Телеграм канал «Драмаквин»

Здесь на театральном фестивале у меня одна проблема — языковая. Я не говорю по-французски, désole. Поэтому я читаю современные пьесы в баре через гугл или яндекс, и сверяюсь с текстами, специально расположенными на столе в общем доступе, фото прилагаю. И хочу вам рассказать об очень мелодраматичной, меланхоличной и элегантной пьесе «Механизмы» итальянского драматурга Фабрицио Синиси.

Дизайн сайфаевый: ГГ потерял жену, и заказал ее клон, который загружен ее сознанием, и теперь ведет с ним диалоги. А жена была тонкая натура и Артист, артистка, короче, и она с ним очень интересно общается, рассказывает про блокаду Ленинграда, про Шостоковича и Чехова. Очень уважительно и к трагедии ленинградцев, и к музыке Шостаковича, и к Чехову.

Очень неожиданно было обнаружить такие красивые тексты о России.

Красивая пьеса, рекомендую.

Отрывки из монопьесы «Бастард», о которой выше говорю:

В день смерти отца ты включаешь компьютер и пишешь это… ты никогда не заканчиваешь писать…
Мы отправляемся в путешествие, полковник. Встань. Встань.
Встань, летчик, труп отца:
Я надеюсь, что…
Мы возвращаемся в изгнание!
Я разобью твой гроб, где он?
Я уткнусь лицом в землю.
Я прикажу:
Встань, дыши, дыши, как отец.
Я буду кричать в твоей могиле, пока не сорвусь.
Мы отправляемся в путешествие. Ты мне это должен.
Конголезцы могут называть нас Минделе, Призраками,
ибо вот мы здесь,
ты воскрес, а я жив.

Я — сын, «рожденный от неизвестного отца».
Я — эксперт-криминалист, обнажающий свои раны.
Я раскрываю наши преступления и игнорирую ваши мольбы.
Мы выставим напоказ свои жизни на всеобщее обозрение.
Собирайте кости, у меня есть сумка и топор.
Мы отправляемся в путешествие, полковник.
Вперед! Вперед!

Когда умер мой отец, я играл в своей первой любительской пьесе.

Я играл расиста, наивного и обманутого инвалида, в рождественском свитере и с одной ногой в гипсе. К счастью, мой отец умер вовремя. Не нужно оборачиваться,
чтобы почувствовать, как за мной растет толпа: Туран, продавец мороженого,
парамедики, толкающие носилки велосипедиста, курильщики крэка, Альба, Дезире,
и Мари-Лу, проститутки, Элке, Карим и Йос, фламандские театральные актеры, которые бросили репетиции, чтобы следовать за нами. Потому что Елена любила ходить в театр, и её глаза сияли, когда она выходила из зала после спектакля.

7 Однажды Карим сказал мне:

Ману, ты знаешь, почему мы аплодируем в театре в конце представления? Это не просто поздравление актеров. В древнем театре считалось, что во время спектакля на сцену призывались сущности, предки, умершие. Поэтому в конце спектакля им аплодировали, чтобы проводить их, а зрители тоже аплодировали, чтобы вновь обрести свои индивидуальные и коллективные тела. Вот почему мы аплодируем: чтобы сопровождать духов и чувствовать себя живыми. Мы сворачиваем на улицу Нёв; все сетевые магазины одежды зажгли свои вывески. В городе тишина, но они сверкают тысячами флуоресцентных неоновых огней. Мы прибываем на площадь Рожье с её роскошными отелями. Из офисных небоскребов высыпает толпа не слишком энергичных старых руководителей. Они наблюдают, как наша странная группа идет по середине внутренней кольцевой дороги. Один из них насмешливо спрашивает: «Что эти клоуны делают? Это что, какой-то цыганский карнавал?» Фламандский актёр отвечает: «Сегодня важный вечер, мы будем аплодировать Елене». И старый управляющий перестаёт смеяться: Елена, медсестра, работавшая в психиатрическом отделении? Начальник компании вспоминает, как она ухаживала за ним, когда он поступил в депрессивном состоянии; его коллега рядом с ним рассказывает о его неудачной попытке самоубийства, о заботе, которую Елена проявляла между его рвотой и слезами.
И все они понимают и присоединяются. Я иду, не оглядываясь; нас
примерно шестьдесят человек, и мы подходим к дверям
клиники,
отделения паллиативной помощи,
единственного
больничного отделения, работающего
24 часа в сутки. Наша
группа останавливается.

Глаза охранника расширяются, когда он видит, как прибывает наша
похоронная процессия. Один из
фельдшеров подаёт ему знак, чтобы он пропустил нас; Он уведомил подразделение: «Это камни Елены, уходите, это на ночь».

Мы входим в коридор: медсестры в зеленых халатах стоят по обе стороны синей линии, ведущей в палату 704. Они образуют почетный караул.

И вдруг из палат паллиативной помощи выходят несколько пожилых женщин, еще не совсем умерших, цепляясь за ходунки и капельницы. Они пришли почтить память Елены, и я говорю им: при твоей смерти мы тоже будем там. С этого момента, вы меня слышите? Послушайте меня, с этого момента мы никогда больше не позволим никому умирать в одиночестве!

Собираюсь посмотреть этот спектакль: ГГ искал отца, а нашел мать, красиво )

И ещё одна пьеса с фестиваля La mousson d’été, «Голгофа» Жорж Палинхос, Португалия.

Вернувшись домой, юная девушка обнаруживает на полу в прихожей подозрительное пятно. Чтобы справиться с волнением, она запускает стрим с телефона — прямую трансляцию в соцсетях, где в режиме реального времени описывает и комментирует для своих «подписчиков» увиденное, проходя по комнатам дома. За очень короткий промежуток времени эта пьеса создаёт напряжённую атмосферу и затрагивает актуальную тему одиночества в эпоху гиперподключённости.

Эффектность "Голгофы" объясняется сочетанием ее эффектов: короткая пьеса, монолог и отсутствие диалога, название, которое предлагает множество интерпретаций.
Девочка-подросток (но голос с таким же успехом может быть мужским, уточняет дидаскалия в начале) использует Апостроф Google/ Siri, который явно занимает ее место в качестве компаньонки, режиссера, доверенного лица. В этом спектакле речь идет о нашей нечеловеческой природе и о повседневном одиночестве, которое, тем не менее, соседствует с технологиями, ставшими неотъемлемой частью нашей жизни. Спектакль также затрагивает тему страха, который возникает слишком быстро, и его сценического воплощения. Подростки увлекаются историями, которые теперь перерастают в более или менее вымышленные сюжетные линии ужасов, в которых разыгрываются трюки, вызывающие острые ощущения, беспокойство и дискомфорт.
Здесь девушка-подросток развлекается с подписчиками
здесь девушка — подросток развлекается с подключенными подписчиками, и напугать-это часть игры. В этом монологе, исполненном уверенности и открытости, проскальзывают отголоски детства, а также откровения о родителях и повседневной жизни семьи.
Монолог словно передает детские воспоминания. Зрители приглашаются стать свидетелями этого жуткого одиночества 2.0 и той безысходности, которую так часто испытывают современные подростки, погружённые в виртуальный мир. Достаточно организовать школьную экскурсию на автобусе, чтобы убедиться: телефон действительно превратился в инструмент для общения... в тишину, а слово «экран» в его первоначальном значении — «отгораживать», то есть препятствовать любому взаимодействию, кроме виртуальных игр.

Теперь покажу вам вторую сцену из пьесы «Множественные голоса моего брата» (перевод гугла, делаем скидку на это). Напомню, у ГГ генетическая аномалия, пропадает голос, и доктора делают ему искусственный.


ЕГО СЕСТРА. Если бы ты мог обладать всеми голосами мира, какой бы выбрал?
МОЙ БРАТ. Мой. Проще говоря.

Хорошо. Попробую ещё раз:

ЕГО СЕСТРА. Если бы тебе пришлось выбрать один голос, кроме своего собственного, из всех голосов мира, какой бы это был голос?
МОЙ БРАТ. Хороший вопрос. Какой бы ты выбрала?
ЕГО СЕСТРА. Я бы выбрала голос, который умеет петь.
Например, Адель. Или Билли Айлиш! Конечно, Уитни Хьюстон, но её уже нет в живых. А можно ли ещё и голоса мёртвых? Воскресить их?
МОЙ БРАТ. Мне нравится Билли Айлиш, но у неё не очень хорошая дикция.
Если бы у меня был голос Билли Айлиш, я бы всегда говорил очень чётко.
ЕГО СЕСТРА: Да ладно! Ты должен хотеть иметь свой собственный голос.
МОЙ БРАТ. Хорошо.
ЕГО СЕСТРА. Хорошо?
МОЙ БРАТ. Хорошо, но я хочу иметь больше одного голоса.
ЕГО СЕСТРА. Что ты имеешь в виду?
МОЙ БРАТ. Несколько голосов.

Расскажу вам про 3 пьесы с фестиваля La mousson d’été, пока только в виде кратких анонсов.

1. «Множественные голоса моего брата» Магдалена Шрефель, Австрия.
Мой брат (так зовут персонажа) из-за генетической аномалии скоро потеряет голос. Ему понадобится специально созданная голосовая поддержка.
Ему нужен не компьютерный голос, а человеческий — и если уж на то пошло, почему бы не выбрать более одного голоса? Персонаж по имени Сестра, заинтригованная этим предложением, соглашается сопровождать его в поисках этих голосов. В то же время она создаёт настоящую театральную постановку.

2. «Насекомые» Ореоль Моралес Пужолар, Каталония.

В маленькой каталонской деревушке, почти превратившейся в призрак, где живут лишь пожилые люди, крупная логистическая компания возводит огромный завод, призванный снабжать товарами юг Франции и север Испании. Однажды ночью, когда строительство уже началось, встречаются две подруги детства. В ходе беседы они представляют себе будущее этого места, размывая границы между возможным, воображаемым и реальным.

3. «Человек в саду» Людовик Лонжелан, Франция.

Филипп живет в небольшом коттеджном поселке, и Энн приехала к нему на несколько дней перед своим концертом. Они гуляют по их общему саду, а затем по соседним. Переходя от одного сада к другому, они перекликаются, беседуют, шутят и смеются. В этот финальный день Кубка мира все вокруг наполнено радостью: дети играют на улице, птицы заливаются трелями, а в воздухе витает предвкушение праздника. Каждый готовится к матчу: аперитивы, барбекю, смех, песни и музыка. Анна и Филипп, как и положено влюбленной паре, тоже наслаждаются этим чудесным днем. Но вдруг из соседнего сада доносится душераздирающий крик.

Fuckov — хорошая фамилия для персонажа (надпись в туалете).