После окончания франко-прусской войны 1870-1871 годов, между Парижем и Берлином развернулся локальный пропагандистский конфликт, целью которого было еврейское население Эльзаса и Лотарингии.
Условием Франкфуртского мира, ознаменовавшего окончание войны, была аннексия Германской империей провинций Эльзаса и Лотарингии, где, кроме прочего, была сосредоточена крупнейшая еврейская община Франции. Жители аннексируемых территорий получали возможность выбрать подданство, но при выборе французского должны были покинуть пределы Германской империи.
Берлин и Париж были заинтересованы в том, чтобы привлечь на свою сторону как можно больше людских ресурсов. Поэтому развернулись агитационно-пропагандистские кампании, объектом которых стала и еврейская община.
Вот, например, немцы распространяли такую открытку:
Иудеи прусской армии празднуют Йом-Кипур 4 октября 1870 года, прямо во время осады Меца. Подчеркивалась толерантность, мол совсем не антисемиты.
Как вам моднейшее сочетании аксессуаров: прусский пикельхельм и иудейское молитвенное покрывало талит?
Кстати, на открытки отображено реальное событие, в прусскую армию на должности капелланов были призваны четыре раввина, один из них организовал праздничную службу прямо на осадных позициях.
Примечательно, что в этот момент с другой стороны крепостных стен Меца сражался полковник Леопольд Се, самый высокопоставленный еврей во французской армии. Его также использовали в послевоенной пропагандистской кампании – Се присвоили генеральское звание, французские газеты раструбили о том, что это первый генерал еврейской происхождения в европейских армиях.
Соврали.
Первым генералом еврейского происхождения в европейских армиях был русский генерал Антон Мануилович Девиер. Это уроженец Амстердам, происходивший из португальских евреев, Петр I заприметил его в Голландском флоте, взял в себе в денщики, а потом двигал по карьерной лестнице, по которой Девиер добрался до графского титула, чина генерал-лейтенанта и должности Петербургского генерал-полицмейстера.
СМИ активно обсуждают детали мирного соглашения между Ираном и США, где фигурирует сумма в 300 млрд долларов, названных компенсаций Ирану за понесенный ущерб.
Компенсации – красивый эвфемизм к слову репарации.
Впрочем, это, очевидно разводка.
США единственный раз в истории подписались на репарации – в начале 1973 года Никсон направил письмо главе правительства Северного Вьетнама Фам Ван Донгу, где обещал выплатить 3,25 млрд долларов компенсаций в обмен на скорейшее подписание мирных соглашений.
Но, сумма так и не была выплачена. Сначала на переговорах администрации Никсона и Форда объясняли, что им нужно согласие Конгресса. Ставший президентом в 1977 году Картер заявил, что США не чувствует вины за эту войну, плюс лично он никакого письма не писал – желающие могу потребовать деньги лично с Никсона, но всё же признал необходимость сделать некоторый вклад в восстановление разрушенного.
Но после того, как в 1979 году Вьетнам вторгся в Камбоджу и сверг людоедский режим Пол Пота, Вашингтон осудил акт агрессии и посчитал это достаточным основанием для того, чтобы отказаться от любых обязательств по выплатам.
Фото. 1973 год, подписание Парижских мирных соглашений: Генри Киссинджер жмет руку руководителю Северовьетнамской делегации Ле Дык Тхо – не боись, друг, обязательно заплатим, американцы свое слово держат!
В закрытом канале рассказ о британском коллеге Астольфа Де Кюстина. Это первый массовый изготовитель фейковых документов, разоблачающих «коварные замыслы России». Его приемы используют до сих пор в информационной войне против нас, а вексиллологическое творчество все еще присутствует в официальной символике одного из регионов РФ.
ссылка на закрытый тг: https://t.me/tribute/app?startapp=sp4
По поводу сегодняшнего обстрела Киева заметим, что наши ракеты, которые в обычные дни насквозь пробивают дома, оставляют многометровые воронки, в этот раз очень удачно сожгли всего лишь часть медной кровли новодельного Успенского собора Киево-Печерской лавры, не тронув ничего иного, опять же прямо под саммит G7. Все совпадения случайны, любая провокация со стороны украинской власти исключена, вы посмотрите в их честные глаза – они не могли так поступить!
Но это ладно, вместе кровлей сегодня сгорела и Киевская киностудия имени Довженко.
Вот это меня удивило больше всего.
Оказывается, лауреата Ленинской премии и двух Сталинских не то, заведующего Житомирской партийной школы не то, что не десоветизировали, а даже ввели в пантеон новой Украины.
Хотя, казалась, бы певец коллективизации и индустриализации, славил советский строй и его достижения прямо во время голодомора – станового нарратива националистического изложения истории Украины. А Довженко буквально занимался тем, что косвенно оправдывал миллионные жертвы страшного голода.
Его имя одно из первых должны были убрать с лиц украинских городов.
Ан нет, мало того, что сохранили, так им пользуются в качестве инструмента дерусификации: улицу Льва Толстого в Чернигове два года назад переименовали в улицу в Довженко.
В чем де загадка? А всё просто, Довженко, как и многие идейные украинские большевики, был самым радикальным русофобом и антисемитом.
Он работал одним из главных глашатаев коренизации и дерусификации УССР в 1920-30-е годы.
А когда в 1990-е годы издали его дневник с примерно такими записями:
"Как тяжело думать, что под моим украинским красивым дубом выросла, окрепла толстая еврейская свинья Луков и оскаленный русский шакал Савченко, и больше ничего. Такая тошнотворная судьба Киевской киностудии" (дневниковая запись между 14 и 17 апреля 1942 г.)
"Балашов. Убогий русский грязный городок... Люди здесь злые и жестокие, - говорит мне наша киевлянка, которую судьба загнала сюда во время эвакуации" (дневниковая запись от 12 июля 1942 г.)
"В Саратове неприятные люди. Грубые и некрасивые. Много лиц бандитско-хулиганских. Город безвкусен, как и все русские города" (дневниковая запись между 14 и 20 июля 1942 г.)
На Украине пришли в восторг — наш, наш человечек, родной!