Это хороший дом, дом друга Его, Лазаря. Там и приготовили ужин, и сестра Лазаря, Марфа, с любовью устроила всё для них.
Читаем сегодняшнее Евангелие.
...в продолжение пути пришел Он в одно селение; здесь женщина, именем Марфа, приняла Его в дом свой (Лк.10:38).
— Ни здесь, ни у апостола Иоанна (который один пишет о воскрешении Лазаря) не говорится ни о мужьях Марфы и Марии, ни о жене их брата Лазаря. Быть может, они были безбрачными (свщ.Иоанн Бухарев).
...у неё была сестра, Мария,
которая села у ног Иисуса и
слушала слово Его (Лк.10:39).
Гости, шум, а Мария села у ног Спасителя и слушала каждое слово Его.
...Марфа же заботилась о большом угощении и, подойдя, сказала:
Господи! или Тебе дела нет,
что сестра моя одну меня оставила служить?
скажи ей, чтобы помогла мне (Лк.10:40).
— Гостеприимство похвально, пока оно не отвлекает от главного.
Господь возбраняет не гостеприимство, а разнообразие и суетность (блаж.Феофилакт Болгарский).
И заметьте: Спаситель ни слова не сказал Марфе, пока она не подошла к Нему с упреками.
И еще два стиха из 11 главы. Это было в другой день и в другом месте, но ситуация похожая. Одна женщина в восторге чувств говорит Спасителю:
...возвысив голос из народа,
сказала Ему:
блаженно чрево, носившее Тебя,
и сосцы, Тебя питавшие! (Лк.11:27).
Это можно понимать как слова благодарности Пречистой Матери Господа и всему роду Его. Но Спаситель останавливает восторженные речи:
...а Он сказал:
блаженны слышащие слово Божие и исполняющие его (Лк.11:28).
Верую, Господи, помоги моему неверию.
Сегодня праздник! Сегодня празднуем Рождество (рождение) Пречистой Девы Марии. Это первый праздник после церковного новолетия (нового года). Это начало нового годового круга событий — снова и снова проживаем Евангельскую историю вместе со своей жизнью в Боге и с Богом.
В продолжение пути пришел Он в одно селение; здесь женщина, именем Марфа, приняла Его в дом свой;
39 у неё была сестра, Мария, которая села у ног Иисуса и слушала слово Его.
40 Марфа же заботилась о большом угощении и, подойдя, сказала:
Господи! или Тебе дела нет,
что сестра моя одну меня оставила служить?
скажи ей, чтобы помогла мне.
41 Иисус сказал ей в ответ:
Марфа! Марфа!
ты заботишься и суетишься о многом,
42 а одно только нужно;
Мария же избрала благую часть,
которая не отнимется у неё.
Глава 11
Когда Он говорил это,
одна женщина, возвысив голос из народа, сказала Ему:
блаженно чрево, носившее Тебя,
и сосцы, Тебя питавшие!
28 А Он сказал:
блаженны слышащие слово Божие и исполняющие его.
Есть распространённая ошибка или скорее заблуждение, что «исконно русское» — это такое исключительно древнеславянское, лесное, деревенское. Отсюда следующее заблуждение, что славянское неоязычество (на самом деле псевдославянский реконструкт) — и есть «исконно русское» (недавно видел радостный анонс в одной из московских школ о проведении «велесовой ночи»). Отсюда же, в свою очередь, заблуждение, что неоязыческое почитание рода — и есть «исконно русское». При том, кто бы утверждал, что почитание своего рода, память о своём роде — это плохо? Никто так не утверждает.
Совершенно понятно желание обратиться к корням (особенно к родственным корням). На протяжении большей части прошлого века обращение к истокам старательно корчевалось (срав. миф про то, что страна и особенно её институции возникли в 1917 году). Ярче сего это проявилось (и проявляется до сего дня) в индустриально-городском сообществе. Совершенно понятная реакция на корчевание истоков и на урбанистический диктат ошибочно приводит к упомянутому заблуждению.
Если говорить о русском этносе, то его подлинные истоки отнюдь не в разрозненных племенах рюриковских времён (это скорее протоэтнос), но в политически и цивилизационно объединённой княжеской Руси, прошедшей национальное становление от святого Владимира до Куликовской битвы.
Сводить русскость, русского человека к нравам и обычаям древних славян, — это по меньшей мере неуважение к многочисленным поколениям наших предков, верных Православной Руси и Русскому Православию, к той бытовой и творческой культуре, которую они создали веками. Это, собственно, есть не почитание своего рода. Нашего, русского, православного рода. Русский человек, как и вся Россия, формировался веками, вбирая многие духовные богатства, в том числе заимствованные, преобразовывая их и претворяя.
Тем же, кто считает необходимым искать истоки именно в глубине времён: зачем на древних славянах останавливаться? Все мы произошли от Адама и Евы (или от неандертальского человека, там уже кто что выберет). Но не стоит говорить об уважении к своему роду, коль десять веков свершений и веры предков выбрасываешь.
В завершение. Порой наблюдается уже упомянутое заблуждение с обратным знаком. В стремлении обличить неоязычество, особенно в когда оно приобретает совсем экстремальные формы, некоторые деятели пытаются разнести в пух и прах саму русскость, намеренно или по безграмотности смешивая одно с другим.