На днях NIH, устами Джея Бхаттачария, объявила о новой инициативе на $174 миллиона. Она называется
R3PEATS, - сокращению от Rigor, Replicability, & Reproducibility to Promote Excellence, Accuracy, & Translation in Science.
Эти Многобукаф для того, чтобы повысить воспроизводимость результатов научных исследований. Потому что они реально плохо воспроизводятся.
Вообще-то изначальный план был на миллиарды. Изначальный план упоминал аж 9,5 миллиардов на повтор уже сделанных кем-то и, конечно же, напечатанных и вошедших во все отчеты научных работ.
Но потом заседали комиссии и пришли к выводу, что, наверное, кидать миллиарды на простой повтор всё-таки неразумно.
Более того, довольно крупные миллионы программы R3PEATS пойдут скорее на большое количество околонаучной активности, а не на самоповторы. Например, на создание журнала, в котором будут публиковать исследования честных попыток повтора ранее доложенных научные результаты.
Так-то попробуй результаты простого повтора чьих-то экспериментов где-нибудь опубликуй, особенно если они идут в разрез с уже установленной парадигмой. В этот квест печали ученые заходить не любят.
Да и гранты обычно пишутся на что-то новенькое, искристое.
А на повтор экспериментов, поставленных кем-то еще, гранты пусть искусственный интеллект пишет.
ИИ неорганический, все стерпит, а ученые из мяса и костей, и у них одни сплошные нервы.
Потому что треугольник "быстро", "хорошо", "дешево" Решается только, если один из катетов поменять на противоположный. Или даже гипотенузу.
Гипотенуза в этом треугольнике - это деньги. Наука стала очень, очень дорогой.
С другой стороны, а что в этом мире дешево?
Ранние научные годы Анчи прошли под пламенем бунзеновской горелки в лаборатории, которая в основном занималась клонированием различных фрагментов ДНК человека в бактерию Escherichia coli.
Этот навык был доведен до автоматизма. Садишься под ламинар и зажигаешь спиртовочку — такой упрощенный вариант. Бунзеновской горелкой пользовались для особо ответственных работ, потому что там температура пламени гораздо выше: ведь она сжигает не спирт, а газ. Поскольку газа бывало жалко — на постоянное пламя баллонов не напасешься! — под ламинар выставляли спиртовки.
Для прожигания микробиологической петли спиртовки вполне годились. Трудно представить себе, что в пламени горящего этанола какая-нибудь бактерия выживет. А вот про гораздо более горячую бунзеновскую горелку ходили слухи о волшебстве ее непрямого действия на микробов во всём объеме ламинарного шкафа.
Ученые из штата Род-Айленд, в отличие от Анчи, не побоялись провести прямой эксперимент и развенчали изобретение Бунзена.
В воздухе над лабораторными столами они распылили бактерии Gordonia rubripertincta и проверили их способность выжить на двух чашках Петри: одна стояла рядом с зажженной горелкой Бунзена, а другая — рядом с незажженной.
В ходе серии экспериментов с горелками разного размера выяснилось, что число бактериальных колоний, находившихся рядом с зажженными горелками, было таким же или даже выше, чем в остальных.
А что уж говорить о спиртовках? На фоне полного бессилия горелки Бунзена спиртовки не имело смысла даже проверять.
Выходит так, что почти столетие магического мышления ученых от потенциального заражения чашек совсем не спасало. Горелки просто грели нам душу, подчеркивая, что мы проводим особенно важный эксперимент, достойный затраты дефицитного газа.
Горелка Бунзена создавала нам тепло и романтику, и за это ей спасибо огромное.
Герой нашего времени - не Печорин, а профессор Nicholas Polson, из University of Chicago Booth School of Business.
Сервер препринтов научных статей SSRN недавно объявил, что из-за резкого роста числа публикаций, загруженных за последний год матстатистиком Николасом Полсоном аж целых 257 его работ были удалены, а учетные записи, использовавшиеся для их загрузки - заблокированы.
Говорят, что стратегия публикаций профессора Полсона - это научная нечистоплотность. Анча не уверена.
Говорят, учёный должен писать научные статьи сам, без помощи искусственного интеллекта, а если он использует чат-боты, то должен отразить это в статье, в разделе «Материалы и методы», ну или хотя бы Acknowledgments.
Хм, но ведь использование карандаша и бумаги мы в статьях не указываем. Мы также не пишем, какая на компьютере версия Windows. (У Анчи, к примеру, семерка). Может кто-то пользует редактор К52, или хотя бы его эмулятор.
Красиво жить не запретишь.
Вот что про этого учёного пишет его же собственный университет.
Николас Полсон — статистик-байесианец, занимающийся исследованиями в области финансовой эконометрики, метода Монте-Карло на основе цепей Маркова (MCMC), обучения с использованием частиц (particle learning) и байесовского вывода (inference). Движимый интересом к теории вероятностей, Полсон разработал ряд новых алгоритмов и применил их в статистике и финансовой эконометрике; в их числе — байесовский анализ моделей стохастической волатильности и метод последовательного обучения с использованием частиц для статистического вывода.
Полсон — соавтор (вместе с Джеймсом Скоттом) книги «AIQ: How People and Machines Are Smarter Together» (2018), посвященной ключевым идеям, сыгравшим роль в создании искусственного интеллекта. Опубликованной в 2018, на минуточку. Когда никакого искусственного интеллекта еще как следует не было, а везде происходил сплошной deep learning.
Мне кажется, прямо здесь и сейчас разворачивается интересный социальный эксперимент.
Быть может, нам открывается новый фронтир. Быть может, лет через 10 дискуссии по вопросу писать научные работы с помощью промпта для ЧатГопоты или нет нам будут казаться просто смешными.
Ведь гранты же с помощью промптов писать можно, да? Ведь можно? Ведь многие их пишут, да? А кое-кто и выигрывает. Как мы уже писали по мотивам статьи в почетном журнале PNAS, использование ИИ для написания грантов повышает вероятность выигрыша, а не понижает.
Ученые из Университета Миссури высказали интересную гипотезу:
саркопения пожилого возраста развивается не потому, что мышцы сами по себе вдруг отчего-то становятся не такими способными к сокращению, а оттого, что ухудшается прохождение сигнала от нервов к мышцам, который, собственно, и заставляет мышцы сокращаться.
А это значит, что причины саркопении у пожилых людей не сильно отличаются от состояния, которое у более молодых людей называется миастенией гравис, но только без аутоиммунного компонента.
Для больных с миастенией сейчас исследуется лекарственное средство под названием Игнасеклант (NMD670).
Это - низкомолекулярный ингибитор хлорного канала ClC-1, разработанный компанией NMD Pharma. Он усиливает прохождение сигнала от нервов к мышцам. Мышцы от этого лучше сокращаются, и саркопения сама по себе становится меньше.
Ну а мы читателям подскажем что такими же свойствами обладает гексарелин (также известный как экзаморелин). Ну и сам грелин, конечно - пептидный гормон, который в основном вырабатывается в желудке и стимулирует чувство голода.