Телеграм канал «Евгений Туголуков»

Когда Иван Заборский проходил предсоревновательный чекап в Медскан | Насмед, врачи впервые столкнулись с таким запросом.

Обычно спортсмены заявляют значительно меньшие дистанции. Иван пришел с запросом на 1200 километров.

Для каждой дистанции существует свой объем медицинского обследования. Иван полностью прошел весь необходимый комплекс, а результаты чекапа подтвердили: он находится в отличной физической форме и готов к экстремальным нагрузкам.

Сегодня, когда позади уже более 936 километров и идут седьмые сутки гонки, цифра в 1200 километров уже не выглядит такой невероятной.

Болеем за Ивана и желаем ему сил на оставшуюся часть дистанции!

«Медскан во благо»: когда желание помогать объединяет людей

АНО «Медскан во благо» объединяет социальные, образовательные и благотворительные проекты ГК «Медскан». Сегодня команда развивает сразу несколько направлений:

«Сообщество молодых учёных» помогает студентам-медикам делать первые шаги в науке вместе с ведущими специалистами.

«Равное консультирование» объединяет людей с онкологическим опытом, чтобы каждый мог получить поддержку от человека, который уже прошёл через похожие испытания.

Волонтёрский центр даёт будущим врачам возможность участвовать в социальных инициативах и помогать тем, кому это действительно необходимо.

Кроме того, АНО реализует инклюзивные проекты, проводит просветительские мероприятия, поддерживает пациентов и развивает благотворительные программы.

За время работы проекты АНО объединили тысячи неравнодушных людей. Только за последний год об инициативах организации узнали около 100 тысяч человек, а более 200 участников получили поддержку и стали частью программ.

🎥 Подробнее о проектах АНО «Медскан во благо» — в видео.

Следить за новостями организации можно:
• в MAX

Стартовали пятые сутки 10-дневного ультрамарафона.

Иван Заборский уже преодолел 673 километра - 673 круга - и уверенно удерживает первое место. Отрыв от ближайшего соперника - порядка 169 кругов.

Впереди еще больше половины пути.

Болеем за Ивана и желаем сил!

Почему именно нарративная медицина

В прошлой публикации я писал о том, что пациенты ждут от медицины не только точной диагностики, но и понимания. Возникает вопрос: можно ли этому научить?

Ответ мы нашли в нарративной медицине.

Еще несколько десятилетий назад профессор Гарвардского университета Артур Клейнман предложил различать два понятия: disease - заболевание как медицинский диагноз и illness - болезнь как личный опыт человека.

Для врача это прежде всего результаты обследований и клиническая картина. Для пациента - страх, неизвестность, переживания за семью, работу, привычную жизнь.

Клейнман одним из первых показал: врачу важно понимать обе стороны болезни. Недостаточно поставить диагноз. Важно понять, как человек сам воспринимает происходящее, чего боится, что изменилось в его жизни и какой помощи ждет.

Позже врач и исследователь литературы Рита Шарон развила эти идеи и сформулировала подход, получивший название «нарративная медицина».

В 2000 году она создала в Колумбийском университете первую программу по нарративной медицине. В нее вошли обсуждение литературных произведений, практика «медленного чтения» (close reading), рефлексивное письмо и разбор сложных клинических случаев.

Цель этих практик - развить у врача способность внимательно слушать пациента, замечать детали его истории и видеть то, что невозможно обнаружить в результатах анализов или снимках.

Эта философия легла в основу наших проектов - литературного клуба «Врачебная тайна», практики рефлексивного письма, LIFEBRARY - «Живой библиотеки» и образовательных программ для врачей.

Для нас это не проекты, существующие отдельно от медицины. Это часть современной медицинской практики.

Потому что лечить болезнь невозможно без знаний и технологий. Но помогать человеку невозможно, не услышав его историю.

Сегодня в Москве наш друг и партнер Иван Заборский вышел на старт первого в истории России 10-дневного ультрамарафона.

Особенность этой гонки в том, что на протяжении десяти суток участники сами распределяют время между бегом, сном, отдыхом и приемами пищи. Победителем станет тот, кто за это время преодолеет наибольшее расстояние.

До этого самым продолжительным стартом Ивана был шестисуточный ультрамарафон во Франции. Тогда он пробежал более 1047 километров, одержал победу и установил мировой рекорд.

Теперь ему предстоит дистанция, которая потребует еще больших физических и психологических ресурсов.

Сам Иван говорит, что хочет лучше понять возможности своего организма и проверить, как он восстанавливается после предыдущего старта, завершившегося чуть больше месяца назад. А главное - постараться получать удовольствие от всех десяти дней дистанции.

Будем внимательно следить за ходом гонки.

Желаем Ивану сил, удачи и успешного финиша!

Ловец красоты
Живая библиотека получила в подарок две прекрасные редкие книги — альбомы фотографий птиц и бабочек горных районов Памира, Гиссара, Алайского хребта и других экзотических мест. Автор этой красоты, птицелов, коллекционер и натуралист Сергей Торопов приехал из Бишкека в клинику Медскан | Hadassah, чтобы пойти курс химиотерапии. Но поскольку характер у Сергея Акиндиновича неуемный, лежать ему несколько часов под капельницей было скучновато. Так что мы успели наговориться об истории его жизни, птицах, бабочках и группе Битлз в исполнении ансамбля аэропорта города Фрунзе. Приводим здесь сокращенную версию рассказа о красоте жизни и способах найти и поймать ее:
“Дед мой Марклел Арсентьевич Торопов переехал в Бишкек из Семипалатинска. Их было четыре брата. Они были донские казаки, их царь наделил землей, про которую Хрущев потом говорил, что он целину там поднимал. Ничего он там не поднимал, там до него все было уже поднято. У деда была своя сыроварня, но воообще он занимался тем, что гонял гужевых лошадей из Монголии, поставлял их в царскую армию — считайте, добывал войскам хороший транспорт.
Когда запахло тем, что будут раскулачивать и отнимать землю, дед мой вовремя все сообразил и перебрался в Киргизию. Он занялся тут частным извозом — с Иссык-Куля под охраной солдат возил опиум для медицинских нужд государства. Но в итоге его все равно посадили по статье “за старое”. Я всегда думал — за какое такое старое? За сыроварню? Оказывается, нет, за поставки лошадей в царскую армию.
Но тюрьма такая там была, забавная. Заборчик небольшой, с дедом можно было поговорить, навещать его. Бабка моя однажды пошла к начальнику тюрьмы, говорит: сыновья мои все разъехались кто на учебу, кто на работу. Крышу крыть некому, течет. Отпустите деда. Начальник говорит: да пусть идет. Так что и тогда люди были нормальные, слава богу.
Дед был очень хозяйственный человек, у него был свой дом, он держал породистых кур. Орпингтоны, род-айленды были у него. Он их заказывал, привозил откуда-то из Ташкента. Я в этом смысле в него пошел. Мы ходили к нему в гости, и мне еще ребенком было интересно смотреть на этих кур.
Я как-то раз зашел к нему в курятник и спер у него маленькую черную курочку, пока они там в доме с отцом разговаривали. Я вышел за ворота, сел на скамеечку, думаю: подожду, пока они бдительность потеряют. Тут вышел дед и говорит: что ты такую грязную вонючую птицу-то взял? Давай я ее отнесу обратно, а тебе куплю настоящих кур. И через неделю он мне принес мешок — пять кур и одного петуха.
Вот с этого пошло мое орнитологическое начало. Сначала я начал заниматься голубями, у меня была своя голубятня. К восьмому примерно классу начитался книг и понял, что дома можно держать даже ласточек. Так что я стал птицеловом — начал искать и ловить птиц. Я выяснил все их секреты, ставил сети в горах на родниках. Устроил потом два вольера. Были у меня жаворонки, соловьи, черные дрозды, пестрые каменные дрозды, райские мухоловки, зимородки, удоды, черногрудые красношейки, самые прекрасные птицы. И этим я занимался чуть ли не до свадьбы.
Хотя, конечно, чем я только не занимался. Играл битлов в рок-группе, шабашил на выпускных. Потом играл в ансамбле аэропорта города Фрунзе (сейчас — Бишкек, прим ЖБ). Группа у нас называлась “Канаттар” — “Крылья”. Ну что мы там играли. Герлз. Естурдей. Я даже как-то пришел к руководителю ансамбля, говорю: ну сколько можно? Давай сбацаем хотя бы степен вулф. А он мне говорит: Серега, а кто это поймет, в аэропорту-то? Тут люди из колхозов, они степен вулф не знают. Лучше как обычно - ты постой, постой, красавица моя. Мудрый был человек, опытный гитарист.
Вскоре в библиотеке я познакомился с женой. Я учился тогда на биофаке уже. Началась семейная жизнь, получили мы квартиру. Жена птиц моих не любила, но делала все, что я ей говорил — кормила их, поила и все такое. Тем не менее, с птицами я вскоре расстался. История получилась вот какая. Я же птиц тогда не продавал, в основном только менял. А тут вдруг познакомили меня с каким-то мужиком. Он говорит: куплю всех твоих птиц, сумма приличная. Сейчас, правда, денег, говорит, у меня нет, но я тебе потом их привезу. И я отдал ему всю свою самую крутую коллекцию, и с тех пор ни птиц, ни его я больше никогда не видел.
Эта потеря, как ни странно, определила правила всей моей жизни. Чего я только потом ни делал, кем только ни работал, где только ни бывал. Я ловил и продавал птиц караванами, занимался ловлей и коллекционированием бабочек, работал таксидермистом, директором зоологического музея, в рыбохране, организовывал охоты, экспедиции, пережил птичий грипп, ковид, пьянство, распад СССР, проблемы со здоровьем, но с тех пор я понял одну главную вещь. Ты всегда должен быть в пути, на краю обрыва, в состоянии опасности, ловить каждое мгновение, но быть готовым потерять все, даже самого себя. Только тогда ты сможешь увидеть настоящую красоту”.
Ловите свою красоту, читайте книги, делитесь впечатлениями с нашей библиотекой. Пишите нам по адресу lifebrary@medscangroup.ru

Иногда самые интересные книги попадают в нашу «Живую библиотеку» вместе со своими авторами.

Сергей Торопов приехал в Медскан | Hadassah на лечение, а подарил библиотеке не только редкие фотоальбомы, но и удивительную историю своей жизни.