Как евреи перестали быть главными врагами русского народа. Исследование современного национализма и его эволюции
18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА».
Русский национализм вышел на политическую сцену в перестроечные годы, и антисемитизм стал его неотъемлемой чертой. Найти тогда националиста, не разделявшего антисемитских взглядов, было почти невозможно.
Советский антисемитизм маскировался под борьбу с сионизмом, и эта риторика сохранялась долго. Но к концу десятилетия эта риторика пошла на спад.
В 2000‑е на сцену вышли наци‑скинхеды, сфокусированные на насилии против выходцев с Кавказа и Центральной Азии. В физических нападениях доля евреев не превышала пяти процентов.
С 2014 года националистическое движение погрузилось в кризис.
А после 2022 года лояльные власти националистические организации антисемитизма вообще избегают (исключение составляет, пожалуй, «Царьград» Малофеева).
Но что осталось от русского национализма сейчас?
👉 Читайте доклад Александра Верховского, давнего исследователя этой идеологии и движений в РФ.
▪️ Не открылась ссылка? Читайте тут.
✉️ Подписывайтесь на рассылки «Новой газеты»*, это точно безопасно. Раз в неделю рассказываем и комментируем самое главное, что произошло.
Еще один прекрасный текст Александра Верховского в "Новой газете". Он рассказывает о том, как получилось, что в постсоветское время главным врагом русского народа стали евреи, и как это закончилось.
Cекулярный антисемитизм во многом был концептуализацией протеста против рождения в России капитализма, которое происходило под реальным и воображаемым влиянием Запада. Заметная доля евреев в первом поколении крупнейших банкиров служила очевидным для многих доказательством прямой связи еврейского влияния и капитализма с социально-экономическими проблемами и трудностями, вызванными переходным периодом.
Избавиться от антисемитизма движение русских националистов не могло, да и не особо пыталось, но он отошел на второй план. Даже его актуализация из-за противостояния с Украиной и изменения ближневосточной политики России оказалась очень слабой в сравнении с былым расцветом.
«В последние годы сложилась беспрецедентная для русского национализма ситуация: никогда в нем не было такого доминирования процерковных сил. Никогда в нем не были так слабы оппозиционные настроения».
📌«Новая» вместе с медиапроектом «Страна и мир — Sakharov Review»* продолжает рассказывать об истоках русского национализма (первые части смотрите здесь и здесь.
Православие принято считать едва ли не неотъемлемой частью русского националистического движения — вплоть до формулы «русский — значит православный». Исторически оно действительно было тесно связано с церковью.
В первые постсоветские десятилетия русские националисты в основном находились в радикальной оппозиции к власти, а РПЦ еще сохраняла дистанцию от государства. Отношения националистов с церковью и религией тоже сильно различались в зависимости от течения.
Со временем эта конфигурация изменилась: РПЦ идеологически сблизилась с государством, а большинство заметных националистических сил стало полностью лояльно власти.
👉Как государство, церковь и националисты пришли к сегодняшнему союзу — в материале Александра Верховского.
*Власти РФ считают «иноагентом»
🟡🟨 Честная журналистика существует, пока вы с нами. Присоединяйтесь!
Прекрасный текст Александра Верховского в "Новой" о том, как в постсоветские годы националисты постепенно сомкнулись с православием, и оба вместе — с властью:
Движение русских националистов за постсоветские десятилетия прошло путь от значительного религиозного плюрализма и дистанцированных отношений с институциализированной религией до явного доминирования православия и тесных связей с РПЦ. Одновременно это был путь от радикальной оппозиционности до полной лояльности (не всех, но подавляющего большинства националистических организаций в ситуации, когда власти терпят их существование).
Руководство РПЦ тоже проделало большой путь: в первые постсоветские годы оно было дистанцировано от государства, а теперь сблизилось с ним, в том числе идеологически. Как и националисты, РПЦ зависит от того, какую степень свободы государство готово предоставить и ей, и другим крупным религиозным организациям.
Нина Берберова в "Железной женщине", повествовании о Марии (Муре) Закревской-Бенкендорф-Будберг, предположительной агентке советской и британской разведок, пишет о разговорах 1931 года: "...Она не могла простить ему его непримиримой ненависти к советскому режиму, которую она рассматривала как ненависть к России. Эти два понятия постепенно стали сливаться для нее в одно. Она не была исключением: известный, хоть и не слишком большой процент эмигрантов так же, как она, постепенно приходил - через запутанную диалектическую сеть колебаний, оценок и переоценок - к убеждению, что любить родину (или, как тогда начали писать, "дорогую Родину") значит принимать все, что в ней есть, кто бы ею ни управлял. Большинство эимграции по-прежнему держались того мнения, что "узурпаторы в Кремле" мучают русский народ, который хочет демократии, и только ничтожная часть ее считали, что, если случилось то, что случилось, значит, были для этого причины, глубоко лежащие как в историческом прошлом страны, так и в природе русского человека".
«У нас нет комментариев. У нас есть позиция». Заявление редакции «Новой газеты»*
18+. НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА» ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ИНТЕРНЕТ-ИЗДАНИЕ «НОВАЯ ГАЗЕТА».
У нас спрашивают комментарии по поводу сегодняшнего решения Минюста внести некоторые медиа-проекты «Новой газеты» в реестр «иноагентов».
За комментариями просим обращаться в Минюст.
У нас нет комментариев. У нас есть позиция. Она проста.
Мы соблюдаем и будем соблюдать Конституцию (которую как раз глава Минюста хочет переписать).
Мы выступаем и будем выступать за скорейшее прекращение огня и мирные переговоры.
Мы считаем и будем считать, что не государство, а права и свободы человека являются абсолютным приоритетом. Прежде всего — право на жизнь и человеческое достоинство, свобода мысли и свобода ее выражения.
Российскому государству все это не нравится, потому оно и пытается узурпировать власть над обществом, над личностью, над страной. Однако в итоге это еще никому не удавалось.
Именно уверенность в этом помогала нам работать в России все это время и поможет работать далее.