Телеграм канал «Святослав Гусев»

Решил посетить все страны мира 🌍

Думаю, за 8 лет управимся.
Побывать во всех уголках Земли.
В каждой стране. Без исключений.

Предположительно, по расходам это выйдет около 1–2 млн долларов, чтобы не заниматься дауншифтингом: за 30 лет жизни я привык к luxury lifestyle. Путешествие как хобби, с одной миссией, которую я уже начал реализовывать.

Сейчас в ЮВА, текущий сетап:
• Malaysia (travel-хаб)
• Singapore (финансовый шлюз)
• United Arab Emirates (tax fallback)

🗣 Как ранее писал: начал свой тернистый путь к получению ещё одного, 4-го паспорта гражданина США для путешествий и развития бизнеса в ОАЭ.

🧬 Параллельно в некоторых странах буду дарить людям жизнь на нашей планете: посещая банки спермы, создавая наследие, делясь ДНК с человечеством.

Если же и менять мир, то на уровне кода. Через его исходник.

Рождение не твой выбор. Смерть не твой выбор. Контроль только над твоими действиями между ними. Депрессия не оправдание. Если есть дети, жена, команда: сдаться = предательство.

Год подготовки выглядит как безумие.
Мир не обязан понимать твои чувства.
Он реагирует только на результат.

Большинство людей имитируют работу. Большинство компаний цирк с кофе. Можно убрать половину офиса и эффективность вырастет.

Либо ты постоянно совершенствуешь свою архитектуру, либо жизнь рано или поздно выбросит на свалку истории.

Это вам мотивация, на неделю.
Не благодарите 📞

Как мотивировать себя?
Да никак, оставайтесь в жопе!

Поздравляю всех 💘💕
С днём любви! Берегите своё.

Расширение цифрового контроля это не локальная история, а глобальный тренд.

В 2024–2025 годах несколько государств одновременно усилили инструменты цифрового контроля над гражданами. Украина, США, страны Европы имеют разные правовые системы, разные контексты, одна логика: создание централизованной инфраструктуры доступа к персональным данным.

🇺🇦 Украина: ТЦК и реестр “Оберіг”

С середины 2024 года заработал Единый реестр военнообязанных “Оберіг” с автоматической интеграцией данных из государственных систем. Территориальные центры комплектування получили технический доступ к информации: адреса проживания, регистрации, перемещения через границу, сведения об исполнительных производствах.

В условиях войны это объяснимо задачами мобилизации. Но важен другой момент: инфраструктура централизованной интеграции данных остаётся и после.

Техническая возможность не исчезает с изменением политического контекста.

🇺🇸 США: ICE и расширение полномочий

В 2025 году бюджет Immigration and Customs Enforcement вырос почти в три раза, а именно до $28.7 млрд. Это больше военных бюджетов многих государств.

ICE закупило технологический арсенал: Cellebrite это извлечение данных из телефонов, Clearview AI для распознавание лиц, Penlink Webloc как геолокация через мобильные устройства, инструменты цифровой криминалистики для работы с защищёнными устройствами.

Формально это инструменты иммиграционного контроля. Но масштаб бюджета и технологических возможностей выходит за рамки точечного правоприменения.

🇷🇺 Критический же вопрос:

Разница между расследованием конкретного нарушения и созданием системы, способной мониторить всех, это не количественная, а качественная разница.

В первом случае государство действует точечно (даже если задействует такие инструменты как Palantir. Во втором власть структурно готово к постоянному наблюдению.

Проблема не в том, должно ли государство иметь инструменты контроля. Проблема в том, что ограничивает их применение: процедура, судебный контроль, независимый аудит, сроки хранения данных?

В США существуют процессуальные фильтры: ордера, судебное оспаривание, публичные расследования. Это не делает систему идеальной, но создаёт институциональное сопротивление. В Украине в условиях военного положения многие процедурные ограничения ослаблены.

Вопрос один: сохранится ли архитектура контроля после окончания чрезвычайного периода.

Я вырос в семье, где бизнес, госслужба и правоохранительная система были частью моей жизни, а не абстракцией. Я понимаю, зачем государству инструменты контроля. Но чрезвычайные полномочия всегда вводятся временно, инфраструктура же почти никогда. Это не вопрос текущей политики, это вопрос архитектуры государства. Инфраструктура создаётся под задачу, но со временем сама становится системой.

В личных сообщениях, вы меня часто спрашиваете по поводу Telegram. По всей причине, из-за того, что мой лучший друг Пётр, работает в команде советника министра цифрового развития РФ, а моя команда разработчиков, это либо выходцы из VK или TON Foundation. Я же публично отвечу философски: без лозунгов, но и без инсайдов.

Свобода слова это базовое конституционное право, фундамент правового государства. Не “механизм”, не “инструмент оптимизации”, а именно ценность и право.

Попытка переупаковать свободу в холодную системную логику, это интеллектуальная небрежность.

Когда государство ограничивает соцсети и СМИ, да, оно получает преимущество в информационном контуре. Но, есть важный нюанс:
Россия ранее не могла эффективно заблокировать Telegram в 2018 году, также как и Иранский кейс потерпел неудачу. Но с тех пор инструментарий РКН изменился: блокировки доменов, IP, DNS, глубокая фильтрация через операторов связи. Блокировка Instagram с Facebook и других социальных сетей была произведена успешна. В добавок почти все проекты Марка Цукерберга признали экстремистскими и террористическими в РФ. Так и хочется спросить: «А что Титов?»

При этом ограничения по-прежнему не решает ту задачу, которую преследуют управленцы во власти. В добавок разрушая архитектуру демократии, переводя её из открытой в контролируемую. В итоге страдает частное предпринимательство, ведь делать бизнес вне связки с государством становится невозможным.