Телеграм канал «Черная водолазка»

О тех, кто приходит обосрать твою мечту (из самых лучших побуждений, конечно же). Знаешь, что происходит, как только ты осмеливаешься захотеть чего-то по-настоящему? Чего-то нелогичного, непрактичного, живого? На запах твоей мечты слетаются могильщики. Они не приходят с лопатами. Они приходят с «заботой» и «жизненным опытом». И не говорят «я тебе завидую». Они говорят: «А ты подумала о последствиях?», «А ты сможешь себе это позволить?», «Я просто переживаю за тебя». Они заворачивают свой страх в блестящую обёртку «здравого смысла». Пытаются закопать твою живую, горячую «хотелку» под тонной своего холодного, мёртвого «надо». И вот главный секрет, который ты должна выжечь у себя на подкорке: человек, который приходит обосрать чужую мечту под соусом «практичности», на самом деле рассказывает тебе не о твоём будущем. Он рассказывает о своём прошлом. О тех дорогах, на которые он побоялся ступить. О тех битвах, которые он проиграл, так и не начав. Про свои страхи. Про свои проёбанные мечты. Про свои счета, которые стали оправданием, почему больше нельзя рисковать и хотеть. Он не пытается тебя «предупредить». Он пытается заразить тебя своим страхом, пытается затащить тебя в свой мир, где мечты измеряются чужими мнениями, а радость — это слишком рискованная инвестиция. Каждый его «практичный совет» — это эпитафия на могиле его собственной смелости. Они не боятся, что ты не справишься. Они, сука, до смерти боятся, что ты справишься. Что ты купишь этого кота. Что ты уволишься с работы. Что ты уедешь в другой город. Что ты будешь счастлива — нелогично, неправильно, непрактично. И тогда их собственный, уютный мирок, построенный на «надо» и «невозможно», затрещит по швам. Так что, когда в следующий раз кто-то попытается измерить твою мечту своей линейкой, просто знай: он говорит не с тобой. Он говорит со своим собственным трупом. А с мёртвыми спорить — гиблое дело. Лия Маир

В магазине примеряла джинсы. Из соседней кабинки постучали и робко спросили: – Простите, вот вы, рядом, вы – женщина? Подумав, я честно ответила: – Скорее всего, да. – Ой, женщина, помогите мне! Только тихо, прошу вас! У меня даже мелькнула мысль о маньяке, женским голосом заманивающем к себе доверчивых дам и удушающем их концептуальным маленьким черным платьем замаскированного китайского производства. Я осторожно заглянула в кабинку. Маньяка в пределах видимости не было. Была наивная дама, убедившая себя в том, что сможет впихнуть свой 52-ый размер в узкую юбку-карандаш двумя размерами меньше. И впихнула. Но встал вопрос, как выпихнуться. Юбка застряла намертво. – Давайте позовем продавца, – предложила я, но дама, уже вся в слезах, взмолилась: – Вы что?! Обвинят, что я испортила вещь! Вы вот тут потяните, она пойдет! Я тянула в разных местах. Она не шла. Наше сопение и копошение не осталось незамеченным, и в кабинку ворвались две бдительные продавщицы, за ними маячил охранник. Мне кажется, они тоже подумали о маньяке. Возможно, сексуальном. Я объяснила, в чем проблема, и охранник заржал: – Надо ждать, пока не похудеет! Однако девицы, вопреки ожиданию, прониклись сочувствием к несчастной. В следующие полчаса мы выслушали кучу добрых советов (вплоть до «намылить бока») от покупателей, остальных продавцов и даже от электрика, менявшего светильник в секции трикотажа, но прискакавшего на шум. Коллективный разум – мощная вещь, и объединенными усилиями жертва была вызволена из удавьей юбочной хватки. При спасательной операции никто, включая юбку, не пострадал. Отпоив даму минералкой, самая активная девица сердито сказала: – Женщина, зачем вы взяли этот размер, разве не видели, что вам мало? А обессиленная дама вздохнула: – Видела. Но я надеялась... Natalia Lonikova

#провокационное🍰

#ночнаяженщина

В полку яиц, мешающих плохому танцору, прибыло. Агрессивно-токсичная девушка даёт обильную пену - талантливый человек должен быть несчастен! Обязан быть один, отгрызть себе ухо, когда локти будут изглоданы до ключиц и, если он конечно гений, обязательно застрелиться. Талантлив - страдай! И перечисление редких гениев, которым не везло в личной жизни, или они были мудаками. Потому что одарённый человек в остальном - может быть разным. Все это напоминает мне перечисления гениев, которые пили, курили, употребляли вещества и вели беспорядочную половую жизнь. Некоторые делают вывод, что это все благодаря веществам конечно. Стоит кому угодно как следует забухать и качественно обдолбаться - так он сразу просыпается Стивеном Кингом, поющим как Эми Уайнхаус. А всякий шизофреник, безусловно, Ван Гог по умолчанию. Девушка перечисляет, кому с поддерживающими отношениями в жизни не везло, или тех, кто от обилия желающих стать женой поэта - позволял себе охуеть до крайности. И ничего похоже не знает о тех, кому брак никак не мешает быть гениальным. Например, Нолан и его жена, Гейтс и его жена - желающие могут ряд продолжить. Творчество дело очень энергозатратное. Эту энергию надо чем то восполнять. Когда человеку, будь он хоть трижды гений, не повезло найти поддерживающие отношения, то в ход идут всякие костыли - алкоголь, вещества, случайные связи, еда, азартные игры - кому какой костыль лучше служит, чтобы пережить один день и хрен с ней долгосрочной перспективой. Ясен пень - когда человека бог поцеловал, он его в этот момент и обжег. И найти поддерживающие отношения тому, кто «как свеча все время или горит, или в жопе (с) Раневская» - потому что стабильности всякой в лучшем случае ноль, а обычно она в минусе. И несчастных одарённых и одиноких людей, которые хватаются за любой костыль, чтобы получить ещё порцию суррогата обнимашек, чтобы иметь силы двигаться - до фига. Но это не благодаря одиночеству и несчастью и суррогатам, которыми затыкается чёрная дыра в груди. А вопреки. Не благодаря одиночеству и алкоголизму делается великое. Если бы это было так - всякий запой дяди Васи и тети Любы после скандала приводил бы к симфониям, романам и изобретениям. Просто одарённые люди бывают одиноки и несчастны. И умирают рано. А бывает, что нет. И живут долго и счастливо. Lilia Kim

У Ирины Шейк сегодня день рождения 🎂 Ей сегодня сорок! А это хулиганское фото из ее аккаунта)

Однажды, сто лет назад, в московском автобусе у меня вытащили из сумки кошелёк. Я опаздывала на работу, и возвращаться домой уже не успевала. Подошла к контролёрше на станции «Южная» и призналась, что не могу заплатить за проезд. Она сразу же пропустила меня. — С меня шоколадка, — обещала я. Она махнула рукой — ещё чего! И не смей переживать по пустякам. Обещаешь? Я доехала до работы, рассказала о произошедшем коллеге, попросила взаймы. Деньги вернула, а о своей спасительнице напрочь забыла, будто ластиком стёрли. Вспомнила совсем случайно, месяца через два-три. Купила в ларьке коробочку сахарного печенья — хорошего шоколада не нашла. Я не знала, как её зовут, не запомнила её лица. Заглянув к контролёрше на станции «Южная», объяснила, что хочу оставить печенье женщине, которая однажды меня выручила. — Это к Таньке, — вздохнула она. — Только ты опоздала. Её машина сбила, насмерть. Девять дней на той неделе справили. — Может меня вовсе и не Таня выручила, — расстроилась я. Женщина расплакалась — она. Другой такой у нас не было. Я попросила описать Таню — мне важно было её запомнить. Она утёрла слёзы и ласково повела руками в воздухе: — Она была… она была будто яблочный пирог. Помните у Бродского: «Не потребность в звезде пусть еще, но уж воля благая в человеках видна издали, и костры пастухи разожгли»? Эта двадцатилетней давности история — о них. О людях, разжигающих костры. О людях, протягивающих руку помощи без раздумий и без корысти. О тех, кто не только в Рождество немного волхвы. Кто словно яблочные пироги. Кто помогает нам оставаться людьми. Спасибо им. С Рождеством, друзья — апостольским и православным. Пусть «не видно тропы в Вифлеем из-за снежной крупы», но мы с вами точно знаем, что она есть. О том и живём. О том и будем жить. Нарине Абгарян Рисунок Михаила Алдашина для журнала Seasons