Телеграм канал «Контражур Ирины Павловой»

Нанятый предводитель, которому было жалованье – ооочень солидное – заплачено, из той самой казны, что была собрана Мининым с невероятной жёсткостью. Да и каждому дворянину (читай – профессиональному военному) платили очень круто: дворянам и «боярским детям» платили от 30 до 50 рублей в год, в зависимости от чина. При том, что на государевой службе ратные люди получали в год в среднем от 10 до 15 рублей. Только представьте себе: явился мужичина ко князю (еще не полностью излечившемуся от последнего ранения, и «зализывавшему раны» в родовом имении как раз в Нижегородской волости), и говорит ему: «Мне, типа, видение было, так что мне под моё видение Новгород дал полную финансовую власть и сбор ополчения по всей Руси, но в ополчение идут мужики, воевать не умеющие, так не поведёшь ли ты, князюшка, всю эту гопоту воевать с профессиональной армией поляков?!». Но князюшка вдруг возьми, да и согласись, хоть и пораненый. Кудряво получается. Особенно, если знать, что сам Минин вполне успешно руководил несколько лет тому назад обороной Нижнего от поляков: в 1609 году, при царе Василии Шуйском, именно он возглавлял ополчение нижегородцев, которое на подступах к Нижнему отбило нападение на город войск Лжедмитрия II. Вот, понимаете: поляков он при предыдущем царе от города отбил, а о нём вообще никаких других упоминаний нет как нет, по-прежнему. Видимо, только потому, что «из простых». Ага. А Нижний Новгород этот «мужик из простых» на уши поставил, однако. Я вот всё задаю себе вопрос: как так могло получиться, вообще? Про любого бунтовщика, про какого-нибудь там Ивана Болотникова, и то известно – кто таков, откуда родом, чей сын-пасынок. А про Спасителя Отечества – ни синь пороху. Только памятник стоит на Красной площади, а так – ничего. Кстати, насчёт «видения». В ту пору, когда Москва была захвачена поляками, из Троице-Сергиева лавры рассылались грамоты по Руси с призывом постоять за православную веру, за святые церкви, изгнать поляков и литовцев из Кремля. В октябре 1611 года одна из таких грамот прибыла и в Нижний Новгород. (как прибыла, кем принесена, кому адресована – ничего непонятно, но почему-то для её заслушивания собрались воеводы, духовенство и старосты посадских людей, среди которых был и Минин). Обратите внимание: воеводы имелись в Нижнем, и бояре, и военачальники, но перед прочтением сей грамотки отчего-то решили заслушать именно «купчину из простолюдинов» Козьму Минина, про которого ничего никому неведомо, и который заявил: «Мне было видение во сне: явился Святой Сергий и велел разбудить спящих». Неплохо, ага? И все бояре и воеводы сразу поверили и послушались, и присягнули на ТРЕТЬ имущества. Сдуреть. После чего нижегородцы единодушно выбрали Минина своим начальником в деле собирания ополчения. И вот, после этого о нём по-прежнему ничего не известно, и не осталось ровным счётом никаких документов. Ни одной финансовой расписки, ни счёта, ни документа о «принятых на баланс» (громадных!) деньгах. Ни-че-го. Вот, как хотите, а у меня лишь одно историческое сравнение есть. Не смейтесь: это – Уильям Шекспир. Единственный прижизненно знаменитый человек, о котором исторических сведений – ноль целых – хрен десятых. В точности как с Мининым. Я это вот всё к чему. Господь как-то выбирает тех Себе, кому поручает Миссию. В данном случае – спасение Православия на Руси (и самой Руси – заодно, как оплота Православия). И откуда Господь взял этого Спасителя Отечества, и почему оставил его фактически безвестным – мы не знаем и не узнаем. Похоже, никогда. Одно о нём знаем, и знать будем всегда: это ему стоит памятник на Красной площади. Спасителю Отечества «из простых». Не из князей, бояр, или воевод. Так что я не зря говорю: у меня всегда всё упование и вся последняя надежда на Господа Бога. Есть основания.

Спаситель Отечества. События столь бурно начавшегося 2026 года внезапно заставили меня заинтересоваться историческим персонажем, которым я до сей поры никогда не интересовалась. Ну, ходила мимо памятника на Красной площади, знала то, что написано было в школьных учебниках, а так – вообще никогда о нём не думала: кто, откуда и почему. Тем более, что в исторических справочниках о нём вообще ничего толком нет, а то, что есть – весьма путано. Даже происхождение его совершенно неясно-непонятно, и хоть что-то о нём становится известно, когда он, уже вполне зрелым мужиком вдруг начал собирать ополчение в Нижнем Новгороде, дабы, как сказано в скудных исторических записях, «помочь государству Московскому». Ну, прям, вот так сильно озаботился купеческий и довольно сытый Нижний проблемами Москвы. Ага. Но ведь факт остается фактом: не просто озаботился, а принял клятву – довольно страшную по любым временам, даже по нынешним – не говоря уж о тех старинных: каждому горожанину отдать в фонд собираемого ополчения ТРЕТЬ всего своего имущества. Вот, предлагаю каждому, читающему эти строки, просто прикинуть, что именно пришлось бы отдать ему самому – коль скоро такой клич кинули бы сегодня. Лично я бы сильно задумалась. А они – общегородским собором – такое решение приняли, и оно было неукоснительно выполнено: кто не хотел отдавать добровольно, у того конфисковывалось всё имущество, а сами неплательщики вместе с семьёй продавались в холопы. Лишь благодаря столь жёстким мерам удалось собрать немалую сумму на оплату ратным людям, но кто был таков этот непонятный Козьма Минин, чтобы взять с жителей города (поголовно) подобную присягу? Даже о его происхождении ведутся споры вот уже 400 лет (но так ни до чего путного и не доспорились). Сперва была принята, как основная, версия, что это был потомственный купчина из г. Балахны Козьма Минич Захарьев-Сухорук. Оказалось, что Козьма Захарьевич Сухорук из Балахны – совсем другой человек. Это было подтверждено источниками – и прямыми, и косвенными. Потом была версия, что Козьма – сын нижегородского солеторговца – то ли Анкудина Минича (Минина), то ли Мины Анкудиновича (тут тоже ясности нет никакой). Но сохранился «синодик» сына Козьмы Минина, царёва стряпчего Нефёда Минина (т.е. поминальная записка в храм). В этой записке, среди перечисленных Нефёдом имён поминаемых, имеется на первом месте батюшка Козьма, на втором – Настасья (возможно, мать, но уверенности нет), а вот ни Анкудина, ни Мины там нет и в помине. А уж дедушку-то Нефёд должен был помянуть – всяко. Мне вот самой стало интересно: после победного похода на Москву, Минину было даровано государем потомственное дворянство – первый документально зафиксированный подобный акт в отношении простолюдина, да еще и выделено «поместье со холопы»: в вотчинное (наследственное) владение дано было большое село Богородское со всеми ближайшими деревнями и обитавшими там людьми. Но и после этого по-прежнему никаких письменных свидетельств? Ну, вот, просто – ни-ка-ких. Что был великий человек, что не был. А ведь он остался на государевой службе, государевым Думным дворянином, и в 1616 году в таковом качестве Минин был отправлен молодым царём в военный поход для усмирения бунта казанских татар и марийцев против новой династии. Куда Минин и отправился, и из которого живым уже не вернулся. И опять ничего – тишина. То ли заболел и умер, то ли бунтовщики его убили, то ли еще что. И чем сам поход Минина завершился – тоже ноль сведений. А это уже прям странно даже. Уже не простолюдин какой-то, а целый царский военачальник. Но нет. Только представьте себе: какой мощью и силой должен был обладать человек, сумевший с каждого нижегородца содрать – где добром, а где и силой – треть имущества. Уж всяко не «дед Пихто». А вокруг – полная документальная тишина. Кстати, именно он нанял князя Пожарского возглавить поход. Не будем пугаться слова «нанял». Ибо так оно, по сути, и было, чего бы там ни писали в Википедии. А уже Пожарский «поставил Минина главным по хозяйственной части ополчения».

Рождественский вечер с любимым другом. Хорошая компания, вкусная еда, интересные разговоры, хороший алкоголь, - что еще человеку нужно?

В ленте воспоминаний фб - фотки с прошлогоднего Рождественского разговения. Очень смешно: всё там же, все те же. Только состав еще расширился. Весёлая русско-французская тусовка. А это мы, той же русско-французской тусовкой, на НГ караоке пели. 😝🤐

Павел Флоренский: Духовное завещание детям. 1. Будьте всегда в жизни добры к людям и внимательны. Не надо раздавать, разбрасывать имущество, ласку, совет; не надо благотворительности. Но старайтесь чутко прислушиваться и уметь вовремя прийти с действительной помощью к тем, кого вам Бог пошлет как нуждающихся в помощи. Будьте добры и щедродательны. 2. Привыкайте, приучайте себя всё, что бы ни делали вы, делать отчётливо, с изяществом, расчленённо; не смазывайте своей деятельности, не делайте ничего безвкусного, кое-как. Помните, в «кое-как» можно потерять всю жизнь, и напротив, в отчётливом, ритмическом делании даже вещей и дел не первой важности можно открыть для себя многое, что послужит вам впоследствии самым глубоким, может быть, источником нового творчества. 3. Кто делает кое-как, тот и говорить научается кое-как, а неряшливое слово, смазанное, не прочеканенное, вовлекает в эту неотчётливость и мысль. Детки мои милые, не дозволяйте себе мыслить небрежно. Мысль — Божий дар и требует ухода за собой. Быть отчётливым и отчётным в своей мысли — это залог духовной свободы и радости мысли. 4. Давно хочется мне записать: почаще смотрите на звёзды. Когда будет на душе плохо, смотрите на звёзды или на лазурь днём. Когда грустно, когда вас обидят, когда что не будет удаваться, когда придёт на вас душевная буря — выйдите на воздух и останьтесь наедине с небом. Тогда душа успокоится. 5. Праздник есть праздник, против него нельзя возражать, но вредно и ложно искать постоянного праздника и подменять им будни. Но, забывая о буднях или не желая знать их, человек остаётся несытым и неудовлетворённым. Ошибка многих! Только в тиши мирной будничной работы можно найти себя самого и своё удовлетворение. 6. Товарищеская среда потому перетягивает к себе всё внимание, что товарищеские отношения, в сущности, безответственны: каждый отвечает сам за себя и каждый занят своими интересами. Поэтому в ней легко. Но эта лёгкость есть лёгкость пустоты, а подлинное требует усилия, работы и несёт ответственность... Того, что может дать родной дом, не даст потом никто и ничто, но надо заработать это, надо самой быть внимательной к дому, а не жить в нём как в гостинице. 7. Всё проходит, но всё остаётся. Это моё самое заветное ощущение, что ничего не уходит совсем, ничего не пропадает, а где-то и как-то хранится. Ценность пребывает, хотя мы и перестаём воспринимать её. И подвиги, хотя бы о них все забыли, пребывают как-то и дают свои плоды. Вот поэтому-то, хоть и жаль прошлого, но есть живое ощущение его вечности. С ним не навеки распрощался, а лишь временно. Без этого жизнь стала бы бессмысленной и пустою. 8. Надо уметь жить и пользоваться жизнью, опираясь на то, что есть в данный момент, а не обижаясь на то, чего нет. Ведь времени, потерянного на недовольство, никто и ничто не вернёт... Источник: Священник Павел Флоренский. "Все думы— о вас. Письма семье из лагерей и тюрем 1933–1937 гг."

Christmas is not your birthday! Как жаль, что это не все понимают.