Переговоры США и Ирана зависли — ни прогресса, ни срыва. А для рынка это худший сценарий.
Неопределённость всегда дороже конфликта.
Инвесторы закладывают риски заранее — отсюда рост цен.
Плюс фактор Ормузского пролива, через который идёт значительная часть мировой нефти.
Дальше всё по цепочке:
дорогая нефть → давление на экономику → проблемы у импортеров, включая Китай.
И в итоге рынок реагирует на кризис, который ещё не случился до конца.
Главный вопрос сейчас —
как долго это состояние затянется.
Прогноз: средняя цена на Brent в текущем году может превысить уровень $80 за баррель, хотя сейчас уже есть высокая вероятность попадания средней стоимости нефти в диапазон $80-90 за баррель.
Проект трассы Алматы – Иссык-Куль: низкая окупаемость ставит под сомнение строительство
Реализация проекта автодороги «Алматы – Узынагаш – Кичи-Кемин», которая соединит Казахстан и Кыргызстан, приостановлена. Причина — низкая экономическая целесообразность маршрута.
Трасса проходит в горах на высоте около 1500 метров. Это создает риски эксплуатации зимой и, по оценкам Минтранса Казахстана, приведет к низкой рентабельности.
Решение о разработке ТЭО приняли в конце 2024 года. Маршрут «Алматы – Чолпон-Ата» должен был включать участки через Узынагаш, Кемин и перевал Кастек. Общая протяженность — 277 км, из них 127 км по территории Казахстана и 150 км по Кыргызстану. Ранее рассматривались и другие варианты дороги на Иссык-Куль к 2030 году.
На дорогах Кыргызстана в первом квартале погибли 148 человек, из них 18 — дети
В январе — марте 2026 года на дорогах Кыргызстана зарегистрировали 1 тысячу 150 ДТП. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года число аварий сократилось на 22,9 процента, говорится в отчете Нацстаткома.
Наибольшая доля происшествий пришлась на город Бишкек — 44%. Далее следуют Чуйская (19,7%), Ошская (11,5%) и Джалал-Абадская (9,6%) области.
Несмотря на снижение общего количества ДТП, ситуация со смертностью на дорогах ухудшилась. За три месяца погибли 148 человек, что на 28,7% больше прошлогодних показателей. При этом общее число пострадавших составило 1 тысячу 482 человека, снизившись на 32,6%.
С участием детей произошло 273 аварии — это на 26,2% меньше, чем в первом квартале 2025 года. В результате происшествий ранения получили 293 ребенка, еще 18 детей погибли.
Водители в состоянии алкогольного опьянения совершили 48 ДТП, что на 33,3% меньше, чем в январе — марте 2025 года.
Есть ощущение, что смартфоны перестали удивлять. Вроде все стали одинаково «хорошими». Настолько, что разницу начинаешь искать не в характеристиках, а в том, как ты с ними живёшь.
С POCO X8 Pro было примерно так. Взял — и через пару дней понял: ну да, вот он, нормальный, удобный, без лишнего пафоса. Такой «разумный максимум», после которого уже не хочется ничего усложнять.
А потом в руки попал POCO X8 Pro Max. 🙂 И тут начинается странное.
Потому что он вроде бы делает всё то же самое. Просто… больше. Экран больше. Батарея больше. Производительность — с запасом, который в обычной жизни не всегда даже нужен.
И вот ты сначала думаешь: ну зачем?
А потом привыкаешь смотреть видео на большом экране.
Привыкаешь, что телефон не садится к вечеру.
Привыкаешь, что ничего не тормозит даже тогда, когда ты сам уже устал.
И незаметно для себя начинаешь менять поведение.
🔹Меньше думаешь о зарядке.
Чаще берёшь телефон «не по делу».
🔹Дольше зависаешь в том же YouTube, потому что просто удобнее.
И в какой-то момент ловишь себя на мысли: это уже не про «чуть лучше». Это про другой сценарий.
Не обязательный. Не универсальный. Но если ты в него попал — обратно возвращаться странно.
🔗 И, наверное, в этом главная разница между X8 Pro и Pro Max.
Один — про рациональность.
Второй — про привычки, которые тихо меняются.
Если раньше две трети китайского капитала шли в сырьё — нефть, газ, трубопроводы, — то теперь всё иначе. Заводы, электростанции, промышленность. И это уже не временный тренд, а системный разворот.
По данным Евразийского банка развития, инвестиции Китая в регионе достигли 66 млрд долларов. Но главное не сумма — главное, куда идут эти деньги.
Китай приходит не только с капиталом. Он приходит со своей технологией, своим производством и своей моделью развития. И всё чаще строит проекты с нуля — заводы, энергетические объекты, инфраструктуру.
📍Центральная Азия — в центре этой трансформации. На неё приходится более половины всех китайских инвестиций.
📍Особенно быстро растёт Узбекистан — за пять лет вложения увеличились более чем в пять раз. Казахстан остаётся крупнейшим получателем, но уже в более зрелой фазе.
📍Что это значит?
Регион перестаёт быть просто сырьевой базой. Он становится площадкой для индустриального роста.
Но вместе с возможностями растут и риски: зависимость, контроль над технологиями, условия входа капитала.
🔗Китай меняется.
И теперь главный вопрос — успеет ли Евразия измениться вместе с ним.