- Тебе не приходило в голову, что каждое божье лето мы делаем то же, что и в прошедшее?
- Например?
- Ну, скажем, делаем вино из одуванчиков, покупаем новые кроссовки, запускаем первый фейерверк в году, готовим лимонад, занозим себе ноги... Каждый год — одно и то же. Никаких перемен, никакой разницы. Это тебе первая половина лета.
- А что во второй половине?
- То, что происходит впервые в жизни.
- Например, когда попробуешь маслин?
- Гораздо важнее. Когда начинаешь над этим задумываться, обращать на это внимание – вот что ново. Мы делаем что-то, сами того не замечая. Потом вдруг, на тебе, смотришь, а это и впрямь впервые! Я поделю лето на две половины. Первая озаглавлена «Обряды и обычаи».
Первая в году шипучка. Первая пробежка босиком по траве. Первый арбуз.
Первый комар. Первый урожай одуванчиков. Все это мы делаем, даже не замечая.
А в конце блокнота, как я уже сказал, «Открытия и откровения», а может, «Озарения» – вот отличное словечко. Короче, ты занимаешься каким-нибудь привычным делом, а потом вписываешь его в графу «Обряды и обычаи».
Потом ты задумываешься об этом и все свои мысли, неважно, бредовые или нет, записываешь в графу «Открытия и откровения».
Рэй Брэдбери, «Вино из одуванчиков».
• Лучано Паваротти на летних вайбах напоминает, что лето – время простых удовольствий, которые важно замечать и ценить.
Джордж Оруэлл, день рождения которого был вчера, всё уже сказал:
Власть — не средство; она — цель. Диктатуру учреждают не для того, чтобы охранять революцию; революцию совершают для того, чтобы установить диктатуру. Цель репрессий — репрессии. Цель пытки — пытка. Цель власти — власть.
Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топчущий лицо человека — вечно. И помните, что это — навечно. Лицо для растаптывания всегда найдется. Всегда найдется еретик, враг общества, для того чтобы его снова и снова побеждали и унижали.
В массе своей люди слабы и трусливы, не готовы к свободе и боятся правды, а значит, надо, чтобы кто-то сильный управлял ими и обманывал их.
Привычка не показывать своих чувств въелась настолько, что стала инстинктом.
Постепенно становясь сильнейшим из побуждений, страх ломает нравственный хребет человека и заставляет его глушить в себе все чувства, кроме самосохранения.
Может быть, человек не так нуждается в любви, как в понимании.
Тот, кто управляет прошлым,
управляет будущим. Тот, кто управляет настоящим, управляет прошлым.
Свобода - это возможность сказать, что дважды два - четыре.
Если дозволено это, все остальное отсюда следует.
Министерство мира занимается войной, министерство правды – ложью, министерство любви – пытками, министерство изобилия морит голодом.
Если ты в меньшинстве — и даже в единственном числе, — это не значит, что ты безумен. Есть правда и есть неправда, и, если ты держишься правды, пусть наперекор всему свету, ты не безумен.
Когда изобрели печать, стало легче управлять общественным мнением; радио и кино позволили шагнуть в этом направлении еще дальше. А с развитием телевизионной техники, когда стало возможно вести прием и передачу одним аппаратом, частной жизни пришел конец.