Телеграм канал «Гиперборейские сонеты»

Лазар де Сельв (ок. 1540 – ок. 1623)

На благовестие корабля Святого Петра (Мк. 6: 47-56)

Да, Церковь кораблем не зря наречена:
Бог – кормчий правит им, премудро направляя;
Вот Вера – парус наш, вот Милость – снасть морская;
Надежда якорем нам в тяготах дана.

Матросы-Пастыри без отдыха и сна
Гребут сквозь море – Мир, где шторм ревет, стеная, –
Вихрь Ересей летит, корабль наш сотрясая,
И кажется, что мы достигнем скоро дна.

О истинный Нептун! Молю, Эол предвечный,
Нам ветер слов святых попутный, а не встречный,
Пошли, подъяв Трезуб, что Троицей реком, –

Утишь сей лютый шквал и усмири ненастье,
И приведи корабль в святую гавань счастья,
В Свой благодатный порт, в родимый Божий дом!

Lazare de Selve (ca. 1540 – ca. 1623)

Sur l'Évangile du Navire de Saint Pierre

Ton Église, Seigneur, est le vaisseau sur mer,
Tu es le vrai pilote, et provident et sage ;
La foi en est le mât, charité le cordage,
Et l'ancre un saint espoir, qui nous vient animer.

Les pasteurs, matelots, ne cessent de ramer,
Le monde est cette mer toute enflée d'orage,
Les erreurs sont les vents, la tempête, et la rage,
Et semble qu'elle soit en danger d'abîmer.

Mais toi, ô vrai Neptune, ô tout-puissant Éole,
Avecques le vent fort de ta sainte parole,
Avecques ton trident, la sainte Trinité,

Apaise tous ces flots, et les change en bonace,
Et conduis cette nef à ton havre de grâce,
À ce port bienheureux de ta sainte cité.

Уильям Данбар (1459 – 1520)
William Dunbar

***
Окончен бой и побежден дракон,
Пронзен мечом воителя-Христа.
Уж на кресте знак славы водружен,
Уж трескаются адовы врата,
Ревет диавол, злость его люта;
Не сделает он душам ничего,
За выкуп наш уплата принята,
Surrexit Dominus de sepulchro.*

Сражен дракон мертвящий, Люцифер,
Лукавый змий, чье смертоносно жало,
Кровавый тигр, чудовище пещер,
Чья злоба нас в засаде поджидала,
Чья лютость нас когтями раздирала.
По милосердью Бога у него
Добычи легкой более не стало.
Surrexit Dominus de sepulchro.

За нас Христос был в жертву принесен,
Себя Он отдал агнцем на закланье,
Но из гробницы львом явился Он
И к небу в рост поднялся великаний;
Взошло Авроры светлое сиянье,
И Аполлон дарует нам тепло;
Исчезла тьма, и день приходит ранний,
Surrexit Dominus de sepulchro.

Восстав, вознесся победитель ввысь,
За грех людской перенеся мученье,
Вновь небеса сияньем облеклись,
И крепче мы уверились в спасеньи.
Звон колокольный с неба шлет прощенье,
Страданье христиан утолено,
Померкло иудеев заблужденье,
Surrexit Dominus de sepulchro.

Дрожит тюрьма, тюремщик прочь бежит,
Разгромлен враг, бои прекращены,
Разбиты цепи и острог разбит,
Мир утвержден, и больше нет войны,
Уплачен выкуп, узники вольны,
Сокровища лишился своего
Враг, коим люди были пленены.
Surrexit Dominus de sepulchro.

* Восстал Господь из гроба (лат.)

Done is a battle on the dragon black,
Our champion Christ confoundit has his force;
The yetis of hell are broken with a crack,
The sign triumphal raisit is of the cross,
The devillis trymmillis with hiddous voce,
The saulis are borrowit and to the bliss can go,
Christ with his bloud our ransonis dois indoce:
Surrexit Dominus de sepulchro.

Dungan is the deidly dragon Lucifer,
The cruewall serpent with the mortal stang;
The auld kene tiger, with his teith on char,
Whilk in a wait has lyen for us so lang,
Thinking to grip us in his clawis strang;
The merciful Lord wald nocht that it were so,
He made him for to failye of that fang.
Surrexit Dominus de sepulchro.

He for our saik that sufferit to be slane,
And lyk a lamb in sacrifice was dicht,
Is lyk a lion risen up agane,
And as a gyane raxit him on hicht;
Sprungen is Aurora radious and bricht,
On loft is gone the glorious Apollo,
The blissful day departit fro the nicht:
Surrexit Dominus de sepulchro.

The grit victour again is rissen on hicht,
That for our querrell to the deth was woundit;
The sun that wox all pale now shynis bricht,
And, derkness clearit, our faith is now refoundit;
The knell of mercy fra the heaven is soundit,
The Christin are deliverit of their wo,
The Jowis and their errour are confoundit:
Surrexit Dominus de sepulchro.

The fo is chasit, the battle is done ceis,
The presone broken, the jevellouris fleit and flemit;
The weir is gon, confermit is the peis,
The fetteris lowsit and the dungeon temit,
The ransoun made, the prisoneris redeemit;
The field is won, owrecomen is the fo,
Dispuilit of the treasure that he yemit:
Surrexit Dominus de sepulchro.

С Артёмом Серебренниковым, переводчиком книги "Светочи Богемы" Рамона Дель Валье-Инклана.

Гийом Кольте (1598 – 1659)
Guillaume Colletet

Коню Пегасу

Приди, Пегас, спустись ко мне с вершин Парнаса,
Конь песнопевческий, возьми меня в полет,
Всеобщая тропа меня уж не влечет –
Неси меня путем, где прежде мчался Тассо.

Я дерзко поднимусь вслед за крылом Пегаса,
С земли взлечу я ввысь под самый небосвод,
Челом коснусь я звезд; пусть конь меня несет,
А прочих не берет – от них не будет спасу.

О боги! Я уже превыше всех небес,
Затерян в облаках и в воздухе исчез,
Меня уже никто живым и не считает.

Злосчастливый поэт, как он судьбой гоним!
Безвестен он, когда средь облаков витает,
А наземь грянется – презрен и не ценим.

Au cheval Pegaze

Vien Pegaze, descends des sommets de Parnasse ;
Dans les sentiers communs je suis las de marcher,
Coursier des beaux esprits, si le mien t' est si cher ;
Porte moy dans la route où gallopoit le Tasse.

Seconde de ton vol, le vol de mon audace,
Enleve moy de terre au celeste plancher ;
Et me faisant du front les estoilles toucher,
Fay que pas un mortel ne me suive à la trace.

Dieux ! J' ay desja franchy la carriere des airs ;
Mais pour trop m' eslever on croid que je me perds,
Et l' on me met au rang des choses inconnuës.

Que le sort d' un poëte est cruel en ce poinct !
On ne le connoist pas s' il vol dans les nuës ;
Et s' il rampe sur terre on ne l' estime point.

Милан Ракич (1876 – 1938)

Симонида

(Фреска в Грачанице)

Кто, фреска, изувечил тебе очи?
Кривым кинжалом, стоя на плите,
Их выколол среди безлюдной ночи
Албанец, что прокрался в темноте!

Но он не тронул лика, уст твоих,
Венца златого, царственной вуали;
Не осквернил твоих волос густых,
Что украшенья под собой скрывали.

Поныне на столбе в пустынном храме
Сияет мозаичный твой убор,
Ты сносишь тяжкую судьбу годами,
Твой скорбный облик мой объемлет взор.

Как в небесах угасшие светила
До нас доносят свой далекий свет
Затем, чтоб наше зренье различило
Обличье звезд, которых больше нет,

Так, Симонида, средь безлюдной ночи
На закопченной временем плите
Твои давно исколотые очи
Мне грустно светят в полной темноте!

Симонида (ок. 1294 — после 1336) — дочь византийского императора Андроника II Палеолога, супруга сербского короля Стефана II Милутина, покровительствовала искусствам и наукам. Поврежденная фреска с ее изображением сохранилась в косовском монастыре Грачаница (осн. 1321).

Милан Ракић

Симонида

(Фреска у Грачаници)

Ископаше ти очи, лепа слико!
Вечери једне на каменој плочи,
Знајући да га тад не види нико,
Арбанас ти је ножем избо очи.

Али дирнути руком није смео
Ни отмено ти лице, нити уста,
Ни златну круну, ни краљевски вео,
Под којим лежи коса твоја густа.

И сад у цркви, на каменом стубу,
У искићеном мозаик-оделу,
Док мирно сносиш судбу своју грубу,
Гледам те тужну, свечану, и белу;

И као звезде угашене, које
Човеку ипак шаљу светлост своју,
И човек види сјај, облик, и боју
Далеких звезда што већ не постоје,

Тако на мене, са мрачнога зида,
На ишчађалој и старинској плочи,
Сијају сада, тужна Симонида, —
Твоје већ давно ископане очи!

МИФЫ ОБ ИНКВИЗИЦИИ

Отстаиваю честь испанской инквизиции 🔥