Телеграм канал «Смерть-просвет от Death Foundation»

Приглашаем вас на лекцию от Лены Лайне - доулы смерти из нашего реестра доул.

Лекция пройдет 6 октября.

«Горе — это не болезнь. Но её стараются из него сделать»
о современных подходах к работе с гореванием и о осложненном горе.

Подробности и регистрация на лекцию по ссылке.

🖍 Мы поговорили с Леной, задали ей несколько вопросов о том, что будет на этой лекции и почему помогающим специалистам (психологам, доулам смерти и горя и другим, кто работает в сфере утрат) эта лекция будет полезной:

• На курсах DF мы изучаем нелинейность горя и концепции горевания. Чем будет отличаться твоя лекция? О каких моделях горевания ты хочешь рассказать?

«Когда я разговаривала с Анастасией, я поняла, что на вашем курсе вы уже изучаете две современные концепции горевания (может и больше, но я запомнила, что две) и, конечно, знаете, что горе нелинейно. Поэтому на моей лекции это просто отправная точка.

Одна из причин, почему эта лекция вообще появилась, - я постоянно замечаю, что модель Кюблер-Росс до сих пор используют даже специалисты, которые работают с горем. Поэтому в начале я немного разбираю, как эта модель возникла, что именно первоначально описывала Кюблер-Росс и как впоследствии её стали применять к bereavement гораздо шире исходного контекста.

Дальше мы разберем пять современных теорий и моделей горевания. Мне важно не просто перечислить их, а показать, как каждая из них меняет взгляд специалиста на человека после утраты. Мы будем говорить о колебании между контактом с утратой и возвращением к жизни, о продолжающейся связи с умершим, об изменении идентичности и отношений, о реконструкции смысла после потери, о разных траекториях адаптации и устойчивости. И главное - о том, почему сегодня нам всё труднее говорить о каком-то одном способе горевать.»

• Мы знаем, что ты много времени посвятила изучению темы медикализации горя и последним исследованиям на этот счет, можешь немного про это рассказать? Будешь ли ты касаться на лекции пролонгированной реакции горя, или все в рамках "здорового горевания"?

«Пролонгированную реакцию горя я обязательно буду разбирать. Более того, без неё разговор о современной концептуализации горя был бы неполным. Будем говорить о Prolonged Grief Disorder, о том, как и почему эта диагностическая категория появилась, что именно диагностируется, чем PGD отличается от обычного длительного горя, а также от депрессии и PTSD, и почему один только факт, что человек продолжает сильно горевать спустя долгое время, ещё не позволяет автоматически говорить о расстройстве.

И здесь как раз начинается самая интересная дискуссия. С одной стороны, выделение PGD позволяет увидеть людей, которые действительно тяжело страдают и нуждаются в специализированной помощи. С другой существует реальный риск превратить человеческую реакцию на смерть в медицинскую проблему просто потому, что она длится дольше или выглядит иначе, чем общество ожидает.

Поэтому лекция будет не только про здоровое горевание. Мне хочется посмотреть на весь континуум: от огромного разнообразия нормальных реакций на утрату до той точки, где у специалиста появляются основания думать о клиническом расстройстве.

И отдельно мы посмотри, как всё это практически влияет на изменения в нашей работе: какие вопросы мы задаём человеку, что считаем нормой, что принимаем за симптом и насколько наши собственные представления о правильном горе влияют на помощь, которую мы оказываем.»

Регистрируйтесь на лекцию по ссылке, ждем вас ❤️

У малых народов все еще живы их похоронные традиции, хотя их остаётся все меньше и меньше.

У ненцев традиционное кладбище - хальмер. Они не хоронят умерших в земле, а оставляют на поверхности.
Усопшего хоронят на следующий день после смерти, тело не обмывают. Выносят покойного не через вход чума, а с той стороны, где он лежал, чтобы дух не нашёл дорогу обратно.

Мужчин везут на мужских нартах, женщин - на женских. Отдельные нарты - для вещей и досок гроба. Чем длиннее аргиш, тем выше статус умершего.

Тело помещают в деревянный ящик на сваях. В одной части - покойный, в другой - его вещи. У могил оставляют имущество, иногда оленей, лодки, нарты, сегодня - даже снегоходы.

Вещи повреждают и переворачивают: по ненецким представлениям, в ином мире всё зеркалится — сломанное станет целым.

Захоронения не навещают и не обслуживают. После похорон чум окуривают и часто переставляют на новое место.

Я была возле такого захоронения летом.

У саамов раньше, до христианства и потом советизации, существовали захоронения на деревьях. Тела размещали на помостах, в ящиках или крепили к стволам и ветвям. Покойный оказывался между землёй и небом.

Представляете эту картину: "раз два три ёлочка гори" - только вместо шариков трупы.

Землю при этом не тревожили вовсе.
Поморы, как и многие старообрядцы Русского Севера, хоронят умерших с соблюдением строгих православных и народных традиций.

Подготовка тела: одежда, венчик, икона.
Гроб простой - из неокрашенных досок, часто с травой и опилками.
Поминальная трапеза - со специальным местом для покойного.

Автор статьи: Анастасия Левикова, соосновательница Death Foundation, психолог, доула смерти

Как хоронят в условиях вечной мерзлоты.

Грунт вечной мерзлоты на Крайнем Севере способен выдавливать захоронения на поверхность земли.

Поэтому обычное «выкопать могилу» там часто невозможно.

В городах с этим научились справляться таким образом:

Могилы не копают - их дробят. Используют отбойные молотки, гидромолоты, экскаваторы. Зимой промёрзшая земля по плотности почти как бетон.

Иногда делают "прогревание могил" - тепловыми пушками, электрическими матами, паром или горячей водой. Это занимает часы или даже дни и стоит дорого.

Чтобы гроб потом не «всплыл», делают бетонные короба, свайные конструкции, полузаглублённые или надземные захоронения.

Поэтому в северных городах очень высокий процент кремаций - в отдельных местах до 60–90%. Это дешевле, проще логистически и не зависит от состояния грунта. Прах хоронят в колумбариях или перевозят в другие регионы.

Вы заходите к другу в больничный коридор, у него утром умер отец. Он сидит, смотрит в одну точку, ничего не говорит.

И вы, чтобы заполнить эту тишину, произносите: «Держись. Всё будет хорошо.»

Ваш друг не ответил, отвернулся, и пауза стала ещё неудобнее, чем была до этого.

Знакомо? Мы почти никогда не молчим в горе специально, мы просто не знаем, что делать с тишиной, и заполняем её первой попавшейся фразой. А эти фразы часто бьют не туда.

Поэтому вот какие слова лучше убрать из своего словаря на такие моменты:

1. «Всё будет хорошо» - эта фраза обесценивает то, что происходит с человеком прямо сейчас.

2. «Время лечит» - звучит как «просто перетерпи, само пройдёт».

3. «Он(а) сейчас в лучшем месте» - это ваша версия того, что там после смерти, а человеку нужна не версия, а поддержка.

4. «Ты сильный(ая), справишься» - а если хочется не справляться, а просто разрешить себе плакать?

5. «Хотя бы успел(а) попрощаться» - любое «хотя бы» сравнивает чужую боль с чем-то более страшным. Горю сравнения точно не нужны.

6. «Я знаю, что ты чувствуешь» - не знаете, потому что у каждого горе своё, даже если ситуация похожая.

И вот что можно сказать вместо пустых фраз:

«Мне очень жаль. Я рядом»
«Я здесь и никуда не тороплю тебя»
«Расскажи мне о нём/о ней, если хочешь, я готов(а) слушать»
«Привезу еду в четверг, тебе удобно?»

И иногда лучшее, что можно сделать - это просто посидеть рядом молча, не заполняя тишину.

Перешлите этот пост тому, кто сейчас рядом с человеком в горе 🤍

Это может уберечь от неловкой паузы и от чувства вины, которое потом застревает в памяти.

Курс «Доула горя» ЗАКРЫТ для набора, но есть курс, который тоже работает с темой утраты, просто с другой стороны.

Разбираем разницу и показываем, что внутри программы 🖤

Любили ABBA? Почему тогда на похоронах не может звучать Dancing Queen?

Ненавидели чёрный? Почему все не могут прийти в зелёном, розовом или леопарде?

Мы почему-то решили, что похороны должны быть серьёзными, мрачными и желательно максимально похожими на все предыдущие похороны.

И если кто-то смеётся на похоронах, то мы подозреваем его в нелюбви.
А если люди едят, пьют и рассказывают истории, то закатываем глаза - праздник какой-то устроили.

Но часто всё ровно наоборот: чем больше в прощании самого человека, тем оно честнее и живее.

И вот тут происходит интересная штука: начинаешь думать о своих похоронах и довольно быстро понимаешь, что вообще-то думаешь о своей жизни.

Потому что стоит только начать представлять свои идеальные похороны, как всплывают совсем не похоронные вопросы:

- Как я хочу, чтобы меня запомнили?
- Кто должен быть рядом в этот момент?
- Что в этом событии сделано так, как действительно нравится мне, а что навеяно мнением других людей?
- Что я люблю настолько сильно, что хочу забрать это даже в последнее событие своей жизни?

То, каким вы видите свой уход, много говорит о том, как вы хотите жить.

Расскажите в комментариях, какими были бы ваши похороны мечты? Не ограничивайте себя! Можно любые: музыку, место, еду, одежду, ритуалы, всё, что угодно. И главное: что этот сценарий говорит о вашей жизни?

В фильме «Статистическая вероятность любви с первого взгляда» есть сцена, которая переворачивает привычное представление о похоронах.

Семья устраивает для тяжело больной женщины «похороны при жизни». И это не то, что вы представили. Никакого чёрного, никакой тишины, никакой скорби по расписанию. Это вечеринка: люди собираются, смеются, рассказывают истории, говорят друг другу важные слова.

А сама героиня в какой-то момент произносит:
«Я ненавижу, когда люди говорят обо мне что-то хорошее за моей спиной. Это трагическое упущение.»

И в этом и есть главная мысль. Прощание не обязано быть чёрным, тихим и построенным по шаблону, который придумали не вы.