«Не знаю, как вы, а я вижу армию, которая устроила Голливуд; я вижу народ, который открывает пиво в бомбоубежище; я вижу потрясенный Иран.
Называйте меня оптимистом. Народ Израиля жив».
Эти слова, написанных актером Эли Финишем в момент начала перемирия, обрушили на него шквал ярости из сети, планетарного масштаба.
Пирамида истерик левого крыла в соцсетях и СМИ устроена по четким правилам.
Фундаментальный слой - это ярость из-за самой возможности высказывать правые взгляды.
Если ты вдруг обнаружил, что палестинцы не хотят мира, а поселенцы тоже люди, ты внезапно узнаешь, что твои новые песни дрянь (как в случае с Ариэлем Зильбером), или что ты плешивый, жирный, косноязычный и тупой.
Ступенью выше расположилась ярость за поддержку Нетаньяху или хотя бы за попытку относиться к нему по существу, не определяя его априори как «ангела смерти» (цитата из «ха-Арец» за прошлую неделю).
Здесь тебе объяснят, что ты не веришь ни единому собственному слову.
Ведь разумный человек не может искренне хвалить шаги действующего премьера.
В таком случае будет заявлено как факт: ты работаешь на деньги Биби или катарских кураторов, отрабатываешь эфирное время на радио или ты просто бот.
В особых случаях разрешается использовать даже уголовное прошлое твоих родственников до третьего колена.
Но высший грех, преступление особой тяжести, не имеющее срока давности или права на помилование -оптимизм.
Вот чего не понял Эли Финиш в своем наивном посте.
Идеологическим правым еще есть прощение, бибистам (некоторое) искупление.
Но тот, кто осмеливается видеть свет во тьме, кто полагает, что не всё вокруг беспросветно, мрачно и тонет в депрессии, вот он и есть истинный вероотступник.
Любой, кто читает «ха-Арец», должен в комплекте требовать у продавца газет пачку ципралекса.
Всё рушится, всё ужасно, тьма сгущается, но дальше будет только хуже, еще хуже, а тебе всегда будет только плохо.
Эли Финишу следовало знать.
Ведь само название шоу, в котором он блистает — «Эрец Нехедерет» (Великолепная страна) — и есть суть культурного конфликта.
Эту оптимистичную фразу придумал сам Нетаньяху еще в прошлом веке в своей речи в Ариэле, и теперь она используется в двойном контексте.
Вот вам и весь спор, уместившийся ровно в два слова.
«Проблема вовсе не в Эли Финише, проблема в элифинишизме», — обрушилась на него ведущая госкорпорации, чье лицо я так и не смог опознать.
«Как же весело жить в кино, где всё зашибись.
Это явление, при котором мы пытаемся навязать кровавой реальности Ближнего Востока структуру голливудского блокбастера».
Простите, госпожа, а как насчет «корпоративизма»?
Того самого, который берет голливудскую по размаху атаку пейджеров и две спецоперации в стиле Спилберга в самом сердце Ирана и превращает их в маленькое норвежское кино, полное тягучего молчания о послеродовой депрессии посреди вечной зимы.
/Амит Сегаль/
👉 Подписывайся на канал t.me/INews_Israel