Телеграм канал «Драмаквин»

У меня есть любимая история о деменции - это пьеса «Отец» Флориана Зеллера. Нравится она мне литературным мастерством автора: ты сначала входишь в детектив, где старика дурят, какие-то мужики шарахаются по квартире, дочка темнит. А потом понимаешь, что дедушка ку-ку, но продолжаешь видеть мир его глазами периодически. И становится по-настоящему страшно оказаться на его месте. И дочкой оказаться неприятно, но страшнее именно внутри деменции существовать, с этой путаницей, внутри всей этой мороки. Мир становится такой сложный, ненадежный, и всюду подставы. И вот сегодня я посмотрела спектакль режиссера Руслана Маликова Аркаим, где та же тема, но литературная структура пьесы Ксении Адамович совсем другая: это док пьеса, набор сцен из жизни нескольких больных деменцией. Центральный персонаж - 90-летний полковник, с которым возится его 40-летняя внучка. Полковник одержим сексуальным интересом и агрессивен, и внучке в исполнении Нелли Уваровой с ним не сладко. Я небольшой любитель набора документальных текстов, предпочитаю что-то ближе к Зеллеру, и не только я - за Отца автору надавали наград. Но иногда документальные тексты, хоть и бесструктурно насыпанные, очень берут за душу - именно голосом, правдой жизни. Сегодня случилось такое - старик в исполнении Константина Кожевникова получился таким живым, весь зал театра Наций сопереживал ему и смеялся вместе с ним (есть обаятельные сцены в аптеке, с роковухой-сиделкой). И получилось коллективное переживание - мы все чувствовали свою уязвимость перед старением. Никто не застрахован, очень страшно, и так по-человечески.

Опция, не всегда ценимая обучающимися, - обратная связь на твоё произведение. Если бы новички знали, что кроме того, что надо научиться хорошо писать, надо ещё как-то добиться прочтения, если бы они знали эту горькую правду, то… Впрочем, есть те, кто добиваются: давеча некий драматург подал в суд на известный московский жирный театр за то, что они не взяли его пьесу в постановку. Драматург утверждает, что это происки врагов и омериканцев, или либеральное лобби какое-то, раз его великую пьесу про патриотизм и нравственные ценности не выбрали. Конечно, нынешняя политика партии сделала всё, чтобы графоманы всех мастей строчили доносы на всё, что движется, подавали в суды, пользуясь госповесточкой и отравляя экосистему. Не мытьем, так катаньем графоман добивается, чтобы его кринжотеку прочли, восхитились, сделали спектакль и дали денег. А если бы графоман был более когнитивно сохранен и порядочен, то он бы попытался выяснить, что не так с его текстом, как повысить качество. За это ему пришлось бы заплатить денег, конечно, и в результате он перестал бы считаться графоманом, ведь качество бы выросло. Но если бы, да кабы, да и вообще, графоман не такуся. Но даже если вы не строчите доносов и не лезете без мыла в жопу людям, у вас все равно могут возникнуть трудности с продажами. Современные режиссеры не очень любопытны, не очень торопятся что-то читать, про индустрию кино и сериалов в 2026 известно, что она несколько или сильно сморжопилась, перспективы туманны (если не сказать хуже), Вайлдберрис вряд ли спасет всех сценаристов, питчинг Фонда кино выглядит как «Последний день Помпеи» посреди «Герники» и внутри пейзажа с куполами Никаса Сафронова, а сверху приклеены стразики и звезды с погонов, и ангелочки летают. В общем, контролируем липидный профиль, отказываемся от алкоголя, боремся с гиподинамией и ходим на психотерапию, продолжая работать над повышением качества своих текстов и относясь смиренно к грубым продакшенам, равнодушным режиссерам, невежественным продюсерам. И молимся богу, чтобы нас услышали, заметили, прочли и выбрали. Смиренно надеемся 🙏 А мерзкие люди попадут в ад.

Муза и возлюбленная Карла Брюллова - Юлия Самойлова. Женщина была интересная: крутила направо и налево, от бывшего мужа получила титул графини, да и до этого не была безродна, денег и активов тоже было навалом и в России, и в Европе. А, еще в юности, будучи фрейлиной, была, возможно, любовницей императора. Короче, Брюллов сходил с ума от ее красоты и писал ее везде, ну правда же красотка?

Пересматривание КВН нулевых - крайне любопытное занятие. Восход Слепакова, Бурковского, Галустяна. Да, все возлегли, и лев, и агнец - Макаревич, Эрнст, Гусман, Ярмольник, Галкин, все рядышком, за ними разные Мироновы и Хлопонины. Да, цензура, но все же что-то живое и отстрое проскакивало чуть-чуть. Да, бесконечные шутки про алкоголь. Но что я раньше не замечала - как же много было мизогинии! Уму непостижимо - унижение женщин и в шутках, и в комментариях Маслякова. Просто памятник можно было ставить тем девушкам, кто смог выжить в этой токсичной мужской игре. Да, некоторые из них сделали карьеры потом, и немудрено. И даже несмотря на все это, смотреть старый КВН - такая приятная ностальгия по прежнему миру. Уж и Маслякова нет, и Слепаков с Бурковским и Макаревичем далече. Вот когда было хорошо-то, оказывается.

Завтра увидимся в зум! Эта предосторожность была весьма у места, потому что Ноздрев размахнулся рукой… и очень бы могло статься, что одна из приятных и полных щек нашего героя покрылась бы несмываемым бесчестием. Что зашифровал Гоголь под «несмываемым бесчестием»? Пощёчину. И такой приём - его любимый, эвфемизм - король стиля Гоголя. Гоголь - невероятный маг, волшебник и «пройдоха», способный менять гормональный фон как сильный препарат, и с точки зрения шкатулочки мастерства он целый чемоданище. Всё расскажу, сделала классную презентацию. Ласт кол, записывайтесь!

Курс по диалогам только начался, а уже такие отзывы. Мёд для преподавателя!

Константин Аркадьевич читал стихи. Просто Давид Самойлов, просто Пушкин, просто поэтический моноспектакль. Просто один человек на сцене. Просто гений. Гениально это не только потому, что ты проживаешь целую жизнь, не только потому, что этот артист переключается в одну секунду от печали до радости, от рождения до смерти, от ненависти до любви. Не только потому, что это настоящий театр у микрофона, эталон. Но и потому, что Райкин обновляет этот мир. В прямом смысле обновляет. Был у тебя понятный Самойлов, привычный Пушкин, вплоть до «а ткачиха с поварихой, с сватьей бабой-бабарихой», были - и не их. Нет никакого понятного Самойлова, никакого школьного Пушкина. А есть бездны, глубина, веселье, восторг и ЧТО-ТО СОВЕРШЕННО НОВОЕ. Новые стихи в новой артистической подаче. И новые смыслы. И новый разговор с москвичами образца 2026, и далее гастроли, встречайте, например, в Тбилиси.