Боже, какой же он был гений, как же он всё точно предсказал!
Только мы-то всё время считали, что он про нас пишет, а он на нас чхать хотел.
Я когда это при совке читала, думала, что он так провидит развитие нашего «социализма».
А ему этот наш довольно лицемерный социализм – с хорошо выкормленными диссидентами в каждой кухне и кукишем в каждом кармане – был глубоко до лампочки.
Он провидел совершенно другое!
Я же знала – но забыла!
«...Мышления в нашем современном значении не будет. Правоверный не мыслит – не нуждается в мышлении. Правоверность – состояние бессознательное...»
Оруэлл, «1984»
В 1927 году было начато строительство Днепрогэс, во главе строительства стоял (вернее, формально значился главным инженером, – а на самом деле был Генеральным директором стройки) выдающийся инженер, 49-летний Александр Васильевич Винтер.
Это ему, якобы, принадлежала фраза: «Гидроэлектростанция имеет гигантский запас прочности, и практически недоступна техническому разрушению. Разрушить её смогут только разгневанные обыватели! Просто понавертят в плотине дырочек!».
Я вот сейчас подумала, что РКН тоже строит своего рода плотину – с блокировками интернета, отключением VPN, торможением самых популярных ресурсов.
И, конечно же, выстроит.
Но таких умных, как Винтер, сегодня уже не делают.
И потому некому в РКН учесть фактор «разгневанного обывателя», который непременно – чисто из вредности – может накрутить в плотине дырочек и тем самым разрушить неразрушаемое.
Просто вспомнила вдруг, как сама в школьной юности ловила на радиоприёмник «вражеские голоса» – школьницей, 9-классницей.
И никакое КГБ не могло меня остановить.
Вот и в прошлую (горбачевскую еще) антиалкогольную кампанию, и в нынешнюю – антитабачную – всё время хочу спросить господ цензоров: они что, всерьёз считают, что люди выпивать и курить учились по фильмам?
Лично я – нет. Не по фильмам.
И тогда почему мне пишут сразу же, что в кадре никто не должен курить (а желательно – и выпивать).
То есть, трахаться можно сколько угодно; опять же – убивать в кадре тоже можно, с любой степенью подробности – тут плохому не научатся.
А пить или курить – ни-ни, все сразу начнут пробовать (до кина, видимо, никогда не пробовали).
Одна любопытная мысль пришла мне в голову в связи с «нарушением королевского протокола» Трампом (он похлопал короля Карла по плечу).
Я давно заметила, что к своему статусу люди относятся тем спокойнее и естественнее, чем раньше обрели этот статус.
Я, разумеется, понимаю, что в каждом отдельном случае огромную роль будет играть еще и воспитание, и образование, и окружение, но – тем не менее.
Вот, условно говоря, вчерашняя «подзаборница», внезапно ставшая «знатной дамой»: вырвавшаяся в звёзды или выскочившая замуж за богача, будет сильно отличаться в своей стилистике от той, которая родилась в богатой или знаменитой семье.
Для «урожденной» статус будет естественной нормой («ничего особенного»), кроме которой она ничего и не знала, – и потому носиться с ним и кичиться им она не будет.
Для выскочки – условной Божены, – которая десятилетиями за уши вытаскивала саму себя из ничтожества и нищеты, и смогла-таки вытащить – «отменив» всё своё, натуральное, начиная с паспортных данных, имени и фамилии – обретение статуса будет вечной причиной демонстрации этого статуса.
Именно подобные ей начинают тыкать в нос своё состояние, свою «вхожесть», свои знакомства и прочие материальные и нематериальные признаки «успешности», крайне болезненно относясь к любым напоминаниям о том, откуда она выбралась.
Я не раз наблюдала в реальной жизни людей, для которых быть богатыми естественно, и которые, став бедными, сохраняли поведенческую стилистику богатых (по принципу: «герцогиня и в лохмотьях – герцогиня!»), и «парвенюшек», которых сколько ни обучай другим поведенческим моделям, всё равно даже в своей демонстративной статусности будут вести себя как парвеню.
И еще нюанс: очень сильно отличаются между собой те, кто заработал статус и богатство (став, условно говоря, выдающимся деятелем в какой-то области благодаря своим знаниям и талантам) и те, кто просто «попал в случай» (быстро украл, удачно женился, совершил госпереворот, стал фаворитом, внезапно сделался популярным).
«Заработавший», как правило, относится к статусу как к «дополнительному бонусу заслуженного успеха», и потому, практически, не меняет своих привычных поведенческих моделей.
«Попавший в случай» немедленно начинает демонстрировать, подчеркивать, выпячивать свой «успех».
И, возвращаясь к исходной ситуации, я понимаю, что если королева Елизавета II (совершенно не желавшая становиться королевой, но с детства усвоившая, что такова её участь, и очень рано взошедшая на престол) по отношению к себе воспринимала как норму и дистанцию, и королевский этикет, и королевский статус, а нарушения протокола – как нарушения именно нормы, то сын её, до 70 лет «ходивший в принцах», так до конца и не стал «полновесным королём».
«Потрогать» Елизавету II никому даже в голову не приходило: люди инстинктивно чувствовали и соблюдали дистанцию.
А король Карл эту дистанцию вокруг себя «создать» не успел, и сам её не соблюдает, и на нарушение дистанции другими реагирует слабо.
Так что тут дело не только в плохом воспитании Трампа, а еще и в его ощущении, что «можно». И корень этого ощущения не в Трампе, а в короле.
Кстати, есть и обратный нюанс: всё-таки, это не король похлопал Трампа по плечу, а Трамп короля.
Королю демонстрировать свой статус не надо – он как-никак родился наследником престола, а Трампу, у которого срабатывает «синдром Божены», надо: он долго пробивался к своему президентству и много на этом пути претерпел поношений. Сейчас «отыгрывается».
Когда предстану перед Господом, то грехов мне вменится много.
Даже думать не хочу, сколько.
И среди них, боюсь, один из самых тяжёлых, это то, что я никогда никому не сказала: не надо тебе быть сценаристом, актером, режиссером.
А могла бы.
Понимаю, что это никого бы не остановило, да и человечеству никак бы не помогло, но хоть совесть была бы чиста.