Сделала эксперимент: посмотрела п/м «Острых козырьков», не видя ни одной серии сериала. Все миллион серий многочисленных сезонов пока мною не просмотрены, и я решила получить быстрое счастье за полтора часа.
Ну и не получила.
Кино оказалось соткано из штампов, напичкано песнями, не киномузыкой, а именно треками, тексты которых полностью пересказывали происходящее, на случай если ты тупой и не понимаешь, что перед тобою. Ну а перед тобой внезапные всякие предательства, внезапная конкуренция сына с отцом, убийства людей, которых ты не успел полюбить, поэтому не жалко, и всякое такое, что забывается примерно через пять минут от титров.
Ноль из десяти, не рекомендую. И вообще, не надо смотреть все эти п/м, написанные сценаристом, уже настрочившим пять сезонов, не просыхая. Он настолько заебался, что нет у него для нас никакого искусства: он хочет лежать и слушать музыку, прямо как персонаж Киллиана Мерфи.
Многое мне делает больно в современном мире, я даже не начну говорить про войну. Многое, и уничтожение тайги в частности.
Я сибирячка, и тайга — часть моей идентичности, и на моих глазах жизнь уничтожается. Сначала тайга оказалась частью России, население которой беднеет и беднеет, от бедности вырубая нелегально и легально тайгу, и государство, очевидно, не может это контролировать. И вот неурожай ягод обнажает вырубки, медведи голодные, выходят к людям, их отстреливают.
Конечно, можно вообще убить всех животных и вырубить всю тайгу. Можно превратить биоразнообразие в пустыню. Газ, нефть, древесину продали, и после нас хоть потоп, бедные как-нибудь, а у богатых дети и внуки в более сытых странах.
В общем, нет ничего отвратительнее бедности и коррупции, что стремительно приближает нас к пустыне. Как сказал один грузинский таксист, Дубай украл у Ирана дождь. Так вот, мы сами у себя этот дождь крадем, но ни пьесы, ни тем более сценарии про это сегодня в России не нужны. Давайте истории, отвлекающие от реальности.
Как обычно в эпоху перемен востребованы трикстеры, и вот вышел док про одного крупного — про Петра Мамонова. Режиссер Павел Лунгин, "Четыре жизни Петра Мамонова". Сначала алкоголик и поэт, потом музыкант, потом актер, потом христианин, и каждый раз — ни на кого не похож, дикий, средневековый, издевающийся, творящий чудеса, обнуляющий старое, оскорбляющий.
Какой же уникальный.
Фильм про Тень, признавая которую Петр становился спокойнее и продуктивнее. Психотерапевтично смотреть такое, особенно если вы нарцисс и считаете себя добрым светлым человеком, санитаром леса. Каждый санитар должен сначала признать своего внутреннего хищника, и тогда не захочется пиздить окружающих, клеймить их иноагентами и волочь в тюрьмы. Я бы фильм про Петра Мамонова включила в школьную программу и назначила бы по нему экзамены. Полезно было бы всем, для изучения человеческого диапазона: от юродивого до маньяка, от алкаша до гения, от мудака до ангела (и обратно, и обратно!) Жены, возлюбленные, коллеги, зрители, друзья, партнеры — все поучаствовали пазлом в составлении этого грандиозного панно "Мамонов", обязательно смотрите кино!
У меня сегодня начинается одно индивидуальное сопровождение, и меня что-то, прям, радостью накрыло: я обожаю такое индивидуальное взращивание, анализ, ползать с лупой, изучать и улучшать, предлагать и экспериментировать со стилем. Стиль — это и есть персоналити, личность, индивидуальность, и выражение личности через текст — сфера моего особого интереса, мой гиперфокус.
Авторы все разные: нужно понять, кто перед тобой, что у него уже есть, а что только в потенциале, куда он хочет идти со мной, а где ему меньше интересно, и что именно о себе он даже не подозревает, ведь в каждом из нас есть эта терра инкогнита — непознанное, не имеющее ещё голоса и образа.
В этот раз автор уже знаком мне и вызывает жгучее любопытство 🔥
Эта пока молчащая, но скребущаяся изнутри часть — и есть самое интересное. Она же нерациональная, непрямая. Она вообще может взорвать существующий стиль, а из его обломков и нового добытого и нагенеренного построить нечто совершенно другое. Как там у Монти Пайтона было? «А теперь нечто совершенно иное».
В общем, бюро по розыску авторского стиля оно же ателье по пошиву индивидуального по неповторимым меркам продолжает работу.