Телеграм канал «ATP Cardiology news | Новости кардиологии»

ИИ читает ЭКГ — и предсказывает инсульт на 10 лет вперёд так же точно, как Фрамингемская шкала

Стратификация риска ишемического инсульта требует сбора множества клинических данных. А что если стандартная 12-канальная ЭКГ — которая есть у каждого пациента — уже содержит эту информацию, просто невидимую глазу? Модель ECG2Stroke, обученная на данных более 200 000 пациентов трёх американских медицинских центров, проверила эту идею.

Свёрточная нейронная сеть обучена на 101 496 пациентах Массачусетской больницы общего профиля. Валидация — на трёх независимых выборках: MGH Test (4 771), BWH (68 884) и BIDMC (29 882). Суммарно за 10 лет наблюдения — более 4 700 случаев ишемического инсульта.

Дискриминационная способность (AUC за 10 лет):
— MGH Test: 0,795
— BWH: 0,774
— BIDMC: 0,772

Сравнение с пересмотренной Фрамингемской шкалой риска инсульта:
— MGH/BWH: ECG2Stroke 0,791 vs Фрамингем 0,779
— BIDMC: ECG2Stroke 0,745 vs Фрамингем 0,728

Модели — сопоставимы. При этом ECG2Stroke не требует ни анамнеза, ни лабораторных данных — только ЭКГ, возраст и пол.

Что именно «видит» нейросеть:
Карты значимости указывают на зубец P как ключевой элемент. Оценки риска коррелируют со структурированными параметрами зубца P — признаками предсердной кардиопатии. Модель сильно ассоциирована с кардиоэмболическим инсультом (отношение рисков 2,17 на одно стандартное отклонение), но не с некардиоэмболическим. То есть ИИ, по сути, детектирует патологический предсердный субстрат — даже без явной фибрилляции предсердий на момент записи.

Стратификация работала во всех подгруппах — включая пациентов как с фибрилляцией предсердий, так и без неё.

Вывод для клинициста: ЭКГ давно воспринимается как инструмент диагностики текущих нарушений. ECG2Stroke предлагает другую концепцию — ЭКГ как скрининговый инструмент долгосрочного риска инсульта, доступный при каждом контакте с пациентом. Особенно интересен потенциал у пациентов с признаками предсердной кардиопатии без задокументированной фибрилляции предсердий — именно та группа, которую сложнее всего выявить стандартными методами.

По материалам: Mahajan, R, Pace, D, Friedman, S. et al. ECG Signatures and Long-Term Ischemic Stroke Risk: A Deep Learning Analysis of 200,000 Patients. JACC. 2026 Jul, 88

Прямые пероральные антикоагулянты у пожилых с фибрилляцией предсердий: инсультов стало меньше — но не у всех одинаково

За 23 года датская система здравоохранения прошла путь от варфарина к эпохе прямых пероральных антикоагулянтов. Что это изменило для пожилых пациентов с фибрилляцией предсердий — в зависимости от возраста? Общенациональное исследование 243 938 пациентов с впервые выявленной фибрилляцией предсердий (1999–2022 гг.) даёт детальный ответ.

Три возрастные группы:
— Пожилые: 65–74 года (36,6%)
— Старшие: 75–84 года (40,6%)
— Очень старые: ≥85 лет (22,8%)

Охват антикоагулянтной терапией к 2022 году:
Даже среди пациентов ≥85 лет прямые пероральные антикоагулянты получали 71% — это принципиальный сдвиг по сравнению с эпохой варфарина.

Абсолютное улучшение 5-летней выживаемости без инсульта:
— 65–74 года: +10,1%
— 75–84 года: +12,8%
— ≥85 лет: +3,5%

Наибольший выигрыш — в группе 75–84 лет. У самых старых пациентов прогресс скромнее.

Кровотечения — неоднородная картина:
У пожилых (65–74) в эпоху широкого применения прямых пероральных антикоагулянтов роста риска внутримозговых кровоизлияний не наблюдалось. Но у старших (75–84) и очень старых (≥85) абсолютный 5-летний риск внутримозговых кровоизлияний вырос — вероятно, отражая как более высокий охват терапией, так и исходно большую уязвимость сосудов в этих группах.

Вывод для клинициста: прямые пероральные антикоагулянты изменили прогноз при фибрилляции предсердий даже у очень пожилых пациентов — инсультов стало меньше во всех группах. Но у пациентов ≥85 лет выигрыш по инсульту скромнее, а риск внутримозговых кровоизлияний растёт. Это не аргумент против антикоагуляции у очень старых — это аргумент за особенно тщательную индивидуальную оценку соотношения риска и пользы, контроль модифицируемых факторов риска кровотечений и регулярный пересмотр терапии.

По материалам: European Heart Journal, Volume 47, Issue 27, 14 July 2026, Pages 3625–3635

Вино и средиземноморская диета: ассоциация есть, но доказательством это не назовёшь

Средиземноморская диета снижает сердечно-сосудистый риск — это установлено. Но внутри этой диеты один компонент остаётся дискуссионным: вино. Два испанских когортных исследования — PREDIMED (7 447 участников высокого риска, наблюдение до 17 лет) и SUN (23 133 более молодых участника, наблюдение 22 года) — попытались разобраться, что именно работает: диета сама по себе или диета с умеренным употреблением вина.

Данные PREDIMED по сердечно-сосудистым событиям:
— Хорошая приверженность средиземноморской диете без учёта вина → ОР 0,84 (95% ДИ 0,61–1,15) — незначимо
— Хорошая приверженность с умеренным употреблением вина → ОР 0,55 (95% ДИ 0,36–0,83) — значимо

По смертности от всех причин (PREDIMED):
— Диета без учёта вина → ОР 0,77 (95% ДИ 0,68–0,87)
— Диета с вином → ОР 0,67 (95% ДИ 0,57–0,78)

В когорте SUN по сердечно-сосудистым событиям — значимых ассоциаций не выявлено. По смертности — тенденция в ту же сторону, но без статистической значимости. При объединении обеих когорт умеренное употребление вина в рамках средиземноморской диеты ассоциировалось с более низкой общей смертностью (p = 0,01).

Почему не стоит спешить с выводами:
Сами авторы указывают на несколько принципиальных ограничений. Анализы, наиболее защищённые от систематической ошибки «трезвенников» (когда бывшие пьяницы со здоровьем учитываются в группе непьющих и искажают сравнение), не давали значимых результатов. Мультипликативное взаимодействие для пункта о вине — незначимо. При трёх и более бокалах в день снижение риска смерти исчезало.

Вывод для клинициста: ассоциация между умеренным потреблением вина в контексте средиземноморской диеты и снижением смертности — есть, но она наблюдательная, подвержена хорошо известным методологическим ловушкам и не воспроизводится стабильно в обеих когортах. Это не основание рекомендовать вино пациентам. Но это и не основание демонизировать бокал красного у пациента, который в целом питается правильно. Средиземноморская диета работает — с вином или без.

По материалам: European Heart Journal, Volume 47, Issue 27, 14 July 2026, Pages 3591–3606

Заменители соли снижают давление — но вдвое сильнее в столовых и домах престарелых, чем дома

Заменители соли (хлорид калия вместо части хлорида натрия) — одна из немногих диетических интервенций с хорошей доказательной базой по снижению артериального давления. Но насколько эффективность зависит от того, где именно применяется замена? Мета-анализ 21 рандомизированного контролируемого исследования с 29 570 участниками дал неожиданно чёткий ответ.

Общий эффект заменителей соли по сравнению с обычной солью:
— Систолическое давление: −4,7 мм рт. ст.
— Диастолическое давление: −1,4 мм рт. ст.

Но картина меняется при стратификации по условиям:
В домашних условиях (18 исследований, 27 813 участников):
— Систолическое: −4,2 мм рт. ст.
— Диастолическое: −1,2 мм рт. ст.

В условиях коллективного питания — столовые, дома престарелых (3 исследования, 1 757 участников):
— Систолическое: −7,7 мм рт. ст.
— Диастолическое: −2,4 мм рт. ст.

Разница между условиями для систолического давления статистически значима (p = 0,008). Гетерогенность в группе коллективного питания — нулевая (I² = 0%), что говорит о стабильности эффекта.

Почему такая разница? В условиях коллективного питания замена соли происходит централизованно и полностью — пациент не может «досолить» самостоятельно. Дома соблюдение рекомендаций неполное, а источники натрия многочисленны.

Вывод для клинициста: перевод пациента на заменитель соли дома — это хорошо, но половинчато. Максимальный эффект достигается там, где контроль над питанием централизован: стационары, дома престарелых, учреждения долгосрочного ухода. Для администраторов таких учреждений — это, пожалуй, одна из самых дешёвых и доказанных интервенций по снижению давления в популяции высокого риска.

По материалам: Zhang, X, Yuan, Y, Gao, C. et al. Blood Pressure Reduction Effects of Salt Substitutes in Different Application Settings A Meta-Analysis of Randomized Controlled Trials. JACC: Asia. 2026 July

Клиническое ожирение повышает риск сердечной недостаточности на 63% — но парадоксально не влияет на смертность после её развития

Комиссия The Lancet в 2024 году разграничила два понятия: преклиническое ожирение (высокий ИМТ без органных нарушений) и клиническое ожирение (ожирение с доказанным поражением органов-мишеней или функциональными ограничениями). Китайская когорта Kailuan — 99 131 участник, медиана наблюдения 16 лет — впервые оценила, что это разграничение означает для риска сердечной недостаточности.

Клиническое ожирение определялось по совокупности: индекс массы тела, окружность талии, соотношения талия/бёдра и талия/рост, плюс 10 клинических критериев поражения органов.

Риск впервые возникшей сердечной недостаточности:
По сравнению с группой без ожирения — клиническое ожирение повышает риск на 63% (сКР 1,63; 95% ДИ 1,49–1,77).

И это дозозависимо — по числу клинических критериев:
— 1 критерий → +50% (сКР 1,50)
— 2 критерия → +91% (сКР 1,91)
— ≥3 критериев → +120% (сКР 2,20)

Парадоксальная находка — после развития сердечной недостаточности:
Клиническое ожирение не ассоциировалось с повышением общей смертности (сКР 1,01; 95% ДИ 0,90–1,15). Это ещё одно проявление известного «парадокса ожирения» при сердечной недостаточности — феномена, механизмы которого до конца не ясны.

Вывод для клинициста: ожирение как цифра на весах — это не то же самое, что клиническое ожирение с органными нарушениями. Чем больше клинических проявлений — тем выше риск развития сердечной недостаточности, причём в два с лишним раза при трёх и более критериях. Это аргумент в пользу более детальной фенотипизации пациентов с ожирением: не просто фиксировать ИМТ, а оценивать функциональные и органные последствия — именно они определяют кардиальный прогноз.

По материалам: Liu, H, Liu, T, Wu, Y. et al. Long-Term Impact of Clinical Obesity on Heart Failure Development and Prognosis: New Insights. JACC: Asia. 2026 Jul, 6 (7)

Артериальное давление лёжа предсказывает фибрилляцию предсердий лучше, чем давление сидя

Мы измеряем артериальное давление сидя. Всегда. Это стандарт. Но что если позиция пациента на кушетке — та самая, в которой он проводит часть обследования — несёт дополнительную прогностическую информацию, которую мы привычно игнорируем?

24 901 участник UK Biobank без сердечно-сосудистых заболеваний в анамнезе и без антигипертензивной терапии. Медиана наблюдения — 4,5 года. Первичная конечная точка — впервые возникшая фибрилляция предсердий (ФП).

Участники разделены на 4 группы:
— нормальное давление в обоих положениях
— гипертензия только сидя
— гипертензия только лёжа
— гипертензия и сидя, и лёжа

Главный результат:
Систолическое давление лёжа — независимый предиктор ФП: +12% риска на каждые 10 мм рт. ст. (aHR 1,12; 95% ДИ 1,05–1,20). Связь давления сидя с ФП после поправки на сопутствующие факторы — незначимая.

По группам:
— Гипертензия только лёжа → риск ФП +38% (aHR 1,38; 95% ДИ 1,09–1,75)
— Гипертензия и сидя, и лёжа → +35% (aHR 1,35; 95% ДИ 1,01–1,81)
— Изолированная гипертензия сидя → значимой связи с ФП нет

Добавление давления лёжа в модель риска достоверно улучшало прогнозирование: индекс Харрелла C вырос с 0,553 до 0,576 (p = 0,033), чистая реклассификация — +22,3% (p < 0,001).

Важный нюанс по возрасту: у пациентов моложе 65 лет связь наиболее выражена. У пожилых значимой ассоциации не выявлено — возможно, из-за большей распространённости конкурирующих факторов.

Вывод для клинициста: измерение давления лёжа — это просто, бесплатно и занимает 2 минуты. Если у пациента моложе 65 лет давление сидя в норме, но лёжа — повышено, риск фибрилляции предсердий достоверно выше. Возможно, эта простая манипуляция заслуживает места в рутинном обследовании — особенно у пациентов с факторами риска ФП.

По материалам: Lee, K, Rhee, T, Choi, J. et al. Supine Hypertension as a Predictor of Atrial Fibrillation: A UK Biobank Cohort Study. JACC Adv. 2026 Aug, 5 (8)

Разгрузка левого желудочка перед ЧКВ при ИМпST: красивая гипотеза, нейтральный результат — STEMI-DTU

Логика была убедительной: если перед реперфузией снизить нагрузку на левый желудочек с помощью чресклапанного микроаксиального насоса (Impella) — миокард войдёт в реперфузию в более выгодных условиях, и зона некроза окажется меньше. Доклинические данные это подтверждали. Исследование STEMI Door to Unload (DTU) проверило гипотезу на людях.

527 пациентов с передним ИМпST без кардиогенного шока, 55 центров в США, Германии, Италии, Великобритании, Швейцарии и Канаде (2019–2024 гг.). Средний возраст — 61 год, 79% мужчин, симптомы от 1 до 6 часов.

Рандомизация 1:1:
— Группа лечения: установка Impella → 30-минутная разгрузка → ЧКВ
— Контроль: немедленное ЧКВ

Первичная конечная точка — размер инфаркта по данным МРТ сердца на 3–5-е сутки, нормализованный по массе левого желудочка.

Результат:
— Группа разгрузки: 30,8% ± 16,2%
— Контрольная группа: 31,9% ± 16,9%
— Разница: −1,1% (95% ДИ: −4,2 до +2,0; p = 0,50)

Разницы нет. При этом общее время ишемии в группе лечения было закономерно больше — из-за 30-минутной отсрочки реперфузии. И крупные кровотечения или сосудистые осложнения в группе лечения возникали чаще — как по сравнению с контролем, так и по сравнению с заранее заданным целевым показателем безопасности.

Вывод для клинициста: стратегия «разгрузи — потом открой» при переднем ИМпST без шока не уменьшает размер инфаркта, но добавляет время ишемии и сосудистые осложнения. Концепция механической разгрузки перед реперфузией, убедительная в эксперименте, не воспроизвелась в клинике — возможно, потому что выигрыш от разгрузки нивелируется потерями от задержки открытия артерии. Для пациентов без шока приоритет остаётся прежним: время — миокард.

По материалам: Kapur, N, Mangner, N, Aghili, N. et al. Left Ventricular Unloading in Anterior ST-Segment Elevation Myocardial Infarction Without Shock: The ST-Segment Elevation Myocardial Infarction Door to Unload Randomized Controlled Trial. JACC. 2026 Jul, 88 (1) 76–90