Телеграм канал «Открытые пространства»

⚡Друзья,очередной раз обращаем ваше внимание на интернет-магазин оригинальной техники
🔥𝙁𝙡𝙖𝙜𝙢𝙖𝙣
Прямые поставки, параллельный импорт и минимальная наценка  делают цены на 30-40% дешевле, чем у официалов.

https://t.me/Flagman_tg

📦Огромный ассортимент от Apple,Samsung,Xiaomi,Dyson и др.
💯Проверено: только новая, оригинальная продукция с официальной гарантией
❗Только здесь представлена возможность совершать безрисковые покупки и проверки товара через "гарант-сервис"

⏳Успей заказать, пока цены не повысились❗ССЫЛКА⤵

https://t.me/Flagman_tg

Одним из крайне вероятных итогов войны с Ираном станет создание проекта обхода Ормузского пролива, причем, скорее всего, это будет явно не решение «лоб» - просто прорыть канал по территории ОАЭ и Омана (при всех технических и географических трудностях) не имеет практического смысла - такой канал будет в пределах досягаемости средств поражения Ирана, а значит - станет точно таким же Ормузским проливом, только на суше.

Потребуется более распределенное решение, которым может стать сложная, дорогая, но достаточно разветвленная и диверсифицированная трубопроводная система Аравийского полуострова. Не только нефтяная, но и газовая. А заодно - и железнодорожная и автомобильная, так как через Ормуз идут и продукты первичной переработки, включая и простые удобрения.

Если же учесть еще и фактор наличия Йемена с его всегда непредсказуемым «выходом из-за угла», то буквально критическое значение для такого регионального и даже макрорегионального проекта снова начинает иметь Сирия, которая в свое время стала препятствием для проекта прокладки трубопроводных систем в сторону Банияса. И это препятствие было одним из факторов пятнадцатилетней гражданской войны в этой стране. Естественно, что помимо Сирии есть и другие направления выхода такой системы «наружу», так как уйти от одного Ормуза и прийти к другому «бутылочному горлышку» смысла нет ни малейшего. Но Сирия здесь явно в первых рядах.

У такого проекта незамедлительно возникнет непростой выбор: стать составной частью либо китайского «Один пояс-один путь», либо американского IMEC (India-Middle East-Europe Economic Corridor или Индийско-Ближневосточно-Европейский экономический коридор). Стоит учесть при этом, что ОП-ОП - это рабочий проект, а вот IMEC - это пока больше декларация о намерениях, хотя и в стадии перехода к практическим действиям (хотя война в Газе поставила его на паузу)

Выбор крайне непростой и теперь уже совершенно не однозначный. Трамп формально войну не проиграл, но и не выиграл. Да, собственно, она еще и не закончилась. Как именно расценят региональные страны итоги этой войны и к какому проекту они склонятся? Это вопрос вопросов.

Однако то, что война деятельным образом доказала предельную уязвимость сегодняшних маршрутов и слишком высокие риски оставлять всё как есть - сомнений практически нет. Поэтому «расшивать» Ормузский пролив будут, и будут делать это максимально быстрыми темпами.

Сегодня уже существуют обходы - саудовский East-West Pipeline (Petroline) — до 5–7 млн баррелей в сутки на Красное море и UAE Habshan–Fujairah pipeline (ADCOP) — около 1,5–2 млн баррелей в сутки. И уже идет обсуждение о расширении этих коридоров. Но они недостаточны, они не решают других задач, кроме транспортировки нефти, так что строительство новых коридоров помимо этих неизбежно.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Ночное перемирие между Ираном и США было вызвано, судя по всему, пониманием тупика, в который загнали друг друга противники. Переход на новый уровень эскалации был уже настолько рискован, что двухнедельная пауза стала для сторон буквально спасением.

Но тут есть нюанс, который нам очень хорошо знаком. Договориться о перемирии и даже заключить соглашение об этом - это одна история. Но всегда есть сюжет, когда в условный Киев прилетает условный британский премьер, после чего условное Би-Би-Си в два дня раскручивает какую-то леденящую историю из условной Бучи - и всё понеслось по новой. Да еще и куда как круче.

Сейчас такой очень неусловный премьер тоже есть - Нетаньяху. Мир для него - это буквально нож в печень. У него выбор, как у товарища Саахова - либо он ведет ее в ЗАГС, либо его ведут к прокурору. Либо Нетаньяху премьер и война, либо мир и уголовное дело.

По сути, Трампу теперь нужно держать за руки не столько аятолл (кто там еще живой остался), сколько союзника. Чтобы он чего-нибудь не начудил такого, после чего вариантов не останется - только стеклянная пустыня и заслуженная Нобелевская премия.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

То, что новый верховный лидер Ирана так и не появился в публичном пространстве, уже невозможно объяснить секретностью и мерами безопасности. За столько времени найти возможность и обозначить его реальность было возможно. И раз этого не происходит - причина, скорее всего, как раз в его физической неспособности к такой демонстрации. Так что сообщение разведки выглядит как минимум правдоподобно.

Однако в таком случае возникает более серьезный вопрос: для чего человека в таком состоянии назначают высшим руководителем страны, да еще и в экстремальной ситуации? Причем не просто страны, а такой, в которой позиция лидера - центральная. Координирующая и буквально ключевая по стратегическим вопросам.

Ответ может быть не слишком обнадеживающим: по всей видимости, его назначение обнажает серьезные внутренние противоречия в иранской верхушке. Настолько серьезные, что естественный в такой ситуации ход - коллективное управление - попросту невозможно. Поэтому и потребовалось подобное назначение в стиле спецоперации, чтобы одна из сторон возникшего внутреннего противостояния смогла зафиксировать свое преимущество перед другой (или другими).

Стоит отметить, что власть в Иране - сложная система балансов и компромиссов между большим числом самых разных групп влияния: Корпусом стражей исламской революции (КСИР), разными кланами духовенства, реформистами/прагматиками, консерваторами разных оттенков. Плюс всё это еще и переплетено клановыми и семейными раскладами высших иранских семей.

Если подобное предположение верно, это означает, что Трамп для иранской верхушки - это мелкий и досадный отвлекающий фактор. Ключевые противники сейчас находятся внутри страны. И когда такой пустяк, как война, отойдет на второй план или вообще завершится, основные события начнут развиваться непосредственно в самом Иране.

Как правило, в подобных ситуациях сложная система быстро пересобирается в два (очень редко - в три) противостоящих лагеря, и все предыдущие балансы утрачивают свою практическую ценность. И как только такая пересборка завершается - без объединяющей или как минимум проводящей арбитраж фигуры система переходит уже к полноценным столкновениям внутри себя между сформированными блоками непримиримых противников. Резко возрастает риск открытого внутриэлитного столкновения.

Пока Иран находится в стадии пересборки, и война с США/Израилем удерживает все противостоящие группы от перехода к столкновениям между собой, но все может серьезно измениться, когда война закончится. Собственно, поэтому у Ирана сейчас нет ни малейшего желания ее заканчивать - правящая элита может очень хорошо понимать, что тогда ей придется заняться главным вопросом - вопросом о власти.

И отсутствие верховного лидера в таком случае станет триггером новой фазы событий.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Американская миссия к Луне создает сегодня принципиально иную ситуацию, чем несколько десятилетий тому назад. Предыдущая лунная гонка была гонкой престижа. Она была совершенно оторвана от текущих и даже перспективных задач и преследовала только одну цель - идеологическое соревнование двух систем.

Эта тотальная непрактичность стала причиной сомнений в том - а высаживались ли, собственно, американцы на Луну? И самое интересное, что никакого значения ответ на этот вопрос не имеет. Высаживались они или снимали высадку в павильонах Голливуда - практической ценности из той лунной гонки извлечь не удалось. Лунная программа была свернута и забыта. Ее время тогда просто еще не наступило.

Сегодня ситуация кардинально иная. Теперь есть технологии, позволяющие перейти к практическим вопросам не просто исследования, но и эксплуатации. И не просто эксплуатации, а той, которая может стать самодостаточной и окупаемой. Поэтому в лунную гонку готовятся вступать новые игроки - корпорации. Для них вопрос престижа и идеологии вторичен по отношению к прибыли, а раз так - то качественно иное измерение пространства исследований налицо.

Сейчас можно с высокой долей уверенности предположить, что в гонке будут участвовать два космических гиганта - США и Китай. Остальные будут на подхвате, и в лучшем случае их допустят в качестве младших партнеров. Россия, по сути, выбыла из серьёзной борьбы ещё на старте. При текущих приоритетах и ресурсах самостоятельное развитие лунной программы выглядит маловероятным.

При этом американская программа выглядит более развернутой, чем китайская. На первом этапе НАСА и собственно США как государство будет «столбить» участки, претендуя на наиболее важные (к которым относятся месторождения гелия, воды, редкоземельных элементов), а затем на эти участки придут корпорации, которые и станут осваивать и эксплуатировать. Китайская программа - чисто государственная, корпорации будут ресурсом поддержки.

Европейцы не имеют своей лунной программы вообще, но участвуют в американском проекте на правах младшего. У России программа есть, но нет никаких перспектив для ее самостоятельного развития. Поэтому она будет на подхвате у Китая, который вряд ли допустит нас даже до статуса партнера, пускай и младшего. В лучшем случае - подрядчика, в расчете на передачу оставшихся немногочисленных технологий.

Лунная программа имеет еще одно пока не слишком очевидное измерение. Работы на орбите Земли становятся все более сложными и дорогими - слишком большая плотность спутников, обломков и прочего мусора как итог начального этапа освоения. Скорее всего, это было неизбежно. Нужно же было на чем-то учиться.

Лунная орбита и собственно Луна чисты для любых экспериментов, поэтому сейчас перенос центра тяжести космических программ к ней выглядит довольно логично, а на земной орбите скоро станет крайне востребованной профессия космического мусорщика.

Пока явного лидера в гонке нет. Американская программа Artemis стартовала раньше, но страдает от хронических задержек. Китай идёт медленнее, зато более последовательно и без громких срывов. Основная гонка, скорее всего, развернётся уже не на пути к Луне, а непосредственно на её поверхности и на лунной орбите — за ключевые районы южного полюса, ресурсы и инфраструктуру.


✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Утро 3 апреля оказалось недобрым: РКН начал давить сервисы VPN, по какой причине лёг практически весь он-лайн сервис российского интернета. Банки, маркетплейсы, парковки, доставка — всё работает в «мерцающем» режиме.

У наиболее экзальтированной публики влёт родилась идея про то, что это «жжж» неспроста, и какие-то коварные анонимные враги готовят тем самым революционную ситуацию.

Строго говоря, у подобных предположений резон, конечно, есть, хотя и не без нюансов. «Подготовить революционную ситуацию» проектным образом — это примерно как столь же проектно приблизить ледниковый период в плановые сроки. В реальности сложные системы (а социальная система ничуть не менее сложна, чем климатическая) потому и являются сложными, что зависят от огромного числа самых разных факторов, а все процессы в них развиваются нелинейно.

«Воспользоваться революционной ситуацией» - это совсем другая история, это гораздо теплее и вполне по силам более-менее грамотным управленцам, имеющим доступ к ресурсам. Не только материальным, но и всем остальным. Примерно так в Египте правящая знать воспользовалась событиями на площади Тахрир и устранила президента Мубарака, который пытался провести трансферт власти, передав ее своему сыну Гамалю, с чем была категорически несогласна правящая знать. Она и решила проблему — не совсем изящно, но результативно. Но Арабская весна была объективным процессом, который возник во всем огромном регионе по большому комплексу самых разных причин и обстоятельств, которые не могли быть запроектированы как план или заговор тех или иных сил и персон.

В России никто революционную ситуацию, конечно, не создает — она формируется сама в силу складывающихся объективных предпосылок. И когда именно у нас эти предпосылки из латентного состояния перейдут в деятельное — не скажет никто и никогда. Просто в силу сложности как системы, так и происходящих в ней процессов. Предполагать — можно. Оценивать возможные сценарии и модели — конечно. Только нужно не забывать их редактировать по мере изменения ситуации, которая меняется, как сказано выше, нелинейно.

Власть же действует сейчас исходя из сложившихся для нее обстоятельств и в рамках курса, который действует на протяжении последних 10-15 лет. У этих действий есть пространство, в котором возможно «откатить» назад, и есть критические пороги, пройдя через которые, такой «откат» становится структурно невозможным. Начиная с Мюнхенской речи Россия прошла через целый список таких критических порогов, поэтому сегодня ни о каком возврате ни в 2007, ни в 2014, ни в 2020, ни даже в 2022 год речи уже идти не может. Некуда возвращаться. Лангольеры истории там всё уже сожрали.

Нынешние действия по уничтожению того интернета, который мы знаем, еще не дошли до стадии необратимости. Какую-то часть принятых решений и совершенных действий еще можно «откатить». Но есть и встречная тенденция — нельзя останавливаться в вопросе уничтожения интернета и связности страны в том виде, в котором они всё еще существуют. Это как велосипед — если ты едешь, то остановиться означает падение. А потому велосипед едет дальше, причем все быстрее — по той же причине.

Поэтому нынешние действия по разрушению инфраструктуры некогда открытого интернета — они естественны и объективны. Никакого заговора. Нюанс в том, что у подобной деятельности есть свои собственные объективные и закономерные следствия. И чем дальше продвигается задача «суверенизации» российского интернета, тем меньше возможностей для «отката» назад.

Проблема всех подобных мероприятий в том, что они всегда несут в себе риск ошибки — а что, если сама исходная задача была поставлена неправильно? И когда это станет очевидным, невозможность возвращения к начальной конфигурации приводит к тому, что старое и работающее будет необратимо разрушено, а новое построенное будет ни на что не годным.


✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Апартеид на марше. Кто именно будет определять законопослушность и лояльность граждан, остается неясным. И главное - метод, каким будут клеймить население и пришивать ему желтые звезды на одежду.

Будет ли создан белый список, когда вначале все население будет признано нелояльным и враждебным, а затем отдельные граждане станут включаться в этот список, либо наоборот - через черные списки, какими сейчас являются, скажем, экстремисты и иноагенты, назначаемые анонимными чиновниками во внесудебном порядке в 17 часов по пятницам.

Впрочем, это технические подробности. Здесь важен сам подход. Есть белые граждане, есть черное население. Признак чернокожести не расовый, а социально-политический, вот и вся разница.