Телеграм канал «ИстFAQ»

#что_почитать

Низкопоклонство перед Западом или нежелание изучать отечественное педагогическое наследие?

Множество социальных исследователей уже с десяток лет трубит о новом цифровом трайбализме, пузырьковым потреблении контента и т.п. У всех подобных явлений есть общий знаменатель: современность сделала круги общения и человеческого взаимодействия максимально разряженными, разнообразными и подчас очень изолированными. То есть, мы можем жить в определенном информационном пространстве и абсолютно ничего не знать ни о соседях, ни о коллегах. В педагогике это чувствуется особенно обостренно.

Некоторые примеры: скандал о закрытии школы Le Salley, внезапное закрытие "Нового взгляда", статья об адекватности единого учебника истории в исторической экспертизе, трудности семейников, повышение налогов для альтернативных школ, встреча Савватеева и "Родной школы" с Кравцовым, принятие нового ФГОСа старшей школы, введение единой сетки расписания на федеральном уровне, кризис в EdTech, проблемы обесценивания бакалаврских дипломов после реформы высшего образования и т.д. В зависимости от того, в какой контекст вы погружены, в каком "социальном вакууме" обитаете, вам будет знаком, актуален и понятен соответствующий пример. Про остальные вы может даже и ничего никогда не слышали.

В этом списке есть одна тема, которая меня беспокоит в иронично-печальном смысле. Это дискуссия о том, как учить эффективно и правильно так, чтобы все результаты были освоены. Ни раз я был в ситуации, когда от одних людей слышал: "берешь 4-компонентную модель пед. дизайна, проектируешь и все гарантированно все освоят". Затем от других "это все уже было давно придумано и реализовано в СССР, в любом учебнике по дидактике".

Я сторонник конвергенции [отсылка для историков]: требуется глубокое осмысленное изучение самых разных педагогических идей, подходов, моделей, чтобы применять лучшие из них в своем контексте. И если в "Дидактике" под редакцией Скаткина описаны четкие и ясные принципы обучения, то почему бы их не реализовывать? А если таксономия Блума-Марцано помогает учителю понятно переводить запланированные образовательные результаты в набор заданий, то почему бы не пользоваться и ей?

Поэтому я сам в диссертации при разработке новой теоретической рамки для исследования того, как меняется содержание образования в процессе реализации любой реформы от планов и стандартов до реальных уроков в школе, постарался совместить отечественный и зарубежный подходы. И поэтому очень рекомендую для чтения статью Чернобай Е. В., Корешникова Ю. Н. Дидактика и педагогический дизайн: что общего и что особенного? // Отечественная и зарубежная педагогика. 2021. Т. 1. № 5. С. 177–190, которая позволяет уйти от следования инструкциям и задаться более общими и фундаментальными вопросами - о целях, содержании, методах, формах проектирования и оценивания обучения. Кроме того, в списке литературы к статье можно увидеть "базовый набор" авторов и текстов по обоим темам.

Мое главное ощущение от прочитанного текста немного грустное: он как будто объясняет, почему в честной конкуренции "за умы" деятелей образования дидактика проиграла педагогическому дизайну в России в пух и прах.
Вроде бы занимаются одинаковыми вопросами, следуют похожим традициям, апеллируют близкими теориями, однако на выходе к началу XXI века [это я уже додумываю за авторов] как будто пед. дизайн пришел к понятным и конкретным рекомендациям/моделям, а дидактика к общетеоретическим и философским рассуждениям.

Эта разница особенно заметна, когда сравниваешь деятельность методистов из школ и EdTech. Первые мыслят категориями усваиваемых знаниевых единиц, форматов передачи контента, средствами оценивания. Вторые мыслят категориями измерения, декомпозиции, прозрачности, системой заданий. Да меня самого именно это привлекло в начале карьеры: благодаря изучению пед. дизайна 9-10 лет назад я четко понял, зачем нужен ФГОС, как им пользоваться при создании уроков, почему бесполезны рабочие листы, как формировать у детей необходимые компетенции. Уже третий год на кружке коллеги удивляются, как я могу придумать разнообразный набор развивающих и контрольных заданий к любому уроку за 5-10 минут исходя только из формулировки результатов. Это же автоматизм.
Готовые рецепты с понятными инструкциями, как превратить тему урока в сценарий, прохождение которого почти наверняка гарантирует то, что ты хотел реализовать - звучит волшебно!
Правда, потом возникает целый набор сложностей, которые умалчиваются, но до идеал. По той же причине с таким подходом идеально сочетается онлайн и ИИ-боты, ведь тут реально все обучение сводится к раскладыванию результатов/контента в блок-схемы для изучения и задания на отработку и закрепление. Разве ИИ-тьютор не может заменить такую функцию?

В тоже время дидактика на этом фоне уходит в небытие. Аморфная, обобщенно теоретическая, без понятного применения, "пустая" и ни к чему не обязывающая. И вот тут хочется вернуться к ироничному заголовку статьи: в отечественной дидактике есть много крутейших идей, советские учебники по педагогике топовые, но как только ты начинаешь в них погружаться, то без пол литра [отсылка для любителей советского кино] не разобраться. При всем огромном уважении к трудам Эльконина, Занкова, Гальперина, Бим-Бада, Лернера и других - заметная их часть написана невероятно сложно. Для их понимания мне требовалось читать 2-3-4 раза, параллельно исправляя собственные уроки. Какой сумасшедший в условиях невысокой зарплаты, большой нагрузки и современного цифрового мира будет столько внимания уделять подобному? Зато большинство моделей и принципов пед.дизайна легко умещаются в схемы и страницу текста. Неутешительный вывод для нашей педагогики.

#мнения

Шок-контент (сам до сих пор не верю)! Сегодня в гостевой колонке я рад презентовать текст Антона Скулачева, председателя "Гильдии словесников" (все историки тут же пошли завидовать реально функционирующему горизонтальному сообществу филологов), руководителя гуманитарного профиля школы № 1514 в Москве и, наверное, одного из самых известных учителей-филологов в России. Мне радостно знать, что на канале такая разнообразная аудитория по географии, взглядам, ролям в школе.
Текст Антона ниже ⬇️

Уроки литературы как «сундук с сокровищами»
В 1970-е годы в психотерапии появился ориентировнный на решение подход (ОРКТ), который с тех пор стал одним из методов с научно доказанной эффективностью, а главное, стал активно применяться не только в психологии, но и в медицине, образовании, социальной работе. Главная идея подхода проста: если мы говорим на «языке проблем» (что не получается, в чём ошибка, где плохо?), то мы остаёмся в поле проблем, стоит лишь перейти на язык решений (что уже получается чуть лучше? что я делаю, чтобы двигаться к своим лучшим надеждам? где я могу заметить небольшие изменения к лучшему уже сейчас?) – и реальность нашей жизни постепенно будет перестраиваться нами в сторону этих решений.

Думается, это всё серьёзный вызов для школы: как часто мы говорим в школе на языке проблем! Отмечаем в работах ошибки, обсуждаем проблемных учеников и трудности в обучении… И влияет это не только на учеников (и их родителей), это один из факторов и учительской усталости (а иногда и выгорания): погруженность в проблемы и трудности, обилие конфликтной или просто угнетающей коммуникации.

Что если попробовать построить образовательные практики на подходе, ориентированном на решение? Это могут быть незначительные изменения: больше замечать удачного в обратной связи, начать ставить в работе плюсики рядом со всеми хорошими мыслями и формулировками детей, стараться удерживать соотношение 25/75 в разговоре с родителем о трудностях и сильных сторонах ребёнка…

А ещё можно попробовать посмотреть на уроки (например, на уроки литературы) сквозь призму одной из техник ОРКТ – «сундук с сокровищами». Суть техники проста: у каждого из нас есть свой сундук с сокровищами (любимые предметы и места, люди и отношения с ними, радостные события, дела, которые у нас получаются, вещи, запахи, вкусы, которые нам нравятся…). Важно часто проводить «ревизию» этого сундука, вспоминать как можно больше его содержимого, чтобы в трудные моменты, во времена испытаний, проблем или кризисов достать оттуда самую, быть может, неожиданную вещь – но она поможет.

Так вот, таким сундуком с сокровищами могут быть уроки литературы. Тёплый дом Кая и Герды, домашнее варенье у Гринёвых, воспоминания о деревенском лете Бунина, лёгкость Людмилы и стойкость Руслана, помогающие им преодолеть страшные испытания – это всё те «ресурсы» для автора и героев, о которых мы говорим на уроках. Начинать разговор о них можно с небольших личностных этюдов (нарративной практики): «Что такое для меня тёплый дом?», «В чём моя супер-сила?», «Запахи детства»… Двигаясь дальше в сторону анализа текста, мы обнаруживаем, что инструменты анализа текста, они же литературные термины – на самом деле в той же степени и способы работы с собой: идиллический хронотоп – это про детскую гармонию с природой, художественная деталь – это про значимую подробность жизни, наполненую смыслом, мотив – про устойчивое воспоминание, к которому всё время возвращаешься, а сюжет – это и твоя собственная дорога в твоей жизни, по которой ты проходишь свой «путь героя» (выходишь из дома, проходишь испытания, возвращаешься домой уже новым). А текст выступает – нет, ни в коем случае не иллюстрацией моих душевных переживаний и не инструментом психотерапии! – способом расширить свой мир, лучше понять себя и другого через диалог, а главное – наполнить свой сундук новыми сокровищами, возвращение к которым будет давать радость, тепло, поддержку и ощущение всё большей осмысленности жизни.

P.S. Еще Антон ведет свой канал «педагогика уязвимости» @vulnerability_teaching, где рассказывает про преподавание литературы и делиться профессиональным опытом. Не стану скрывать: некоторые практики я когда-то заимствовал из того, что нам показывали в 1514 в начале карьеры.

P.P.S. Автор канала может быть не согласен с мнением автора текста и его содержанием, не поддерживать его идеи.

Доброе утро!)

Вдогонку ко вчерашнему посту осинило. Вдруг кого-то заинтересовало, как описанную проблему рефлексируют в футболе.

Во-первых, есть целая реклама на тему (к каждому ЧМ подобные "режиссерские ролики" выходили от кого-то из титульных спонсоров): https://youtu.be/KriBQVhsgZk?si=LQcTYqYFCloUgXbH.
В ней хорошо видно дискуссию между эффективностью и яркостью, между живой игрой и стандартизированными моделями, между риском и статистикой.

Во-вторых, тот же Антон перечисляет целый набор трудов журналистов и тренеров, которые так или иначе писали на тему. Яркой проблема стала в 21 веке, но ее первые зачатки формировались ещё в 1980е-90е годы.

Кстати говоря, в образовании аналогично. Именно в 1980е-90е годы наступление глобализации, капитализма международных компаний, торжества соответствующих политических режимов и неолиберальных управленческих моделей открывает путь дискуссии о рациональном расходовании средств в образовании, о контроле над эффективностью школ и т.п. Я это прослеживал на примере трансформаций подходо в curriculum studies, которыми занимаюсь профильно. Там прямо случился тотальный поворот от этнографии, изучения неравенства, осмысления уклада школ в пользу битв за учебники, централизации и вертикализации образования, сопоставления планов и их воплощений, введения процедуры единых тестирований и стандартов и проч. (Знакомо, не правда ли?)

P.S. Небольшая голосовалка!
Поставьте 🎉, если интересно читать про сравнения спорта и образования и больше погружаться в соответствующую рефлексию.
Поставьте 😡, если пришли сюда исключительно за умным глубокомысленным контентом и не потерпите свободных рассуждений автора.
Поставьте 🤨, если не понимаете что здесь происходит и откуда у учителя есть что-то в жизни помимо школы, особенно хобби типа футбола.

Я хотел дать как можно больше крутых продвинутых методических штук: основы пед дизайна, компетентностный подход, подходы к проектированию содержания образования и т.п. Осваивали мы их всегда идентично: теория, осмысление, практика, перенос. И так по кругу все новые идеи. С тех пор программа сильно поменялась, как и состав наставников, как и наши принципы обучения. И результаты, как ни странно, стали гораздо лучше. Правда, и неравномернее.

Короче говоря, мне кажется ужасно ценным сохранять в школах жизнь. Не сводить все обучение к схемам и эффективным практикам. Давать пространство возможности, пробе, свободе. В общем, искать баланс между рацио и стихией.

📌 Надеюсь, что и каждый из вас по итогам очередного учебного года все ещё радуется школе, творящейся там магии и росткам уникального, которые ни в какой асфальт не закатаешь.

Внезапный вечерний пост... Вдохновился одним роликом. 🙈

#рефлексия

Если ты работаешь в футболе, важно все равно сохранять в себе умение относиться к футболу как к зрелищу, иначе ты просто затвердеваешь и становишься очень циничным. Иначе ты перестаешь наслаждаться тем, что делаешь и за чем наблюдаешь. [...] Особенно сегодня, когда мы все стали суперперфекционистами и максимально настроены на то, чтобы делать свою работу эффективно, важно уметь от футбола отвлекаться. Понимать, что есть вещи в жизни гораздо важнее футбола и есть вещи помимо футбола.
— Антон Михашенок в интервью [я, кстати говоря, очень советую это интервью тем, кто в футболе ничего не понимает и в связи с началом Чемпионата мира хочет немного разобраться]

Антон - тренер одного из клубов Медиалиги и достаточно известный нишевый эксперт по теме. Вы наверняка удивитесь при просмотре интервью цитатам из французских философов и рассуждения о тотальной архитектуре основателя Баухауса. Но более всего меня задела его цитата выше. Вообще, я уже не первый раз замечаю параллели между спортом и педагогикой. Наверное, дело в стремлении делать человека лучше, в желании достичь совершенства и гармонии. Фраза выше на 100% ложится на нашу с вами работу. Особенно сильно я чувствую ее истинность спустя два года без постоянной практики в классе с детьми.

Вы думали, мы тут в футбол играем? А мы тут жизнь живём.
— Василий Уткин во время футбольного репортажа.

Педагогика как ремесло в последние три десятилетия с развитием психометрики, стремления к доказательности и разумному распоряжению финансами, по моему мнению, оказалась сильно подвержена механицистскому взгляду на обучение. Обратите внимание на маркетинг онлайн-школ, на пиар бигтеха, на многочисленные выступления Салмана Хана и уже набившие оскомину декларации о кризисе школ/университетов из-за наступления ИИ. За фасадом публичных дискуссий лично я вижу огромное движение, представители которого хотят свести такое сложное, разнообразное, непредсказуемое и интересное явление как образование до простых предсказуемых рационально измеримых формул. ИИ-тьюторы, доказательные практики, единые учебники, правильные приемы обучения, унифицированные подходы - все это, безусловно, дающее много пользы, в своем радикальном изводе как будто убивает жизнь в моей любимой профессии. Да я сам на "Кружке" иногда замечаю, как пытаюсь настроить мозг коллег на определенные паттерны поведения и мышления для их большей функциональности.

Футбол и образование именно в этом смысле сегодня, видимо, находятся в одном положении. Тактические гики и доказательные учёные хотят обьяснить нам, дуракам, как с помощью следования правильной инструкции, сделать любого ребенка (футболиста) счастливым, обученным, результативным и т.п. Школьная среда, наполненная рутинными и повторяющимися действиями, лишь ещё больше способствует победе данного подхода. Учителю легко забронзоветь, повторяя ежедневно хорошо один и тот же набор действий, который обеспечивают минимальный результат. Но учителю также легко забронзоветь, если в стремлении получить лучший результат, он начнет повторять "правильные эффективные действия" с тем же бездумным остервенением, с каким некоторые современные тренеры повторяют на поле правила геген-прессинга или пас на третьего Гвардиолы.

Два года без регулярных уроков и наличие постоянных практик обучения, исследования и супервизии других учителей заставили меня сильно задуматься о том, как важна эта живая часть образования. Множество микро-моментов, кивков, взглядов, слов, движений, из которых складывается уклад школы. Стихийных взаимодействий, формирующих скрытый куррикулум. Из этого для меня формировался кайф от работы в школе, которого теперь не хватает. И как будто об этом же говорит все интервью Антон, подмечая негативные эффекты развития продвинутой статистики на футбол.

Думаю, что интуитивно я это понимал ещё когда работал в 1561 в Москве. Три года назад был экспериментальный запуск группы будущего "Кружка". Первый год был гимном именно механицистскому подходу.

Итак, сомнение посеяно, вопрос задан, совместный поиск начался. Субъект уже готов разобраться, как все на самом деле устроено. На этом этапе во всех случаях я старался дать достаточно широкие теоретические рамки из разных наук об образовании, позволявшие смотреть на интересующую проблему широко. Важно уйти от бытового языка и повседневного описания практики учителей: постараться выйти на более абстрактный уровень. Начать мыслить категориями теоретического знания, а не эмпирического опыта. Иначе велик шанс свести все к очевидным банальностям и заранее знать ответ. Именно занятие исследовательской позиции создаёт будущую ситуацию открытия. Изучение и применение сложных научных концепций к собственной педагогической деятельности, даже в упрощённом виде, позволяет реально оказаться, возможно впервые, в ситуации, когда нет заготовленного ответа, когда исход не очевиден. У меня и коллег могли быть гипотезы в процессе, что не так, но после открытия двери и овладения теорий готовые ответы заканчивались.

Этот шаг становится фундаментом для эмоции "ого, ничего себе, да не может быть". После принципиально важно регулярно контролировать сохранность исследовательской позиции. Для простоты и удобства гораздо легче вернуться к привычным стереотипам и ответам, которые подсказывает опыт. На кружке мы буквально в мае пережили эту проблему: в какой-то момент при обсуждении сложных кейсов все вновь начали выдавать привычный набор шаблонных ответов, как помочь ребенку и что с ним не так. Нам пришлось делать шаг назад, вновь проживать сомнение и возвращать исследовательскую позицию.

На финальном шаге после заземления новых теорий на свой контекст происходит открытие нового знания. "Учитель" внезапно понимает, что он реально не видел чего-то очень важного в жизни школы или в своих уроках, без чего невозможно представить крутое образование. Прежние ошибки теперь радуют. Они воспринимаются как часть пути к преображению. Ими хочется делиться. Вообще, в такой момент ценно организовать какое-то пространство "гордости" (конференция, круглый стол, приглашение внешних экспертов, выступление перед директором). "Ученики" получают право гордиться собой, публично показывая свое крутое достижение. Они получают общественное одобрение. Таким образом, закрепляется позитивная стратегия профессионального развития. Ты - молодец, если изменился качественно, стал что-то делать реально по-другому. Желание разобраться глубже теперь может стать фундаментальным настроением, а не просто сиюминутной блажью очередного курса повышения квалификации. Так организуются средовые условия, которые формируют определенную корпоративную культуру в школе. Культуру, в которой субъекты хотят развиваться, меняться, задавать вопросы, исследовать, ошибаться. И эта культура дальше передается детям на уроках и в отношениях.

Поддержка природного любопытства оказывается фундаментом для профессионального развития взрослых. Мне кажется, что эта эмоция универсальна в любых контекстах. Описанную в посте идею можно применять и с детьми, и на доп. образовании, и в онлайне, и где угодно. Самое сложное - понять, какие силами, ресурсами, механизмами и практиками эту позицию в людях взращивать и поддерживать.

#рефлексия

Любопытство - мотор, обеспечивающий развитие.

После переезда в Калининград два года назад единственным объединяющим сюжетом всех моих новых проектов стало то, что они, так или иначе, связаны с профессиональным развитием учителей. Весной на одном из них был этап сбора обратной связи и подведения итогов с работодателем. Главный эффект - мне удалось заразить коллег любопытством в отношении собственной деятельности, уроков и жизни школы. Не шутка. Целая группа людей независимо друг от друга говорила про то, что работавшие со мной учителя начали сомневаться, искать, пробовать и открывать для себя радость познания.

Это стало поводом для рефлексии, лежащей в основе данного текста. Наверное, рассуждение ниже прозвучит как ужасная банальность, но все равно хотелось им поделиться.

За эти два года я работал в четырех абсолютно разных контекстах: муниципальная гос. школа, онлайн частный кружок, селективная большая частная школа, большой государственный университет. Во всех случаях первый этап был посвящен одной единственной цели: совместная проблематизация. Ситуация, когда внезапно находятся проблемы и противоречия, прямо указывающие на неправильные способы действия и имеющуюся профессиональную культуру. В разных случаях могли быть сложности со средой, проектированием уроков, мировоззрением и т.д. К постановке проблемы приходили всегда разными путями: где-то можно было занять позицию старца Фура и просто указывать на ошибки, где-то надо было задать очень-очень глубокие вопросы и показать возможный горизонт развития, где-то требовалось признать огромную экспертность и дать возможность самостоятельно задавать вопросы / искать ошибки. Сам процесс "подхода к снаряду" отличался в разных контекстах, но итог был единым. Фактически, это повторение известного тезиса Г. Цукерман про работу взрослого на пределе зоны ближайшего развития (см. её статью), визуальное оформление которой потрясающе сформулировал В. Зарецкий (см. пост от 13 ноября 2025).

Субъекты образования действуют привычными и понятными шаблонами, мыслят накопленными стереотипами. Развитие не случается, если нет качественного переосмысления и преобразования и того, и другого. Вот тут и нужен "учитель", который скажет: "подожди, подожди, давай разберемся". Одна из коллег описала общение со мной так [далее - пересказ по памяти]:
Мы тут все постоянно что-то делаем, не особо задумываясь, работы слишком, не успеваешь даже переключаться, а ты как будто останавливаешь, берешь за руку и предлагаешь осмыслить - что делаем, зачем делаем, какой это даёт результат и точно ли получается прийти к поставленной цели.

В этот момент надо суметь задать правильный вопрос. Он не должен быть банальным, с очевидным ответом. Он не должен быть риторическим или поверхностным. Он должен реально зрить в корень, задавать будущую широкую траекторию развитию. Хороший вопрос в момент сомнения выступает в роли замочной скважины от двери, которая открывает путь в неизведанное и непостижимое. Путь к настоящей тайне, детективное раскрытие которой обеспечит абсолютный триумф, успех и скачок в понимании. "Учитель", кем бы он не был, должен не просто знать все обилие возможных дверей, ключей и скважин, но и понимать, к какой из них вести субъекта, каким должен быть вопрос и как помочь заглянуть за дверь, чтобы желание копать дальше стало ещё больше.

Отдельный нюанс - это та самая "субъектность". Ужасно тонкая, сложнейшая материя... Часто и неправильно сводимая к набору свобод. Дайте свободу и возможности - будет субъектность. И да, и нет. Первичная интенция к познанию, даже если изначально вы ее подтолкнули, все равно должна исходить от "ученика" (не важно, это взрослый или ребенок). В ее основе должно лежать то самое любопытство, которое можно и нужно разжигать, поддерживать, холить и лелеять. Но в базе - это интенция именно "ученика". По этой причине, в том числе, надо быть честным: во всех четырех случаях был немалый процент учителей, которые отваливались от общения со мной. Не вовлекались, не интересовались и шли своей дорогой. Любопытство от природы. Я не знаю волшебства по его созданию.