Наверное, только так и можно объяснить эту глухую стену в разговорах о повышении рождаемости.
Нам снова повторяют нарратив: «семья — это хорошо, дети — это хорошо», как будто это универсальная истина, не требующая оговорок.
Но при этом игнорируется, что для кого-то семья самое опасное место на земле, а дети непосильная ответственность из-за личностных, психических или жизненных ограничений.
Возможно, это неготовность смотреть правде в глаза.
А возможно, всё ещё проще: «сделай, как я хочу, а что это будет стоить тебе неважно».
Скорее всего, никакого будущего президента в утробе не убьют.
Гораздо вероятнее, в утробе убьют будущего Чикатило.
Почему?
Потому что отсутствие любви со стороны матери, которая хотела сделать аборт, для ребёнка является крайне тяжелым условием для развития и существования, из-за которых он получает сильную травму привязанности и нарушенную способность к эмпатии.
Достаточно посмотреть эксперимент с каменным лицом, где мать перестаёт эмоционально откликаться на младенца всего на полторы минуты и ребёнок уже начинает паниковать и распадаться.
Полторы минуты.
А теперь представьте годы жизни рядом с эмоционально мёртвой, холодной, отвергающей или непредсказуемой матерью.
Такое детство не проходит бесследно, оно калечит базовую структуру личности.
Неблагополучное детство, ранняя эмоциональная депривация, унижение, отсутствие надёжной привязанности + генетическая предрасположенность — резко повышают риск тяжёлой личностной деформации.
И если к этому добавляется мужская гендерная социализация, которая поощряет внешнюю агрессию, доминирование, право на захват и слабую эмоциональную рефлексию, то на выходе мы получаем не просто травмированного человека, а человека, чья травма с высокой вероятностью будет направлена вовне.
Говоря простым языком, мы получаем маньяка.
Конечно, не каждый человек с тяжёлым детством становится маньяком.
Но практически за каждым маньяком стоит тяжёлое, насильственное, унижающее, эмоционально разрушительное детство.
Так что тезис про будущего президента в подобных условиях выглядит не просто наивно, а ещё и опасно некомпетентно.
Да, из тяжёлого детства иногда действительно выходят люди с высоким статусом и огромной властью, но это не правило, это ошибка выжившего.
Тот же Трамп — скорее не аргумент против, а аргумент в пользу того, что тяжёлая семейная динамика не обязательно производит маргинала.
Иногда она производит человека, который получает колоссальную власть, не переставая быть глубоко деформированным.
Писи. Откуда я это всё знаю? Последний год я активно увлеклась изучением темы жизни и преступлений маньяков — начиная от того, что пересмотрела десятки видео жанра тру крайм на канале Погребижской, Сулим и др, и заканчивая книгами и лекциями от психиатров, которые занимаются лечением маньяков.
Всё детство бабушка пугала меня маньяками. И только изучение этого вопроса подробно, позволило снять напряжение и тревожность, существовавшие вокруг этой темы в моей голове.
Учивая, что основной ЦА демографической пропаганды являются всё-таки не миллениалы, а зумеры.
А зумеры это то поколение, которое обесценивает секс и не считает его полезным для здоровья, не сакрализирует как таинство и в целом достаточно спокойно к нему относится.
Вместо 41-летней Москвитиной, рекламирующей результат секса — детей, надо взять 34-летнюю Катю Самбуку, которая начнет рекламировать как ценность — сам секс и процесс занятия сексом.
Потому что невозможно продать автомобиль людям, которые в принципе не любят ездить.
Не думала, что передо мной будет ещё выебываться женщина, которая трахается чаще меня. Я только привыкла выебываться сумками и показателями запусков, а тут ещё и ебаться надо ради успеха.
Во-первых, потому что право распоряжаться своим телом базовое право человека.
И никто не вправе присваивать себе контроль над чужой репродуктивной функцией.
Во-вторых, потому что мне отвратительно потребительское отношение к женщинам как к маткам на ножках, которые государство хочет использовать как демографический ресурс, полностью игнорируя их психическое состояние, материальные условия, безопасность, желание или нежелание материнства.
В-третьих, потому что это не работает.
История это уже показала.
Достаточно вспомнить советский опыт, где запрет абортов не привёл к счастливому всплеску рождаемости, зато породил медицинский подпольный рынок, смертность от коммерческих абортов и рост статистики убийств маленьких детей.
Принудительное материнство — это не защита жизни. Это насилие.
Если женщина рожает нежеланного ребёнка, это может стать катастрофой для обоих.
И это одна из немногих ошибок, которая действительно способна необратимо сломать жизнь и матери, и ребёнку.
Лишать женщину возможности не рожать в такой ситуации бесчеловечно.
Именно поэтому я подписала петицию против выдвижения этой женщины с её навязчивой фиксацией на чужой репродукции.
Подписать можно здесь: