Телеграм канал «историк-алкоголик»

Вообще, путч ГКЧП с точки зрения политологии вышел достаточно ироничным.

Это же по сути консервативный контрреволюционно-антилиберальный переворот.

Его можно называть через запятую с Корниловским мятежом, Капповским путчем, мятежом Франко, переворотом «черных полковников» в Греции, пиночетовским переворотом в Чили.

Проблема только в том, что ГКЧП — это были правоверные коммунисты, все перечисленные события в их политическом дискурсе именовались не иначе как «фашистские». Большинство членов ГКЧП «чёрных полковников» и Пиночета не только с трибун клеймили, но и участвовали в мероприятиях политического противодействия, а силовики ГКЧП и операции против них планировали.


И тут такой привет — члены ЦК КПСС в одной компании с Корниловым, Франко и Пиночетом.

Эрих Хонеккер в Крыму, 1973 год.

Прошел посвящение в морячки.

Итак, плеснём галковщины в историю августовского путча 1991 года.

Небольшая теория заговора о том, как под видом самого невзрачного и скучнейшего мероприятия можно протащить в Москву сотни иностранных шпионов прямо в дни путча.

В закрытом канале.

ссылка на закрытый тг: telemetr.me/tribute/app?startapp=sp4

альтернатива закрытому тг: https://gapi.ru/alcohistory

ГКЧП и Брестский мир.

Сегодня, в 35-ю годовщину попытки государственного переворота поговорим о символизме исторических параллелей.

Советская власть с чего начала, тем по сути и закончила.

Изначальный состав делегации, который отправлялся от имени новой советской власти в Брест-Литовск подписывать мирное соглашение с немцами, был представлен большевиками (Иоффе, Скольников, Камнев позже присоединился Радек) и левыми эсерами (Биценко и Масловский). Выглядело не очень красиво, для всего мира организаторы октябрьского переворота были немецкими шпионами, Радек вообще гражданин Австро-Венгрии, получалась кайзеровская Германия сама с собой договаривается.

Тогда в делегацию были включены матрос – некто Федор Олич или Акулич – в разных источниках по-разному; солдат – Николай Беляков и рабочий Павел Обухов, иногда пишут Н.А. Обухов.

И вот утром 17 ноября (старый стиль) 1917 года перед отправкой поезда с делегацией из Петрограда в Брест-Литовск обнаружилось, что в делегации не представлено крупнейшее сословие России – крестьяне. Проблема была решена быстро – на площади у Московского вокзала был пойман первый попавшийся мужик и силой запихан в вагон. Это оказался некий Роман Сташков, мужчина неопределенного возраста, происхождения и рода занятий, но выглядевший, как крестьянин – зипун, лапти, борода. Ему пообещали денег, и он согласился присутствовать на переговорах. (фото 1 — прибытие советской делегации на переговоры)

В Брест-Литовске Сташков беспробудно пил, даже не смог поставить подпись под финальным документом. Когда советская делегация покидала Брест-Литовск, крестьянин отказался выходить из номера гостиницы, после долгих уговоров всё же согласился выехать обратно в Петроград. На этом следы человека, представлявшего большую часть населения огромной империи на заключении судьбоносного соглашения, теряются.

Таково было начало власти большевиков.
Теперь переносимся в конец.

На одном из последних совещаний перед путчем, конкретно 16 августа 1991 года, заговорщики поняли, что состав ГКЧП отражает весь аппаратный спектр советской власти – партийные функционеры, представители правительства, основные силовики, руководство промышленности и даже высшей власти в лице вице-президента Янаева, но нет простых людей – колхозников. И тогда в Москву, якобы на совещание, был вызван председатель колхоза им. Ленина Новомосковского района Тульской области Василий Стародубцев. Василий Александрович ещё возглавлял «Крестьянский союз СССР», совершенно декоративная организация, созданная для того, чтобы озвучивать какие-либо заявления от имени советских колхозников.

Стародубцев прибыл в Москву 18 августа и тут же был поставлен в известность, что принудительным порядком включен в состав членов ГКЧП. (фото 2 — Стародубцев на пресс-конференции путчистов)

Символический круг замкнулся – о крестьянах советская власть всегда думала в последнюю очередь.

Стадионный концерт Канье Веста в России как-то так себе представляю.

Что нужно было сделать западному певцу, чтобы выступить в СССР в условном 1976 году:

— особо ничего, публичных заявлений об ужасах коммунизма не озвучивать, советское руководство не осуждать.

Что нужно сделать западному певцу, чтобы его концерт в России 2026 года не сорвали какие-нибудь активисты:

— сдать зачет по основам православной культуры;

— сдать ЕГЭ по учебнику Мединского;

— возложить цветы к памятнику Сталину;

— вступить в пионеры на Красной площади;

— призвать голосовать за Единую Россию;

— восхититься чистотой московских улиц;

— дать расписку о том, что не нацист;

— дать расписку о том, что не либерал;

— дать расписку о том, что не гей;

— дать расписку о том, что не половец и не печенег;

— вручить медаль Адаму Кадырову;

— прописаться в Саранске.

На прошлой неделе суд города Харроу признал виновным Брука Десаланжа 33-летнего выходца из Эритреи, которого обвиняли в насилии сексуального характера. Как бы, и чего такого? Самое обычное преступление в современной Великобритании.

Но оно необычно выбором жертвы.

Дело в том, что Десаланж изнасиловал пожилого мужчину (возраст не указан, но пишут, что это пенсионер), подкараулил на улице, затащил за ограду церкви Святого Иоанна в Харроу (Большой Лондон) и подверг сексуальному насилию.
Пенсионер звал на помощь, но услышан не был, так как британцы опасаются ввязываться в конфликтные ситуации с участием некоренного населения, поскольку правоохранительная система предпочитает найти виноватых среди белых, чтобы не получить обвинения в расизме.

В общем, негры теперь ещё и английских дедов насилуют.

И я подумал о многочисленных российских эмигрантах, переехавших на туманный Альбион, за свободой, демократией и безопасностью.

Ну, понятно, что богатым экс-россиянам (Чичваркин, братья Бухманы, Борис Минц, Елена Батурина и прочим), бояться в целом нечего – машины с водителями, персональная охрана, закрытые резиденции – уровень жизни, который исключает подобные неприятности.

Но есть тысячи других российских эмигрантов, которые живут, как среднестатистические британцы.

Например, писатели Алексей Иванов и Борис Акунин (Чхартишвили). По доходам это в лучшем случае местный upper-middle класс, плюс люди пожилые, серьезного сопротивления если что оказать не смогут.

То есть, теперь Акунин вынужден будет доживать остатки своих лет в Старой Доброй Англии, осознавая, что в любой момент его может изнасиловать негр от которого никто спасать не будет, так как британская демократия прежде всего защищает негра.

Впрочем, может он ради этого и эмигрировал.