Телеграм канал «Смерть-просвет от Death Foundation»

Эмпатия и утешение
В книге «Эти гениальные птицы» Акерман описывает эмпатию у птиц. Вороны «утешают» жертву агрессии – прикасаются клювами, придвигаются телом. Это указывает на теорию разума: способность понимать эмоциональное состояние другого.
У птиц те же области мозга, гормоны и нейромедиаторы, что и у нас. Потеря близкой особи нарушает привычный звуковой и визуальный ландшафт: то, что птица слышит и видит каждый день. Это вызывает состояние, идентичное биологическому стрессу и меланхолии.
У попугаев и певчих птиц после стресса усиливается взаимная чистка перьев и физический контакт с тем, кому плохо — поведение, похожее на социальное утешение.
И это третье: мы нуждаемся в утешении, когда горюем. Наши близкие тоже. Поэтому важно уметь просить поддержку для себя, и оказывать её бережно и уместно тем, кому она нужна

Автор:
Софья Александрова, доула смерти

Источники:
Barbara J. King — How Animals Grieve (University of Chicago Press, 2013)
Jennifer Ackerman — The Genius of Birds (Эти гениальные птицы)
Kaeli Swift, John M. Marzluff — исследования поведения врановых рядом с погибшими сородичами («crow funerals»), University of Washington:
“Wild American crows gather around their dead to learn about danger”
(Animal Behaviour, 2015)

Я Зося, доула смерти и психолог, а ещё я больше четырёх лет занимаюсь бёрдвотчингом: любительским наблюдением за птицами, их изучением и фотографией.
Сейчас переходный период в природе — пролёт, миграция. Птицы летят с юга на север, возвращаясь к местам гнездования.
Птицы удивительны: прямые потомки динозавров, они не потеют, ориентируются по магнитным полям, видят в ультрафиолете и способны перелетать десятки тысяч километров. А ещё они испытывают эмоции и способны на привязанность — а значит, вероятно, и на горе.
Гореванием я буду называть то, как говорят о скорби в научном смысле, когда есть:
— избирательная связь,
— потеря конкретного индивида,
— изменение поведения, выходящее за рамки краткого стресса,
— временная фаза дезорганизации.
У ряда видов птиц эти критерии выполняются. И я хочу рассказать, чему мы можем поучиться у них в скорби и горевании.

Ритуалы
Есть исследования о том, как врановые ведут себя рядом с умершими сородичами — так, будто у них есть свои поминальные собрания. Вороны собираются вокруг тела, тревожатся, кричат, созывая других птиц. Потом изучают умершего, запоминают место и в следующие дни становятся осторожнее в этой локации.
Фиксировали и другое: рядом с телом находили палочки и мусор, например, фантик, возможно принесённые птицами, знавшими погибшего.
Если ворону убивают на глазах у других, жертва издаёт специфический сигнал дистресса, который притягивает остальных, создавая коллективную реакцию вокруг смерти.
Это поведение сочетает социальную мобилизацию, сильное эмоциональное возбуждение, сложную когнитивную обработку и запоминание. Это не горе в человеческом понимании, но явно значимое социально-эмоциональное событие.
Реакция птиц на смерть — активная, не игнорирующая. И это первое, чему мы можем у них поучиться: не избегать смерти, не убегать от своих эмоций, не отворачиваться от прощания. Потому что смерть и горе естественны и неизбежны.

Поведение и привязанность
Американский антрополог Барбара Дж. Кинг изучает эмоции и когнитивные способности животных. Она описывает, как птицы, привязанные друг к другу или к человеку, меняются после утраты: снижается активность, меняются привычки и поведение.
Известна история двух уток-мулардов, Коля и Харпера, которых в 2006 году привезли в нью-йоркский приют. Оба страдали от болезни печени. Болезнь Коля оказалась сильнее, и его усыпили. Харпер был рядом. После смерти Коля он прижался к неподвижному телу, положил голову и шею ему на голову и шею и оставался так несколько часов. Два месяца спустя Харпер тоже умер. Когда два существа разделяют такую близость, пишет Кинг, горе возникает из потери любви.
Орнитолог Дженнифер Акерман описывает западноамериканских кустарниковых соек: после гибели сородича птицы собираются вокруг тела, издают особые сигналы. Горюющие особи становятся апатичными, поникают, подолгу остаются рядом с местом гибели.
Это второе, чему учат птицы: изменение поведения после потери — нормально. Птицы меняются, когда теряют кого-то близкого. Мы с вами тоже имеем право на любые реакции: скорбь, бессилие, усталость, неожиданные эмоции. Через них мозг адаптируется к новой реальности.

Продолжение 👇

Я Зося, доула смерти и психолог, а ещё я больше четырёх лет занимаюсь бёрдвотчингом: любительским наблюдением за птицами, их изучением и фотографией.
Сейчас переходный период в природе — пролёт, миграция. Птицы летят с юга на север, возвращаясь к местам гнездования.
Птицы удивительны: прямые потомки динозавров, они не потеют, ориентируются по магнитным полям, видят в ультрафиолете и способны перелетать десятки тысяч километров. А ещё они испытывают эмоции и способны на привязанность — а значит, вероятно, и на горе.
Гореванием я буду называть то, как говорят о скорби в научном смысле, когда есть:
— избирательная связь,
— потеря конкретного индивида,
— изменение поведения, выходящее за рамки краткого стресса,
— временная фаза дезорганизации.
У ряда видов птиц эти критерии выполняются. И я хочу рассказать, чему мы можем поучиться у них в скорби и горевании.

Ритуалы
Есть исследования о том, как врановые ведут себя рядом с умершими сородичами — так, будто у них есть свои поминальные собрания. Вороны собираются вокруг тела, тревожатся, кричат, созывая других птиц. Потом изучают умершего, запоминают место и в следующие дни становятся осторожнее в этой локации.
Фиксировали и другое: рядом с телом находили палочки и мусор, например, фантик, возможно принесённые птицами, знавшими погибшего.
Если ворону убивают на глазах у других, жертва издаёт специфический сигнал дистресса, который притягивает остальных, создавая коллективную реакцию вокруг смерти.
Это поведение сочетает социальную мобилизацию, сильное эмоциональное возбуждение, сложную когнитивную обработку и запоминание. Это не горе в человеческом понимании, но явно значимое социально-эмоциональное событие.
Реакция птиц на смерть — активная, не игнорирующая. И это первое, чему мы можем у них поучиться: не избегать смерти, не убегать от своих эмоций, не отворачиваться от прощания. Потому что смерть и горе естественны и неизбежны.

Поведение и привязанность
Американский антрополог Барбара Дж. Кинг изучает эмоции и когнитивные способности животных. Она описывает, как птицы, привязанные друг к другу или к человеку, меняются после утраты: снижается активность, меняются привычки и поведение.
Известна история двух уток-мулардов, Коля и Харпера, которых в 2006 году привезли в нью-йоркский приют. Оба страдали от болезни печени. Болезнь Коля оказалась сильнее, и его усыпили. Харпер был рядом. После смерти Коля он прижался к неподвижному телу, положил голову и шею ему на голову и шею и оставался так несколько часов. Два месяца спустя Харпер тоже умер. Когда два существа разделяют такую близость, пишет Кинг, горе возникает из потери любви.
Орнитолог Дженнифер Акерман описывает западноамериканских кустарниковых соек: после гибели сородича птицы собираются вокруг тела, издают особые сигналы. Горюющие особи становятся апатичными, поникают, подолгу остаются рядом с местом гибели.
Это второе, чему учат птицы: изменение поведения после потери — нормально. Птицы меняются, когда теряют кого-то близкого. Мы с вами тоже имеем право на любые реакции: скорбь, бессилие, усталость, неожиданные эмоции. Через них мозг адаптируется к новой реальности.

Продолжение 👇

На курсе по фасилитации осталось всего 2 места.
Стартуем 20 мая, повтор пока не планируем. Ловите свой шанс — записаться можно на нашем сайте.

Кстати, запись вчерашней встречи Q&A — уже в нашем боте. Доступ будет открыт до 23:59 (GMT+3) этого понедельника, 18 мая.

На встрече разобрали многие вопросы о курсе и фасилитации. Посмотрите, если ещё думаете: это хорошая возможность познакомиться с форматом и решить, подходит ли курс вам.

Приглашение от Саши Леи Адины на встречу Q&A, которая состоится уже в этот четверг, 14 мая, в 19:00 (GMT+3)!

Подробности — в посте, зарегистрироваться можно по этой ссылке.