Телеграм канал «Современная поэзия / Modern poetry»

* * *

а потом очнёмся в другой главе, под новыми именами,
словно вовсе не помним тех, что когда-то считались нами
будто проклятых тех времён, этих боен не проходили,
будто кто-то нас откупил — у судьбы ли, войны, вины ли?

там протянет рука билет из небес золотым пентаклем
побалует своих шутов, заслужили с тобой, не так ли?
мы умели печаль и страх плавить в буквы — такая малость
мы могли и отпеть, и спеть; лишь покоя нам не досталось

где на каждого свой дракон, нет пространства для интервала
поклонится фортуне тот, кто продержится до финала
нас учили плясать в огне, вымывать жемчуга из ила,
строить башни и падать вниз; только счастью не научили

всё сгорит: колесница, трон, опрокинутся в воду кубки
время сделает свой виток, и останутся лишь зарубки
разве сказка была о нас? разве пели мечи и трубы?
«скажешь тоже, ну что за чушь», — изогнутся в усмешке губы

Ок Мельникова
(Оксана Мельникова)

12 марта 2025

#мельникова

Сегодня день рождения Оксаны Алексеевны Мельниковой, которая пишет под псевдонимом «Ок Мельникова».

Оксана - поэт, художник и музыкант, родилась 2 июля 1996 года в Светлодарске, Украина.

Творческий путь она начала в совсем раннем возрасте, занималась изобразительным искусством и была победителем международных юношеских конкурсов в этой стези, в школьные годы была участницей местной рок-группы «Полигон».

Пишет с тринадцати лет, первые тексты выкладывала во ВКонтакте с 2011 года.

Начинала Оксана с прозы, но потом перешла на лирику. Одним из самых популярных стихотворений, автором которого она является, стало «Все важные фразы…», опубликованное в 2012 году:

Все важные фразы должны быть тихими,
Все фото с родными всегда не резкие
Самые странные люди всегда великие,
А причины для счастья всегда не веские.

Сама Оксана говорила, что данный текст не любит и считает его детским и несерьёзным.

Окончила Светлодарский УВК в 2014 году с золотой медалью, поступив после на филологический факультет Одесского национального университета им. И. И. Мечникова. Специальность — русский язык и литература.

#мельникова
#деньрождения
#деньрождениямельникова

Июль

I

Повесив голову прозрачную на грудь,
молчал в стакане белый гладиолус.
Он позабыл свое лицо и голос,
а в зеркало напротив не умел взглянуть.

Тюльпан, протяжно красный от страданья,
о Фландрии хранил в себе преданье
и, нежно задыхаясь от тоски,
сжимал в ладонях сумрачных виски.

Нарцисс, кавалергардский офицер,
раскинув руки, созерцал пространство.
Мундиром белым, тонкостью манер
он комнате напомнил иностранца.

А бравые казацкие гвоздики!
А розы в кринолинах золотых!
Здесь все толпятся, танцы многолики,
здесь бал, шептанье, листья и цветы...

Но синих нет. Лишь глупый василек
кружится под окном, как синий мотылек,
заглядывает и в гостей по-детски
бросает горсти синевы простецкой.

А запахи! О как медоточивы
пустые лопотанья лепестков,
поклонов хоровод неторопливый,
порхание надушенных платков.

От их соседства счастливы и немы,
мы не в себе, но знаем наперед,
как слабой болью горечь хризантемы
по сумрачному августу плывет.

II. Сад

Так вот.
Я ночью выбежал, была
какая-то на небе жалость,
и стадо яблонь к дому жалось,
перед луной немея добела.
И как-то странно яблоки висели,
калитка выходила не туда,
я вспоминал мучительно —
ах да!

Меня позвали, подняли с постели.
Но что-то передвинулось в природе,
а я остался. Кто меня позвал?
Я долго просыпался, опоздал.
Куда теперь? Теперь я непригоден.

Я сел на траву. Здесь гудело дно.
Кузнечик раздувал свое горнило,
луны горело круглое окно,
оно слепило, но не говорило.

Какой томительный волшебный сон
Окутал сад! Мои деревья
стояли в нем то колесом,
то амфорой, то арфой древней.

То, как подсвечник, каждый куст
держал звезду на тонкой ветке,
то тень и свет плели беседки,
скользя по листьям наизусть.

То лесом свай казался сад,
и ночь стояла непреклонно
на нем который век подряд,
как византийская колонна...

Так до утра. Оно меня вернуло.
Прошел сосед, с которым я знаком,
пришла корова и меня лизнула
своим шершавым теплым языком.

Константин Сергиенко

#сергиенко
#днипозднейосени

ЗОЛОТОЕ ПАЛОМНИЧЕСТВО

Земле обетованной

Как суметь описать цвет Иерусалимского неба?
Песнь вина, что вкушала, любуясь его панорамой?
Я свидетель: сквозь камень по-детски чудно и нелепо
Молодые листочки стремились пробиться упрямо.
Грёза, явь ли? Плывущая дюна? Разбитый корабль?
Чудо? Чаянье? Мыслей затмение иль просветленье?
Я взглянула: горячие очи виденье вобрали –
Холм и дерево, разъединённые горним веленьем.
И молочная пена тумана тот холм поглощала.
Всесердечно, всецело, вселиственно и полнокровно,
Доверяя Творцу и теряя земное начало,
Становилось то древо небесным от корня до кроны.
Мириады шагов в безутешных сиротских мечтаньях,
Превращённые в тихую встречу, без долгой дороги.
Вижу я облака – исполины, над рощами тая,
Тонкой вязью семитской вплетаются в вечные строки.
Целовала прохладу столетий, сплетённую в стену,
На которой солёные слёзы разлуки остались.
Ощущала, скользя по граниту дрожащею тенью,
Что под пальцами были не камни, а шёлковый талес.
Прорастая сквозь стену, бумажные крылья надежды,
Разноцветные грёзы, молитвы, стихи незнакомок.
И моя дерзновенная просьба стремилась на те же
Небеса золотого Давидова Города-Дома.
Я качалась от ветра подобно печальной оливе.
Мне слепило глаза апельсинное солнце Сиона.
Но с минутою каждою делалось сердце счастливей,
И искало оно вдохновенья упорно, бессонно.
Обретала холодные пальцы усталой сиделки
И к ознобным вискам голубиных небес прикасалась.
В бирюзовой копне редкой тучкою горе седело,
Но от этого только мудрее надземье казалось.
Обретала глаза удивлённого чудом ребёнка
И взлетающим сердцем касалась бездонного рая.
Тень, искусней Арахны, тончайшая Божья работа,
В каждом рёбрышке, в хрупкости грани и даже за гранью.
Как суметь описать цвет иерусалимского неба?
Вкус вечернего мира, что льётся на город усталый?
Жажда! Жажда! По-детски невинно, чудно и нелепо
К перепутьям молочным во сне припадаю устами.

Юлия Котлер

#котлер

Человек человеку

Наше будущее бесплотно,
наше прошлое пьёт из нас
не до дна, но уже почти.

И мы строим не мост, не плот, но
стену грёз на последний час.
Кто считал овец, тот сочти

и волков жестокости нашей,
и стрекоз мечтаний пустых,
и стихов напрасных страницы.

В пустоту кулаками машем,
но безлюдны наши посты,
и размыты наши границы.

Повторяем хором и ором:
человек человеку брат,
волк, сестра, президент, сиделка,

кислород с азотом и хлором,
подвиг, мера, конвой, откат,
и без общей выгоды сделка.

Ричард Че

#че

* * *

Вот дерзкий воробей, упав с небес на ветку,
Косится в щель меж розовых портьер,
И гром вдали "Шарах", как револьвер,
И в общем жизнь, как русская рулетка,
Или очко, с каталой, например

А за портьерами я грозен и угрюм
Сижу в оббитом нежным плюшем кресле,
И мысли странные приходят мне на ум:
"Совсем-совсем иная жизнь была бы если

Имел я жёсткий, непреклонный взор,

Шрам на щеке, зуб золотой и кепку,
И губы сжатые презрительно и крепко,
И мог бы запросто, как девять грамм в упор,

С дешёвым фраером, что мне наперекор
Перечил...Нет, базланил мне в ответку
На фене, бля, закончить разговор"

Я морщил лоб, но папиросный дым
Душил до слез наверно с непривычки,
И жизнь былую, заключив в кавычки,
Смахнув слезу, я оставался злым -
Лишь миг один - я оставался злым,

Светило солнышко, и сладко пели птички...

Борис Кирилловский

#кирилловский

* * *

Набираю номер – сегодня надо
Пару порций моря с доставкой на дом,
Блинчик солнца в лакомой карамели,
Лепестки глициний или камелий.

Привезите первый глоток сансета,
Два больших бокала дневного света,
Шелуху загара, песок в кроссовках,
Яркие плакаты на остановках.

Ласковые майки, бои в фонтане,
Леденцы случайных, ночных свиданий,
Дискотеку – спляшем сегодня, Пегги?
И ни сна, ни мысли о новом снеге…

Набираю номер – шлепок прилива,
Ломтики рассвета для всех счастливых,
Суши «Балаклава», форосский гирос,
Пару порций моря – и самовывоз.

Ника Батхен
(Вероника Батхан)

#батхен