Предложение приехать для переговоров в Москву, сделанное Зеленскому Путиным, а затем повторенное Трампом, почему-то вызывает яростное осуждение в глобальной заукраинской общественности, мол во время войны главы враждующих государств друг к другу не ездят.
Но на самом деле ездят.
Осенью 1977 года президент Египта Анвар Садат неожиданно заявил, что готов приехать в Израиль. На тот момент боевых действий не велось, и Египет не признавал Израиль, так что формального состояния войны не существовало, но египтяне, в том числе с трибуны ООН и в своих официальных информационных бюллетенях неоднократно заявляли, что находятся в состоянии войны с "так называемым сионистским государством".
19 ноября 1977 Садат прибыл в Тель-Авив, а затем отправился в Иерусалим, где выступил на заседании Кнессета, призвав установить прочный мир, но также отказался признать Восточный Иерусалим израильской территорией. Визит открыл путь к Кэмп-Дэвидским соглашениям по урегулированию арабо-израильского конфликта.
Поучительная и комичная история начала XX века про то, что самоуспокоенность власти, электоральная апатия и управленческое попустительство могут привести к самым неожиданным результатам, в том числе, и к институциональному сдвигу для половины населения огромной страны.
В закрытом канале.
ссылка на закрытый тг: telemetr.me/tribute/app?startapp=sp4
Вчерашнее предложение Зеленского о безусловном мире больше всего похоже на знаменитый эпизод самого конца Великой Отечественной, когда в ночь с 30 апреля на 1 мая, через несколько часов после самоубийства Гитлера, в штаб 8-й гвардейской армии Чуйкова явился начальник штаба сухопутных войск Третьего Рейха генерал Ганс Кребс и предложил заключить мир. Чуйков связался с Жуковым, тот со Сталиным, предложение было отклонено. Кребс вернулся в Фюрербункер и застрелился.
Переговоры Чуйкова и Кребса были неоднократно экранизированы. В советской киноэпопее «Освобождение» пафосный антураж – утренний свет, роскошный зал, общение через переводчика. В немецком фильме «Бункер» близко к реальности – ночь, наспех обустроенное под штаб помещение, переговоры идут по-русски - Кребс, как и многие немецкие генштабисты, свободно владел языком, кроме того служил военным атташе в Москве.
Но вот ещё деталь, многие из тех, кто смотрел экранную версию «Бункера» могли удивиться странному составу штаба Чуйкова – майор и почему-то капитан третьего ранга, криво-косо приделанные награды. В режиссерской версии эпизод показан полностью – Чуйков для солидности вынужден замаскировать под своих штабных офицеров военных корреспондентов. Это тоже сценарная выдумка, но интересная точность в ней есть – военкоры присутствовали, стенографировали переговоры, и мы их прекрасно знаем: майор – знаменитый советский поэт Евгений Долматовский, а капитан третьего ранга (на самом деле к тому времени уже второго ранга) писатель и драматург Всеволод Вишневский, он числился в политуправлении Балтфлота.
Если не вброс, то самое смешное в этой истории то, что Латвия и Литва (оказывается это разные страны! вы знали?) пытались заблокировать данное решение. Но совокупный политический вес упомянутых стран таков, что их отчаянное ветирование даже не заметили — как протестное гавканье мелких собачонок, которые против поездки к ветеринару: гавкай не гавкай — всем пофиг.