Кстати, испанский премьер-министр Педро Санчес председатель Социалистического Интернационала — восходящего к тому самому Первому Интернационалу, основанному еще Карлом Марксом.
Так что возмущения Санчеса относительно творящегося в Сеуте совершенно непонятно — границ нет, всё общее, революционное творчество масс во все края — настоящий коммунизм.
Продолжая тему бесконтрольной инокультурной миграции как эффективного метода внешнеполитического давления. В нарративе евросоюзовской мигрантофилии есть отправной миф о благотворности миграции – исход гугенотов из Франции в 1685 году.
Людовик XIV отменил Нантский эдикт, даровавший протестантам равные права с католиками, что привело к погромам и исходу более 200 тыс. человек из Франции. Гугеноты бежали в Англию, Голландию и протестантские монархии Германии. Этот процесс придал резкий импульс экономике и культуре принимающих стран, а также вообще развитию либеральной парадигмы, внутри которой находится и концепция благотворности миграции. А также вообще задал политическую корреляцию для стран Европы – протестантские страны априори более левые/либеральные по сравнению с католическими.
Но красивые кейсы прошлого – всего лишь памятники самим себе, сейчас ссылка на исход гугенотов как аргумент за массовую миграцию похожа на издёвку – миллионные толпы, прущие в Европу с юга, разоряют её экономически и культурно, соседние страны, регулируя эти потоки, используют их как предмет шантажа, выбивая себе экономические преференции и политические уступки.
Но это не ноу-хау XXI века.
В XX веке католическая страна (точнее, страна католического ареала) выдала аж два успешных сеанса политического давления на оппонента, который, по крайней мере на тот момент, точно считался преимущественно протестантской страной.
Как эффективно кошмарить врагов немытой толпой – урок от мастера.
Поговорим об этом закрытке.
ссылка на закрытый тг: telemetr.me/tribute/app?startapp=sp4
Новость последних дней — прорыв тысяч марокканских мигрантов через границу африканского анклава Испании города Сеута.
Предыдущий похожий прорыв состоялся 18 мая 2021 года.
Оба кризиса поразительно точно совпали с изменениями курса официального Мадрида по отношению к бывшей испанской колонии Западная Сахара, за контроль над которой борется Марокко и сепаратистский Фронт ПОЛИСАРИО.
В 2021 году с тяжелой формой ковида для лечения в Испанию был доставлен лидер сепаратистов Брагим Гали, что вызвало дипломатический конфликт, а затем и миграционный кризис – тысячи марокканцев хлынули в Сеуту.
В итоге Мадрид отказался от позиции нейтралитета по вопросу Западной Сахары приняв марокканский план создания автономии.
Это, в свою очередь, вызвало охлаждение отношений с Алжиром, который поддерживает Фронт ПОЛИСАРИО. После недавнего визита испанского премьера Санчеса в Алжир отношения стран вновь потеплели, и вновь Сеуту заполнили марокканские нелегалы.
Сейчас опять на что-нибудь договорятся – прогнут Мадрид под марокканские условия.
Удивительно, используя десятки тысяч беженцев в качестве метода политического давления, Марокко не получает никаких санкций. В отличие от, например, Белоруссии, которой за несколько сотен транзитных беженцев мгновенно впаяли ограничения для госавиакомпании «Белавиа», крупнейшего экспортера «Белкалий» и ряду крупных чиновников, в том числе министру иностранных дел.
Парадокс ЛГБТ-движа (признан в РФ экстремистским), да и вообще всего левацкого движа.
Их оголтелая и беспринципная поддержка массовой инокультурной миграции похожа на стрельбу по-македонски себе в ноги.
Дело не только в том, что «новые европейцы» всех этих гомосеков и трансформеров за людей достойных существования не держат — при любом удобном случае режут их, как баранов.
Дело ещё и в том, что они сами питают и политическую гомофобию.
С одной стороны всё в большем количестве муниципалитетов, прежде всего в тех, где сформировались крупные мигрантские гетто, реальную власть через демократические процедуры получают исламисты, которые тут же запрещают любую публичную ЛГБТ-активность: парады, флаги, секс-просвет и т.д., мотивируя традиционными ценностями ислама, которые это всё не приемлют.
С другой стороны, на растущей волне мигрантофобии к власти всех уровней — от тех же муниципалитетов, до целых стран приходят крайнеправые силы, от «новых правых» до палеоконсерваторов, которые в различных проявлениях ЛГБТ-пропаганде видят ещё и форму поддержки политических сил лоббирующих бесконтрольную миграцию. И тоже запрещают вот это всё.
Поэтому, потихоньку начинает проступать парадоксальная зависимость: чем больше гей-парадов, тем меньше гей-парадов.