Телеграм канал «историк-алкоголик»

Давайте думать! Подсказывайте!

Продолжаю рассказывать о Франсуа Миттеране. Весьма своеобразном президенте, заложившим в основание Франции все основные современные проблемы.

Интересна история его отношений с французским масонством. Официально считается, что никаким масоном он никогда не был, но значительная часть его политической жизни очень тесно переплетена с Великим востоком Франции.

Его политические связи, переустройство Парижа и даже стремление вернуть масонские архивы из Москвы всё говорит о противоположном.

Написал об это закрытом канале.


ссылка на закрытый тг: telemetr.me/tribute/app?startapp=sp4

альтернатива закрытому тг: https://gapi.ru/alcohistory

О единстве советского и украинского этоса.

Языковые активисты начинают подбираться к надгробиям, даже последняя воля военнослужащего ВСУ – эпитафия на родном русском языке, не может служить оправданием, борьба за чистоту украинства кладбищенского дискурса бескомпромиссна.

В целом, идея не новая, в 1920-е в СССР по старым кладбищам прокатилась волна вандализма: комсомольские активисты разрушали надгробия, если на них был чин или титул покойника: «граф», «статский советник», «полковник», «камергер» — как повод для надругательства над могилой. Кампания была не централизованная, просто стихийные порывы борьбы за рабоче-крестьянскую чистоту кладбищенского дискурса.

Вот Алексей Викторович Чадаев просит критиковать его по существу, а не опускаться до личностей.

Что ж. Пожалуйста.

В аргументационном ряду, который иллюстрирует некую историософскую концепцию о вечном страдании русских от многонационалочки, в качестве исторического факта приведен анекдот про Ермолова и его просьбу Александру I «Ваше Величество, сделайте меня немцем!»

Ну, и всё — дальше критиковать нечего.

Любой, кто на полном серьёзе приводит этот эпизод, как достоверный, автоматически идёт по интеллектуальному разряду «кругозор ограничен советским учебником истории».

Я весьма подробно разбирал данный кейс вот здесь (поиск: «Ермолов»)

Но если коротко: такой просьбы от Ермолова в адрес императора не было и быть не могло.

Можно не быть источниковедом и не знать, что данный апокриф появился уже после смерти Ермолова с прямой ссылкой на то, что это именно анекдот.

Можно не быть знатоком придворного этикета и не знать, что это стандартный диалог между императором и подданным, и на вопрос «Чем тебя наградить?» ответ мог быть только «Служба Государю и Отечеству для меня и есть высшая награда». Любой другой — грубое хамство царю.

Но можно же просто погуглить обстоятельства в которых эта фраза, якобы была произнесена:

Высочайший прием после сражения при Кульме 1813 года.
Александр I награждает отличившихся генералов в присутствии прусского короля и австрийского князя Шварценберга, кроме них прусский и австрийский генералитет. Союз России, Пруссии и Австрии ещё формально не заключен – идёт торг, немцы присматриваются к поведению России, с которой совсем недавно воевали в составе Великой армии Наполеона. Ермолова вызвали наградить за отличие в бою, где он сражался бок о бок с австрийцами и пруссаками, заменил тяжело раненного генерала Остерман-Толстого.

И тут такой демарш, этой фразой он страшно оскорбил бы сразу всех: двух монархов Александра I и прусского короля Фридриха Вильгельма III, прусский и австрийский генералитет – своих боевых товарищей, генерала Остерман-Толстого – друга и непосредственного командира, а также публично давал понять, что в русской армии есть оппозиция царю, которая не желает союзных отношений с немцами, то есть просто опускался до государственной измены.

Ермолов идиотом или изменником не был и поэтому в принципе сказать такого не мог.

«Проблема 500» в Британской армии.

Ситуация, с которой столкнулись добровольцы вооруженных сил ДНР и ЛНР при вливании их частей в ВС РФ, имеет исторический аналог.

Британская Ост-Индская компания (ОИК) в эпоху расцвета достигла таких масштабов, что не всегда было понятно – компания является коммерческой структурой Соединенного Королевства, или Соединенное Королевство – это просто государственный придаток к компании.

ОИК, кроме фантастических финансовых оборотов, административного контроля над Индией, располагала ещё и внушительными вооруженными силам, как флотом, так и сухопутной армией

С начала XIX века, осознав проблему дисбаланса власти в стране, британская корона начинает потихоньку поджимать ОИК, отбирая у неё экономические и административные привилегии. Воспользовавшись восстанием сипаев 1857 года, правительство Пальмерстона продавило закон «Об улучшении правления Индией», по которому с 1858 года все пехотные полки ОИК должны были влиться в ряды Британской армии (БА).

И это породило проблему:

Во-первых, в армии ОИК платили больше.
Во-вторых, офицерские звания присваивались за выслугу лет и боевые успехи, тогда как в БА просто покупались, при этом офицеры БА имели старшинство перед офицерами ОИК.
В-третьих, полки ОИК были сформированы исключительно из этнических европейцев, тогда как в колониальных полках БА в Индии нижние чины набирались из местных.

После поступления приказа о переводе, военнослужащие ОИК выдвинули требование свободного увольнения в отставку, но получив отказ, начали акцию неповиновения, известную теперь, как «Белый мятеж». Под лозунгом «Мы к вам не нанимались» полки отказывались принимать присягу, подписывать новые контракты, не подчинялись боевым приказам (восстание сипаев ещё не было подавлено), несли лишь караульную службу, попытка привести полки в подчинение закончилось несколькими драками (боевого оружия стороны не применяли).

В Лондоне подумали, что доводить до реального вооруженного столкновения не стоит и приняли единственно разумное решение – всех уволить: 10 000 военнослужащих ОИК вернулись на родину, 2500 подписали новые контракты с Британской армией.

(Рис: 1-й Бенгальский фузилерский полк ОИК)

Основателя «Чёрной сотни» Дмитрия Бастраков объявили в розыск по делу о самовольном оставлении части, подобных историй по стране сотни — добровольцев, подписывавших контракты с ополчением ДНР и милицией ЛНР задним числом оформили как мобилизованных в ВС РФ, поэтому давно отработавшие контракт и разъехавшиеся по домам мужчины неожиданно сталкиваются с тем, что проходят по уголовным статьям, как дезертиры.

Иногда такие дела закрывают, иногда нет. Бастракову два года назад закрыли, теперь открыли снова.

Учитывая, какое раздражение вызывает «Черная сотня», как раз за разом издательство и его проекты сталкиваются с прессингом, я бы не исключал и политической мотивации.

telemetr.me/chernaya100kitchen/5692

Растёт гражданское правосознание парижан: просто не путать Моне и Мане уже недостаточно.