Телеграм канал «inVesti.kz»

Такого понятия, как «свободные деньги» (которые можно отложить или потратить на себя), у большинства семей просто не существовало — абсолютно всё уходило на элементарное выживание: «В 1870 году еда, аренда и одежда съедали 91 цент с каждого заработанного доллара (сегодня в развитых странах на это уходит меньше 40 центов). У среднестатистического американца было всего... полторы рубашки! Это реальная историческая статистика. И чтобы заработать на эту дорогую еду и вторую половину рубашки, мужики пахали по 60 часов в неделю. Женщины — еще больше. При этом деньги, которыми им платили, могли обесцениться за одну ночь. Финансовая стабильность там была не лучше, чем у сегодняшней непонятной крипты».

Но даже если тебе удавалось хоть что-то скопить, твои деньги могли тупо сгореть в финансовом хаосе:«Финансовая система в 1700–1800-х годах была головоломкой высшего уровня. Налички тупо не хватало. Чтобы забить эту дыру, за деньги считали всё подряд, вплоть до фальшивок. Курсы "настоящих" денег прыгали каждый день. Если тебе везло найти деньги, убедиться, что они настоящие, и понять их реальную ценность — их все равно почти негде было безопасно хранить! Обычный гражданин должен был держать в голове сотни факторов. Одна ошибка — и сбережения всей жизни тю-тю. К началу Гражданской войны в США в обращении ходило 10 000 разных видов банкнот! Одни ценнее, другие дешевле. Обменять бумажку на реальное золото можно было только в том конкретном банке, который ее напечатал. А банки рушились пачками, превращая твои бумажки в фантики».

Инвестировать тогда тоже было тем еще квестом: «Первым американцам приходилось считать сложные проценты карандашиком на бумажке — никаких тебе Excel-табличек. Обычные люди сами составляли и выдавали ипотеку соседям с кучей юридических нюансов. Ты бы сейчас так смог? Сегодня котировки любой акции в мире лежат у тебя в кармане, на экране телефона. А инвесторам XIX века приходилось ходить в сомнительные злачные заведения (причем со спиртным на барной стойке и порнухой в туалетах), просто чтобы посмотреть на ленту с котировками».

Мы любим романтизировать прошлое и ругать настоящее, но надо трезво понимать, насколько же жесткой была жизнь раньше.

Здесь мне очень хочется сказать, что золотым веком было время моих родителей. 70-90-е годы совка и примерно 50-90-е в развитом мире. Но это не так. И тогда были свои трудности, просто мы их не изучаем в достаточной мере.

Ничего никогда не бывает простым. Мы принимаем решения каждый день. Некоторые из них будут ошибочными, некоторые выигрышными. Но мы не рискуем жизнью в каждой из этих развилок.

Тем не менее, трагичной ошибкой будет не позаботиться о себе будущем и не передать себе немного денег через инвестиции. Если вы знаете людей, которые созрели для таких решений и действий, но не очень понимают, как это сделать – отправляйте ко мне. Я с ними пообщаюсь и, может быть, мы сможем сделать для них что-то полезное.

#образование

Непрерывно делаю открытия о себе.

Открытие первое: иногда поработав писателем все воскресенье, к вечеру видишь, что написал два слова, и оба неприличные.

Открытие второе: Жена не виновата, как бы мне ни хотелось ее в этом обвинить.

Открытие третье: никогда ничего приличного нельзя сделать на изи. Это всегда какие-то кровь и пот или кровь и пот и вообще ничего не получилось. Сейчас настроение примерно такое.

Да, как всегда, переключаемся на финансы. У меня, и у вас, уверен тоже, всегда есть желание сказать: «вот тогдаааааа было конечно круто, а щас то чо, говна какая-то. Рынок трясет и непонятно, то-ли надо вкладывать еще и смотреть, как все вырастет, то-ли забирать все деньги и бежать прятать в сейф и покупать ружье, золото и тушенку.

Слушайте, никогда ничего не было на изи. В смысле, не давалось легко. Сейчас молодежь тоже считает, что вот им приходится тяжелее всего. У бумеров вся недвига. Поколение X сейчас получает наследство потихоньку и вообще владеет почти всем, включая лучшие работы. А им, от 90-95 года рождения и моложе – ничего не досталось и за все приходится бороться и кровь мешками проливать.

Есть такой хороший сайт, Ordinary Abundance («Обыденное изобилие»). Там собирают кучу привычных нам сегодня вещей и ништяков, о которых раньше никто и мечтать не мог. И делают это через старые цитаты реальных людей, которые впервые в жизни сталкивались со всеми этими прорывами. Цитаты - вообще улет.

Электричество. Чистая вода из-под крана. Нормальная медицина. Теплый туалет в доме. Любая музыка по клику.

То, что мы сейчас даже не замечаем эти маленькие ежедневные чудеса — это лучший признак прогресса. Да мы не просто их не замечаем, мы на них жалуемся!

И трудно представить себе, что еще на памяти моих родителей и бабушек – голод до смерти, холод до смерти, множество болезней без лечения, до смерти, множество ошибочно принятых решений могли стать фатальными.
Да и в финансовом плане всё было в разы хардкорнее.

В конце XIX века три четверти мужиков старше 65 лет всё еще фигачили на работе (сегодня таких около 20%). А половина тех счастливиц и счастливчиков, тупо жили за счет своих детей или родственников, потому что сами бы не вытянули. И это была типа пенсия.

В 1920-х годах у 60% стариков за душой было не больше 80 тысяч баксов (в пересчете на сегодняшние деньги). А почти две трети американских семей жили за чертой бедности еще в 1929 году — то есть еще до того, как ахнула Гражданская война или Великая депрессия. И это уже тогда было одно из самых благополучных государств. Я не говорю про совок, где все богатство в это время было просто уничтожено.

Мы сейчас любим поныть, как тяжело нынче выбиться в люди и заработать денег. Лёгких времен не было вообще никогда. Жизнь всегда была суровой, но объективно: пробиться наверх сегодня в разы проще, чем в прошлом.

Джозеф Мур классно расписал это в своей новой книжке «Как становились богатыми в истории Америки». Вот тебе пара ярких примеров оттуда:

Сегодня если у тебя прогорел стартап — ты красавчик, получил опыт, медаль за смелость. А раньше провал означал полное дно, потому что никакой подушки безопасности и в помине не было: «Вплоть до конца XIX века страхования почти не существовало. Если твой банк лопнул, дом сгорел, урожай побило градом или умер супруг — ты просто потерял абсолютно всё. Без вариантов».

А за долги можно было реальный срок схлопотать: «В 1700-х за отсутствие денег запросто отправляли на нары, и это была обычная практика. Хуже того: если мужик банкротился, вместе с ним в тюрьму сажали его жену и детей».

Фондовый рынок держится на эмоциях куда сильнее, чем реальная экономика, просто потому что люди — существа эмоциональные.
Когда на рынке всё шоколадно, включается «ошибка восприятия»: тебе кажется, что халява будет длиться вечно. Инвесторы расслабляют булки. Начинают набирать на себя все больше риска — как наркоманы, которым нужна доза понаваристее, чтобы получить тот же кайф.

А когда всё резко летит в тартарары, большинство оказывается к этому вообще не готово. Видеть, как твои кровные испаряются на глазах — это прямой путь к лютой панике.

Но дело не только в психологии.

В каком-то смысле рынок просто обязан время от времени рушиться.
Единственная причина, почему акции дают большую доходность, чем облигации или депозит в банке — это как раз риск.
Если бы тебе гарантировали 10% годовых из года в год без всякой валидольной волны и риска обвала, все бы тупо закинули деньги в акции и не парились.

Крах — это такое жесткое напоминание, что риск вообще-то существует.
Инвесторы любят фантазировать и строить иллюзии. Ожидания взлетают до небес. Жадность и страх упустить выгоду (FOMO) захватывают разум. Маятник раскачивается слишком сильно. А потом бац — происходит какая-то херня. И народ резко вспоминает, что акции не могут расти вечно. Возвращаются страх и паника, и маятник со всей дури летит уже в противоположную сторону.

Так что обвал рынка — это не какое-то наказание для инвесторов. Это просто регулярная абонентская плата, которую ты отдаешь за возможность заработать в долгую куда больше, чем на других активах.
И никуда эта плата не денется.

#образование

Раньше я работал на работе директором. Мои сотрудники, уборщицы в школе, некоторые чиновники и все бытовые приборы боялись меня и уважали. Когда я в дом входил (они слагали гимн) делали вид, что работают, разрешали ходить по помытому, выписывали пропуск и никогда не ломались. Министры по ошибке принимали меня за равного и поили чаем. Днем я работал, а ночью ждал, когда мне позвонят, чтобы скорее снова отправиться на работу.

Теперь же я не могу справиться с собственной машиной. Внезапно некоторые предметы требуют моего личного внимания и участия. Сотрудников нет, в школе я не был уже 10 лет, пропуска мне никуда не требуются. А машина зажигает лампочку незакрытой двери только когда у нее (машины) случается игривое настроение. А когда я прихожу с компьютером ее диагностировать, она говорит «а все, теперь не надо». Капризная женщина досталась, непостоянная.

Впрочем, нам не привыкать! Мы с вами играем в самую капризную игру тысячелетия. Великий рынок, который должен когда-то обвалиться, но мы продолжаем в него инвестировать.

Некоторые стали верить, что сейчас, когда вся информация доступна и реакция на нее моментальна, может, полноценный обвал рынка уже в принципе невозможен? Если только не случится какая-то совсем уж дикая дичь вроде ядерной войны. Вдруг дальше нас ждут только просадки в отдельных секторах? Народ ведь сразу перекладывает деньги из просевших отраслей в растущие, вместо того чтобы все сливать в наличку, — вот рынок и прет дальше вверх и вправо. К тому же старое поколение, которое ныкало заначки под матрас, уступает место молодежи с их синдромом упущенной выгоды (FOMO) и желанием разбогатеть прямо здесь и сейчас.

Это противоположная крайность. Она обязана существовать, когда из каждого второго утюга говорят о скором крахе доллара, всей финансовой системы и рынков всего мира.

Рецессия обязательно случится, вопрос только когда. Просто сейчас рецессии происходят намного реже, чем раньше.

Экономика развитых стран стала гораздо мощнее, взрослее и разнообразнее, чем была раньше. Нам очень помогает то, что огромную роль теперь играют технологии, а куча народу занята в сфере услуг.
Компании стали рулить куда эффективнее. Да и власти реагируют на любые встряски гораздо быстрее.

Что любопытно: хотя рецессии стали редкими гостями, риски с финансовых рынков никуда не делись. Медвежьи рынки (когда всё валится) никуда не исчезли, просто они стали относительно короткими.
Давай посмотрим на историю рецессий и на то, насколько сильно упали рынки в эти периоды за последние 150 лет: число рецессий стабильно падает. Но на обвалы рынка это особо не повлияло.
Да, в 1930-х и 1940-х падений было завались, но там и времена были веселенькие — Великая депрессия и Вторая мировая.

А вот настоящей, суровой рецессии у нас не было аж с 2009 года! Вот как за это время проседал индекс S&P 500:
2010: -16%
2011: -19%
2018: -20%
2020: -34%
2022: -25%
2025: -19%

И всё это падение происходило на фоне одного из самых мощных бычьих рынков в истории! Настоящей рецессии мы не видели. Ну да, была пандемия, но в нее влили столько бабла, что в финансовую катастрофу она так и не переросла.

Но спад в экономике все равно рано или поздно жахнет. Может, из-за искусственного интеллекта, а может, из-за какого-то подлого сюрприза извне, о котором сейчас никто и не догадывается.

И вот когда это произойдет, выручка компаний просядет, доходы упадут, а у инвесторов окончательно сорвет башню от паники. Это и приведет к жесткому медвежьему рынку или даже к полноценному обвалу.
Финансовый кризис тоже когда-нибудь повторится. И он гарантированно укатает акции в пол, потому что экономическая боль от таких кризисов всегда ощущается очень больно.

Рецессии и кризисы сейчас случаются редко, но уж если они приходят — будь уверен, народ на рынке перепугается по полной программе.
Почему я так уверен?

Да потому что это человеческая натура!