Телеграм канал «Контражур Ирины Павловой»

Прочла несколько раз в ленте:
– Если думаете так-то и так-то – лучше сразу отфренживайтесь!
И всякий раз думаю: ойбля!
Ведь, вроде, – взрослые неглупые люди...
Это ж как же ж надо себя высоко ставить, как ценить принадлежность к себе, любимому, и к «своему кругу», чтобы вот прям всерьез, вслух, людей этим пугать?
Это ж просто титул какой-то, – «особа, приближенная к императору»!
Вот откуда у нас и берется такой вал наполеонов и наполеончиков всех мастей.
И всяк – карбонарий, ага.
А вообще, когда человек говорит что-то типа «если ты еще раз – то я не...», – он, во-первых, должен быть готов осуществить эту угрозу, и, во-вторых, чётко понимать, что эта угроза непременно должна испугать собеседника; что это вот «я не...» – реальная утрата, и собеседник сто раз подумает теперь, потому что не хочет (или боится) этого «я не...».
В противном случае и угроза дурацкая, и человек, даже если он не дурак, то уж точно выглядит дураком, – ибо на эту угрозу вполне может получить ответ «да и х@й с тобой!».

Спектакль Полины Агуреевой.

О странностях любви.

Была в театре Фоменко на генеральном прогоне спектакля Полины Агуреевой с длинным названием: «О любви (5 пудов любви, 22 несчастья, 33 истерики)».
Своеобразное «попурри» из пьес Чехова, составлено самой Полиной Агуреевой – точно, тонко, очень смешно и очень грустно – о том, что все любят всех и все не любят всех, что все любят не тех и всех любят не те.
3 часа пролетели, как одно мгновение, и уходишь из театра с ощущением, что так немного и нужно человеку для счастья, и так невозможно и глупо тратится это «немногое».
А еще, что, наконец, нашёлся человек, посмотревший на эти вечные чеховские 5 пудов любви «незамыленным» взглядом, и увидевший, наконец, что это – и в самом деле – комедии.
Про не самых правильных людей на свете, и живущих не очень правильно, – и да, не без драматизма, – но тем не менее.
Совершенно прелестны и неожиданны в этом спектакле все, но первые впечатления, конечно же про моих любимых – про совершенно восхитительную Наталью Курдюбову (генеральша Анна Петровна Войницева), про очаровательного, трогательного и нелепого Платонова (Илья Шакунов), про неожиданно умную и страдающую Шурочкку, жену Платонова (Наталья Мартынова – моя гордость – моя студентка!!!), и, разумеется, про Полину Агурееву, которой я не устаю восхищаться (Елена Андреевна Серебрякова).
Да, вот так вот в доме Лебедевых сошлись однажды персонажи самых разных чеховских пьес, да еще и еврейский оркестр (ансамбль Юрия Башмета «Солисты Москвы» во главе с мэтром – непременный участник последних спектаклей Агуреевой).
И оказалось, что для хорошего спектакля тоже нужно не так уж много: отличный автор, умный и талантливый режиссёр, хорошие актёры. И больше – ничего. Никаких выкрутасов, никаких особых спецэффектов. Никаких «мальчики играют девочек».
Не стану сейчас писать рецензию – схожу еще раз на спектакль, чтобы впечатления оформились.
Но уже сейчас могу сказать: те, кто купил билеты на эту премьеру – точно не пожалеют.
Ну, если они любят хороший театр, разумеется!

ДИПЛОМ.

Вот буквально вчера сидели с Мариной Трубиной и Андреем Руденским, и обсуждали возможности ИИ, как ими пользоваться и вообще - надо ли.
А тут мне лента воспоминаний услужливо вынесла мой собственный текст, который не грех и повторить.
Прочла в сети, что какой-то выпускник написал свою дипломную работу целиком из сети. Его "индекс цитирования" - 100%.
В связи с чем вузом был поставлен вопрос об ограничении пользования сетью.
Ну, правда, взрослые люди, а рассуждают как дети.
Ну, как, объясните мне, можно "ограничить" доступ человека в сеть? Электричество ему в доме отключить, что ли?
Никого почему-то не занимает вопрос по существу дела: как оказалось, что студенту настолько неинтересна выбранная им самим тема? Как оказалось, что у него нет никаких собственных мыслей и идей по этой теме? А чему тогда его учили все эти пять лет?
Я как-то в юности подрабатывала писанием чужих дипломов за деньги.
Меня тогда вопросы морали в этом смысле не интересовали вообще - мне были нужны деньги и я умела писать. Остальное казалось несущественным.
Но когда один мой "негритянский" диплом был защищён на четверку (заказчик был счастлив!) - я рыдала. "Мой" диплом не мог быть не отличным!
Павлов меня утешал: "Твой заказчик, - говорил мне муж, - лодырь и дебил, ему не могли поставить пятёрку ни по-какому. Даже если бы ему диплом писал ректор института".
Но я всё равно рыдала и вопила о справедливости.
Когда я писала свой собственный диплом - писала в спешке, потому что до этого аккуратно перепечатала на машинке мужнин диплом, написанный в срок, но от руки, - так вот, когда я его писала, передо мной стояла лишь одна проблема: как мне утолкать всё, что я знаю и хочу сказать, в предельные 80 страниц машинописного текста, да еще добавить туда непременные и обязательные цитаты классиков марксизма, которые в моём случае были нахуй не нужны и вообще было непонятно, куда их впихнуть (диплом я писала про Дэвида Уорка Гриффита).
При этом, красивые и правильные цитаты у меня уже были заготовлены - для них просто не было места, потому что для них надо было убрать из текста какие-то мои собственные мысли, казавшиеся мне важными.
И я не понимала, как их можно убирать - ведь тогда моя доказательная база будет не стопроцентной?
В общем, я это к тому, что если человек чему-то учился и хоть как-то научился - мне совершенно непонятно его нежелание или неумение показать себя в выбранной специальности.
Ясен пень, я понимала, что в лучшем случае мой диплом прочтут пять-шесть человек (включая меня и мужа) - я же не совсем идиотка была. Но для меня оставшиеся три - руководитель диплома, оппонент и председатель комиссии - были как раз теми "читателями", которые должны были мне сказать своё "ах!".
А уж когда я поступала в аспирантуру, и сам Александр Абрамович Аникст в Москве, при первом знакомстве, сказал "Ну, мне Смирнов твой диплом прислал, почитал я... Неплохо, неплохо... Только ты этот свой бред должна выбросить из головы - со своим этим кино. Занимайся театром, и не морочь голову!" - я была на седьмом небе (хотя бред из головы так и не выбросила).
И вот прошло с тех пор столько времени, а я это всё помню.
И абсолютно не понимаю, почему никого сегодня не волнует то, что у студента-дипломника после пяти лет обучения в голове не оказалось ни одной своей мысли, зато всех волнует то, что у него в доме есть интернет.

https://smotrim.ru/video/3074413

В России надо жить долго.
Вот, помню, между Брежневым и Горбачевым сменяемость власти была просто обалденная!

Прочла интервью моего любимейшего на сегодня танцовщика Кимин Кима. Ну, интервью как интервью, я про Кимина и так много знаю, много смотрела и читала.
Он очень хороший и симпатичный по-человечески парень, обожает Петербург, Мариинку, очень любит своих поклонников, – всё, как полагается настоящему большому артисту.
Но тут его спросили про его день рождения, я прочла, и жутко растрогалась. Он сказал, что не празднует свой ДР, разве что если друзья скажут: «Кимин, пойдем, отметим твой день рождения», я не буду против. Но сам никогда ничего специально не организовываю».
А потом его спросили, делает ли он сам себе подарки.
И его ответ меня ужасно растрогал, чуть не до слёз: «Знаете, я простоват. Могу купить какую-нибудь хорошую вещь, и всё. Я люблю что-то делать для других, но не для себя. Наверное, это не совсем хорошо, потому что надо сначала думать о себе. А я все время делаю наоборот».
Боже, как же это прекрасно...