Телеграм канал «Контражур Ирины Павловой»

https://tsargrad.tv/news/russkie-idut-obshhemoskovskoj-krestnyj-hod-sobral-tysjachi-ljudej-prjamaja-transljacija_1845379

Вспомнилось из развеселой школьной юности - актуальное.
...Колесников, как обычно, положил себе на причинное место круглое зеркальце и, не поворачиваясь, подглядывает в него за своей симпатией - Дикаревой, сидящей позади.
Училка пишет на доске, спиной к нам.
Двухметровая Дикарева, ноющим голосом: "Жанвасильна, а чего Колесников за мной в зеркало подглядывает?!".
Жанна, не оборачиваясь:
"Дикарева, а интересно, куда ты сама-то смотришь, что зеркало его увидала?".

Потому что мои предки не имели никаких черных, жёлтых, оранжевых рабов, а если и имели белых, то я считаю, что на земле моих предков, для начала, очень важны жизни именно коренных жителей, даже если они белые (сорри-сорри-сорри, я не толерантна!).
Я не хочу жить в России, где страшно выйти на улицу во время Курбан-Байрама. Ну-ка, скажите мне, сколько задниц мусульман, коренных жителей России, подняты к небу в эти дни на проспекте Мира в Москве или на Каменноостровском проспекте в СПб?
Думаю, не больше одной сотой.
Остальные – откуда-то приехали туда, где я и мои предки жили всегда; их кто-то зачем-то сюда привёз и впустил, а теперь они почему-то имеют право диктовать мне свои правила?
Нет, я не согласна, и это никак не вписывается в мой желаемый «образ будущего».
В мире, где спокойно забивают скот фермера под надуманным предлогом, а мне из каждого утюга талдычат про пользу еды из тараканов?
Да, блять, вы не убивайте фермерских кур и животных, не травите их землю, и никому не нужны будут тараканы!
Но кому-то очень надо, чтоб мы жрали именно тараканов…
В мире, где вдруг разрешают на вполне законных основаниях в мирное время убивать людей – «для их же пользы».
Это называется красивым словом «эвтаназия».
Да, и решение об этом примут ваши родственники. Или просто медработники – потому что «им виднее».
И вы можете сколько угодно орать, что готовы ухаживать за больной мамой или за больным ребенком. Но их теперь стало можно убить по решению медкомиссии. «Для их и вашей пользы».
Дома в 120 этажей, которые при любой маломальской аварии станут гибельными ловушками для людей – я хочу в них жить? Нет!
Но в эти дома насильно сгоняют людей, отнимая у них их пятиэтажные дома и любовно отремонтированные квартиры.
Хочу я жить в таком мире?
Нет, нет и нет!
Но это же и есть тот самый «образ будущего», который не отсылает меня к прошлому!
Так что разговоры разговорами, а приемлемого образа будущего у людей, в самом деле, нет.
Он, конечно есть. У нЕлюдей.
У рептилоидов, вроде Клауса Шваба, или Джорджа Сороса, или Билла Гейтса.
Но мне их «образ будущего», точно, не подходит.
Ни для себя, ни для моих детей.
И 2022 тут совершенно ни при чём.

Образ будущего.

Послушала разговор о времени и образе будущего с Павлом Щелиным.
Разговор был довольно сумбурный, но интересный.
Очень зацепила формула: «Всякий раз, когда мы пытаемся выстраивать для себя образ будущего, мы, в сущности, хотим вернуть себя в прошлое».
Щелин считает, что «Никто сегодня не хочет жить в мире после 2022 года».
Понятно, почему он так считает, и я тоже не хочу «жить в мире после 2022 года», и я тоже хочу вернуться в условный 2007-й, когда жизнь была довольно уютна, и всем казалось…
…И тут мой мозг сразу нажимает кнопку «стоп».
Потому что из дня сегодняшнего я понимаю, что именно «казалось», а не «было».
Что всем казалось, будто современное человечество доброжелательно по отношению ко всем – но, сорри, через каких-то полгода грянет война в Осетии, которую, я допускаю, «не заметили» в мире, но очень «заметили» мы, и Осетия, и Грузия.
Вопрос о «доброжелательном человечестве» сразу разбивает эту прекрасную дату в пух и прах, по крайней мере, для меня.
Ну, хорошо: будем считать, что я здесь – не показатель, и «давайте не будем обсуждать ту войну».
Хм. Можно, конечно, и не обсуждать, но у одной из трёх сторон – независимо от правоты или неправоты, – осталась неизжитая травма, которую просто немножко «зализали», но сама по себе она никуда не делась.
Если возвращаться в условный 2001-й, то, извините, это был не просто гигантский уровень всемирной травмы, это была – в результате той самой травмы – отмена всех базовых понятий свободы в самом «очаге» свободы.
Ну, мы, что называется, «мимо проскочили», но сам факт того, что «так было можно» (в смысле отмены «в целях безопасности» и базовых свобод, и базовой неприкосновенности личности, к которым человечество шло последние лет 200), никуда не делся. Он осел в истории.
Ну, и так далее: куда ни сунься в недалёкое прошлое, – везде окажется какой-нибудь узел проблем, которые кого-то касаются, кого-то не касаются, – но последствия этих событий не слишком приятны будут для всех.
И тут обнаруживается самое интересное: я действительно ковырялась в прошлом, в поисках «желаемого будущего». Я ничего не могла себе вообразить с точки зрения реального прогресса. «Образ будущего» у меня складывался из прошлого, и с этим ничего нельзя было поделать.
Но, допустим, по Щелину, «мы все не хотим жить после 2022 года».
ОК. Отлично. Готова согласиться.
Но и в 2020-й я бы вернуться точно не хотела.
Я ничего не забыла, и для меня именно та травма стала самой мучительной, самой нестерпимой. Когда черное называли белым, когда ложь была всемирной политикой, когда насилие над личностью приобрело совершенно невыносимые формы, когда официальная отмена всех личных прав и свобод в самом прямом смысле заставляла меня искать продающийся дом в тайге, чтобы спрятаться от государства, – главное, чтобы была дровяная печка, дровяная баня и вода рядом.
Это помимо того, что я подвергалась в ту пору еще и социальному остракизму, социальной травле со стороны собственного достаточно близкого окружения.
Значит, 2020-й год тоже отправляем в минус.
А 2014-й – что, в плюс, что ли? Только если сильно зажмуриться.
А ещё мне тут недавно по электронной почте с незнакомого адреса пришло письмо с вежливой просьбой удалить из «запрещенной соцсети» мой пост про балет, потому что «как бы чего не вышло».
Я перепугалась до смерти, потому что сразу вспомнила, как меня в 90-е в СПб однажды скрутили сзади – я даже не видела, кто – и сказали: «Мы в курсе, где учится твой парень, так что не шали!».
В общем, «образ будущего» в прошлом – у меня не очень-то и складывается.
Ну хорошо; не стану лезть в прошлое в поисках образа будущего.
Что из настоящего я хотела бы отменить в образе будущего?
Да, практически, всё, появившееся в 21 веке.
Я и в самом деле не хочу жить в мире экзистенциальной войны (где жертвы отнюдь не экзистенциальны, они вполне реальны).
Я не хочу жить в мире, где происходит мигрантский кризис в Сеуте, где прямо в магазине мигранты насилуют 13-летних девочек, а суды отпускают насильников на свободу, «поскольку они раскаялись».
Я вообще не хочу жить в мире с любыми формами БЛМ.

Читала сперва главы второго тома «Мёртвых душ», а потом – про весь сюжет с сожжением второго тома: ужасно всё же интересно, что же там было такое, из-за чего Гоголь не пощадил своё творение.
Разные есть точки зрения, и их довольно много.
В том числе, существует и такая: «акция сожжения» была произведена (уже не в первый раз!) «из соображений интересничанья», т.е. как своего рода пиар-акция. Он же не знал, что через 10 дней умрёт?
У Золотусского очень стройная есть концепция, почему вообще так получилось. В том числе и то, что к ночи 12 февраля Гоголь подошел не просто в состоянии острого кризиса, а в состоянии тяжелейшего физического и психического истощения, в настрое буквально истерическом.
Правда, никак не объясняется то, что наутро Гоголь плакал и корил себя за сожжённую по ошибке «не ту» папку…
Но, тем не менее, кое-какие основания для допущений об «интересничании» имелись, поскольку немало было сказано про лживость, заносчивость, раздражительность, склонность к мистифицированию и невыносимое мифотворчество Гоголя.
Про то, например, что свою дружбу с Пушкиным Гоголь сильно преувеличивал, и что сам Пушкин его в своих друзьях не держал.
Вообще, про то, что, по весьма даже деликатным воспоминаниям современников, Гоголь был неискренний, капризный, в высшей степени эгоистичный человек, который практически всегда вёл себя буквально за рамками приличий, и ради собственной популярности способный на любые, в том числе и довольно скверные поступки.
Но ко всем этим свидетельствам так или иначе предпосылались комментарии исследователей, объясняющие это вот всё слабым здоровьем, нервами, перфекционизмом, «творческой погруженностью» и тэдэ и тэпэ.
Подумалось: а ведь на всё вот это очень похож портрет Подколёсина в «Женитьбе» (за исключением, разве что, патологической лживости).
Который совсем не вызывает отвращения, а, напротив даже, вызывает сочувствие.
Так или иначе, а мы привыкли к тому, что даже столь странные и противоречивые люди, как Достоевский, всё же и в письмах своих, и в художественном творчестве именно что высказывались, в т.ч. и относительно собственных фобий, страстей, пороков..
А Гоголь – словно бы всегда и всюду свою личность скрывал и затушёвывал, а если и пробалтывался о себе, то только вот так – как в случае с Подколёсиным: мимоходом и по мелочи…
И ещё есть загадка, меня чрезвычайно занимавшая всегда: невероятное сходство портретов Андрея Ивановича Тентетникова из 2 тома и Ильи Ильича Обломова у Гончарова, которые сочинялись практически одновременно, а сходство между собой имели иной раз – почти детальное…
И все объяснения литературоведов – и тогдашних, и сегодняшних – мне ничего про это невероятное сходство не объясняют, а только всё запутывают своими утверждениями, что «никто ни у кого не списывал»…

Почему-то с утра, глянув в зеркало, думаешь: ну, что заслужила, с тем и будешь ходить.
А к вечеру собираешься на прогулку, смотришь и думаешь: а что, всё не так еще и плохо.
За день отвиселось.
😉

Лонгрид от моего любимого автора о феномене Виленской и не только. Ссылки на оригинал в фб и в вк.
«...И, наконец, о главном. Центральное событие дискуссии – мне кажется, не Анна, не музыковеды (с ними возмущенной аудитории всё ясно до их первой реплики) и, конечно, не средневековье (когда оно ваще было). В центре дебата – Бунт Лохов, Новое Торжество Невежества. Эпистемофилическая русская пословица «соловья баснями не кормят» устарела как минимум пару столетий назад – ещё Александр Сергеич заметил: «бессмысленная чернь.. легко пустой надежде предана, мгновенному внушению послушна, для истины глуха и равнодушна, а баснями питается она». Слушателям Виленской совершенно не интересны реальные подробности жизни Баха, глубинные механизмы создания симфоний или сложные проблемы темперации (Анна очень тонко чувствует этот запрос). «Фельетонное общество», на которое она ориентируется, почти научно описано Германом Гессе, получившим за это Нобелевскую премию. Автор «Игры в бисер» отметил появление гигантского спроса на «ничтожную занимательность», окормленную «наспех и безответственно изготовленным товаром широкого потребления»... https://www.facebook.com/buratinovich/posts/pfbid022y5gDHDELrvAKxy4uHpkhh66vW55S6gkSGw13HPUhdHxTkBw8LZRTJ4PtJ4Jesrml https://vk.ru/id616732?z=photo616732_457247740%2F431ef9979596a83b60