В момент, когда я научилась выводить закваску, печь птичье молоко и солить рыбу, я начала кое-что подозревать. Когда я почувствовала желание бросить курить, я ужаснулась.
Значит, я не женщина-кошка в черных кожаных штанах, не роковуха, не священный монстр, а обыкновенная, скучная манда, воплощение того, что я всю жизнь презирала и высмеивала?
Я стала меньше работать, и это не вызывает у меня ни сожалений, ни радости, только принятие.
Ушла истерика, сопровождавшая меня десятилетиями.
Что надо пахать, браться за все, соглашаться, иначе не будет работы, не будет денег.
Может, и не будет, может, вообще ничего не будет. Раньше от этих мыслей я бегала по потолку, а иногда вбивала себе гвозди в сапоги и так ходила.
Я научилась переключаться на другие, более важные вопросы.
Например: кто тут у нас такой толстенький хвостатенький? У кого такие сладкие ушки? Где мой черненький носик любимый?
Когда я читаю в ленте, что кто-то опять что-то писал до рассвета, но все равно ничего не успел, у меня сжимается сердце. Господи, да зачем?
Меня совершенно оставила горячка ухода за собой. Я больше не промазываю лаваш обезжиренным йогуртом со стевиозидом, воображая, что это наполеон, я не делаю шеллак, я близко не подойду к железу, я занимаюсь йогой, и едва ли не впервые в жизни это приносит мне удовольствие.
Открытие, что моя «железная воля», позволявшая мне годами изводить себя, меня оставила, не вызывает ни сожалений, ни радости, только принятие.
Я запомню этот год как начало совершенно новой жизни.
Не человечества, а моей собственной.
Я никогда не забуду, что как бы ни был ужасен крах одной жизни, за ней всегда последует жизнь другая. И единственный способ не сойти от этого с ума – принятие.
Anna Kozlova
#принятиеэто