А знаете ли вы, что уже почти год участвуете в эксперименте по онлайн-взысканию долгов за ЖКУ, который запущен с 1 июля прошлого года в 19 регионах с «высоким уровнем цифровой зрелости», в том числе в нашем? Нет? И не удивительно, потому что только в марте текущего года «началось внутренне тестирование системы в одной из домоуправляющих компаний Канавинского района», а подключение к ней жителей ожидается лишь летом! Вот только 30 июня эксперимент уже закончится, начнут подводить его итоги. А 20 апреля стало известно, что Минстрой России начал подготовку законопроекта, который переведёт взыскание долгов за коммунальные услуги в онлайн-режим. Однако сначала министерству необходимо оценить итоги эксперимента. Интересно, о каких итогах эксперимента доложат в Москву из Нижнего: что все прошло как по маслу и от нижегородцев не поступило ни одной жалобы (кстати, да- откуда же взяться жалобам?) или все таки правду?💁♀️
Некоторые размышления на проигрыш Лазорина.
Версия о «доверенном техническом кандидате» выглядит скорее как попытка красиво переупаковать поражение, чем как объективная реальность.
Роль «технического кандидата» — это не мандат особого доверия
В корпоративных и профессиональных объединениях роль технического кандидата действительно существует, но она редко говорит о том, что перед нами «самое доверенное лицо». Гораздо чаще это фигура, чьё участие помогает соблюсти процедуру, не создавая реальной угрозы основному претенденту. Если бы Кирилл Лазорин воспринимался как равновесный конкурент Александры Игнатенко, его выдвижение имело бы совсем другой политический вес. А так — классическая история, когда человек «поучаствовал» и закономерно уступил. Формулировка «согрелся» здесь, пожалуй, излишне оптимистична: это не признак высокого доверия, а скорее фиксация пределов карьерного роста.
Членство в правлении — утешительный, а не прорывной результат
Избрание в члены правления ФНП в таком контексте выглядит не как награда за проигранную, но «важную» миссию, а как стандартный утешительный приз. Человек, претендовавший на пост президента палаты, после поражения получает место в коллегиальном органе. Это почетная, но далеко не руководящая позиция. Сравните: победитель получает президентский пост, а проигравший — одно из многих мест в правлении. Трамплином для нового рывка такую должность назвать сложно. Скорее, это достойный способ завершить гонку, оставшись «при должности», но без реальной власти.
Региональный лидер на федеральном финише не смог конвертировать амбиции в результат.
Кирилл Лазорин, безусловно, значимая фигура в Нижегородской областной палате, но попытка выхода на федеральный уровень показала его карьерный потолок. Кампания завершилась поражением, после которого говорить о «времени Лазорина» как о восходящем тренде уже не приходится. Его имя осталось в протоколах состоявшихся выборов, но не в числе победителей. В этом смысле его время — как время кандидата, претендовавшего на большее — действительно прошло. Дальше начинается другая история: работа в правлении под руководством того, кого он формально пытался обойти на выборах- это фиаско. Представить поражение как «особую миссию» — попытка сохранить лицо, но она лишь подчёркивает, что пик амбиций остался позади. Роль технического кандидата не сделала Лазорина вторым человеком в федеральной палате, а привела его на позицию одного из многих, где инициатива и политический вес, очевидно, принадлежат уже другим людям.