Мы посмотрели «Чудаков: Лучшее и последнее» – завершающий ностальгический куплет многолетнего гимна слабоумию и отваге
Это, как можно было догадаться из трейлера, не совсем новая часть, а пенсионерский сборник старых хитов, полуторачасовое объявление о завершении карьеры; всем собравшимся ещё во время съёмок прошлого (на удивление лютого) фильма было очевидно, что преодолевая очередной болевой порог, они так или иначе заставляют перешагивать через него и свою аудиторию.
Все мыслимые рубежи безумия были покорены, все эмоциональные узлы – развязаны, и даже Джонни Ноксвилл, обзаведшись сединой, всё чаще стал заканчивать свои рандеву с парнокопытными в скорой на носилках. Поэтому здесь мы видим либо не совсем мотивированные включения из предыдущих серий (летающий биотуалет, красная ракета, бар, оккупированный карликами), либо материал, который много лет назад по тем или иным причинам пришлось вынести за скобки.
Скажем, есть отличный по задумке эпизод, в котором Ноксвилл играет роль сбежавшего заключенного прямо посреди хозяйственного магазина. Или сцена с похищением Брэда Питта («Ты здорово отбивался!»). Или боевое крещение новоприбывших чудаков, включая Бэма Марджеру и его старую фобию перед змеями. Что-то дублируется, как сцена с гиалоурановой кислотой (со скорпионом смотрелось гораздо дискомфортнее) – а что-то, явно проваленное по ходу съёмки, мелко шинкуется на монтаже (игра со слабительным).
Но в любом случае, это был беспрецедентный акт дегенеративного искусства, уникальный по своему размаху, по амбициям, да и просто по самоотдаче – и ещё долго ни одному хоррору (и уж тем более комедии) не удастся спровоцировать нас на столь гремучую смесь брезгливости от увиденного и восхищения от виртуозности исполнения. Встречи с этими ребятами не всегда были приятными, но нам всё равно будет их не хватать.
С 27 по 31 августа 2026 года в Санкт-Петербурге состоится первый Международный кинофестиваль «Огни большого города
В День российского кино фестиваль приглашает всех на торжественное открытие на Елагин остров, в ЦПКиО им. Кирова. Кинофестиваль организован киностудией «Ленфильм» при поддержке Министерства культуры РФ и Правительства Санкт-Петербурга.
Главная тема фестиваля – город в кадре. Архитектура программы выстроена вокруг конкурсных и внеконкурсных блоков, охватывающих игровое, документальное и анимационное кино. Мегаполисы здесь выступают не просто декорациями, а полноправными персонажами, формирующими характеры героев и сюжеты.
Внеконкурсная программа предлагает зрителям разных возрастов и предпочтений несколько тематических секций:
● «Санкт-Петербург на экране»: программа представляет город как современный мегаполис, уютный тихий уголок и магическое пространство. В нее войдут современные блокбастеры и классика, включая режиссерский дебют Алексея Балабанова «Счастливые дни» (1991) и культовую «Прогулку» Алексея Учителя (2003)
● «Незабываемый Ленинград»: картины предыдущего поколения, среди которых «Довлатов» Алексея Германа (2018), «Мама вышла замуж» Виталия Мельникова (1969) и «Взломщик» Валерия Огородникова (1987)
● «Город глазами детей и подростков»: семейные сеансы с проверенными временем хитами, такими как «Три толстяка» Алексея Баталова (1966) и «Воскресный папа» Наума Бирмана (1985)
● Документальный блок: разнометражные современные фильмы о ключевых фигурах истории и городах России (Петербурге, Архангельске, Оренбурге, Калининграде, Самаре, Ярославле и др.)
● Специальная программа к 80-летию Народного артиста РФ Владимира Бортко, сформированная лично Мастером
● Мировая классика: совместно с кинокомпанией «Иноекино» будут показаны легендарные работы Вонга Кар-Вая, Джима Джармуша, Кристиана Петцольда и других именитых режиссеров
● Специальные показы: анимационный альманах «Блокадные судьбы» Вадима Михайлова, мультфильм «Петербург» Михаила Сафонова (2013) и «Мелодия белой ночи» Сергея Соловьева (1976)
27 августа 2026, вход свободный
Открытие в День российского кино в ЦПКиО им. Кирова
27 – 31 августа 2026
Киностудия «Ленфильм», Дом кино, киноцентр «Родина»
(список площадок будет дополняться)
vkadrefest.ru
После просмотра первого эпизода «Фонарей» теперь кажется, что всё лучшее у DC будет выходить мимо больших экранов.
Это, как правильно подметили первые зрители, скорее True Detective в сеттинге пасмурной научной фантастики, маленькая скромная история на задворках большой интеллектуальной собственности.
Единственная драка – фоном во время элегантной словесной прелюдии в баре, единственный пришелец подрывается в шаге от того, чтобы превратить сериал в «Людей в чёрном», ну и сразу видно, что сценаристы делают ставку не на инопланетное зелёное кольцо, а похмельную харизму Кайла Чандлера и диалоги, в лучшие моменты заставляющие вспомнить о «Прослушке».
Пока полёт просто нормальный, но как будто уже метит в высшую лигу.
Новый альбом дедушки Карпентера – это как если бы все его классические шедевры (вне зависимости от жанра) упаковали в разъедающий традиционный кинематографический нарратив концентрат.
Насколько это большой прорыв для автора именно как для композитора – покажет (надеюсь) только время, но я за эти сорок минут получил такое количество тёплых ностальгических вибраций, что заново перевлюбился во всю его фильмографию.
Забавно, что даже спустя две недели после проката каждый второй отзыв о фильме начинается с перечисления базовых, далёких от кинематографа вещей. Например, что не бывает исторически достоверных экранизаций античных мифов. Или что афроамериканки тоже бывают красивыми. Или что единственный бог, чьи потребности обслуживает сюжет, — это всегда режиссёр; в случае же с таким авторитарным творцом, как Нолан, так и подавно.
А «Одиссея» — это стопроцентный Нолан; ещё один пессимистичный мегаломанский блокбастер ходульных характеров и высоких идей.
Только он мог вписать одного из самых хитроумных и азартных героев мировой литературы в собственный архетип рефлексирующего травмированного идеалиста — предпочитающего забывать неудобную правду, как Леонард Шелби, отягощённого брюсуэйновской рыцарской моралью и винящего себя за гибель наивного и бессмертного духа едва ли не всей западной цивилизации (совсем недавно такой мужчина принёс ему семь «Оскаров»). Только ему бы достало твердолобости, чтобы ради IMAX-картинки свести практически все батальные сцены к оскорбительно примитивной хореографии (достаточно сравнить утомительную резню пенелоповых женихов с аналогичной развязкой из недавнего «Возвращения» Пазолини). И конечно, только Нолан мог перечеркнуть относительный лаконизм формулировок тяжеловесным финальным монологом, во время которого главный герой делится снизошедшим на него откровением при помощи многократно повторённого «Я вдруг понял…». Спасибо, Крис, мы вдруг тоже всё поняли!
И всё-таки Нолан растёт. Точечно – зато там, где не ждёшь.
Длинный кусок с циклопом, в котором временами мерещится что-то из картин Гойи. Изматывающий эпизод с Самантой Мортон в роли Цирцеи — пока что главный хоррор-аттракцион года, играючи уделывающий и «Обсессию», и Backrooms. Остроумно обставленная встреча с сиренами, толсто намекающая на то, что предположительно лучшая сцена всего фильма — это та, которой в нём нет. Старая нолановская шутка с характерным артистом, так ни разу и не показавшим лицо. Явно получающие удовольствие от происходящего Энн Хэтэуэй и Роберт Паттинсон — оба настолько неистово переигрывают, что от их энергетики то и дело подпитывается масса других звёздных артистов (включая скучнейшего Холланда). Изящно обманывающие ожидания Зендея и Эллиот Пейдж. Переводящая действие на язык чистой кинетики режиссёрская находка, когда Нолан на полном серьёзе мостит из троянских ворот собственную одесскую лестницу. Вышло намного круче, чем когда-то у Вильнёва в первой «Дюне», — хоть это и наполовину успех композитора Йоранссона.
Проведена ли здесь какая-то впечатляющая ревизия жанра, перерабатывающая его внутреннюю логику, философию, методологию? Наверное, нет. Но за этим — как и всегда в случае неочевидного триумфа несгибаемой авторской воли — было как минимум нескучно наблюдать, пусть на финальных титрах и возникает ощущение, что присутствовал при становлении не культурного, а прежде всего медийного мифа. Ну – или будущего хорошего хоррормейкера.