Телеграм канал «Бали Эксперт»

Индонезия готовится закупать российскую нефть

Индонезия начнет закупку российской нефти уже в этом месяце. Об этом сообщил министр энергетики Индонезии Бахлил Лахадалия. Ормузский пролив все еще заблокирован, поэтому стране нужно доимпортировать примерно 250 тыс. баррелей ежедневно, которые как раз приходятся на поставщиков из стран Персидского залива.

Министр также рассказал, что власти Индонезии ведут переговоры с Россией о поставках газа. Если в случае с нефтью Индонезия вынуждена импортировать 63% от общего потребления, то с газом зависимость еще сильнее — доля импорта составляет 85% процентов, или 8,4 млн тонн. Причем до 75% этого объема идет из США, 20% — из стран Персидского залива, оставшиеся 5% поставляет Австралия.

Помню, года три назад была новость, что в Балийском море (на севере от Бали) нашли одно из крупнейших газовых месторождений Индонезии объемом 115 млрд кубометров. При тогдашних ценах на газ рыночная стоимость залежей составляла $52 млрд. Разработку тогда вела итальянская компания Eni.

Получается, достигнута максимальная диверсификация по импортерам. Но можно и свою добывающую отрасль развивать быстрее, чтобы меньше зависеть от мировой геополитики и катаклизмов.

Сегодня узнал, что на прошлой неделе моего знакомого, основателя самого известного архитектурного бюро Беларуси Zrobim Artchitects Андуся Бездаря и 50 его сотрудников арестовали в их офисе в Минске.

Примечательно, что ровно за 10 дней до ареста на своем популярном YouTube-канале, на который подписано немалые 340 тысяч человек,он выложил короткое видео. В нем Андрусь рассказывал, что несмотря на то, что у них шесть офисов по всему миру и большое портфолио, они именно белорусская компания. Они не забывают о своих корнях и хотят больше работать на родине.

Не знаю, как такое комментировать. Приведу лучше пример. Основатель группы Freedom Finance Тимур Турлов в самом начале построения своей бизнес-империи понял: чтобы комфортно работать и развиваться на рынках СНГ, находиться надо где-то в безопасной юрисдикции. Именно поэтому он первым делом перевел все холдинговые структуры в Казахстан. А после выхода на IPO в США в 2022 году, еще и сменил гражданство — чтобы уж наверняка.

Ответа на вопрос, что власти хотели донести до рынка арестом самой известной архитектурной команды страны, которая вдобавок промоутит свою родину, нет. Скажу лишь, что глобально для рынка еще дополнительная неопределенность и риск. Причем для самой его прогрессивной части. Вот почему тенденция к выводу активов и релокации в безопасные юрисдикции будет, на мой взгляд, только усиливаться.

Новое видео на канале «Бали Эксперт»

В новом ролике рассказываю про любимые отели на Бали и делюсь своими наблюдениями, чем отличается проект с хорошей архитектурой от проекта с незабываемым гостиничным опытом.

Смотреть здесь: https://www.youtube.com/watch?v=oRyGgB_VRxA

Мусорный вопрос на Бали. Кто виноват и что делать

Мусорный вопрос — сейчас главная тема во всех балийских СМИ. Эта проблема особенно актуальна во влажный сезон, с декабря по март, когда мусор можно видеть на пляжах, особенно на западном побережье острова. Но сейчас дело не в сезонности, а в волне возмущения из-за недавнего закрытия крупнейшей свалки острова Сувунг.

Закрыть свалку обещали давно, но к решительным действиям приступили лишь когда от центрального министерства экологии пришел прямое указание. Изначально ее хотели закрыть ее еще к встрече G20, которая прошла на Бали три года назад. Но тогда не успели открыть центры сортировки мусора, поэтому дата постоянно переносилась.

Сейчас такие центры должны были заработать в каждом отдельном районе острова. Например, в районе Букит, где я живу, они появились. Здесь разделяют мусор, а в отдельных центрах даже установлены китайские печи для сжигания остаточного мусора. По крайней мере, так происходит в районах Печату, Унгасан и Кутух.

В этом году власти перешли к решительным действиям. Сначала президент страны заявил, что пора наконец решить мусорную проблему и привлек для этого военных. Потом министр экологии запретил открытые свалки на Бали и пообещал уголовное наказание для официальных лиц, которые нарушат этот запрет. Власти Бали в свою очередь запретили скидывать мусор без сортировки, тем, кто мусорит, грозит штраф до $1700.

После закрытия крупнейший свалки вариант выкидывать мусор как раньше больше не работает. Говорить за все остальные провинции Бали не могу, но, по словам ребят из Умаласа и Денпасара, мусорщики, как частные, так и государственные, стали проверять отходы, которые забирают. И если, например, они видели там органику, то отказывались их вывозить.

Отдельные резиденты, не пожелавшие жить по новым правилам, посчитали такое поведение нарушением своих прав. Они стали обвинять власти и лично губернатора Бали в том, что тот не может решить проблему с мусором.

Я лично вчера пообщался с примерно сорока людьми из разных районов Бали, в том числе из Денпасара, и никто с момента закрытия свалки в Сувунге не увидел проблем с вывозом мусора. Но они занимаются базовой сортировкой и подтвердили, что теперь мусор перед погрузкой проверяют.

В нормальных странах сортировка мусора — обычная практика. Желание отдельных резидентов, чтобы вместо них сортировкой занимался кто-то еще — тоже, наверное, понятно. Люди привыкли так жить и не хотят меняться. Но для благополучия Бали необходимо движение в противоположную сторону.

Что мне как экспату, проживающему на юге Бали, совсем непонятно —почему классная и своевременная инициатива, которая давно назрела, воспринимается довольно критично местными СМИ и большим количеством каналов в соцсетях. Может, дело в политической борьбе Не берусь судить.

Но это не отменяет главного — открытые свалки на острове надо закрывать. Сортировать мусор и отправлять его на энергетическую утилизацию тоже надо. Этим должны заниматься как сами резиденты, так и бизнесы. Просто потому что это единственная цивилизованная система по решению мусорного вопроса.

Зачем президент Индонезии полетел в Москву

Коротко — потому что может себе позволить. А если чуть подробнее, то есть один вопрос на 250 тысяч баррелей в сутки, которые президент Индонезии Прабово Субианто пытается закрыть в связи с блокировкой Ормузского пролива.

Индонезия потребляет в день примерно 1,6 млн баррелей нефти, из которых около 1 млн экспортирует. 25% этого объема приходится как раз на страны Ближнего Востока. Вот почему сейчас власти в срочном порядке ищут возможность диверсифицировать поставки за счет экспортеров из других регионов.

Объем двусторонней торговли между странами заметно вырос за последние пять лет: по итогам 2025 года он составил $4,8 млрд, рост на 20% по сравнению с прошлым годом. Россия поставляет в Индонезию преимущественно уголь ($874,7 млн), удобрения ($451,5 млн), пшеницу ($376,4 млн), сталь и железо ($232,4 млн) — это данные за 2024 год. Индонезийцы экспортируют на российский рынок сельхозсырье, машины, оборудование, текстиль и обувь, продукцию химической промышленности.

Это и, видимо, многое другое президенты и обсуждали пять часов на встрече в Москве. Помимо всего прочего, они договорились продолжать снимать пошлины в рамках соглашения о свободной торговли, которые страны подписали в прошлом году в Санкт-Петербурге. Ну и бонусом Росатом предложил Индонезии построить первую в стране АЭС, чтобы никакие блокировки проливов в будущем не были страшны.

Лучшая иллюстрация внешней политики Индонезии — тот факт, что пока президенты России и Индонезии сегодня встречаются в Москве, министр обороны США проводит переговоры со своим индонезийским коллегой в Пентагоне по вопросу использования воздушного пространства страны для военных самолетов США.

Про ликвидацию российских и украинских деревень на Бали

В пятницу по всем крупным новостным каналам прошла новость о том, что губернатор Бали Ваян Костер в интервью «РИА-Новости» заявил, что ликвидировал на острове некие российские и украинские деревни. Со мной лично связывались отдельные СМИ для комментариев.

Рассказываю, откуда все пошло. Президент Индонезии Прабово Субианто вчера вылетел в Москву на встречу со своим российским коллегой. Третий раз за год. Логично, что российские и индонезийские СМИ активно освещают историю двусторонних отношений. Поскольку туризм — главное, что сейчас связывает наши страны в глазах широкой общественности, СМИ сосредоточились на этой теме.

Хронология событий.
7 апреля губернатор Ваян Костер дал интервью агентству «Россия сегодня» и рассказал, сколько туристов в год получает остров, как растет его экономика и как они рады видеть гостей из разных стран. Эта новость прошла по всем местным каналам.

9 апреля президент Индонезии заявил, что его страна останется самой безопасной в случае начала Третьей мировой войны. Вот почему россияне и украинцы живут тут в таком количестве. Он также добавил, что надо создавать условия для того, чтобы больше иностранцев сюда приезжало и инвестировали в местную экономику. Мол, мы рады всем. Эта новость также прошла по всем местным и даже части международных СМИ.

10 апреля Костер в интервью «РИА-Новости» рассказал, что дал задание ликвидировать некие российско-украинские деревни в Гиньяре. Эта новость была замечена только в российских СМИ. И она сильно выделяется на фоне общей информационной повестки. И тот факт, что местные СМИ проигнорировали такое громкое заявление, наводит на определенные мысли.

Но вернемся к мифическим деревням, о которых зашла речь. По всей видимости, здесь говорится о проекте «Парк Убуд», так как это единственное место на острове, которое называлось русской деревней. Там действительно жили преимущественно русскоговорящие гости.

В конце 2024 этот проект столкнулся со сложностями из-за нарушений правил застройки, к нему тогда было приковано пристальное внимание властей и общественности. Но с тех пор, насколько мне известно, проект перезапустили, с правилами застройки разобрались, и сейчас там все нормально функционирует.

Во всей этой истории мне непонятно, почему тема полуторагодовалой давности вдруг всплыла накануне визита президента Индонезии в Россию. С другой стороны, губернатор Бали славится своими смелыми инициативами и не менее смелыми интервью. Возможно, просто вспомнил эту историю и с открытой душой ею поделился. По-балийски.