Сюжет: молодой писатель от скуки начинает следить за случайными прохожими и втягивается в чужую жизнь.
Это первый полнометражный фильм Нолана: чёрно-белый, снят по выходным за год почти без бюджета, около семидесяти минут. Уже здесь начинается его таймджеинг: время нарезано и перемешано. Осторожно, спойлер: всё встаёт на места только к концу. Дальше он будет делать то же в Memento, Inception и Tenet.
Советую посмотреть, если интересно, с чего Нолан начинал.
Берёт изображения откуда угодно, от скриншотов фильмов и фото с айфона до образов из истории искусства, без всякой иерархии, и переносит в живопись сам момент их распада: сжатие, артефакты jpeg, размытие. Мимолётную, уже наполовину испорченную картинку он останавливает в краске.
Оттого работы мутные и слегка тревожные. В последние годы Harker всё чаще смешивает реальность со сказкой и играет с «жутким» (uncanny): всё узнаваемо, но что-то не так. Это про смутность сегодняшней жизни, где неясно, чему верить, и кому эта неясность выгодна.
О художнике. Tomas Harker (р. 1990, Великобритания), живёт в Лондоне.
Видео на 14 минут, снятое как пародия на школьный обучающий фильм. Тема простая и тревожная: как исчезнуть, когда тебя всё время снимают, считывают и распознают. Полное название под стать: «A Fucking Didactic Educational .MOV File».
Steyerl подаёт это как урок с «правилами» невидимости. Стать меньше одного пикселя. Спрятаться на самом виду. Слиться с фоном. Переехать в закрытый коттеджный посёлок. Быть женщиной за пятьдесят (общество таких будто перестаёт замечать). Абсурдно и смешно, но за шуткой прямой вопрос: в мире сплошной съёмки исчезнуть почти невозможно.
Снимала она в калифорнийской пустыне, среди огромных бетонных таблиц-мишеней. Когда-то по ним настраивали резкость аэрофотокамер, проверяли, что объектив различает с высоты. По сути таблица для проверки зрения, только не для человека, а для предков дронов. Отсюда вся логика работы: видимость это вопрос разрешения, а быть увиденным значит попасть в чью-то оптику.
И двойное дно. Исчезнуть можно по-разному: стать невидимым для слежки это свобода, но «пропасть» значит ещё и стереться, исчезнуть насильно, как исчезают люди. Steyerl держит оба смысла сразу.
Смотреть на ARTFORUM
О художнице. Hito Steyerl (р. 1966, Мюнхен), немецкая художница и теоретик, одна из главных фигур эссеистического видео и разговора о цифровой культуре. Известна текстом «В защиту бедного изображения» и мыслью о том, что картинки давно стали инструментом власти. Работа впервые показана на Венецианской биеннале 2013 года, сейчас в собраниях MoMA и Tate.
Jenny Holzer. Wrong Answers, музей Serralves (Порту)
У Jenny Holzer один материал, текст. А носитель может быть любым: уличная расклейка, футболка, гранитная скамья, бегущая строка на LED, проекция на фасад, даже человеческие кости. Слово у неё не подпись к изображению, а само изображение. Wrong Answers про то, что происходит с языком в потоке медиа: как слова разом усиливаются и обесцениваются, их искажают и затирают.
LEDs. Центр выставки. Две светодиодные колонны стоят друг напротив друга. Первая крутит реальные посты Трампа из соцсетей. Вторая, подвешенная к потолку, показывает те же тексты, переписанные генеративным ИИ, и с каждым повтором версия машины всё агрессивнее и бессвязнее. Живая политическая речь против алгоритма, который гоняет её по кругу. Экраны у Jenny Holzer не статичны: с 2015 года она ставит их на моторы, так что панели дёргаются, качаются и поворачиваются. Движение для неё это интонация: экраном можно выделить слово или сделать паузу, как голосом.
Коридор. Длинный проход вдоль галерей завален обломками: куски её гранитных скамей вперемешку с разломанными LED-панелями, будто после взрыва. Многие камни из португальских карьеров. Вся эта масса стоит на моторах и раскачивается взад-вперёд, а по осколкам всё ещё бегут обрывки текста и света.
Truisms (1977-79) и Inflammatory Essays (1979-82). Ранние анонимные расклейки с афоризмами, с них она начинала в Нью-Йорке. Авторство намеренно не указано, будто это ничей общий голос.
Laments (1989). Тринадцать гранитных саркофагов с синхронными экранами, реквием по эпохе СПИДа, голоса умерших от первого лица.
READY FOR YOU (2023-25). Картина по записке «THEY ARE READY FOR YOU WHEN YOU ARE», которую передали Трампу перед 6 января 2021. Из её живописи по рассекреченным документам, где текст наполовину затёрт цензурой.
О художнице. Jenny Holzer (р. 1950, США). Начинала с абстрактной живописи, а потом стала вводить в работы текст, потому что «хотела содержания». Свою первую и самую известную серию Truisms (короткие фразы-афоризмы, «прописные истины») она собрала из сложной философской литературы, пересказав её и анонимно расклеив по Нью-Йорку. Из «Поколения картинок» вместе с Barbara Kruger и Cindy Sherman, но, в отличие от них, не соединяет текст с картинкой, а делает изображением сам текст. В 1990-м представляла США на Венецианской биеннале и получила «Золотого льва». Работы в MoMA, Guggenheim, Tate.
Jenny Holzer. Wrong Answers, музей Serralves (Порту)
У Jenny Holzer один материал - текст. А носитель может быть любым: уличная расклейка, футболка, гранитная скамья, бегущая строка на LED, проекция на фасад, даже человеческие кости. Слово у неё не подпись к изображению, а само изображение. Wrong Answers про то, что происходит с языком в потоке медиа: как слова разом усиливаются и обесцениваются, их искажают и затирают.
LEDs. Центр выставки. Две светодиодные колонны стоят друг напротив друга. Первая крутит реальные посты Трампа из соцсетей. Вторая, подвешенная к потолку, показывает те же тексты, переписанные генеративным ИИ, и с каждым повтором версия машины всё агрессивнее и бессвязнее. Живая политическая речь против алгоритма, который гоняет её по кругу. Экраны у Jenny Holzer не статичны: с 2015 года она ставит их на моторы, так что панели дёргаются, качаются и поворачиваются. Движение для неё это интонация: экраном можно выделить слово или сделать паузу, как голосом.
Коридор. Длинный проход вдоль галерей завален обломками: куски её гранитных скамей вперемешку с разломанными LED-панелями, будто после взрыва. Многие камни из португальских карьеров. Вся эта масса стоит на моторах и раскачивается взад-вперёд, а по осколкам всё ещё бегут обрывки текста и света.
Truisms (1977-79) и Inflammatory Essays (1979-82). Ранние анонимные расклейки с афоризмами, с них она начинала в Нью-Йорке. Авторство намеренно не указано, будто это ничей общий голос.
Laments (1989). Тринадцать гранитных саркофагов с синхронными экранами, реквием по эпохе СПИДа, голоса умерших от первого лица.
READY FOR YOU (2023-25). Картина по записке «THEY ARE READY FOR YOU WHEN YOU ARE», которую передали Трампу перед 6 января 2021. Из её живописи по рассекреченным документам, где текст наполовину затёрт цензурой.
О художнице. Jenny Holzer (р. 1950, США). Начинала с абстрактной живописи, а потом стала вводить в работы текст, потому что «хотела содержания». Свою первую и самую известную серию Truisms (короткие фразы-афоризмы, «прописные истины») она собрала из сложной философской литературы, пересказав её и анонимно расклеив по Нью-Йорку. Из «Поколения картинок» вместе с Barbara Kruger и Cindy Sherman, но, в отличие от них, не соединяет текст с картинкой, а делает изображением сам текст. В 1990-м представляла США на Венецианской биеннале и получила «Золотого льва». Работы в MoMA, Guggenheim, Tate.