Зашёл разговор про то, что изумительные произведения русских ремесел (павловопосадские платки, например, или вологодские кружева, или изысканные вышивки) нынче никто не вводит в моду, как когда-то вводили их в моду после выставок Тенишевых и Мамонтова.
Сегодня, к сожалению, в нашем обществе нет класса, определяющего качество, стиль и вкус.
Нувориши и их бляди - не показатель; нынешние кинозвёзды и звёзды шоубиза - острый показатель безвкусицы (достаточно посмотреть их фото с красных дорожек - это просто атас); верхний слой чиновничества - вообще УГ, по сей день сумками меряющееся.
И вот вам вся наша элита.
А в эпоху Тенишевых и Мамонтовых эта красота встраивалась в жизнь во многом благодаря именно сливкам общества, которые начинали это всё носить. А иной раз - даже и первыми эти вещи для себя открывали и задавали тон и тренд.
Как императорская фамилия, устроив Русский Бал, ввела в моду русский стиль. Романовы, Юсуповы, Энгельгардты всему обществу показали, как это красиво и как это всё можно носить.
Вообще, во всём мире стиль задавали и задают не безмозглые подростки в рваных джинсах, а состоявшиеся мужчины и женщины.
Как правило, модные тенденции всегда и всюду задавал высший свет.
Американки копировали Жаклин Кеннеди; сегодняшние испанки в стиле одежды подражают королеве Летиции (а прежде подражали королеве Софии); англичанки копировали модели одежды Дианы, а сейчас - принцессы Кэтрин; француженки по сей день держат ориентиром в манере одеваться Коко Шанель и Катрин Денёв.
А у нас - в связи с отсутствием высшего света - нувориши и их содержанки подражают друг другу, а ширнармассы подражают нуворишам и содержанкам.
У нас нет законодателей мод, к сожалению.
Нет, допустим, звезды, красавицы и светской дивы Ларисы Шепитько, для которой Слава Зайцев сочинял такие туалеты, что мировой кинобомонд только слюни ронял.
Всё то безобразие, что показывается нынче на модных дефиле - это рвотный порошок, а сегодняшним "лицом отечественной моды" - стали шлюхи и малолетние альфонсы.
И когда недавно "условные наши" выскоблились на красную дорожку Каннского фестиваля, это был невыносимый стыд и позор.
Не стало достойных ориентиров, и отечественная мода как таковая растворилась в пространстве...
Курёхин.
72.
Мы когда-то – миллион лет до нашей эры – познакомились с ним в Сайгоне, когда были еще совсем юными.
Кто познакомил, уже не помню, там все знакомили всех со всеми – но, кажется, наш соученик по ЛГИТМиКу Аркадий Драгомощенко, впоследствии известный питерский поэт.
«Вот, это Серёга Курёхин, он сам из Мурманска, учится в Кульке, но, несмотря на это, он гений и вы про него еще услышите!».
Курёхина немного передёрнуло от такой рекомендации, но он сдержался: Кулёк для лгитмиковцев был заведением слегка презираемым, и он это знал.
У него всегда была странная такая манера: лицо сперва на секунду принимало как бы высокомерное выражение – это он сразу давал понять, что «не на помойке найден», – а потом улыбался.
Улыбаться он всегда умел так обезоруживающе, немного застенчиво и прекрасно, что при упоминании его имени в сознании сразу возникала эта его Улыбка Чеширского Кота.
Мы про него «услышали» уже очень скоро, попав в Клуб Современной Музыки во Дворце Культуры им. Ленсовета, где Курёхин практически ежевечерне показывал свои музыкальные эксперименты и где фактически сформировалась, а затем и осуществилась идея его «Поп-механики».
Он быстро стал питерской, а потом уже и всесоюзной знаменитостью, практически, культовым персонажем, но любили мы его не за это.
А за лёгкость и ироничность характера, за остроумие, за наличие собственной точки зрения по любому поводу (вполне весомой и основательной – он был очень образованный парень), за огромную (взаимную) любовь к музыке, да просто за брызжущую во все стороны талантливость всего, за что он брался (а он брался, практически, за всё).
Он умер 30 лет тому назад, в 42, нестерпимо рано для человеческой жизни, но прожив уже достаточно, чтобы стать – и остаться – легендой.
Курёхин – человек, которого было много!
Оставшийся вечно молодым.
Сережка, дорогой, прекрасный, весёлый, талантливый!
Любим, помним!
69. НЕОБЫКНОВЕННЫЙ ДЕНЬ
Этторе Скола - итальянский классик, снявший бесчисленное множество картин, и среди них - совершенно поразительные по проникновению в эпоху, в мир людей - "Мы так любили друг друга", "Дамы и господа, спокойной ночи!", "Терраса".
Экстремальный, смешной, страшный фильм "Отвратительные, грязные, злые".
Фантастический, уникальный "Бал".
У него вообще были особые отношения с временем, и острая, цепкая на детали память.
А еще - безупречное чувство художественного стиля.
Снятая им в 1977 году лента "Необыкновенный день" - как раз из той оперы, где без чувства стиля и чувства времени - никак.
В этом фильме свои самые пронзительные, необычные роли блистательно сыграли Марчелло Мастроянни и Софи Лорен.
Эта история про то, как на мгновение встретились два человека, которых при других обстоятельствах не могло бы соединить ничто, даже меньше, чем ничто, и как на это короткое мгновение они стали друг другу самыми близкими и родными людьми - и всё это на фоне непрерывно гундящего радио с репортажем про встречу Муссолини и Гитлера...
Oleg Yasinsky
14 ч.
О пожаре на крыше Успенского собора Киево-Печерской Лавры, превращенном прессой в главные кадры дня
Уже много раз я писал и говорил, что одинаково соболезную всем гражданским жертвам всех сторон нашего братоубийства, неизбежность которого выстраивалась нашими врагами задолго до 2014 года. Картина Лавры в дыму и огне - страшное зрелище для любого киевлянина, и, наверное, не только.
Только очень наивный человек мог не понимать, что пылающие шины Майдана рано или поздно подожгут и Печерскую Лавру. Смерть и огонь всегда возвращаются. Сеятели и раздуватели огня ненависти прекрасно это знают.
Мерзко видеть и слышать, как осквернители святынь Лавры вдруг вспомнили сегодня о главном символе православной веры. После стольких лет захватов храмов и преследования священников они заговорили сейчас об оскорблении веры. Каждый раз, когда кажется, что их кощунству нет предела, они доказывают обратное.
Не нужно быть военным экспертом, чтобы заметить, что случись попадание в крышу Успенского собора дрона или ракеты, разрушения были бы совершенно другими. Поэтому даже случайный прилет тоже исключен.
Остается две версии - падение обломков или поджог изнутри. В результате - искомая пропагандой картина очередного «доказательства» «варварства русских». В ответ на сознательное уничтожение украинским дронами Севастопольской панорамы, необходимо было показать миру, что «противник ещё хуже». Верить в сознательный удар России по Лавре, «в отместку за Крым», как это подаётся - полное непонимание сути происходящего. Какие бы ошибки Россия ни допускала, она не воюет с собственной историей, памятниками и памятью; она не уничтожила даже свежую могилу нациста Мельника, что, несомненно, следовало бы сделать немедленно.
С болью о каждой из утраченных жизней, прошу сохранить хоть немного объективности и сравнить действия России с привычными методами ведения войны США, Израиля и стран НАТО и их ракетными ударами по чужим городам. С теми, кто так лицемерно, демонстративно и кровожадно осуждают сейчас Россию, чтобы снабдить киевский режим новейшими военными технологиями для сознательного террора против гражданских, больше не желающих быть гражданами Украины.
Пылающая Лавра, как и горящие АЭС - часть обязательного пейзажа, который давно запланирован силами, контролирующими колониальный режим Зеленского. Всё бесконечно банально и предсказуемо. Без освобождения Украины от захвативших её врагов, ничто не спасет нашу память и наши святыни от полного сожжения.