Времена Русско-Японской войны отличаются от современных тем, что русский народ в своей массе не читал японских газет, как японцы не читали русских. Можно было подать исход войны социально желательным образом и быть уверенным, что подавляющая часть страны так его и воспримет. Сегодня все гораздо сложнее: над образом победы нужно работать более кропотливо. Все-таки нужно не забывать, что как и для противника война выступает консолидирующим фактором, так и для нас: пока идет война - ни один приличный человек не станет вредить своей воюющей стране и подливать масло в огонь. Напротив: даже будучи не согласным с той или иной политикой, с теми или иными проявлениями - он все равно сделает все, чтобы его страна победила.
Но наш коллективный враг уже понял, что силой Россию не взять. Он, как и мы в отношении Украины, прекрасно понимает, с какими сложностями страна столкнется по выходу из войны, когда консолидирующий фактор прекратит своё действие, а проблемы останутся, усиленные последствиями войны. Вот на это время наш настоящий противник и возлагает самые большие надежды. И бесполезно будет взывать к обществу и напоминать, что война ещё не кончилась, что просто поменялись её методы, - общество слова не услышит. Уже сегодня нужно закладывать будущие основы отношений правящей элиты и народа, старый социальный договор с которым перестал действовать с началом войны. Подменные и подложные подходы не будут эффективными - нерв слишком оголен.
Конечно, день города и день шахтёра не случайно объединены одной датой: можно сказать, что Донецк обязан своим существованием огромным запасам чёрного золота, обнаруженным в регионе в дореволюционные времена. Для тех, кто не знает, - Министерство угольной промышленности УССР находилось не в Киеве, а в Донецке. И мало, кто задумывается над тем, что профессия шахтёра - одна из самых опасных, - и даже несмотря на развитие технологий добычи и повышение уровня безопасности - шахтёрские семьи никогда не чувствовали себя спокойно, отправляя своих кормильцев на смену.
Когда наступили новые времена, и тяжёлый труд стал не предметом уважения, а поводом для снисхождения - в некоторых слоях населения Украины стали смотреть на трудовой Донбасс, как на прототип фэнтезийного Мордора. Особенно грешил этим "интеллектуальный" Киев, не скупившийся на разного рода эпитеты и сравнения. Что-то темное рисовались в сознании продвинутого киевлянина, когда речь заходила о Донбассе, и ни многочисленные высшие учебные заведения, ни прекрасные культурные достижения не могли заставить отказаться от выношенных стереотипов. Может, это и стало одной из причин современных событий...
Но если кто-то и хотел уничижения Донбасса за его "пролетарское" происхождение, то для самого Донбасса - это повод для гордости. Такая закваска плохо поддается даже современным веяниям, бессильным перед сознанием, выкованным в борьбе и труде. "Донбасс никто не ставил на колени и никому поставить не дано!" С Праздником, родная многострадальная земля!
Когда вы выходите, к примеру, на ринг, и вступаете в бой с соперником - боль или повреждения, причиняемые его ударами, - это не только следствие его способностей, но и следствие вашей решимости выйти на бой. Если вам крепко достается - вы можете выбросить полотенце и через позор прекратить страдания. Но если вы упорно бьетесь, несмотря ни на что, - готовьтесь к новым ударам и новой боли.
Когда мы говорим, что противник сделал то, или сделал с нами это - мы невольно субъективизируем противника. В войне нет субъектов - каждый участник драки зависит от войны и строит свою линию "поведения" в зависимости от взмахов дирижёрской палочки войны. Даже когда говорят, что кто-то завладел инициативой - это свидетельствует лишь о том, что в ответ на действия одной из сторон другая сторона нашла метод, который обеспечил ей преимущество.
Единственный субъект в войне - сама война. Когда прилетает бомба или ракета и разрушает - это война прислала бомбу или ракету, как пошлет и наши по противнику. В разгар войны выделить человеческую волю становится тем сложнее, чем сильнее мы перестаем быть избирательными. Взбираясь вверх виток за витком, война переписывает правила в угоду своей сути. Достичь пика, когда уже ни число, ни масштабы не имеют значения - в этом вожделение войны, отличие которой от ринга в том, что поле боя не ограничено канатами.
Есть старый анекдот про чукчу, который за бутылку давал совет мужику, как вытащить его застрявшую в грязи машину. Трактор, однако, надо, - сказал чукча, когда мужик, наконец, решился расстаться с бутылкой... И на этом канале были публикации о том, что спасет нас от атак с неба только эшелонированная противовоздушная оборона. Но просто сказать, что нужно эшелонировать - это как сказать, что трактор надо.
Работа системы ПВО требует учёта такого количества параметров, что можно написать целый трактат на эту тему. Они, собственно, и написаны, - но для вчерашнего дня. День сегодняшний оказался способен удивить - мы к нему оказались не готовы, - и поэтому приспосабливаемся, как можем.
Так случилось, что пресловутые МОГи стали сегодня едва ли не основной защитой от летающих этажерок, начинённых взрывчаткой и системой наведения. Но МОГи - это пулемёты с короткой дальностью. А этажерки - это самолёт, который способен лететь на высоте, в разы превосходящей дальность полёта пулеметной пули. Лишь на подлёте к объекту поражения самолёт снижается, становясь уязвимым для пулемёта. Но на последнем отрезке, когда резко увеличивается скорость, и времени на сбитие самолёта для пулемётчика остается совсем немного, - выполнить задачу по защите объекта не так и просто. Даже если удаётся поразить самолёт - остается риск, что он и поражённым дотянется до цели по заданной траектории.
Лепить из пулемётов эшелонированную оборону - так себе идея. Лепить первые эшелоны из ракетных средств поражения, оставляя пулемётам недобитки, прорвавшиеся в тыл, невозможно из-за нехватки ракетных средств, в результате чего установилась практика применять ракеты против ракет, не расходуя дорогой боеприпас на этажерки.
Поэтому, чтобы всерьез говорить об эшелонированности, нужно ответить на вопрос: чем наполнять эшелоны в соответствии с логикой эшелонирования, чтобы доставать до противника на тех высотах, которые он может себе позволить? Если он с легкостью "перелетит" превентивный рубеж ПВО, чтобы пойти на снижение уже перед объектом поражения - толку от такого эшелонирования, как вы понимаете, будет мало.
В этой заметке затронут только один аспект - дистанция огня. Но аспектов, требующих учёта при организации эшелонированной обороны, - хватает. Как, например, обеспечить дальнее обнаружение противника, если не все его средства обнаруживаются? Но с этой проблемой можно работать и добиваться максимального результата. Однако, что от него толку, если не решён вопрос со средствами поражения? Сидеть и бессильно смотреть, как стадо коров проплывает на недосягаемой для твоего пулемета высоте? А чтобы обеспечить себя необходимыми средствами поражения - бумаги с приказом мало, - нужна другая промышленность.
Как меняет отношение к жизни осознание того факта, что по достаточному поводу вас запросто могут вызвать на дуэль и потребовать удовлетворения. Институт дуэли, как способ регулирования отношений в вопросах чести, играл важную роль в поддержании морального климата, и хоть и унес много полезных жизней, - все же держал в тонусе человеческую природу. Работало это, правда, больше для благородного сословия, - но, тем не менее...
Если представить, что под благородным сословием мы понимаем не выделенную и узаконенную социальную страту, а любого носителя благородства, как состояния человеческого духа, - полезность механизма поддерживать благородство живым и трепетным оспорить трудно. Когда за бесчестный поступок можно запросто схлопотать пулю в лоб - жизнь кажется острее и красочней.
Конечно, это просто ностальгическая болтовня - в наше время вернуть отжившее нет ни возможности, ни особого смысла. Но, согласитесь, благородства современному обществу явно не хватает. Раньше маркитанты шли позади войск в обозе - сегодня маркитанты проникли во все сферы и принесли своё мировоззрение и свой дух, как новую норму мышления. И к чему бы мы ни взывали - начинать нужно с сознания. Когда воин носит дух барыги, и его же носят законодатель совместно с исполнителем - судьба такого общества печальна.
Человеческое сознание запечатано в тело, система управления которым мало от сознания зависит. Сознание не контролирует, когда телу приспичит в туалет, или когда телу приходит время проголодаться. Тем более сознание не влияет, как правило, на тонкие процессы: например, сколько и каких гормонов вырабатывать для поддержания жизнедеятельности организма. Но сознание в состоянии отфиксировать, когда в организме что-то начинает работать не штатно, и принимает меры уже внешнего воздействия на организм: меняет образ жизни, глотает таблетки, - призывает на помощь хирургов, чтобы удалить опасные последствия "саморегулирования" организма, когда они начинают нести угрозу...
Работа государственной системы чем-то напоминает работу систем управления организмом: большая часть функций осуществляется без контроля со стороны общественного сознания, пока на поверхность не вылезут очевидные сбои. При этом понимается, что если эти сбои вылезли наружу, то значит и контролирующие органы системы не справились со своей задачей, - и тут уже начинается принятие мер, чтобы не сколько устранить проблему, сколько демонстрацией принятых мер успокоить общественное сознание.
Разница в том, что в системе тоже работают люди, которые тоже носят сознание. Какое? В этом главный вопрос. Мы пытаемся бороться с недугами общества, как больной псориазом с кожными проявлениями. Он применяет мази, чтобы скрылись внешние признаки, не задумываясь о том, что болезнь все равно продолжает разрушать организм изнутри. Мы возлагаем ответственность на контролирующие органы, полагая, что их эффективность или неэффективность определяют "здоровье" страны, - но это не так. "Модно" быть не честным, а богатым и успешным - это и определяет. "Модно" смотреть свысока на "неудачников" - это и определяет. "Модно" думать о себе и не думать о других - это и определяет...
Можно сколько угодно требовать от системы того, что кажется нам правильным, но пока система не станет наполняться носителями "правильного" сознания - устанете ждать. Но даже если есть, откуда их брать - этих носителей, - нужна "мода" на то, что они в себе носят.