Телеграм канал «Клуб "Касталия"»

Готфрид выделяет два фактора, обуславливающих непорочность любовного чувства: а) уникальность, неповторимость и непоколебимую верность любовного переживания и б) готовность претерпевать бесконечные страдания во имя такой любви что, в совокупности, складывается в образ "смерти", которая в рамках его понимания мотива "любовь-смерть" выражена в образе вечного забвения в аду. Однако образ этот, в действительности, служит ещё одним средством к доказательству совершенной "чистоты" любви, способной противостоять всем ужасам христианского мифа, адское пламя же следует рассматривать скорее как аналогию к томительным переживаниям, связанным с любовным восторгом, во власть которых человек навечно отдаёт себя.

Дж. Кэмпбэлл, Маски Бога: Созидательная мифология.

Феномен ритуала. Олег Телемский: https://youtu.be/TMnDczBtrkw

Наш сознательный мир полностью искуственен. Это как если предположить, что эта комната, в которой есть двери и окна, ведущие во внешний мир, не обладает такими дверьми и окнами; или подобно тому, чтобы повернуться к ним спиной и представить, что комната и есть весь мир.
Вы видите, что это предубеждение, высокомерие сознательной установки — предположение, что мы находимся в полностью разумном мире, где всё может регулироваться в соответствии с законодательством. Мы не признаём тот факт, что прямо снаружи есть море, которое может затопить весь наш континент и уничтожить всю нашу цивилизацию. Пока мы обращаем наши взоры к центру комнаты, мы пребываем в блаженном неведении о том, что всегда существует некая архетипическая ситуация: мы не сталкиваемся со стихийным внешним миром. В самом деле, вся эта комната, по сути, подвешена в мире стихий, также и наше сознание находится в мире монстров, но мы просто не видим этого; и когда порой эти монстры заглядывают в нашу жизнь или производят некоторый шум, мы объясняем это расстройством пищеварения или чем-нибудь подобным. <…> Так что это похоже на то, как если бы мы строили самые чудесные стены и дамбы, а затем просто так открыли шлюзы, чтобы пустить воду внутрь.
Почва нашего сознания высыхает и становится стерильной, если мы не позволяем увлажнять её водам архетипа; если мы не подвергаем почву воздействию стихий, то ничего не растёт, ничего не происходит: мы просто высыхаем.

Джеффри Миллер "Трансцендентная функция"

Чем кошмар отличается от обычного сна? Несмотря на разнообразие кошмаров, у них все же есть общие черты со снами. Как сны, так и кошмары несут в себе послания, помогающие преодолеть препятствия, лучше понять окружающих людей и найти ответы на вопросы. Основное различие между ними заключается в том, что кошмары пугают. Итак, главный вопрос: почему и как происходит превращение сна в кошмар? Если вкратце, то ответ связан с эффектом домино: тревога приводит к страху. Мы опасаемся неизвестного, противостоим нашим страхам и избегаем того, с чем не хотим столкнуться. Кошмар также отличается от сна своей интенсивностью и энергией. На эмоциональном уровне сон может быть сравним с мягким дождем или ливнем; кошмар же обрушивается на нас с мощью грозы или урагана, игнорировать которую просто невозможно. Сон — это вежливое приглашение. Кошмар выбивает дверь ногой, кричит и точно не успокоится, пока вы не обратите на него внимание.

Стейс Майклс. Ночные кошмары: Темная сторона снов и сновидения

Всем привет! В мае мы планируем живую встречу в Санкт-Петербурге с одним из наших лекторов из онлайн-школы!

Записаться: https://courses.castalia.ru/Meetings

Всем привет!

Уже совсем скоро мы планируем новую очень важную лекцию! В данный момент вы можете её найти на специальных страницах:

https://courses.castalia.ru/slavic_runes

https://courses.castalia.ru/IChing


Подробности по ссылкам!

Наша жизнь часто состоит из таких ситуаций, меняющихся в соответствии с восходящим и нисходящим ритмом. Ошибкой
было бы думать, что когда мы на вершине, всё вечно будет идти прекрасно. Затем всё рушится в ад, и мы думаем, что всё пропало навеки, вместо того, чтобы более или менее спокойно довериться падающим водам; но потом всё выправляется. Рекомендую вам философию Тиля Уленшпигеля. Когда он поднимался в гору в
своих путешествиях, и стояла жаркая и неприятная погода, он смеялся и пел в самом счастливом расположении духа; а спускаясь вниз, когда всё было приятно и легко, он плакал и был мрачен. Друг спросил, почему он ведёт себя так, и он ответил: «Это вполне естественно; когда я иду наверх, я думаю о том, как буду спускаться, а когда спускаюсь, думаю, как буду подниматься».

Карл Густав Юнг "Видения".