Телеграм канал «историк-алкоголик»

Вот Алексей Викторович Чадаев просит критиковать его по существу, а не опускаться до личностей.

Что ж. Пожалуйста.

В аргументационном ряду, который иллюстрирует некую историософскую концепцию о вечном страдании русских от многонационалочки, в качестве исторического факта приведен анекдот про Ермолова и его просьбу Александру I «Ваше Величество, сделайте меня немцем!»

Ну, и всё — дальше критиковать нечего.

Любой, кто на полном серьёзе приводит этот эпизод, как достоверный, автоматически идёт по интеллектуальному разряду «кругозор ограничен советским учебником истории».

Я весьма подробно разбирал данный кейс вот здесь (поиск: «Ермолов»)

Но если коротко: такой просьбы от Ермолова в адрес императора не было и быть не могло.

Можно не быть источниковедом и не знать, что данный апокриф появился уже после смерти Ермолова с прямой ссылкой на то, что это именно анекдот.

Можно не быть знатоком придворного этикета и не знать, что это стандартный диалог между императором и подданным, и на вопрос «Чем тебя наградить?» ответ мог быть только «Служба Государю и Отечеству для меня и есть высшая награда». Любой другой — грубое хамство царю.

Но можно же просто погуглить обстоятельства в которых эта фраза, якобы была произнесена:

Высочайший прием после сражения при Кульме 1813 года.
Александр I награждает отличившихся генералов в присутствии прусского короля и австрийского князя Шварценберга, кроме них прусский и австрийский генералитет. Союз России, Пруссии и Австрии ещё формально не заключен – идёт торг, немцы присматриваются к поведению России, с которой совсем недавно воевали в составе Великой армии Наполеона. Ермолова вызвали наградить за отличие в бою, где он сражался бок о бок с австрийцами и пруссаками, заменил тяжело раненного генерала Остерман-Толстого.

И тут такой демарш, этой фразой он страшно оскорбил бы сразу всех: двух монархов Александра I и прусского короля Фридриха Вильгельма III, прусский и австрийский генералитет – своих боевых товарищей, генерала Остерман-Толстого – друга и непосредственного командира, а также публично давал понять, что в русской армии есть оппозиция царю, которая не желает союзных отношений с немцами, то есть просто опускался до государственной измены.

Ермолов идиотом или изменником не был и поэтому в принципе сказать такого не мог.

«Проблема 500» в Британской армии.

Ситуация, с которой столкнулись добровольцы вооруженных сил ДНР и ЛНР при вливании их частей в ВС РФ, имеет исторический аналог.

Британская Ост-Индская компания (ОИК) в эпоху расцвета достигла таких масштабов, что не всегда было понятно – компания является коммерческой структурой Соединенного Королевства, или Соединенное Королевство – это просто государственный придаток к компании.

ОИК, кроме фантастических финансовых оборотов, административного контроля над Индией, располагала ещё и внушительными вооруженными силам, как флотом, так и сухопутной армией

С начала XIX века, осознав проблему дисбаланса власти в стране, британская корона начинает потихоньку поджимать ОИК, отбирая у неё экономические и административные привилегии. Воспользовавшись восстанием сипаев 1857 года, правительство Пальмерстона продавило закон «Об улучшении правления Индией», по которому с 1858 года все пехотные полки ОИК должны были влиться в ряды Британской армии (БА).

И это породило проблему:

Во-первых, в армии ОИК платили больше.
Во-вторых, офицерские звания присваивались за выслугу лет и боевые успехи, тогда как в БА просто покупались, при этом офицеры БА имели старшинство перед офицерами ОИК.
В-третьих, полки ОИК были сформированы исключительно из этнических европейцев, тогда как в колониальных полках БА в Индии нижние чины набирались из местных.

После поступления приказа о переводе, военнослужащие ОИК выдвинули требование свободного увольнения в отставку, но получив отказ, начали акцию неповиновения, известную теперь, как «Белый мятеж». Под лозунгом «Мы к вам не нанимались» полки отказывались принимать присягу, подписывать новые контракты, не подчинялись боевым приказам (восстание сипаев ещё не было подавлено), несли лишь караульную службу, попытка привести полки в подчинение закончилось несколькими драками (боевого оружия стороны не применяли).

В Лондоне подумали, что доводить до реального вооруженного столкновения не стоит и приняли единственно разумное решение – всех уволить: 10 000 военнослужащих ОИК вернулись на родину, 2500 подписали новые контракты с Британской армией.

(Рис: 1-й Бенгальский фузилерский полк ОИК)

Основателя «Чёрной сотни» Дмитрия Бастраков объявили в розыск по делу о самовольном оставлении части, подобных историй по стране сотни — добровольцев, подписывавших контракты с ополчением ДНР и милицией ЛНР задним числом оформили как мобилизованных в ВС РФ, поэтому давно отработавшие контракт и разъехавшиеся по домам мужчины неожиданно сталкиваются с тем, что проходят по уголовным статьям, как дезертиры.

Иногда такие дела закрывают, иногда нет. Бастракову два года назад закрыли, теперь открыли снова.

Учитывая, какое раздражение вызывает «Черная сотня», как раз за разом издательство и его проекты сталкиваются с прессингом, я бы не исключал и политической мотивации.

telemetr.me/chernaya100kitchen/5692

Растёт гражданское правосознание парижан: просто не путать Моне и Мане уже недостаточно.

1814 год. Росгвардия пресекает беспорядки в Париже, устроенные корсиканскими мигрантами.

Депутаты ГД от КПРФ опять внесли законопроект о переименовании Санкт-Петербурга и Волгограда в Ленинград и Сталинград, соответсвенно.

В общем, это традиционная профанация, закон четко говорит о том, что смена наименования субъекта федерации или его административного центра происходит по представлению регионального законодательного органа.

А эти органы, даже если допустить, что инициатива найдет отклик не только у КПРФ, подобных представлений никогда не направят. А если и направят, то вышестоящая инстанция быстро зарубит.

Проблема не только и не столько в желании (оно, судя по всему, есть), а в страхе. Любая подобная инициатива упрется в вопрос народоизъявления. Тот же самый Санкт-Петербург вернул себе историческое имя в результате референдума, почему обратное переименование должно идти в кабинетах?

А вот любой подобный референдум, несмотря на конкретный вопрос, неизбежно превратится в плебисцит по более широкой теме — одобрение политики тотальной ресоветизации, которая весьма активно ведется последние годы.

И результат будет вполне ожидаемый, даже в Волгограде соцопросы дают сторонникам Сталинграда не более 26%, в Питере ленинградофилов ещё меньше.

Поэтому нашим горячо любимым социальным инженерам не нужен четкий ответ о поддержке населением возрождения Советского Союза, хотя бы и на уровне символов — они и так знают, что поддержки большинства нет.

Когда во Франции всё пошло наперекосяк.

В 1804 году Наполеон, желая обеспечить ветеранов доходам, дарит вышедшим в отставку нижним чинам старой гвардии - «ворчунам» передаваемую по наследству привилегию: не платя акцизов свободно торговать алкоголем, произведенным из собственных фруктов.

Так появилась культура «Bouilleur de cru» — самогонщиков.

Со временем привилегия расширилась на всех собственников, у которых в кадастровых реестрах значились плодовые сады (verger) или виноградники (vigne). Правило своего урожая отсекало возможность расширить производство до промышленного.

Привилегия вызвала взрывной рост культуры дистилляции, к середине XX века три миллиона крестьянских хозяйств гнали: из яблок - кальвадос (Нормандия) и ламбиг (Бретань), из малины фрамбуаз (Эльзас), из винградного жмыха —
марк (Прованс), анис - мистра (Корсика), слива - прюне (Аквитания) и мирабель (Лотарингия), вишня - гинь (Гасконь) и кирш (Бургундия), гречиха - бле нуар (Бретань), десяток видов пуаре из груши, дистиллятов из каштана и т.д., и т.п. всего не перечислить.

Огромная культура, делающая каждую деревушку обладателем минимум десятка уникальных алкогольных специалитетов.

Но владельцы крупных алкогольных производств видят не огромную культуру, а огромную упущенную прибыль. В 1960 году лоббисты разворачивают кампанию по борьбе с алкоголизмом в сельской местности и наследственную привилегию отменяют: больше нет передачи по поколениям, только к супругу/супруге, со смертью которого привилегия пресекается.

В 2000 году остается 30 000 обладателей привелегии, в2025 - 300, всем уже за 90 лет.