Телеграм канал «Контражур Ирины Павловой»

Давным-давно, когда мы все еще жили в Ленинграде – вернее, в не так давно переименованном Санкт-Петербурге, который мы еще не привыкли называть по-новому, – я взяла с собой сыночка на Московский фестиваль.
Мы долго были в разлуке: как-то так получилось, что сначала он уехал в Америку, потом, когда он вернулся – я уехала, а потом и папа наш в ту же самую Америку уехал.
Мы остались с сыном вдвоём и я не захотела бросать его одного дома, в Питере.
Я была членом жюри ФИПРЕССИ, и мне можно было приехать за счет фестиваля «с парой» – он и стал моей «парой».
Он наши киношные тусовки никогда не любил, но соскучился всё же по мне, и потому поехал.
Мы пошли на открытие фестиваля в кинотеатр «Россия», который был в гостинице «Россия», и кто-то нас сфотографировал.
Мы оба почему-то смущены, я это вижу.
Я от смущения всегда смеяться начинаю.
А Илья просто смущён...

85 лет Юрию Норштейну.
Обыкновенному гению, живущему среди нас.
Люблю у него всё – всё-превсё!
«Лиса и заяц», «Цапля и журавль», «Ёжик в тумане», «Сказка сказок» – всё прозрачное, тончайшее и прекрасное.
Уникальный стиль норштейновской анимации, темп и ритм повествования, невероятные визуальные эффекты делают его работу чем-то большим, чем просто «рисованый кинематограф». Это уже из области заоблачного.
Но «Шинель», – фильм, который Норштейн снимает с 1986 года, уже 40 лет, почти половину собственной жизни – это просто что-то немыслимое, запредельное.
Отснято 30 минут волшебства, из запланированных 60 минут.
Словами это пытаться объяснить – получится какая-то техническая белиберда. Ну, я знаю, что Норштейн использует уникальную технику, чтобы придать своей анимации трехмерный вид. Он работает с несколькими стеклянными панелями, которые создают эффект перемещения персонажей. Это называется техникой перекладки. Используется чёрно-белая плёнка, и проявка плёнок выполняется им самостоятельно.
Ну, и что мне с того, что я знаю?
Это вот всё совершенно не объясняет магии, чуда, волшебства.
И еще я знаю, что фильм, когда-то остановившийся в производстве по причине отсутствия денег на продолжение работы, за эти годы кто только ни предлагал профинансировать. Норштейн не каждые деньги соглашался взять. Словно, будущий фильм стал бы от этого хуже. А, может, и в самом деле бы стал – как знать.
Мне вообще иногда кажется, что он не хочет со своей «Шинелью расставаться – потому что завершить её, это значит – отдать в чужие руки. А он с нею уже прожил почти полвека.
Я даже не знаю теперь, больно ли мне, что и сегодня фильм по-прежнему остается незавершенным. ..
Есть же такое понятие в культуре – незавершённый шедевр. Незавершённый не по причине того, что художник физически не успел – как Моцарт не успел завершить свой «Реквием ре минор», а потому что не хотел завершать – как Микельанджело не хотел завершать свою «Пьету Ронданини»…
Но, в любом случае, «Шинель» останется в истории анимации памятником подвижнического труда художника, и испепеляющей жажды совершенства.
Я знаю: это всё – только мои догадки, я могу и ошибаться, так что даже не трудитесь немедленно вступать со мною в спор.
Просто Норштейн – и сам – загадка. Думаю, на самом деле, он – тайна даже и для тех, кто считает, будто хорошо его знает.
Последний гений, последний волшебник, последний осколок Золотого века кинематографа, который никто не спешит признавать золотым.
С юбилеем Вас, великий Юрий Борисович! https://www.youtube.com/watch?v=1a2PLJcRmYI

Литликбез.

Почти забытый всеми (только по фильмам сегодня его и помнят) писатель начала прошлого века...
В июле ему исполнилось ровно 135 лет - хоть бы одна душа заикнулась, вспомнила.
Социальный статус у него был достаточно скромный - не то, что у нынешних корифеев литературной мысли.
При жизни числился "писателем второго эшелона".
Числиться мог бы даже и в третьем - тогда табель о рангах строгая была - но очень уж полюбили его экранизировать.
Да и как не экранизировать вот такое, до которого, - "второэшелонного", - нынешним корифеям - как до неба.

"...Когда заткнул Колчак ощеренным винтовками человечьем месивом, как тугой пробкой, Оренбургскую линию, посадив на зады обомлелые паровозы – ржаветь в глухих тупиках, – не стало в Туркестанской республике черной краски для выкраски кож.
А время пришло грохотное, смутное, кожаное.
Брошенному из милого уюта домовых стен в жар и ледынь, в дождь и ведро, в пронзительный пулевой свист человечьему телу нужна прочная покрышка.
Оттого и пошли на человечестве кожаные куртки.
Красились куртки повсюду в черный, отливающий сизью стали, суровый и твердый, как владельцы курток, цвет.
И не стало в Туркестане такой краски.
Пришлось ревштабу реквизировать у местного населения запасы немецких анилиновых порошков, которыми расцвечивали в жар-птичьи сполохи воздушные шелка своих шалей ферганские узбечки и мохнатые узорочья текинских ковров сухогубые туркменские жены.
Стали этими порошками красить бараньи свежие кожи, и заполыхала туркестанская Красная Армия всеми отливами радуги – малиновыми, апельсиновыми, лимонными, изумрудными, бирюзовыми, лиловыми.
Комиссару Евсюкову судьба в лице рябого вахтера вещсклада отпустила по наряду штаба штаны и куртку ярко-малиновые.
Лицо у Евсюкова сызмалетства тоже малиновое, в рыжих веснушках, а на голове вместо волоса нежный утиный пух.
Если добавить, что росту Евсюков малого, сложения сбитого и представляет всей фигурою правильный овал, то в малиновой куртке и штанах похож – две капли воды – на пасхальное крашеное яйцо.
На спине у Евсюкова перекрещиваются ремни боевого снаряжения буквой «X», и кажется, если повернется комиссар передом, должна появиться буква «В».
Христос воскресе!
Но этого нет.
В Пасху и Христа Евсюков не верит.
Верует он в Совет, в Интернационал, Чеку и в тяжелый вороненый наган в узловатых и крепких пальцах..."
Борис Лавренёв.
"Сорок первый".

Вечер.
Закат над морем.

Розенбауму – 75!
Не скажу, что это мой любимый автор и мои любимые песни.
Но, будем честны: у каждого человека моего поколения есть хотя бы одна любимая песня из его репертуара.
У меня тоже есть.
Когда наша маленькая поющая компания – мы с Юрой, Оля Тумасова, Таня Москвина и Таня Позняк – собирались либо у нас на Невском, либо у Ольги на Ваське, мы под выпивку и хорошую закуску пели многое и много, пели хорошо и слаженно, любили это дело.
И для затравки, для куражу всегда начинали с лихой блатной песни «Гоп-стоп». Мы под неё распевались, заводились, и дальше нас было уже не остановить.
В зависимости от того, где собрались, под эту песню в компанию обязательно подтягивался кот – на Невском Тихон, на Ваське – Степан. Тоже любили слушать.
Это были для всех нас не очень простые, но очень счастливые времена, когда мы все хорошо понимали друг друга, любили друг друга, и всем нам казалось, что впереди у нас много лет счастья.
Мы уже давно разъехались по разным городам. И очень давно не собирались и не пели. И нет уже и Юры, и Тани Москвиной.
Но я это всё помню и люблю.
Так что, как не вспомнить автора с благодарностью и как не поздравить с юбилеем!
https://ok.ru/video/9648877668970

Думала про разное - про свою жизнь, и про работу, которую пишу, и про судьбы, которые в ленте всплывают...
И вдруг поняла: счастье и "долгая счастливая жизнь" сложились у тех, кто смог перетерпеть.
Перетерпеть нужно было многое.
Кому-то - нищету и утрату былого статуса.
Кому-то - внезапно открывшиеся слабости близкого человека.
Кому-то - измены, и вечные "поиски себя".
Кому-то - блеск новых романов и иллюзию "волшебных перспектив".
Кому-то - просто старение любимого человека, который в один прекрасный миг вдруг перестал соответствовать идеалу.
И оказалось, что перетерпеть смогли очень, очень немногие. Почти все "поторопились".
А счастье и жизнь, в основном, так и достались именно тем, кто перетерпел.