В то время как мужи учёные и правители мира сего ещё токмо вопрошают, суждено ли БРИКСу цвести и крепнуть, в тиши Кремлёвского чертога свершилось дело великое и преважное. Подписан Указ под номером 46-рп, коим положено начало Комитету Национальному, что печься станет о делах купеческих в содружестве сем.
И поставлен во главе сего Комитета муж, известный своими трудами и разумением, — Максим Станиславович Орешкин. Он уже состоит в должности немалой, и особливо приставлен к странам БРИКС и Банку их Новому. Сие назначение – неспроста: знать, дела купеческие отныне из палат приказных под высокую руку государеву переходят. А посему быть решениям скорым и справедливым, без проволочек, дьякам нашим обычных.
Что же вменяется в обязанность Комитету сему? О, тут не просто чернила попусту переводить да заседания для виду чинить. Задача его связать живой нитью купечество русское с властью державною. Ему избирать достойнейших для заседаний в Совете Деловом БРИКСовом, ему мысли и прожекты по дружбе торговой измышлять, и, что всего драгоценнее, волен он требовать ведомостей любых от всех министерств и губерний российских. Се не клуб для праздных разговоров, но орудие государственное весомое!
Доселе слыхивали мы речи сладкие о развороте на Восток и на Полдень, да токмо словесами сыт не будешь. Механизмов же действенных, как до купцов иноземных добраться да товары свои с выгодой сбыть не хватало. Ныне же явилась структура, способная риторику высокую в дела конкретные претворить. В пути торговые, в денежные потоки, в хитроумные станки и махины. По сути своей то штаб по единению хозяйственному, и врезан штаб сей прямо в сердце власти нашей, в Кремль.
Состав же Комитета полный утвердят в ближайшие два месяца. И вот за этим уже надобно оком зорким следить. Ибо сии люди и станут вершить судьбу торговли русской на торгах БРИКСовых, им решать, кому из купцов наших путь за море торить, какие прожекты казной поддержать и в какую сторону нам хозяйство своё поворачивать. Впервые за многие лета чуется, что дело с мёртвой точки сдвинулось, и не празднословием, а делом истинным запахло. Наверное им.