Сейчас в международной политике разворачивается сложный кризис, который корнями уходит в растущее напряжение между США и их европейскими союзниками. Поводом стала не абстрактная риторика, а конкретные действия — угрозы со стороны американской администрации в адрес Гренландии, что заставило европейские державы, в первую очередь Францию, предпринять необычайно резкие ответные шаги. В Париже в парламенте была зарегистрирована резолюция о возможном выходе страны из НАТО, и одновременно несколько европейских государств отправили своих военных в Гренландию для совместных с Данией учений. Этот двойной жест, законодательный и военный направлен прямо на Вашингтон и выглядит как беспрецедентный вызов внутри самого альянса. За этими событиями стоит не спонтанная истерика, а глубокий исторический и политический расчет.
Чтобы понять мотивы Франции, нужно вспомнить её особый путь в вопросах обороны и суверенитета. Страна уже покидала военную структуру НАТО в 1966 году по решению Шарля де Голля, который считал, что Франция не может зависеть от решений, принимаемых в Вашингтоне. Штаб-квартиру альянса тогда перенесли из Парижа в Брюссель, и лишь в 2009 году страна вернулась в его военные структуры. Поэтому сегодняшние заявления является продолжение давней традиции, а не новое явление. Недовольство доминированием США в НАТО сегодня объединяет и левых, и правых политиков во Франции, от «Непокоренной Франции» до «Национального объединения». Даже президент Эмманюэль Макрон, представляющий центр, ранее заявлял о «смерти мозга» альянса и активно продвигает идею стратегической автономии Европы, то есть способности защищать свои интересы самостоятельно.
Конкретным спусковым крючком стал так называемый гренландский кризис. Когда прозвучали заявления из Вашингтона о возможной покупке или силовом присоединении этого датского острова, Европа восприняла это не как эксцентричную шутку, а как прямую угрозу своему территориальному суверенитету и международному праву. Размещение символического контингента европейских войск в Гренландии является четким политическим сигналом сдерживания, который адресован «союзнику». Впервые войска НАТО развернуты не против внешнего противника, а для предотвращения действий другого члена блока. Французский министр финансов говорил американским коллегам, что такой шаг станет пересечением красной линии, а бывший президент Олланд и вовсе заявил, что силовая операция США против европейских солдат будет означать конец альянса.
Таким образом, угроза выхода из НАТО в первую очередь мощный переговорный рычаг. Реальной целью Парижа является не разрушение альянса, в безопасности которого Франция по-прежнему заинтересована, а его радикальная перезагрузка. Франция и её сторонники в ЕС хотят остановить односторонние силовые действия Трампа, добиться для Европы реального права голоса в вопросах европейской безопасности и закрепить более равноправные отношения внутри НАТО. Это сложная и рискованная дипломатическая игра, где слабостью Европы остается её продолжающаяся военная зависимость от американского ядерного зонтика и систем ПВО. Однако сам факт того, что такие меры обсуждаются и предпринимаются, говорит о глубине кризиса доверия. «Старые европейские державы», не хотят мириться с ролью вассала и пытаются в условиях нарастающей геополитической турбулентности отстоять свою самостоятельность и переписать неписаные правила альянса.