Телеграм канал «Капитан Фалькас: заметки китайского преподавателя»

Дерево чиури

Шаман показал мне растущее в его дворе масляное дерево чиури, священное для чепангов. Согласно мифологии, чепанги, чиури и чамеро (летучие мыши) образуют триаду. Каждый член триады необходим для выживания двух других. Чепанги нужны для ухода за чиури. Эти деревья дают племени плоды, масло и древесину, которые можно продавать или применять в быту. Летучие мыши опыляют цветы чиури, благодаря чему деревья плодоносят. Сами же мыши служат традиционным деликатесом для местных жителей. Охотники ставят ловушки на крыланов прямо в кронах. Некоторые молодые ребята подтверждают, что дерево чиури важно именно потому, что на нем можно охотиться на летучих мышей. Зимой по обычаю родственники собираются в деревне и пируют, поедая жареных летучих мышей и приглашая почетных гостей.

Мёд, собранный пчёлами с цветов чиури, особенно вкусен и, как говорят, обладает лечебными свойствами. Весной деревья приносят сладкие и сочные плоды. В основном чепанги употребляют эти плоды как здоровую и питательную пищу, хотя некоторые также продают их на местном рынке. Семена чиури перерабатывают на «гхи» (масло), что является важным источником дохода для чепангов. Многие семьи до сих пор возят «чиури гхи» на рынок в Читване, где обменивают его на соль и одежду. Этим же маслом заправляют «дийо» (домашние лампы), что имеет огромное значение в тех деревнях, где нет электричества. Гхи идет и в повседневную готовку. Жмых после отжима масла служит органическим удобрением и пестицидом для защиты сельскохозяйственных культур, а иногда его добавляют в воду, чтобы травить рыбу и облегчить ее вылов. Масло чиури также обладает антисептическими свойствами, и чепанги натирают им руки, как лосьоном.

У чепангов деревья чиури всегда считались признаком процветания: существовала сильная традиция дарить саженцы или даже взрослые деревья дочерям в качестве приданого, но сейчас она уходит, так как саженцев почти не осталось. Ускоренное уничтожение чиури поставило под угрозу привычный образ жизни. Существует множество факторов, приводящих к сокращению количества деревьев. Климатический кризис высушил постоянные источники и понизил уровень грунтовых вод. Саженцы больше не приживаются в лесу так, как раньше – чепанги перешли на животноводство, и теперь их козы свободно пасутся в лесу, съедая молодой подлесок. Строительство дорог и расширение поселений привели к оползням, уничтожающим оставшиеся деревья. Свою роль сыграла и проблема общей собственности: с отменой старой системы сертификатов чиури стали восприниматься как общее благо, и люди прекратили за ними ухаживать, надеясь на других. Кроме того, чепанги страдают из-за милитаризированной модели охраны природы в Непале: не имея официальных документов на землю, они сталкиваются с тем, что государство иногда сносит их дома, обвиняя в посягательстве на охраняемые территории. В довершение всего, из-за общей бедности и модернизации многие чепанги бросают лесной уклад и уезжают искать обычную работу в городах.

Однако сейчас у этой культуры появился шанс на спасение. Образованная молодежь чепангов пытается вернуться к корням и возродить чиури. При поддержке различных организаций они высаживают тысячи новых саженцев в общинных лесах и создают кооперативы для продажи фруктов, масла и ценного меда на национальном рынке. Такой подход решает проблему ничьих деревьев: когда прибыль распределяется внутри коллектива, у людей появляется прямой стимул беречь не только свои, но и соседские посадки. А чтобы дополнительно увеличить доход общины, чепанги даже запустили пилотный проект по выращиванию кофе прямо под сенью деревьев чиури.

🇨🇳 Хотите открыть для себя Китай? Начнём с изучения языка!

🇨🇳 Лицензированная онлайн-школа Kitai-School
Обучение китайскому индивидуально и в мини-группах. Подготовка к экзаменам HSK, HSKK, YCT, CSCA, ЕГЭ. Помощь с грантами и поступлением в Китай.

📂 Добавить папку

Больше каналов о китайском языке, культуре, традициях и жизни в Китае — в нашей папке. Заглядывайте!

📱 Ведёте канал? Присоединяйтесь к следующим подборкам.

Сходил на концерт "Перемотки" в клубе MAO Livehouse в Гуанчжоу.

Поговорил с профессором INSEAD (Сингапур) Ильей Цетлиным о том, что такое теория принятия решений и может ли человечество с ее помощью сконструировать идеальную систему голосования.

https://discours.io/articles/social/math-of-voting

Бубен шамана

В деревне Керабари через местного юношу я попал в дом гурунгского шамана и записал его ритуал. По строгой племенной традиции, статус жреца (по-гурунгски – пачу) передается по наследству от отца к сыну через долгие годы зубрежки мифов и ритмов. Но здесь, в смешанной деревне, на стыке культур, шаманы часто принимают универсальные правила игры, заявляя, что дар обрушился на них через мучительную одержимость духами или даже после мистического похищения хозяином джунглей.

Мы ждали шамана в хозяйственном помещении у открытого земляного очага. В гималайских домах это не просто кухня, а сакральный центр – место, где в тепле и дыму, как считается, обитают духи предков (питри). Именно здесь, у огня, испокон веков совершаются все таинства.

Наконец появился джанкри (общенепальское наименование шаманов). В руках он держал барабан (дьянгро), мисочку с сырым рисом и белую ткань. Рис (чамал) и некрашеная ткань (сето капада) – базовый арсенал любого джанкри или пачу в Гималаях, выполняющий практические функции. Сырой рис не только подношение горным божествам: начитав на него мантры, лекари превращают зерна в «энергетические пули» и резкими бросками отгоняют зловредных сущностей, либо гадают по брошенной горсти. А белая материя в ритуалах возвращения души обозначает чистую тропу, по которой приманенная душа больного должна безопасно вернуться в тело. Но в нашем случае они так и остались лежать в стороне.

Главный инструмент шамана, барабан дьянгро, символизирует ось мира. В отличие от нарядных поделок, которыми часто хвастаются в туристических районах, рабочий бубен деревенского жреца был сугубо утилитарен: грубая кожа, никакой сложной резьбы или декоративной рукояти, по краям обода торчала невыделанная шерсть. Внутри рамы скрывались связки железных трубочек и колец. В непальской традиции холодное железо служит главным оружием против демонов.

Поверх бубна джанкри положил массивные четки из семян рудракши. Это классический элемент индуизма, указывающий на связь шаманской практики с культом Шивы – согласно поверьям, именно он считается первошаманом и верховным покровителем всех джанкри. На бусах поблескивал латунный колокольчик для призыва духов-помощников и ритмического сопровождения транса. В отличие от более диких, архаичных практик чепангов, в ритуалах гурунгов вообще чувствуется сильное влияние тибетского шаманизма Бон и индуизма.

Прежде чем начать, шаман коснулся инструмента, груди и лба, а затем сделал резкий смахивающий жест в сторону. Для него барабан – не кусок дерева, а живое существо. Этим адаптированным индийским пранамом он запрашивает разрешение на работу, переносит сакральную силу на себя и отсекает мирскую скверну. Так шаман показывает готовность стать проводником и связывает свое тело, разум и инструмент в единое целое.

Затем джанкри надел рудракши на шею и начал камлание. Удары изогнутой палочкой по барабану погружают шамана в транс, а сам барабан служит ему мистическим конем – на нем он путешествует между мирами духов, чтобы вернуть украденную душу больного или изгнать демона. С каждым касанием металл внутри бубна издавал резкий лязг, который вплетался в глухой гул кожи, создавая рваный, гипнотический ритм.

Завороженный, я следил за действом, а потом взял из рук джанкри палочку и попытался повторить его ритм, чтобы вслед за ним вступить в неизведанный мир. Еще секунда, и я превратился бы в очередного экзальтированного паломника-европейца, но тут ко мне подползла кровожадная пиявка и вцепилась в ногу...

+1/26

Илья Фальковский
Уход Паренаго или равнодушие национализма. Россия — Китай XIX/XXI в.

Автограф автора гласит «Моему старинному Мише». Мы пытались с Ильей посчитать, сколько лет мы знакомы, наверное двадцать, но сбились. И большую часть этого времени Илья провел в Китае

На четвертой обложке написано, что это многожанровая книга. И это действительно так. Тут и тщательно проработанная, перенасыщенная деталями история адмирала царского флота, ухитрившегося не поучаствовать ни в чём кровавом — ни в Цусиме, ни в подавлении Кронштадского восстания, хотя мог.

Вдруг повествование о Паренаго прерывается, чтобы рассказать о знаменитом «боксерском восстании» ихэтуаней.

А потом он уходит на пенсию и Фальковский рассказывает историю того, как умирал его отец. И это уже классический, если это слово можно было тут употребить, автофикшн.

А дальше Илья начинает препарировать панславянский и паназиатский национализмы, мешая тексты китайских блогеров с цитатами из Жижека и Бурдье.

А потом падает с велосипеда и ломает ногу. (Я помню, как звал Илью в тот год на фестиваль в Благовещенск, а он мне в ответ «Не поеду, ногу сломал!», но в этот год всё случилось)

Про Благовещенск, кстати, у Фальковского такое, чего я не знал. Страшное и я вообще не понимаю, как два берега с этим живут эти 120 лет.

Когда я дарил Фальку свою книжку, то написал ему «Фа от Фа».

Он говорит, что прочитал мою за обедом.

Я его — за перелет Владивосток – Москва. Девять часов летел. Оторваться не мог.

Огромный леопард

Сбился вчера с маршрута, так что пришлось спускаться с горы ночью по обрывистой тропе, ведущей через лес. Смотрю, справа – два светлячка. Направил фонарик – оказались глаза дикой бенгальской кошки. Местные рассказали утром, что она хоть и маленькая, но опасная. Якобы охотится на коз – может запросто загрызть козленка – и даже нападает на людей, если они идут поодиночке. Выходит, мне крупно повезло.