Телеграм канал «историк-алкоголик»

Тренировка альпийских егерей - элитных частей французской армии, 1897 год.

Запись из коллекции братьев Люмьер "24-й батальон альпийских стрелков: Урок бокса", расцвеченная и озвученная.

Такие вот машины для убийства — настоящие звери. Понятно чего их немцы три войны подряд гоняли.

Как женщины украли выборы.

Поучительная и комичная история начала XX века про то, что самоуспокоенность власти, электоральная апатия и управленческое попустительство могут привести к самым неожиданным результатам, в том числе, и к институциональному сдвигу для половины населения огромной страны.

В закрытом канале.


ссылка на закрытый тг: telemetr.me/tribute/app?startapp=sp4

альтернатива закрытому тг: https://gapi.ru/alcohistory

Определенно, это бросит тень на его репутацию.

Кино и немцы.

Вчерашнее предложение Зеленского о безусловном мире больше всего похоже на знаменитый эпизод самого конца Великой Отечественной, когда в ночь с 30 апреля на 1 мая, через несколько часов после самоубийства Гитлера, в штаб 8-й гвардейской армии Чуйкова явился начальник штаба сухопутных войск Третьего Рейха генерал Ганс Кребс и предложил заключить мир. Чуйков связался с Жуковым, тот со Сталиным, предложение было отклонено. Кребс вернулся в Фюрербункер и застрелился.

Переговоры Чуйкова и Кребса были неоднократно экранизированы. В советской киноэпопее «Освобождение» пафосный антураж – утренний свет, роскошный зал, общение через переводчика. В немецком фильме «Бункер» близко к реальности – ночь, наспех обустроенное под штаб помещение, переговоры идут по-русски - Кребс, как и многие немецкие генштабисты, свободно владел языком, кроме того служил военным атташе в Москве.

Но вот ещё деталь, многие из тех, кто смотрел экранную версию «Бункера» могли удивиться странному составу штаба Чуйкова – майор и почему-то капитан третьего ранга, криво-косо приделанные награды. В режиссерской версии эпизод показан полностью – Чуйков для солидности вынужден замаскировать под своих штабных офицеров военных корреспондентов. Это тоже сценарная выдумка, но интересная точность в ней есть – военкоры присутствовали, стенографировали переговоры, и мы их прекрасно знаем: майор – знаменитый советский поэт Евгений Долматовский, а капитан третьего ранга (на самом деле к тому времени уже второго ранга) писатель и драматург Всеволод Вишневский, он числился в политуправлении Балтфлота.

Мой хороший друг Роман Юнеман едет по стране с лекционными гастролями.

Он теперь аж целый кандидат политических наук, так что лекции с определенным уровнем академической верификации.

Ищете свой город в списке и приходите.


telemetr.me/big3russia/7974

Если не вброс, то самое смешное в этой истории то, что Латвия и Литва (оказывается это разные страны! вы знали?) пытались заблокировать данное решение. Но совокупный политический вес упомянутых стран таков, что их отчаянное ветирование даже не заметили — как протестное гавканье мелких собачонок, которые против поездки к ветеринару: гавкай не гавкай — всем пофиг.

На фото Karl-Liebknecht-Haus (Дом Карла Либкнехта), Берлин, район Митте.

Фото 2026 и 1930 годов.

Здание построено в 1910, как офис для берлинского ликероводочного завода, в 1926 его под штаб-квартиру выкупила Коммунистическая партия Германии (КПГ) и назвала в честь своего учредителя, убитого в 1919 году.

В 1933 году нацисты взяли здание штурмом и переименовали в Дом Хорста Весселя. После войны передали СЕПГ, как прямой преемницы КПГ. Сначала там был партийный офис, потом институт марксизма-ленинизма.

После присоединения ГДР к ФРГ, преемник СЕПГ — Партия демократического социализма (ПДС) долго судилась с приватизационным комитетом и всё же отсудила его по закону о реституции – здание было приобретено законным путем ещё в юрисдикции соблюдавшей права частной собственности.

В 2007 году ПДС объединилась ещё одно социалистической партией «Труд и социальная справедливость» образовав партию «Левая», которая выиграла региональные выборы в Берлине. Штаб-квартиру новой политической силы решили не менять.

Так что «Левая» - это не только прямые юридические преемники тех самых Карла Либкнехта, Розы Люксембург, Клары Цеткин и Эрнста Тельмана, но и наследники жилплощади.