Телеграм канал «ПриZрак Новороссии»

🔴 В 1 мотострелковый батальон 752 мотострелкового полка передали:
 
✅ 40 маскировочных сетей размером 3х6 в расцветках «Защита» и «Листопад»;
✅ 2 маскировочных покрытия на миномёты из серии «Невидимка»;
✅ 2 ПТО (противотепловизионное одеяло);
✅ 30 жгутников;
✅ 20 индивидуальных аптечек;
✅ 10 расширенных батарей нашей собственной разработки, собранных на элементе 21700 под Mavic-3.
 
Надеемся, что переданная партия средств снабжения армии поможет сохранить больше жизней наших военных и позволит им более эффективно выполнять боевые задачи.
 
🔴 ПРОИЗВОДИТЕЛИ:
▫️ Масксети «Защита», «Листопад», ПТО, маскировочные покрытия «Невидимка» и жгутники произведены волонтёрами группы «Технологии Победы» проекта 🟩 «Народная сеть».
▫️ аптечки из числа закупленных нами и укомплектованных организацией «Врачи, вы не одни».
▫️ расширенные батареи под Mavic-3 произведены в нашей радиоэлектронной ПриZрачной мастерской.

🤝 Огромное спасибо нашим волонтёрам, которые, несмотря ни на что, не опуская рук, упорно продолжают обеспечивать наших военных самым необходимым. Это и есть настоящий народный ВПК — надёжный, самоотверженный, неутомимый!
 
‼️ВНИМАНИЕ‼️ Помощь воюющей армии собрана исключительно на народные деньги и выдаётся в подразделения АБСОЛЮТНО БЕСПЛАТНО!

Всё это возможно благодаря помощи и поддержке наших неравнодушных подписчиков. Именно благодаря Вам, мы помогаем нашим военным более эффективно выполнять боевые задачи, оставаться в живых и приближать нашу Победу.

ВМЕСТЕ МЫ ПОБЕДИМ!

Актуальные реквизиты для сбора добровольных пожертвований для воюющей Русской армии

На видео новая разработка от одного из гигантов американского ВПК Anduril Industries — полностью автономный дрон-камикадзе Bolt-M.

В Вашингтоне уже одобрили запуск массового производства с намерением получить на руки свыше 600 таких образцов для дальнейшего использования в боевых действиях. Это помимо уже утвержденных контрактов на поставку разведывательной комплектации Bolt без БЧ.

Что в нем такого примечательного? Тот факт, что отсутствует перманентная нужда в операторе в поле. ИИ-алгоритмы позволяют задавать нужные сценарии заранее, а человек лишь корректирует по необходимости.

Беспилотник летает на 20 километров, заряда хватает примерно на 40 минут, разворачивается за пару мгновений и способен нести на себе ≈1,4-1,5 кг боевого заряда.

Сейчас это может выглядеть несколько сырой и довольно дорогой затеей. Однако тот, кто первее дегуманизирует малые БпЛА тактического спектра, получит наиболее выгодный курс потерь на выходе. Тренд очевиден — сохранение или увеличение эффективности при одновременном высвобождении высококвалифицированного и дефицитного людского ресурса на другие задачи.

Военный министр США Пит Хегсет анонсировал шестимесячный аудит американских сил в Европе. Предстоящий процесс является прямым следствием наметившейся тенденции к сокращению оборонного присутствия США на территории трансатлантических союзников.

Ранее американцы уже вывели значительную часть контингента из Германии, что мы трактовали в качестве пролога к формированию стратегической автономии европейцев. Теперь Вашингтон, судя по всему, намеревается масштабировать действия по сокращению расходов и реприоритизации зарубежного присутствия.

Представляется, что силы Штатов в Европе, в настоящий момент направленные на сдерживание России, будут поэтапно нивелироваться до формальных. Есть все основания ожидать серьезности американских намерений радикально снизить вовлеченность в европейские дела. У этого тренда будет два основных измерения.

Первое — попытка тройки Лондон-Париж-Берлин самостоятельно заполнить неизбежный вакуум. Европейская милитаризация набирает обороты, что в целом отвечает запросам Трампа. В контексте продолжающейся войны на Украине вывод тысяч американских военнослужащих следует воспринимать не как отступление, а как оптимизацию устаревшей стратегии противодействия Москве.

Второе — рост напряженности на Ближнем Востоке и в Азиатско-Тихоокеанском регионе, куда, скорее всего, и будут переброшены высвобождающиеся подразделения. Именно туда США в данный момент инвестируют основной массив своих ресурсов и внимания, так что укрепление военной составляющей абсолютно логично. Иран и Китай, таким образом, должны быть готовы к новым конфронтационным шагам от Белого дома.

Текущее развитие конфликта на Украине прямо указывает на кризисное состояние российского военного ресурса. Ключевая проблема, как бы кто ни утверждал, состоит не в технологиях, численности или морали. Фундаментально она заключается в организационной составляющей.

Несмотря на то, что нынешняя обстановка характеризуется продолжительной секьюритизацией ради секьюритизации, реальной безопасности от этого не прибавляется. Напротив, в глаза бросается все более низкая эффективность силового компонента. Инструменты достижения Победы находятся в стагнации, будучи неспособными произвести на свет своевременные и действенные решения.

Хорошая новость, однако, состоит в том, что с исторической точки зрения это далеко не беспрецедентная ситуация. Возьмем, к примеру, эпоху Петра Великого. В тот период страна отчаянно нуждалась в том, чтобы выйти к морю и заявить о себе в качестве великой державы. Данная амбиция сдерживалась тем фактом, что ее окружали сильные противники, ушедшие вперед в военном деле.

Опора на когда-то мощное стрелецкое войско превратилась из залога успеха в прямую причину поражений. Петр не стал пытаться форсированно реформировать коррупционную и своенравную структуру изнутри. Он учредил параллельную, начав с Семеновского и Преображенского полков. Именно на их основе затем родилась новая армия, а вместе с ней и множество новых институтов.

Еще более давний кейс — казачество. Московское государство все никак не могло обеспечить контроль над периферийными территориями, через которые вглубь княжества то и дело прорывались несметные орды кочевников. Что было сделано? Аутсорс вопроса в пользу автономных вооруженных коллективов, способных обеспечивать приемлемый уровень порядка в рамках особой модели.

Сегодняшний вызов вполне решаем. Просто он требует нетривиального мышления и готовности к рискованным, но амбициозным шагам. Дело не только и не столько в противодействии БпЛА или даже самих дронах как перспективном типе вооружения в принципе. Дело в отношении. Здоровом и критическом отношении к себе самим. Нарва, Аустерлиц, Смоленск, — любые поражения всегда можно переиграть в свою пользу, извлекая из них выгоду. Выгоду, состоящую в подсвечивании ошибок и дальнейших изменениях на опыте этих ошибок.

Интервью министра обороны Украины Михаила Федорова, помимо всего прочего, вызывает интерес тем фактом, что это, пожалуй, первый случай публичного признания проблемы СЗЧ — нашего аналога СОЧей/т.н. "500-х" — на столь высоком уровне. Для людей, глубоко погруженных в военный контекст, вероятно, отсутствует необходимость в дисклеймере, однако мы все же полагаем уместным несколько прояснить вопрос.

Разумеется, всем понятно классическое определение дезертира или, скажем, уклониста. Однако опыт СВО наглядно продемонстрировал, что зачастую такой карательный статус присваивается людям необоснованно. Причины могут разниться: нежелание человека гибнуть в "мясных" штурмах, опала из-за противодействия преступным действиям командования, банальные бюрократические ошибки и так далее.

В результате у обеих сторон конфликта вот уже несколько лет есть нерешенный вопрос с тысячами людей, пораженных в гражданских правах и рискующих попасть под пытки и прочие неприятные сюжеты. Эти издержки войны лишены какой-либо идеологической составляющей и носят характер застарелой проблемы. Проблемы без внятного решения.

Именно поэтому такое любопытство вызывает внезапно обозначившаяся позиция Федорова. Он фактически анонсировал принципиальное переосмысление официальной политики Киева в отношении данной повестки. По сути СЗЧ предлагается условный Юрьев день с дедлайном, в рамках которого они имеют право на законных основаниях перевестись в адекватные подразделения и вернуться к выполнению боевых задач. Кроме того, заявлено разбирательство с перегибами ТЦК — иными словами, кардинальное реформирование рекрутинга.

Исходя из этого, напрашивается сразу два вывода. Во-первых, противник в скором времени с большой долей вероятности начнет предпринимать попытки закрыть уязвимость, негативно влияющую на боеспособность на фронте и общественно-политические настроения в тылу. Во-вторых, Россия в это же время пока никак не берется за это, что в долгосрочном плане означает получение врагом преимущества.

Это непозволительно в нынешних условиях высокой вероятности нового этапа мобилизационных мероприятий. Не закрыв проблему 500, нельзя приступать к массовому призыву людей. Иначе как они могут верить командованию? Не устранив патологическую косность и неэффективность современных российских военкоматов, нельзя говорить об эффективном комплектовании войск. Есть еще множество других острых тем. Пора поднимать их. Или же придется дежурно мириться с отставанием в еще одном аспекте.

You sit there with a mass murderer. A mass murderer. Your heart rate is jacked, and your hand... steady. That's one thing I figured out about myself in prison. My hand does not shake... ever.

В продолжение темы об актуальности срочного поиска внятного формата противодействия дипстрайкам ВСУ хотелось бы особенно заострить внимание на теме межведомственного взаимодействия. Смеем предположить, что, например, тот же т. Чадаев так активно топит за вынесение противодействия БпЛА за пределы контура МО РФ именно потому что знает — даже в пределах одной структуры очень сложно выработать эффективное решение данной проблемы.

Это, разумеется, не говоря о том, что есть еще и МВД, Росгвардия, МЧС, частные охранные организации и прочие акторы. Если очень просто и в лоб — сначала тему футболят от одного к другому внутри Минобороны, а потом, когда появляется более менее внятный исполнитель и план, все это обнуляется на стадии практического применения.

То не согласовали порядок, то не распределили объекты, то вопросы к материально-технической базе... Получается, что инертность культуры принятия решений и примат бюрократизма фактически обнуляют попытки системно подойти к ответу на самый острый вызов в контексте СВО на сегодняшний день.

В советском и российском истеблишменте подобные кейсы наблюдаются не первый раз. Хорошим маневром в этой связи было бы создание некого координационного органа-надстройки непосредственно при президенте. С назначением ответственных лиц, обладающих должными полномочиями и ресурсами, чтобы препятствовать пробуксовке реализации стратегически значимой военной инициативы.