Хочу быть честной💔
Последнее время нам стало очень тяжело. И дело даже не в усталости. Дело в том, что помощь практически исчезла. Не уменьшилась — именно практически исчезла.
Когда мы начали строить новое место для спасённых животных, моя идея была простой: показать, что мы готовы работать, вкладывать свои личные деньги, быть примером.
Мы думали, что люди увидят это и захотят помочь. Но получилось иначе: многие решили, что раз начали строить — значит, у нас есть всё необходимое, и можно дальше справляться самим.
Самое тяжёлое — видеть, как быстро забываются спасённые истории.
Когда во время паводка мы вывозили Брэнду на тачке, когда Серёга ездил на военной машине, это вызывало ажиотаж. «Вы герои! Вы спасатели!» — писали все.
А через два года Брэнда будто перестала существовать для большинства людей.
Точно так же было с Фениксом. Его характер, страхи, успехи в доверии, сначала это всех цепляло. Потом история закончилась.
Но для нас ничего не закончилось.
Каждый спасённый — это не один день.
Это годы заботы, лечения, кормления, строительства, ухода.
И содержание животных — это не просто миска с кормом и будка.
Сейчас начался сезон клещей, а обработать собак от них невозможно: ни Бравекто, ни Несгард, ни Симпарика — зона недосягаемости. Посты про обработку от блох и глистов остаются без откликов.
В деле помощи бездомным животным все любят говорить о прозрачности и отчётности.
Так давайте посмотрим на другую сторону: почему никто не замечает, сколько лично мы вкладываем своих средств? Наши деньги никто не считает. Все рассуждают примерно так: «Вы же выбрали этот путь, значит, у вас всё есть».
Вот пример. Вчера мы потратили 34 тысячи и это только на доски. Мы даже не приблизились к половине необходимой суммы. А ведь для вольера нужны ещё профлист, профметалл, сварка, свет, саморезы, электроды и многое другое.
И всё это почему-то мало кого волнует.
Считается, что для собак можно соорудить что-то «из говна и палок».
Ну и пусть живут, зачем покупать новое?
Но представьте: Феникс в какой-то развалюхе один раз чихнёт и всё разлетится. Никто не сможет его поймать, и какой вред он может нанести другим собакам или людям — это тоже неинтересно.
Все думают: «Ну да, мы зажрались, поэтому покупаем новое. А можно было бы легко пройтись по мусоркам и собрать старое».
Мы сами вкладываем свои деньги, урезаем семейный бюджет. Никто этого не видит.
Все считают: «Раз потратили — значит, было».
Мы делаем всё, что можем, потому что эти собаки живут с нами, и мы не можем смотреть, как они тонут на наших глазах. У нас просто нет другой возможности, кроме как строить для них новое место и заботиться о них.
И честно признаюсь: у меня нет никакого желания вести соцсети.
Наш канал давно превратился в развлекательный и позитивный: я показываю, какие у нас шикарные условия для собак, как они довольны, что у них есть игрушки и вкусняшки.
Но это почти никому не откликается. «А всё хорошо — зачем здесь помогать? Пойдём помогать в другом месте, где всё плохо».
Я всегда говорила: включайте логику, думайте, насколько сложно сделать хорошо, а не только отталкивайтесь от того, что плохо где-то рядом.
Устала. Наболело. Помощи как не было, так и нет.
Откликаются 5–7 человек, и честно я могла бы просто переписываться с ними лично. Остальные приходят, смотрят и уходят.
Но это не только о себе. Это о всех людях, которые каждый день помогают животным.
Вы просто не представляете, какой это адский труд, какая это колоссальная ответственность, как это тяжело морально и физически.
И знаете, что самое удивительное? Самое лёгкое, что можно сделать — это помочь финансово.
Вы не копаете в грязи, не мерзнете, не промокаете, не рвёте спину и руки, не несёте на себе всю моральную нагрузку. Вы просто делаете перевод и живёте своей обычной жизнью.
Сколько бы я ни писала постов об информационной поддержке, чтобы кто-то откликнулся, помог с пиаром, с идеями ни разу не было ни одного отклика.
Это, конечно, о многом говорит.
Видимо, благотворительный проект под названием Добродом Оренбург приходит к своему логическому завершению.