаружены документы сионистского содержания, воззвания и переписка. Переписка принадлежала её дяде — Розову Израилю Аншелевичу, до 1917 года активному руководителю сионистского движения в Петербурге, имевшему связи с заграницей и получавшему для сионистской организации крупные денежные суммы. В 1918 году Розов эмигрировал. Голландская вместе с отцом и матерью в 1908 году также проживала за границей — этот факт органы фиксировали как отягчающее обстоятельство. Мать Голландской на допросе дала, по оценке следствия, «неоткровенные показания» о том периоде, объяснив, что семья жила на случайные заработки.
В 1942 году Голландская была административно выслана из Ленинграда в Сургутский район Тюменской области. В ссылке, по данным органов, она продолжала высказывать свои взгляды и критиковать власть. В 1944 году самовольно покинула место ссылки и осела в Харькове — что само по себе было нарушением режима.
В Харькове она устроилась в трест «Главмука» и, по данным МГБ, «группировала вокруг себя лиц еврейской национальности, часть которых также настроена националистически».
К 1953 году МГБ констатировало: дело заслуживает оперативного внимания, но агентуры для разработки Голландской нет. Был разработан план: завербовать двух её сослуживиц из того же треста — экономиста Хазанову Марию Павловну и сотрудницу Бреслав Браину Симоновну, обе — еврейки, обе — бывшие ленинградки, которых общее прошлое должно было сблизить с Голландской. Параллельно — запросить Ленинградское УМГБ о ранее работавшей по её делу агентуре, в частности об источнике «Медянский», которого планировалось направить в Харьков для посещения Голландской. И — установить прослушивание в её квартире.
План был утверждён 21 марта 1953 года.
Что стало с Юдифью Голландской — документы умалчивают.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.51-55
#ИсторияУкраины #УрокиИстории #Архивы #архів_СБУ
Пост от 17.06.2026 12:02
25
0
0
#найдено_в_архиве Лев Кельман. Харьков, 1953 год
Дело-формуляр на него завели в 1936 году, когда ему было тридцать семь. В 1953-м ему пятьдесят четыре — и оно всё ещё не закрыто.
В 1927 году Кельман работал на 5-й обувной фабрике Харькова. Участвовал в деятельности оппозиционной группы, посещал собрания — которые органы пренебрежительно называли «нелегальными сборищами троцкистов» — и подписал «Платформу 13», документ Объединённой оппозиции с критикой курса Сталина. На одном из собраний оппозиционеров выступал сам Раковский.
Когда начался разгром оппозиции, Кельман подал заявление об идейном отходе и снял подпись под платформой. МГБ спустя годы назовёт это «двурушничеством». В 1935-м его исключили из партии. В 1937-м арестовали. Участие в оппозиции в 1927 году доказали — но никакой реальной антисоветской деятельности после этого найти не смогли. Отпустили. Для 1937 года — редкая удача.
Затем война. Призван в 1941-м Городищенским РВК Пензенской области. Рядовой. Сапожник, физкультурник, сигнальщик. Выбыл в апреле 1945-го.
После войны вернулся в Харьков. Снова работал сапожником на Коммунальном рынке. Дело подняли из архива. В феврале 1953-го за ним следил агент «Леонидов» — примечательная деталь: в документе отмечено, что агент «в прошлом также троцкист» и именно поэтому пользуется доверием Кельмана. Система использовала бывших оппозиционеров для слежки за бывшими оппозиционерами.
Через две недели после утверждения очередного плана слежки умер Сталин.
Что случилось с Львом Кельманом после марта 1953 года — неизвестно.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.46-49
Дело-формуляр на него завели в 1936 году, когда ему было тридцать семь. В 1953-м ему пятьдесят четыре — и оно всё ещё не закрыто.
В 1927 году Кельман работал на 5-й обувной фабрике Харькова. Участвовал в деятельности оппозиционной группы, посещал собрания — которые органы пренебрежительно называли «нелегальными сборищами троцкистов» — и подписал «Платформу 13», документ Объединённой оппозиции с критикой курса Сталина. На одном из собраний оппозиционеров выступал сам Раковский.
Когда начался разгром оппозиции, Кельман подал заявление об идейном отходе и снял подпись под платформой. МГБ спустя годы назовёт это «двурушничеством». В 1935-м его исключили из партии. В 1937-м арестовали. Участие в оппозиции в 1927 году доказали — но никакой реальной антисоветской деятельности после этого найти не смогли. Отпустили. Для 1937 года — редкая удача.
Затем война. Призван в 1941-м Городищенским РВК Пензенской области. Рядовой. Сапожник, физкультурник, сигнальщик. Выбыл в апреле 1945-го.
После войны вернулся в Харьков. Снова работал сапожником на Коммунальном рынке. Дело подняли из архива. В феврале 1953-го за ним следил агент «Леонидов» — примечательная деталь: в документе отмечено, что агент «в прошлом также троцкист» и именно поэтому пользуется доверием Кельмана. Система использовала бывших оппозиционеров для слежки за бывшими оппозиционерами.
Через две недели после утверждения очередного плана слежки умер Сталин.
Что случилось с Львом Кельманом после марта 1953 года — неизвестно.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.46-49
👍
1
Пост от 16.06.2026 16:34
17
0
0
#найдено_в_архиве Марк Киселевский. Харьков, 1953 год.
Инженер-полиграфист. Лейтенант. Дважды кавалер ордена Красной Звезды. И человек, за которым МГБ следило шестнадцать лет.
Печатный двор
В 1930–1935 годах Киселевский работал техническим директором ленинградского «Печатного двора» — одной из старейших типографий страны, основанной ещё при Петре I. Легендарное место. И одновременно — место, ставшее для многих приговором.
В 1936–1938 годах НКВД вскрыл здесь «контрреволюционную вредительскую организацию». Её руководителем был объявлен Михаил Томский — настоящая фамилия Ефремов — бывший глава советских профсоюзов, застрелившийся в августе 1936 года, едва узнав о своём предстоящем аресте. Его соратников расстреляли. Киселевский попал в их показания — как участник организации и ближайший помощник по «вредительству» на «Печатном дворе».
В 1942 году Особое совещание при НКВД осудило его на 8 лет лагерей — формально за другое: в октябре 1941-го, будучи ответственным за эвакуацию московской фабрики «Госзнак», он бросил фабрику и уехал. По данным органов, с фабрики похищено 500 000 рублей.
Из лагеря — на фронт
В апреле 1943-го его этапировали из Бутырки в Ухтимжемлаг. В лагерь он не прибыл. С декабря 1943 года служил лейтенантом в 277-м гвардейском стрелковом полку 3-го Белорусского фронта. Командир роты. Тяжело ранен. Демобилизован в 1944-м.
Награды: орден Красной Звезды — дважды, орден Отечественной войны I степени.
МГБ в 1953 году планировало проверить — а воевал ли он вообще? Не слишком ли подозрительно, что осуждённый к восьми годам лагерей вдруг оказался офицером с орденами?
База «Память народа» подтверждает: воевал. Награды — реальные.
Филателист
После войны осел в Харькове, работал технологом книжной фабрики. Увлекался филателией — и это стало отдельным поводом для слежки. В 1945–1949 годах получал иностранные марки из Германии через сестру. МГБ подозревало его в связях с зарубежной агентурой и троцкистами IV Интернационала.
Пятеро агентов вели его с 1947 года. Все пятеро, как зафиксировано в деле, «доверием у Киселевского не пользовались».
26 февраля 1953 года
Утверждён план: новый агент на фабрике, внедрение через Дом учёных, прослушивание в квартире. Через две недели умер Сталин.
Что стало с Марком Киселевским — неизвестно.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.34-40
Инженер-полиграфист. Лейтенант. Дважды кавалер ордена Красной Звезды. И человек, за которым МГБ следило шестнадцать лет.
Печатный двор
В 1930–1935 годах Киселевский работал техническим директором ленинградского «Печатного двора» — одной из старейших типографий страны, основанной ещё при Петре I. Легендарное место. И одновременно — место, ставшее для многих приговором.
В 1936–1938 годах НКВД вскрыл здесь «контрреволюционную вредительскую организацию». Её руководителем был объявлен Михаил Томский — настоящая фамилия Ефремов — бывший глава советских профсоюзов, застрелившийся в августе 1936 года, едва узнав о своём предстоящем аресте. Его соратников расстреляли. Киселевский попал в их показания — как участник организации и ближайший помощник по «вредительству» на «Печатном дворе».
В 1942 году Особое совещание при НКВД осудило его на 8 лет лагерей — формально за другое: в октябре 1941-го, будучи ответственным за эвакуацию московской фабрики «Госзнак», он бросил фабрику и уехал. По данным органов, с фабрики похищено 500 000 рублей.
Из лагеря — на фронт
В апреле 1943-го его этапировали из Бутырки в Ухтимжемлаг. В лагерь он не прибыл. С декабря 1943 года служил лейтенантом в 277-м гвардейском стрелковом полку 3-го Белорусского фронта. Командир роты. Тяжело ранен. Демобилизован в 1944-м.
Награды: орден Красной Звезды — дважды, орден Отечественной войны I степени.
МГБ в 1953 году планировало проверить — а воевал ли он вообще? Не слишком ли подозрительно, что осуждённый к восьми годам лагерей вдруг оказался офицером с орденами?
База «Память народа» подтверждает: воевал. Награды — реальные.
Филателист
После войны осел в Харькове, работал технологом книжной фабрики. Увлекался филателией — и это стало отдельным поводом для слежки. В 1945–1949 годах получал иностранные марки из Германии через сестру. МГБ подозревало его в связях с зарубежной агентурой и троцкистами IV Интернационала.
Пятеро агентов вели его с 1947 года. Все пятеро, как зафиксировано в деле, «доверием у Киселевского не пользовались».
26 февраля 1953 года
Утверждён план: новый агент на фабрике, внедрение через Дом учёных, прослушивание в квартире. Через две недели умер Сталин.
Что стало с Марком Киселевским — неизвестно.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.34-40
Пост от 15.06.2026 10:03
43
0
0
#найдено_в_архиве Михаил Поташников. Харьков, 1953 год
Дело на него завели в 1938-м. К 1953 году оно существовало уже пятнадцать лет — и всё не закрывалось.
Поташников, 1898 года рождения, инженер харьковского «Укрэнергоремонта». Биография, которую советская система умела превращать в приговор.
В 1921 году примыкал к рабочей оппозиции — легальной внутрипартийной фракции. Спустя семнадцать лет это всплыло в деле. В 1936–1937 годах был в командировке в Англии. Там оказался рядом с неким Шириным, впоследствии арестованным как враг народа. Тени чужих арестов падали на всех, кто был рядом.
В 1938-м удары посыпались один за другим. Два брата расстреляны. Михаила исключили из партии — за то, что не донёс на них. Жену взяли в разработку — у неё были связи с впоследствии расстрелянными троцкистами.
Во время войны работал на военном заводе в Свердловске. Дело лежало в архиве. В 1948-м его подняли снова.
Агент «Болтов» фиксировал его разговоры. В марте 1949-го Поташников говорил: «Не помню периода, чтобы человек у нас в стране мог поднять голову и жить спокойно. Возьми меня — я много пережил, а за что — не знаю».
В декабре 1949-го, накануне 70-летия Сталина: «Ты думаешь, будет улучшение? Этого не жди. Что можно ожидать — переименование институтов, городов, а может амнистия. Ибо на конференциях ООН нас упрекают, что у нас концентрационные лагеря».
Это были слова человека, который многое понимал. И который не мог не понимать, что его слушают.
К 1953 году МГБ готовило масштабную операцию: новые агенты, разработка жены, проверка всех участников командировки в Англию. Сталин умер в марте. Успели ли арестовать Поташникова — неизвестно.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.27-30
Дело на него завели в 1938-м. К 1953 году оно существовало уже пятнадцать лет — и всё не закрывалось.
Поташников, 1898 года рождения, инженер харьковского «Укрэнергоремонта». Биография, которую советская система умела превращать в приговор.
В 1921 году примыкал к рабочей оппозиции — легальной внутрипартийной фракции. Спустя семнадцать лет это всплыло в деле. В 1936–1937 годах был в командировке в Англии. Там оказался рядом с неким Шириным, впоследствии арестованным как враг народа. Тени чужих арестов падали на всех, кто был рядом.
В 1938-м удары посыпались один за другим. Два брата расстреляны. Михаила исключили из партии — за то, что не донёс на них. Жену взяли в разработку — у неё были связи с впоследствии расстрелянными троцкистами.
Во время войны работал на военном заводе в Свердловске. Дело лежало в архиве. В 1948-м его подняли снова.
Агент «Болтов» фиксировал его разговоры. В марте 1949-го Поташников говорил: «Не помню периода, чтобы человек у нас в стране мог поднять голову и жить спокойно. Возьми меня — я много пережил, а за что — не знаю».
В декабре 1949-го, накануне 70-летия Сталина: «Ты думаешь, будет улучшение? Этого не жди. Что можно ожидать — переименование институтов, городов, а может амнистия. Ибо на конференциях ООН нас упрекают, что у нас концентрационные лагеря».
Это были слова человека, который многое понимал. И который не мог не понимать, что его слушают.
К 1953 году МГБ готовило масштабную операцию: новые агенты, разработка жены, проверка всех участников командировки в Англию. Сталин умер в марте. Успели ли арестовать Поташникова — неизвестно.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.27-30
❤
2
Пост от 14.06.2026 13:52
82
0
2
#найдено_в_архиве «Троцкисты» Харькова. Май 1953 года
Сталин умер в марте. Но машина продолжала работать.
12 мая 1953 года 1-е отделение 4-го отдела УМВД Харьковской области составило список тринадцати человек, находившихся в оперативной разработке по окраске «троцкисты». Инженеры, бухгалтеры, технические специалисты. Их «вина» в большинстве случаев восходила к 1920-м годам — участие в дискуссиях, подписание платформ, членство в молодёжных организациях. Спустя четверть века эти факты по-прежнему хранились в делах и служили основанием для слежки.
Несколько примеров из списка:
Иван Яковлев, мастер цеха завода «Харэнерго» — в разработке с 1929 года. Возглавлял троцкистские организации по линии молодёжи. В 1953-м органы считали, что он «восстанавливает прежние связи».
Марк Фастовский, инженер щетино-щёточной фабрики — дело открыто в ноябре 1952-го. Восхвалял Троцкого. Группировался с коллегами Крутянским и Бобовичем.
Иосиф Имерман, инженер «Южгипрошахт» — в 1929 году из Америки ему прислали статью Троцкого из еврейской газеты. Этого хватило, чтобы оставаться под наблюдением двадцать лет.
Юдифь Голландская, начальник планового отдела треста «Главмука» — дело с 1935 года. Хранила троцкистскую литературу. В 1944-м обвинялась в агитации в Тюменской области. Родственники за границей.
Матвей Кривонос, наборщик фабрики им. «9 января» — в конце 1920-х был районным руководителем троцкистской организации Журавлевского района. Арестован в 1929-м. В 1953-м всё ещё в деле.
Иосиф Альтшулер, главный бухгалтер артели «Вышивальщица Харьковщины» — в 1928-м осуждён за подготовку теракта. С 1941 по 1945 год был в немецком плену — органы квалифицировали это как «сомнительные обстоятельства».
Тринадцать человек. Дела заводились в 1929-м, 1934-м, 1935-м, 1936-м, 1938-м, 1940-м годах. И продолжали лежать в картотеке. Сталина уже не было. Но список составлялся, подписывался и отправлялся по инстанции.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.57-98
Сталин умер в марте. Но машина продолжала работать.
12 мая 1953 года 1-е отделение 4-го отдела УМВД Харьковской области составило список тринадцати человек, находившихся в оперативной разработке по окраске «троцкисты». Инженеры, бухгалтеры, технические специалисты. Их «вина» в большинстве случаев восходила к 1920-м годам — участие в дискуссиях, подписание платформ, членство в молодёжных организациях. Спустя четверть века эти факты по-прежнему хранились в делах и служили основанием для слежки.
Несколько примеров из списка:
Иван Яковлев, мастер цеха завода «Харэнерго» — в разработке с 1929 года. Возглавлял троцкистские организации по линии молодёжи. В 1953-м органы считали, что он «восстанавливает прежние связи».
Марк Фастовский, инженер щетино-щёточной фабрики — дело открыто в ноябре 1952-го. Восхвалял Троцкого. Группировался с коллегами Крутянским и Бобовичем.
Иосиф Имерман, инженер «Южгипрошахт» — в 1929 году из Америки ему прислали статью Троцкого из еврейской газеты. Этого хватило, чтобы оставаться под наблюдением двадцать лет.
Юдифь Голландская, начальник планового отдела треста «Главмука» — дело с 1935 года. Хранила троцкистскую литературу. В 1944-м обвинялась в агитации в Тюменской области. Родственники за границей.
Матвей Кривонос, наборщик фабрики им. «9 января» — в конце 1920-х был районным руководителем троцкистской организации Журавлевского района. Арестован в 1929-м. В 1953-м всё ещё в деле.
Иосиф Альтшулер, главный бухгалтер артели «Вышивальщица Харьковщины» — в 1928-м осуждён за подготовку теракта. С 1941 по 1945 год был в немецком плену — органы квалифицировали это как «сомнительные обстоятельства».
Тринадцать человек. Дела заводились в 1929-м, 1934-м, 1935-м, 1936-м, 1938-м, 1940-м годах. И продолжали лежать в картотеке. Сталина уже не было. Но список составлялся, подписывался и отправлялся по инстанции.
Архив СБУ Ф.2. д.2161 с.57-98
😢
3
🤯
1
Пост от 31.05.2026 16:09
71
0
0
#найдено_в_архиве Сотрудник Королёва, переживший два ареста.
В 1949 году МГБ СССР проводило масштабную операцию по наблюдении за лицами, вернувшимися из лагерей. Сотни людей, уже отбывших наказание, вновь оказались под пристальным вниманием органов госбезопасности. Многие из них вскоре были арестованы повторно.
Среди таких людей был Юрий Аронович Могилевич, 1903 года рождения, уроженец Чернобыля. До ареста он работал на заводе им. 1 мая города Белая Церковь.
Инженер с высшим образованием, в 1933 году он работал техническим директором авиазавода № 33.
Летом 1938 года начались аресты специалистов авиационной промышленности.
По данным проекта «Открытый список», Юрий Могилевич был сотрудником Сергея Королёва. В 1938 году судьбы обоих пересеклись ещё раз — уже в жерновах Большого террора. Будущий создатель советской космической программы и его сотрудник были арестованы по обвинениям в «вредительстве» и участии в антисоветских организациях.
В справке МГБ 1949 года утверждалось, что ещё в 1933 году он был завербован немецкой разведкой, передавал секретные сведения об авиационной промышленности СССР.
В 1935 году Могилевич якобы вступил в право-троцкистскую организацию, привлёк к участию в ней ряд работников завода, проводил «вредительскую работу» и участвовал в подготовке диверсии — планировалось вывести из строя бензолабораторию авиазавода.
Типичный набор обвинений Большого террора.
В 1940 году Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила его к десяти годам лишения свободы. Однако уже сам документ МГБ содержит любопытную деталь: по отбытии наказания в 1948 году Могилевич вернулся в Белую Церковь и устроился работать технологом на завод имени 1 Мая. То есть человек, которого когда-то объявили немецким шпионом и диверсантом, после лагеря спокойно допустили к работе на советском промышленном предприятии.
Но свобода оказалась недолгой. В 1949 году сотрудники МГБ вновь взялись за него. Теперь в вину Могилевичу ставили уже не шпионаж и не диверсии, а то, что он якобы «высказывал среди работников завода антисоветские взгляды».
Архив СБУ Ф.16.д.682 с.184-185
В 1949 году МГБ СССР проводило масштабную операцию по наблюдении за лицами, вернувшимися из лагерей. Сотни людей, уже отбывших наказание, вновь оказались под пристальным вниманием органов госбезопасности. Многие из них вскоре были арестованы повторно.
Среди таких людей был Юрий Аронович Могилевич, 1903 года рождения, уроженец Чернобыля. До ареста он работал на заводе им. 1 мая города Белая Церковь.
Инженер с высшим образованием, в 1933 году он работал техническим директором авиазавода № 33.
Летом 1938 года начались аресты специалистов авиационной промышленности.
По данным проекта «Открытый список», Юрий Могилевич был сотрудником Сергея Королёва. В 1938 году судьбы обоих пересеклись ещё раз — уже в жерновах Большого террора. Будущий создатель советской космической программы и его сотрудник были арестованы по обвинениям в «вредительстве» и участии в антисоветских организациях.
В справке МГБ 1949 года утверждалось, что ещё в 1933 году он был завербован немецкой разведкой, передавал секретные сведения об авиационной промышленности СССР.
В 1935 году Могилевич якобы вступил в право-троцкистскую организацию, привлёк к участию в ней ряд работников завода, проводил «вредительскую работу» и участвовал в подготовке диверсии — планировалось вывести из строя бензолабораторию авиазавода.
Типичный набор обвинений Большого террора.
В 1940 году Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила его к десяти годам лишения свободы. Однако уже сам документ МГБ содержит любопытную деталь: по отбытии наказания в 1948 году Могилевич вернулся в Белую Церковь и устроился работать технологом на завод имени 1 Мая. То есть человек, которого когда-то объявили немецким шпионом и диверсантом, после лагеря спокойно допустили к работе на советском промышленном предприятии.
Но свобода оказалась недолгой. В 1949 году сотрудники МГБ вновь взялись за него. Теперь в вину Могилевичу ставили уже не шпионаж и не диверсии, а то, что он якобы «высказывал среди работников завода антисоветские взгляды».
Архив СБУ Ф.16.д.682 с.184-185
😢
2
❤
1
Пост от 28.05.2026 16:40
101
0
2
#найдено_в_архиве Троцкист, сионист и «плохой агент» МГБ.
В совершенно секретной докладной записке МГБ 1949 года среди сотен арестованных фигурирует необычный человек — Ефим Владимирович Лянсберг, уроженец Николаева, 1904 года рождения. В документах его называют «кадровым троцкистом», однако история Лянсберга интересна не только этим. Судя по материалам МГБ, даже после лагеря и сотрудничества с органами он продолжал оставаться человеком, внутренне не принявшим советскую систему.
Особенно важно, что в 1949 году Лянсберг вновь был арестован в рамках той самой масштабной директивы МГБ и Прокуратуры СССР №66/241-сс — кампании по выявлению и повторному преследованию людей, уже отбывших наказание по «политическим» статьям. Фактически речь шла о тотальном наблюдении за бывшими троцкистами, сионистами, националистами и другими «неблагонадежными», которые после лагерей так и оставались под контролем органов госбезопасности.
Следствие утверждало, что еще в 1923 году, живя в Феодосии и будучи кандидатом в члены ВКП(б), Лянсберг примкнул к троцкистской молодежной группе, которую возглавлял некий Лившиц. Позже, уже в Николаеве, он якобы поддерживал связь с подпольной троцкистской организацией, организовал собственную «троцкистскую пятерку» и распространял документы оппозиции. В материалах дела также говорится, что он участвовал в собраниях троцкистов, где обсуждались методы борьбы против партийного руководства и советского правительства.
В 1937 году Лянсберга осудили за «антисоветскую троцкистскую деятельность» и приговорили к десяти годам исправительно-трудовых лагерей.
Но самое интересное начинается уже после освобождения. В 1946 году органы госбезопасности попытались использовать бывшего заключенного в своих интересах. В документах прямо указано, что после отбытия наказания Лянсберг использовался МГБ в городе Фрунзе «по разработке сионистов». Иными словами, его сделали агентом для наблюдения за еврейской и сионистской средой.
Однако сотрудничество оказалось крайне неудачным для самих органов. В докладной записке говорится, что Лянсберг был «уличен как фальсификатор и дезинформатор», после чего исключен из агентурной сети.
Фактически МГБ признает, что их собственный агент снабжал органы неправдивой информацией. И здесь особенно важно другое: из контекста документа видно, что Лянсберг не просто плохо работал. Судя по формулировкам, он продолжал симпатизировать сионистской среде и не стал полноценным инструментом системы. Человек, прошедший лагеря, не только не отказался от своих взглядов, но и, вероятно, сознательно саботировал работу органов, дезинформируя их о сионистах.
После исключения из агентуры МГБ продолжило собирать на него компромат. В документах утверждается, что он распространял «клеветнические измышления» о руководителях партии и советском правительстве, критиковал советскую литературу и высказывал недовольство условиями жизни в СССР.
Особенно показательно, что имя Лянсберга появляется в той же отчетности МГБ, где сотни людей распределяются по категориям «шпионы», «троцкисты», «националисты» и «участники антисоветских организаций». Для органов он оставался прежде всего «кадровым троцкистом», хотя в реальности его биография оказалась куда сложнее: бывший политзаключенный, человек с оппозиционным прошлым, агент, который не оправдал ожиданий МГБ, и, судя по документам, человек, так и не принявший советскую систему.
Архив СБУ Ф.16.д.682 с.183-184
В совершенно секретной докладной записке МГБ 1949 года среди сотен арестованных фигурирует необычный человек — Ефим Владимирович Лянсберг, уроженец Николаева, 1904 года рождения. В документах его называют «кадровым троцкистом», однако история Лянсберга интересна не только этим. Судя по материалам МГБ, даже после лагеря и сотрудничества с органами он продолжал оставаться человеком, внутренне не принявшим советскую систему.
Особенно важно, что в 1949 году Лянсберг вновь был арестован в рамках той самой масштабной директивы МГБ и Прокуратуры СССР №66/241-сс — кампании по выявлению и повторному преследованию людей, уже отбывших наказание по «политическим» статьям. Фактически речь шла о тотальном наблюдении за бывшими троцкистами, сионистами, националистами и другими «неблагонадежными», которые после лагерей так и оставались под контролем органов госбезопасности.
Следствие утверждало, что еще в 1923 году, живя в Феодосии и будучи кандидатом в члены ВКП(б), Лянсберг примкнул к троцкистской молодежной группе, которую возглавлял некий Лившиц. Позже, уже в Николаеве, он якобы поддерживал связь с подпольной троцкистской организацией, организовал собственную «троцкистскую пятерку» и распространял документы оппозиции. В материалах дела также говорится, что он участвовал в собраниях троцкистов, где обсуждались методы борьбы против партийного руководства и советского правительства.
В 1937 году Лянсберга осудили за «антисоветскую троцкистскую деятельность» и приговорили к десяти годам исправительно-трудовых лагерей.
Но самое интересное начинается уже после освобождения. В 1946 году органы госбезопасности попытались использовать бывшего заключенного в своих интересах. В документах прямо указано, что после отбытия наказания Лянсберг использовался МГБ в городе Фрунзе «по разработке сионистов». Иными словами, его сделали агентом для наблюдения за еврейской и сионистской средой.
Однако сотрудничество оказалось крайне неудачным для самих органов. В докладной записке говорится, что Лянсберг был «уличен как фальсификатор и дезинформатор», после чего исключен из агентурной сети.
Фактически МГБ признает, что их собственный агент снабжал органы неправдивой информацией. И здесь особенно важно другое: из контекста документа видно, что Лянсберг не просто плохо работал. Судя по формулировкам, он продолжал симпатизировать сионистской среде и не стал полноценным инструментом системы. Человек, прошедший лагеря, не только не отказался от своих взглядов, но и, вероятно, сознательно саботировал работу органов, дезинформируя их о сионистах.
После исключения из агентуры МГБ продолжило собирать на него компромат. В документах утверждается, что он распространял «клеветнические измышления» о руководителях партии и советском правительстве, критиковал советскую литературу и высказывал недовольство условиями жизни в СССР.
Особенно показательно, что имя Лянсберга появляется в той же отчетности МГБ, где сотни людей распределяются по категориям «шпионы», «троцкисты», «националисты» и «участники антисоветских организаций». Для органов он оставался прежде всего «кадровым троцкистом», хотя в реальности его биография оказалась куда сложнее: бывший политзаключенный, человек с оппозиционным прошлым, агент, который не оправдал ожиданий МГБ, и, судя по документам, человек, так и не принявший советскую систему.
Архив СБУ Ф.16.д.682 с.183-184
👍
5