Мы не видим музыку, но чувствуем её вибрацию, как она меняет настроение и упорядочивает нашу реальность. Всё внутри нас вибрирует, от каждого нейрона в мозге до каждого атома или химической связи. Музыка — это универсальный язык Вселенной, понятный и доступный всем. Её волны могут исцелять нас и буквально приподнимать над землёй, вызывая тихий восторг и трепет. Такое состояние можно сравнить с чувством полёта, не важно, во сне или наяву.
Аромат AERODYNAMIC — это твой новый любимый трек для самого заветного плэйлиста. Это чувство движения вперёд, без границ и оков, блеск солнца на полированной стали фюзеляжа космического корабля. Это чувство движения вглубь, к самому себе, и высоко-высоко во вне по собственной траектории к звёздам и новым лучшим мирам.
Освежающая композиция AERODYNAMIC открывается коктейльным сочетанием холодной немного дымной текилы, спелого сочного личи и горечью диких трав. В сердце цитрусовый аккорд из помело и цветов танжерина сливается с минерально-металлическими нотами, техническим оттенком обработанной кожи и розовым перцем, и перетекает в мшистую базу из морской соли и ветивера.
Добрался до @Parfbarspb, чтобы провести ревизию новинок, ведь коллеги первыми привозят в Россию новьё.
Fendi Ciao Amore — превосходный инжир на лето, с бергамотом и мятой. Звучание модное нынче акватически-мятное, в русле «вод» Le Couvent, искрящееся, со временем уходит в душистое альдегидное мыло.
Amouage Love Hibiscus — это не гибискус, а маракуйя в солёной карамели.
Если любите гуаву, попробуйте шанхайский Mo Maek Guava — фрукт здесь с чайным аккордом улуна, который смягчает тропическое буйство.
Новый Сорчинелли Oceano Viola — фиалка с океаническим звучанием: как Francesca Bianchi The Mariner’s Rhyme, только не ирис, а фиалка, которая качается на морских волнах.
В Парфбаре сформировался целый отдельный стенд китайской парфюмерии. Понравился Soulvent Lalaland — прозрачные пачули с кардамоном и модным нынче чайно-замшевым звучанием: если наскучили YSL Grain de Poudre и LV Imagination, рекомендую познакомиться с этим китайцем. Их же Lingyin — кедр с прозрачным ирисом и тонким ладаном, который подсвечен перцем и альдегидной акватикой. Altay’s Snow и Hugging — две интерпретации белизны, первая — альдегиды с сахаром (см. Acne Studios), вторая — молочные мускусы с ванилином, мне ближе первый. В другой линейке у бренда красивейшая минеральная акватика Snowy Khata с зелёным чаем.
Настоящий отвал крышечки — молочный, прозрачный, летящий Osmanthus Oolong Tea Perfume бренда cha-sense, каждый аромат в котором посвящён различным видам чая. Мне также понравился их Moroccan Mint Tea, а слегка рыбный Spring Tea порекомендую тем, кто не успел офлаконить Japonica Yūgen.
В секции винтажей познакомился с Estée Lauder Spellbound. Занятно: очевидно, София Гройсман чуть изменила баланс, снизив альдегидно-гвоздичный блок относительно румяной персиковой части, и год спустя продала ту же формулу YSL, которые выпустили Champagne (ныне Yvresse).
Как всегда, благодарю коллег за превосходную экспертизу и гостеприимство🤍
Мастер-парфюмер Оливье Кресп (автор Mugler Angel и D&G Light Blue) делится в личном аккаунте важностью терруара, когда речь заходит о природном сырье в духах.
«Запах ингредиентов может сильно различаться в зависимости от места их выращивания.
Климат, почва, температура, высота над уровнем моря и даже методы культивации — всё это влияет на конечный ольфакторный профиль сырья.
Жасмин из Грасса будет иметь другие оттенки и грани, чем жасмин, выращенный на юге Индии. Жасмин из Грасса более цветочный и свежий, тогда как индийский — более фруктовый, почти медовый. Во многом это похоже на вино: терруар меняет выражение ингредиента.
Ваниль — ещё один хороший пример. Ваниль из Мадагаскара имеет более тёплые, тёмные, почти анималистические грани, в то время как таитянская ваниль кажется более мягкой, маслянистой и цветочной. Поэтому я бы не использовал их одинаково, эффект в композиции будет разным.
Когда я создаю аромат, я выбираю не только ингредиент, но и его происхождение. Происхождение становится частью творческого замысла и помогает формировать эмоциональный посыл и текстурное восприятие аромата».
Иногда я думаю, что получить парфюмерное образование в Грассе стоило только ради того, чтобы на собственном опыте выяснить, насколько сильно (кардинально) микрокапля натурального экстракта меняет звучание композиции. Ощутил это, создавая аккорд жасмина (абсолют флёрдоранжа сделал его трёхмерным). А на прошлой неделе, когда мы с коллегами завершали работу над коллекцией для осеннего экспо InterCHARM, напомнил парфюмеру, что было бы неплохо добавить в аккорд зелёного жасминового чая абсолют грандифлорума — зазвучало, заколосилось!
В отличие от Креспа, который в DSM-Firmenich может себе позволить выбирать терруар, мы в России не избалованы различными видами жасмина грандифлорум. Большая удача, что нашёлся египетский. Может быть, однажды…
О важности устраивать свидания с самим собой, даже если для тишины понадобится уехать в другой город. Грюнер Вельтлинер и Джоан Дидион — лучшей компании не придумать.
«Мне просто очень-очень-очень надоело всех вас слушать».
Приехал в Питер проведать красотку-сестру и нашёл летнюю версию Acne Studios par Frédéric Malle! Дело в том, что родоначальник жанра «альдегиды с сахаром и фруктами» пахнет весьма удушающе в жару. Вышедший в прошлом году Room 1015 Love-O-Matic решает эту проблему.
Пахнет стиральным порошком с антистатиком, жасмином Самбак, β-метил нафтил кетоном + этил 2-метилбутиратом + метилантранилатом + этилванилином
земляничным «Orbit Детский». В жару дарит порошковую свежесть с оттенком цветов апельсина. Захотелось!
Стоял на эскалаторе, как вдруг меня окатило волной винтажных альдегидов. Оказалось, источник — этот стильный парниша, экспрессивно слушавший рэпчик в эйрподсах.
Ирис, роза, фиалка и такой жасминище, что программа «Московское долголетие» отдыхает.
В общем, ренессанс «Красной Москвы» среди младших зумеров и альфа не выдумка. Охренеть.