Телеграм канал «Богдан и его нос по ветру»

Что о новом L’Heure Bleue думаю я?

Это красиво, современно, многогранно, изменчиво, изящно. А также обманчиво прозрачно и пугающе стойко.

L’Heure Bleue стартует очень красивым реверансом к наследию: под озоновым, серебристом-металлическим ирисом, чуть ниже, где-то под ключицами, лучится радостью узнавания очевидная цитата из Habit Rouge — герлинадная связка бергамот-нероли-роза-тонка-ваниль. Конечно, серийные отливантщицы, ой, простите, эксперты из экстремистских сетей вам об этом не расскажут, потому что в пирамиде на Фрагрантике половина компонентов не указаны. Habit Rouge пульсирует, бьётся раз, два, три, чтобы затем занавес упал и сцена сменилась.

***

Все прицепились к Cascalone, узнали новое слово — ближайшие пять лет буду слушать, как эта безобидная акватическая молекула всем свербит и сверлит — и почему-то упустили тот факт, что под слоем акватики здесь скрыт мощный ацетофеноново-индольный, марципаново-черёмуховый блок. И кто-то вспомнит фирменную герленовскую «кондитерскую», а я — белоцветочную душнятину из нулевых, достаточно хорошо забытую, чтобы в 2026 её можно было достать на свет божий и предъявить под видом нового. Я предсказывал это полгода назад, делая социокультурную аналитику, а сейчас, прямо как Кассандра, вижу, что напророченное сбывается. Томные ванильно-анисовые белые цветы по типу Dior Addict, Lancôme Hypnôse и Givenchy Ange ou Demon, от которых буквально кружится голова, покажутся зумерам чрезвычайно привлекательными и манкими, и выиграет тот, кто сможет их грамотно подать под видом новизны.

В сердце нового L’Heure Bleue гигантская искривляющая пространство ванильно-идольная, флёрдоранжево-марципановая воронка, от которой сосёт под ложечкой и которая затащит вас в свой круговорот раньше, чем вы сообразите, чтó происходит. Потому что эти зыбучие пески замаскированы под уходовое, кремовое, косметическое звучание, отсылающее и к Après L’Ondée, и к крему Nivea, и к знаменитому «миндалю» L’Occitane — воронка начинает закручиваться, когда намокшая под каскалоновым дождём фиалково-миндальная пудра начинает тяжелеть, разбухать, наливаться тяжёлым духом цветущего дерева… французы скажут «апельсинового», мы же — «черёмухи».

Условно я обозначаю для себя новый L’Heure Bleue как Libre от Guerlain — это до мельчайших деталей продуманная, техничная, с большим умом собранная композиция, которая охватывает собой полдюжины ольфакторных профилей (одновременно свежая, цветочная, пудровая, гурманская, «молекулярная»), накрывая множественные сегменты ЦА мелкоячеистой сетью. При должной маркетинговой поддержке переходы метро в 2027 будут пахнуть L’Heure Bleue, а значит мы с вами попадём в эти сети, хотим мы того или нет.

Мне новинка очень нравится, это великолепный релиз. Но технические характеристики ядерные, я устал уже от одного пшика, а наш человек не знает меры. Любые, даже самые красивые духи опошляются, если каждый пассажир метро принимает из них душ.

Получил новый Guerlain L’Heure Bleue. Мнения коллег мягко говоря разнятся. Далее цитаты.

– «ЧТО ЗА СЛИПШАЯСЯ АЦЕТОФЕНОНОВАЯ ИНДОЛЬНАЯ ЖОПА??»

– «Индольно-ванильная дрисня на слюнях с эвернилом!»

– «Как вкусно, мне очень нравится… где купить?»

Пробовали? Вы в каком лагере?

Кюркджян воссоздал 13 исторических «Диоров»! Об этом эксклюзивно сообщает Cosmetics Business.

Парфюмер проделал большую архивную работу, удаляя оттенки, которые за годы появились в композициях и которых не было первоначальных формулах, и возвращая утраченные.

«К аромату следует относиться бережно, как к хрупкому произведению искусства, подверженному капризам времени, — говорит Кюркджян, который возглавляет парфюмерное направление Dior с 2021 года. — Подобно тому, как восстанавливаются цвет и яркость картины, так же и качество, сияние и оттенки исходных материалов должны быть сохранены в композиции. Это предполагает предельную бдительность при выборе поставщиков и обеспечение того, чтобы законодательство, ограничивающее или запрещающее определённые ингредиенты, не изменяло баланс композиции».

Коллекция получила название (когда уже Dior успокоится со своими портманто?) Dioriginals, внутри неё две линейки.

Первая коллекция, Dior in Grasse, отдаёт дань уважения шедеврам Эдмона Рудницки: Diorama (1949), Eau Fraîche (1955), Diorissimo (1956) и Diorella, а также Diorling (1963), творению Поля Ваше, отца Miss Dior. Это всё цветочные шипры, которые сформировали ольфакторную идентичность целой эпохи. 

В композиции Diorama Куркджян сосредоточился на качестве жасмина, которое он хотел подчеркнуть, «восстановив при этом первоначальное сияние этой великолепной композиции». Также, по словам Куркджяна, Eau Fraîche положил начало новому ольфакторному стилю и стал пионером семейства Eaux Fraiches, начиная с 1960-х годов. «Чтобы вернуть этому шипровому одеколону всю его первозданную красоту, я позаботился о том, чтобы подчеркнуть все грани цитрусовых (бергамот, лимон, мандарин, апельсин) и вернуть знаковую ароматическую ноту базилика и эстрагона, которая практически исчезла из-за регуляторных ограничений, — сказал парфюмер. — Наконец, я удалил некоторые дополнения, которые появились с годами и которых не было в первоначальной формуле».

Кюркджян также возродил созданный Рудницкой в 1956 году аромат Diorissimo, солифлор ландыша, который парфюмер описывает как «огромную классику, до сих пор изучаемую в парфюмерных школах по всему миру». «Это чудо баланса, изящества и простоты. Этот легендарный аромат, сочетающий в себе фигуративность и абстракцию, представляет собой портрет возвышенной природы. Чтобы вернуть его, я восстановил весь цветочный аккорд белого ландыша. Мы также работали с новым сортом жасмина, который позволил нам вернуть белый цвет и воссоздать первоначальную ауру аромата».

Вторая коллекция, Dior in Paris, возвращает творения 1979–2003 гг. В их числе Dioressence Макса Гаварри, пряный цветочный шипр, который Кюркджян «возрождает, воссоздавая дух, характер и глубину восточного аромата». В коллекцию также входят амброво-ароматический фужер Жана Мартеля Jules (1980), цитрусово-цветочный амбровый Dune (1991), подписанный Жаном-Луи Сьюзаком и Домиником Ропьоном, и древесно-фруктово-цветочный Dolce Vita (1995) авторства Пьера Бурдона.

Комментируя первый из них, Кюркджян говорит: «Аромат эпохи, аромат чистой мужественности, Jules навсегда запечатлён в памяти целого поколения. Это богатый, свежий, древесный аромат крутого парня с нежным сердцем. Со временем аромат Jules претерпел изменения в связи с развитием нормативных требований. В новой версии я скорректировал пряные ноты, оттенки мха и бобов тонка, чтобы вернуть композицию к её первоначальному духу. Также была проделана важная работа с лавандовым блоком: сочетание абсолюта и эфирного масла гарантирует, что её присутствие действительно ощущается».

Каждая композиция Dioriginals будет представлена в архивном флаконе Ovale — прозрачном овальном стекле с крышкой-полусферой и белым шнурком на горлышке — который был спроектирован в 1948 по заданию Сержа Эфтлера-Луиша, соучредителя и первого директора Parfums Christian Dior. Возрождённый фирменный флакон украшен лаконичной текстурированной овальной этикеткой, а также рифлёным металлическим колларом с выгравированной монограммой CD.

Как я понял, что любимый panzerotto вернулся из отпуска 😍🇮🇹

Прошлый раз мы умяли эти итальянские сушки за три минуты. В составе нет никаких Е, зато есть белое вино и оливковое масло. Называются таралли или тараллини, с теми, что есть в доступе на маркетплейсах, имеют мало общего.

Аромат с посланием о мире и единстве.

Американский нишевый бренд Bond No. 9 представляет новый аромат The Scent of Peace for All. Его выпуск приурочен к Генеральной Ассамблее ООН, которая ежегодно проходит осенью и собирает в Нью-Йорке делегации со всего мира.

_«Каждый из нас в той или иной форме стремится к миру, и Нью-Йорк как глобальный мегаполис может и должен играть активную роль в его укреплении»,_ — говорится в описании бренда.

Композиция открывается сочетанием груши, мандарина и грейпфрута. В сердце звучат пшенично-древесные оттенки и зелёные нюансы герани, а базу формируют амбра, мускус и табак.

Узнаваемый флакон-звезда Bond No. 9 на этот раз выполнен в лавандовом оттенке с белыми акцентами. Также бренд выпустит лимитированную версию, украшенную кристаллами Swarovski.

Мир настолько сошёл с ума, что я не понимаю, это у нас теперь считается экстремистской новостью или нет?

Ещё один день, когда хочется напомнить: darlings, искусственный интеллект предназначен для тех, кто освоил естественный. Если вам кажется, что никто не заметит, как вы аутсорсите мышление серверам в Калифорнии, вам кажется.

без обид 💅