Кстати, испанский премьер-министр Педро Санчес председатель Социалистического Интернационала — восходящего к тому самому Первому Интернационалу, основанному еще Карлом Марксом.
Так что возмущения Санчеса относительно творящегося в Сеуте совершенно непонятно — границ нет, всё общее, революционное творчество масс во все края — настоящий коммунизм.
Продолжая тему бесконтрольной инокультурной миграции как эффективного метода внешнеполитического давления. В нарративе евросоюзовской мигрантофилии есть отправной миф о благотворности миграции – исход гугенотов из Франции в 1685 году.
Людовик XIV отменил Нантский эдикт, даровавший протестантам равные права с католиками, что привело к погромам и исходу более 200 тыс. человек из Франции. Гугеноты бежали в Англию, Голландию и протестантские монархии Германии. Этот процесс придал резкий импульс экономике и культуре принимающих стран, а также вообще развитию либеральной парадигмы, внутри которой находится и концепция благотворности миграции. А также вообще задал политическую корреляцию для стран Европы – протестантские страны априори более левые/либеральные по сравнению с католическими.
Но красивые кейсы прошлого – всего лишь памятники самим себе, сейчас ссылка на исход гугенотов как аргумент за массовую миграцию похожа на издёвку – миллионные толпы, прущие в Европу с юга, разоряют её экономически и культурно, соседние страны, регулируя эти потоки, используют их как предмет шантажа, выбивая себе экономические преференции и политические уступки.
Но это не ноу-хау XXI века.
В XX веке католическая страна (точнее, страна католического ареала) выдала аж два успешных сеанса политического давления на оппонента, который, по крайней мере на тот момент, точно считался преимущественно протестантской страной.
Как эффективно кошмарить врагов немытой толпой – урок от мастера.
Поговорим об этом закрытке.
ссылка на закрытый тг: https://t.me/tribute/app?startapp=sp4
Новость последних дней — прорыв тысяч марокканских мигрантов через границу африканского анклава Испании города Сеута.
Предыдущий похожий прорыв состоялся 18 мая 2021 года.
Оба кризиса поразительно точно совпали с изменениями курса официального Мадрида по отношению к бывшей испанской колонии Западная Сахара, за контроль над которой борется Марокко и сепаратистский Фронт ПОЛИСАРИО.
В 2021 году с тяжелой формой ковида для лечения в Испанию был доставлен лидер сепаратистов Брагим Гали, что вызвало дипломатический конфликт, а затем и миграционный кризис – тысячи марокканцев хлынули в Сеуту.
В итоге Мадрид отказался от позиции нейтралитета по вопросу Западной Сахары приняв марокканский план создания автономии.
Это, в свою очередь, вызвало охлаждение отношений с Алжиром, который поддерживает Фронт ПОЛИСАРИО. После недавнего визита испанского премьера Санчеса в Алжир отношения стран вновь потеплели, и вновь Сеуту заполнили марокканские нелегалы.
Сейчас опять на что-нибудь договорятся – прогнут Мадрид под марокканские условия.
Удивительно, используя десятки тысяч беженцев в качестве метода политического давления, Марокко не получает никаких санкций. В отличие от, например, Белоруссии, которой за несколько сотен транзитных беженцев мгновенно впаяли ограничения для госавиакомпании «Белавиа», крупнейшего экспортера «Белкалий» и ряду крупных чиновников, в том числе министру иностранных дел.
Парадокс ЛГБТ-движа (признан в РФ экстремистским), да и вообще всего левацкого движа.
Их оголтелая и беспринципная поддержка массовой инокультурной миграции похожа на стрельбу по-македонски себе в ноги.
Дело не только в том, что «новые европейцы» всех этих гомосеков и трансформеров за людей достойных существования не держат — при любом удобном случае режут их, как баранов.
Дело ещё и в том, что они сами питают и политическую гомофобию.
С одной стороны всё в большем количестве муниципалитетов, прежде всего в тех, где сформировались крупные мигрантские гетто, реальную власть через демократические процедуры получают исламисты, которые тут же запрещают любую публичную ЛГБТ-активность: парады, флаги, секс-просвет и т.д., мотивируя традиционными ценностями ислама, которые это всё не приемлют.
С другой стороны, на растущей волне мигрантофобии к власти всех уровней — от тех же муниципалитетов, до целых стран приходят крайнеправые силы, от «новых правых» до палеоконсерваторов, которые в различных проявлениях ЛГБТ-пропаганде видят ещё и форму поддержки политических сил лоббирующих бесконтрольную миграцию. И тоже запрещают вот это всё.
Поэтому, потихоньку начинает проступать парадоксальная зависимость: чем больше гей-парадов, тем меньше гей-парадов.
На днях умер один из самых необычных террористов в современной истории.
30 мая 1972 года в тельавивском аэропорту Лод (ныне Бен-Гурион) с трапа самолета, прибывшего из Рима, спустились трое мужчин, прошли паспортный контроль, не вызвав подозрения у израильских служб безопасности, зашли в зал прибытия, достали из чемоданов автоматы и открыли беспорядочный огонь по пассажирам.
Теракт длился 10 минут, унес жизни 28 человек, среди них двое террористов: один попал под дружественный огонь, второй подорвал себя гранатой. 11 погибших при этом оказались пуэрто-риканскими паломниками-католиками, прибывшими в Святые места.
Третьего террориста израильтяне стреножили, и сразу стало понятно почему их проморгали. Дело в том, что это были японцы, хотя действовали от имени Национального фронта освобождения Палестины (НФОП)
Убитые Окудайра
и Ясуда, схваченный Кодзо Окамото (на фото во время суда).
Вот он и помер 23 июля сего года, но не в тюрьме на пожизненном сроке, а на свободе, своей собственной старческой смертью.
Мотивы теракта, как и причина по которой Окамото не был казнен очень японские.
Казалось бы, где японцы, а где арабо-израильские тёрки?
Но это были не простые японцы, Окамото с подельниками являлись членами леворадикальной террористической организации «Японская красная армия».
НФОП сотрудничал и привлекал к силовым акциям европейских левых террористов, которые чувствовали солидарность с палестинцами, но эти предложили свои услуги сами.
Дело в том, что авторитет и боеспособность «Японской красной армии» сильно пошатнулась после того, как в начале 1970-х там была устроена «чистка рядов», вылившаяся в достаточно кровавую внутреннюю разборку.
Поэтому Окамото, Ясуда и Окудайра сами попросились в НФОП, чтобы совершить громкий теракт и восстановить честь организации.
На суде японец молчал, отказывался от любого сотрудничества, тем самым пытаясь подтолкнуть судью к смертному приговору. Но ему дали пожизненное. Есть версия, что по неофициальной просьбе Токио. Теракт совершенный гражданами Японии, также затронул и честь руководства страны. План был такой: Окамото рано или поздно выменяют у НФОП на каких-нибудь израильских заложников, тогда можно будет схватить его, переправить на родину и уже там повесить.
Задумка была реализована лишь частично: в 1985 его действительно выпустили в рамках обмена, но Окамото скрылся в Ливане, где и прятался всю оставшуюся жизнь от родного правосудия.