Нина Берберова в "Железной женщине", повествовании о Марии (Муре) Закревской-Бенкендорф-Будберг, предположительной агентке советской и британской разведок, пишет о разговорах 1931 года: "...Она не могла простить ему его непримиримой ненависти к советскому режиму, которую она рассматривала как ненависть к России. Эти два понятия постепенно стали сливаться для нее в одно. Она не была исключением: известный, хоть и не слишком большой процент эмигрантов так же, как она, постепенно приходил - через запутанную диалектическую сеть колебаний, оценок и переоценок - к убеждению, что любить родину (или, как тогда начали писать, "дорогую Родину") значит принимать все, что в ней есть, кто бы ею ни управлял. Большинство эимграции по-прежнему держались того мнения, что "узурпаторы в Кремле" мучают русский народ, который хочет демократии, и только ничтожная часть ее считали, что, если случилось то, что случилось, значит, были для этого причины, глубоко лежащие как в историческом прошлом страны, так и в природе русского человека".
«У нас нет комментариев. У нас есть позиция». Заявление редакции «Новой газеты»*
18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА».
У нас спрашивают комментарии по поводу сегодняшнего решения Минюста внести некоторые медиа-проекты «Новой газеты» в реестр «иноагентов».
За комментариями просим обращаться в Минюст.
У нас нет комментариев. У нас есть позиция. Она проста.
Мы соблюдаем и будем соблюдать Конституцию (которую как раз глава Минюста хочет переписать).
Мы выступаем и будем выступать за скорейшее прекращение огня и мирные переговоры.
Мы считаем и будем считать, что не государство, а права и свободы человека являются абсолютным приоритетом. Прежде всего — право на жизнь и человеческое достоинство, свобода мысли и свобода ее выражения.
Российскому государству все это не нравится, потому оно и пытается узурпировать власть над обществом, над личностью, над страной. Однако в итоге это еще никому не удавалось.
Именно уверенность в этом помогала нам работать в России все это время и поможет работать далее.
Очень хороший (короткий, емкий, содержательный) разговор с Михаилом Коминым - в частности, о конфликте между гражданско-политической и силовой частями путинской администрации и о том (что увеличивает вероятность мобилизации), о том, как дирижистские настроения начинают определять и экономическую политику. Дополнительное давление к эскалации и милитаризации (против нормализации) создадут в следующей Госдуме ветераны войны... Еще МК очень хорошо объяснил, почему бензиновый кризис и горящие склады ведут к росту пессимизма и раздражения, но ответственность не атрибутируется власти. https://www.youtube.com/watch?v=c10B9rhLICU
Ксения Лученко: Как церковь и власть любят друг друга
РПЦ стала прямой, активной и искренней соучастницей войны России в Украине, очень глубоко в нее включившись. Масштабы поддержки путинской политики и войны впечатляют, а шла к этому церковь десятилетиями, говорит Ксения Лученко, автор книги «Благими намерениями. Русская православная церковь и власть от Горбачева до Путина», получившей в 2025 году премию «Политпросвет». Она ответила на вопросы Бориса Грозовского и участников ридинг-клуба «Тексты нового времени», организованного Bazaleti Uni и 24.place.
Верхушка РПЦ никогда в России так хорошо себя не чувствовала, как при Путине, путинский режим гарантирует ей гигантский объем власти, денег и влияния. У церкви в России есть политическая субъектность, она сильно влияет на проводимую властями политику — от запрета абортов до запрета ювенальной юстиции — и участвовала в оформлении путинской идеологии. В 2020 году, когда открывался Храм вооруженных сил РФ, все были в ужасе от мозаик с Путиным, но это было открытое и честное предупреждение о скорой большой войне, которое мы пропустили, говорит Лученко.
«Ты не можешь себя защитить, мы забираем твой бизнес»
Российские власти нашли новый способ вмешиваться в работу предпринимателей: бизнесы, которые плохо защищаются от атак БПЛА, смогут передавать во временное государственное управление. При этом четких критериев, по которым будут оценивать качество защиты, власти не установили.
В 90-х долю в бизнесе отбирали бандиты, дававшие «крышу». Теперь вместо них — российское государство, говорит экономический обозреватель Борис Грозовский.
💬 «Но если бандиты тогда не справлялись с защитой бизнесмена, он мог перейти под крыло другой группировки. Сменить государство, не справляющееся с функцией защиты, намного сложнее», — говорит колумнист.
➡️ О том, как государство превращается в подобие рэкетиров из 1990-х и чем это обернется для российских предпринимателей, — читайте на сайте «Вот Так».