Один немец по имени Эберс6 опубликовал Египетский папирус, в котором
даны медицинские наставления врачам по работе с пациентами. Это что-то вроде практического учебника. Там описан случай мужчины, страдавшего от карбункула на шее, в самом деле довольно опасная вещь. Доктор читает мужчине текст:
«Твоя шея красная, горячая и раздутая», а потом повторяет. Понимаете, он даёт своего рода описание, называет каждый симптом, словно пациент их не знает.
Если возможно, он достаёт древний текст, в котором дано описание абсцесса, рассказывает историю абсцесса. Например, змеиный укус лечили, читая пациенту историю об Исиде, поразившей Ра ядовитой змеёй, а потом снова его исцелившей; они давали фактам символическое выражение.
Нам это кажется нелепым, но мне в Америке платили много сотен долларов, чтобы я сказал странное слово, они называют это врачебным мнением. Нужно сказать, что это параноидальная форма шизофрении или что-нибудь такое, и они говорят: «А, вот оно что! Вот пятьсот долларов». И то же самое происходит здесь, люди часто приходят ко мне за одной консультацией, чтобы просто
узнать название своей болезни. Я говорю им, что это невроз навязчивости, например, и они уходят, заплатив деньги. Как будто они знают, что такое невроз навязчивости! Конечно, мы думаем, что это нелепо, но не так нелепо с примитивной точки зрения, потому что так люди получают символ. Сам доктор не знает, что такое невроз навязчивости, но это отличное название, и выдумать его стоит
как минимум пятьдесят франков. А все эти чудесные латинские названия! Не так давно кое-кто сказал мне на консультации: «Со мной, должно быть, что-то ужасное, доктор. Когда я ложусь спать, чувствуя себя очень усталым, внезапно я всем телом чувствую какую-то встряску и снова просыпаюсь. Что это такое?»
Тогда я сказал: «О, это просто paramyoclonus multiplex hypnahogicus», и он отправился восвояси совершенно удовлетворённым! Вот почему в книгах по медицине такие длинные названия. Почему фармакопея до сих пор на латыни? В англоговорящих странах самые нетрадиционные рецепты, но настоящий рецепт в нашей стране всё ещё на латыни, мы делаем это правильно, и это работает. Как месса в католической церкви. Никто её не понимает, потому она так богата возможностями.
Paramyoclonus multiplex hypnagogicus предполагает поразительные возможности, это не просто сотрясение нервов, это что-то уважаемое, богатое, это сразу повышает нравственную ценность пациента — он уходит с чувством, что приобрёл достойную болезнь, которую не стыдно людям показать.
Карл Юнг "Видения"