Пожалуй, самый пока странный аксессуар для Kitchen Aid.
Я люблю японские ступки Сурибачи, они имеют ограниченное применение, но то, что они делают, делают невероятно круто.
В первую очередь, в ней удобно растирать семена и орехи. На исторической родине в ней кунжут превращается в сури гома, крошку, которая используется как приправа.
Я в сурибачи растираю цедру для кошо (косё), иногда бланщированные овощи, — все, что надо быстро и грубо, не до пюре, растереть.
А еще мне нравится, что пестик к этой ступке полагается деревянный, и часто он в комплекте, но не точен на станке, а выструган ножом из крепкой ветки магнолии. Можно и самому пойти, срезать ветку и выстругать сурикоги — так он называется.
Я уже задавался этим вопросом. Из чего делают кольца кальмаров. А тут случайно нашел, наконец, видео в Инстаграме.
Теперь другой вопрос. Куда серединки колечек идут
А вот куда: сушеные кальмары из обрезков, частью в сурими, но понемногу, в фарши и консервы.
Но, что прикольнее всего, обрезки измельчают, а дальше «склеивают» в пасту и ее экструдируют в виде колечек. Функционально они такие же, как вырезанные из целой туши, но заметно дешевле.
Лопатки гороха, молодые и нежные, без плотного кожистого слоя, без волокна вдоль шва, соединяющего половинки боба, получили свое название ровно благодаря тому, что их можно есть целиком.
Это не просто молодые бобы. Это отдельный сорт, разновидность сахарного гороха со съедобным стручком. Его возникновение — результат мутации, а сам сорт известен уже 200 лет как.
Что характерно, потребитель, логично рассуждая, ожидает такой горох ранней весной, когда эти «неспелые» плоды должны появиться. На самом деле, этот сорт не растет быстрее обычного гороха и должен появиться не раньше свежего зеленого горошка.
Но на прилавках уже лежит горками, и ушлые продавцы предлагают его как местный и вот-вот свежий. На деле — этот горох импортирован из из стран Африки с вечным летом. Я видел mangetout из Кении и Сенегала.
В американской традиции этот горошек называют snow peas, и происхождение этого чудо-имени совершенно неясно.