Телеграм канал «Открытые пространства»

Высказывание Путина о «скором завершении конфликта с Украиной» и смена риторических стандартов в отношении человека, к которому хочется подчеркнуть личную неприязнь вызвало очевидный всплеск комментариев, среди которых массово прозвучало нечто, напоминающее памятный мем «хитрый план». Дескать, это просто слова, реальность такова, что никаких видимых причин для прекращения конфликта не существует.

В общем-то, справедливое замечание, если рассматривать ситуацию рационально и объективно. Правда, для автократического режима такие категории, как рациональность, всегда вторичны. Конфликт может начаться и закончиться без малейших причин для одного и другого. В конце концов, Саддам Хусейн вошел в Кувейт и вышел из него, а пропаганда объяснила и вход и выход предельно убедительно. Сомневающихся не нашлось.

Вполне разумно предположить, что если прямо завтра будет объявлена победа, весь сонм экспертов в телевизоре, даже не поперхнувшись, обоснует её максимально убедительно, ну, а для сомневающихся существуют соответствующие процедуры и статьи уголовного уложения.

Вопрос в ином. Проблема заключается в том, что российская система управления уже трансформировалась за семь с лишним лет, если считать с начала «пандемии». Она вошла в экстремальный режим и обустроилась в нем предельно комфортно. Переход в неэкстремальное состояние станет для нее шоком, причем настолько тяжелым, что такой переход может привести её к коллапсу. И это вполне реальная ситуация, которую даже нет смысла подробно объяснять.

В таком случае возникает совершенно резонный вопрос: на что именно эту систему управления переключат в случае прекращения конфликта в любой возможной форме такого прекращения. Иначе говоря - кто следующий враг? Выбор не то чтобы достаточно обширный, но все-таки имеется. Террористов извели, так что теперь борьба с этой гидрой уже неактуальна. Остается либо новый внешний враг, либо какой-то внутренний. Разного рода диссиденты и иностранные агенты под колпаком и в организованном смысле отсутствуют, поэтому направить против них высвободившуюся мощь не получится. Вариантов не так уж и много, хотя они всегда есть - сепаратисты, к примеру.

В общем, выбор, хотя и достаточно куцый, при желании всегда найдется. Нюанс в том, что завершать СВО без четко выбранной стратегии переключения на новую задачу нельзя. Переход должен быть быстрым и «без раскачки» - так как «пандемия» перетекла в СВО, буквально щелчком рубильника. Просто вместо людей в белых халатах за наше безопасное будущее стали бороться люди в камуфляже. Ну, и люди с холодным сердцем и чистыми руками - как без них.

В этом смысле «завершение» конфликта с Украиной без очевидной новой угрозы, на которую придется бросить всю мощь, выглядит крайне рискованным мероприятием. Поэтому реальным маркером такого завершения может стать возникновение новой и безусловной угрозы. Просто так заключать мир и расходиться по домам - ну несерьезно. Последствия будут слишком непредсказуемыми.

Можно, конечно, предположить, что после объявленной победы страна перейдёт к мирному строительству и развитию. Однако здесь возникает серьёзное препятствие. Даже в значительно более благоприятных условиях начала 2010-х годов так и не удалось запустить сколько-нибудь убедительный проект постсырьевого развития. Сейчас условия гораздо жёстче, а главное — система управления во многом утратила навыки, практики и институциональную память мирного развития. В таких условиях надежда на быстрый и успешный переход к нормальной повестке выглядит довольно нереалистично.

Это не говорит о миролюбии Конгресса совершенно. Просто американская политическая система, построенная на балансе властей, оказалась сильно отодвинутой от точки условного равновесия, а потому иранская война стала удачным поводом запустить обратный процесс.

Эта система очень устойчива и обладает колоссальной инерцией, превратить Штаты в авторитарный бантустан - крайне нетривиальная задача.

Здесь речь идет о том, что Трамп явно перебрал со своей неуёмной активностью, и его начинают загонять в рамки.

Теоретически и гипотетически у него есть шанс сместить равновесие в свою пользу и сторону, но для этого потребуется совершенно шоковый внутриамериканский кризис, организовать который само по себе еще более сложная задача. Хотя примеры есть - хваленая американская свобода была сильно урезана после шока теракта 911 и так и не вернулась обратно даже после него. Но организовать нечто подобное для неспособного к системной деятельности Трампа, скорее всего, просто не получится. Так что его, вероятнее всего, небыстро, но неуклонно будут загонять в угол.

Проведи он иранскую войну в стиле блицкрига, у него, как победителя была бы возможность навязывать свою политику и далее, но авантюра «Тегеран за три дня» закончилась пшиком, плана «Б» не оказалось - и логично, что таким промахом теперь попытаются воспользоваться.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Причина дефицита рабочей силы в России носит откровенно структурный характер. Можно, конечно, говорить о том, что СВО вымывает работоспособных мужчин, и это будет правда. Можно говорить об эмиграции, и это тоже правда. Можно говорить о демографическом провале - и это будет справедливо.

Однако главное противоречие заключается в ускоренной деградации и экономики, и управления. Они начинают требовать все большее число людей. Работа, которую в развитой экономике и управлении выполнял один человек, в силу падающей квалификации и технологий нужно поручать нескольким. Поэтому безудержный рост чиновников, который нельзя перебить никакими сокращениями. Поэтому рост бесполезных профессий - у нас под миллион охранников в торговых центрах и разных учреждениях. Парадокс дичающей экономики в том, что она ресурсозатратна, в том числе и по человеческому ресурсу.

В оные времена это было незаметно: «бабы рожали», народ восполнялся в режиме нон-стоп. Хватало и на войны, и на барщину.

Городское общество малолюдно, экономика и управление не в пример эффективнее. Но теперь и то, и другое стремительно съезжает в средневековье, а людской ресурс - он остается из нынешней (хотя уже бывшей) развитой индустриальной фазы.

Возникает рассогласование, которое на видимом уровне проявляется как дефицит рабочей силы. И чем дальше мы идем по пути деградации, тем жестче будет становиться этот кризис.

Войны, конфликты, эмиграция и провалы рождаемости дополняют и усугубляют картину, но базовое противоречие - здесь.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Одной из специфических характеристик российской системы власти является то, что она сформирована людьми, которые достаточно четко маркируются определением «антиэлита». Это не оценочная категория и не эмоциональная. Она подразумевает функциональную логику: речь идет о типе действия, при котором рациональные интересы требуют удерживать систему в состоянии перехода и перманентного рассогласования, и извлекать выгоду из управления доступом, задержками, проверками и несовпадениями. Фактически речь идет о создании рентного пространства доступа к услугам власти, которое и является источником ее неформального дохода.

Чтобы было наглядно: в сериале «Игра престолов» был такой любопытный персонаж лорд Уолдер Фрей. Его семья владела единственным удобным переходом через реку Трезубец, обход означал огромные потери времени и ресурсов. Поэтому Фреи могли требовать брачные союзы, получать титулы и земли, добиваться политических уступок. При этом оборона переправы по сравнению с попытками ее захватить требовала несравненно меньший ресурс, что делало войну с Фреями крайне затратным мероприятием без серьезных шансов на успех. Армия Фреев не была сильнейшей, она не могла выиграть войну, но при этом в любой внешней войне делала победу невозможной без себя. В терминах теории систем положение Фреев называется контролем точки связности, а с учетом ее критической важности Фрей не был центром силы, но контролировал проход между центрами силы, что в сложных системах часто важнее, чем сама сила (текущая война США и Ирана прекрасно это демонстрирует)

В условиях, когда российская система управления оказалась неспособной создать новую модель развития экономики после краха 2008 года, она приблизительно до 2018-2019 года пыталась «держаться» на накопленных запасах, однако их исчерпание поставило перед правящей стратой экзистенциальный вопрос выживания.

В этих условиях стихийно начала формироваться новая экономика — экономика доступа. Когда ограничения и контроль над ними стали фактически единственным источником извлечения ренты для управляющей системы. По сути, нынешняя власть ускоренными темпами проводит терраформирование всего пространства страны, создавая Переправу, контроль над которой даст (как она надеется) вечный источник ресурса за доступ к этой переправе.

В логике бесконечных запретов и ограничений, которые обрушились на страну, нет ничего, кроме стремления российской антиэлиты обеспечить беспрерывность извлечения дохода. Всё остальное - «осажденная крепость», «кругом враги», «безопасность любой ценой» и «борьба с беспилотниками» - это лишь обоснование строительства экономики ограничений и ее легитимация.

Правда, здесь есть и очевидное ограничение, которое делает модель экономики доступа неустойчивой, причем неустойчивой принципиально. Лорд Фрей контролировал одну точку связности, остальная территория в целом оставалась связной. Когда вся страна превращается в «переправу», то узких мест больше нет, система теряет структуру и начинается дивергенция (распад связности вообще). В итоге тотализация экономики доступа уничтожает саму возможность доступа. А это означает «самопожирание» и рост стоимости доступа до уровня коллапса всей системы.

Но здесь возникает еще одна специфическая характеристика антиэлиты: она всегда мыслит и рассчитывает свои действия на коротком горизонте. Не потому что глупая, а потому что ее интересы сосредоточены на текущем — управление системой в состоянии постоянного перехода не позволяет моделировать действия «глубоко», как невозможно прогнозировать погоду дальше примерно недельного-десятидневного срока. Слишком большое число факторов искажают любые модели и прогнозы, слишком чувствительна погода к даже небольшим изменениям.

Тем не менее, доминирующая логика системы остается в текущих рамках — она может реализовывать крайне ограниченный набор стратегий в силу своей функциональной специфики. Поэтому всё происходящее сейчас будет продолжаться и далее (причем по нарастающей) с практически неизбежным финалом.


✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Ох уж эти национал-патриоты… Дзержинский стал символом органов в первую очередь потому, что быстро умер, по какой причине не успел попасть в список предателей и врагов трудового народа.

В реальности любая революция всегда сталкивается с проблемой революционеров, из среды которых только ничтожное количество способно из разрушителей старого порядка стать создателями нового порядка. Причем такого, который обеспечил бы развитие. Поэтому любая революция жрет своих детей не закусывая. Отсюда и неизбежная необходимость для новой советской власти сразу по завершении гражданской войны максимально ускоренно избавиться от революционеров и героев этой войны, которые мало что умели кроме как пытать, убивать и разрушать.

Но хитрость в том, что революционеров всегда приходится устранять руками других революционеров (других-то нет), а потому конвейер репрессий - неизбежное дополнение практически к любой революции, особенно такой, которая сносит старый порядок до самого фундамента.

Так что проживи Дзержинский лет на десять дольше, он бы повторил путь первого поколения чекистов, которых зачистило второе поколение, которое затем точно так же было спущено в расстрельный подвал следующим поколением. Тогда пришлось бы делать символом органов какого-нибудь другого человека с холодными руками и горячим сердцем. Успевшего быстро и героически пасть в борьбе за светлое будущее, не запятнав себя всякими разными нехорошими делами.

Аналогом точно таких же процессов и событий можно назвать Великую французскую революцию, которая структурно мало чем отличалась от российской. Главное отличие в том, что революционеры слишком увлеклись истреблением друг друга, что в конечном итоге и привело к власти тех, кто сумел этот конвейер тотального гильотинирования прекратить. В некотором смысле ту же проблему решал король Абдельазиз аль-Сауд, который сумел создать нынешнюю Саудовскую Аравию с помощью фанатиков-ихванов, и точно так же вынужденный зачистить это братство под корень, когда пришло время строительства, а не разрушения.

Проблема наших национал-патриотов в том, что они живут в иллюзиях ими же придуманной прекрасной России прошлого. А потому оценивают любые события строго с точки зрения этой лубочной картинки. Тот факт, что именно прекрасная имперская Россия довела страну до полного коллапса, ими всегда игнорируется напрочь. А в коллапсе и хаосе других персонажей, на которых у них капает с клыков слюна, не бывает.

Точно так же последнее советское руководство довело страну до краха, что никак не мешает отбрасывать этот прискорбный факт другим патриотически настроенным личностям. А сегодня мы виражом заходим на третий круг, и потом тоже появится секта страдателей за нынешние порядки. Ничего нового и необычного. Все как всегда.

«Разбудите меня через сто лет и спросите, что сейчас делается в России. И я отвечу: строят, а потом всё доводят до катастрофы»

Что характерно: по мере усиления беспощадной борьбы с мошенничеством в интернете его масштабы только растут.

Парадокс в том, что в ходе этой борьбы возникает чёткая положительная обратная связь. С одной стороны, меры по контролю за информационным пространством уже мало отличаются от банального террора — их смысл сводится к запугиванию и расширению пространства страха, которое олицетворяют люди в погонах. С другой стороны, мошенники берут этот страх на вооружение и используют его для давления и принуждения.

Чем выше уровень насилия и контроля, тем выше страх — и тем благоприятнее среда для тех, кто зарабатывает именно на нём.
Чтобы выйти из этой чёрной дыры тотального страха, его нужно убрать. Как только людей перестанут запугивать и сажать на адские сроки за косой взгляд, сказанное слово или личную позицию, и они перестанут бояться собственной тени — у мошенников резко сократится пространство, в котором они могут принуждать людей под страхом мнимого наказания «ни за что».

Но здесь возникает принципиальное противоречие. Как управлять страной без насилия и страха — для государства в его нынешнем состоянии это уже почти нерешаемая задача. Поэтому спираль страха продолжает закручиваться и сжиматься. А значит, у мошенников будет появляться всё больше возможностей.

Нюанс в том, что полностью победить этот вид преступности (как и любую другую) невозможно. Но снизить её до уровня, не угрожающего устойчивости системы, — вполне реально. Для этого в первую очередь нужно перестать искусственно создавать условия, в которых она расцветает.

Борьба и контроль — нормальные функции регулятора. Но когда они сдвигают баланс и начинают буквально разрушать его, регулятор превращается в свою противоположность. Вместо снижения угрозы возникает устойчивый рост возможностей для самой угрозы.

Увы, но в современных условиях это маниловщина, причем высокого полета. Парадокс в том, что поставленная проблема абсолютно реальна, а предложенное решение - абсолютно верное. Но.

Ключевая проблема любых поселений - инфраструктурная связность. К каждому дому нужно подвести коммуникации - вода, энергия, канализация, интернет и связь. В доступности должны быть объекты торговли, социальные, бытовые. Медицинские учреждения опять же. Культурные - тоже немаловажная штука. Нужны дороги, и снова - к каждому конкретному дому. В доступной близости должны быть рабочие места, причем достаточно разнообразные. И к каждой точке нужно подать ресурсы - как больнице работать при лучине, а столовой - без канализации?

И кто обеспечит весь необходимый базовый набор? Кто это всё оплатит? Даже на завиральные средние зарплаты (Дерипаска плюс баба Нюра, делённые пополам) не слишком-то разгуляешься в таком строительстве.

Чисто теоретически это всё возможно - если начать со средних и малых городов, восстанавливая их до состояния пригодности для жизни. При этом нужно отдавать себе отчет в том, что конкурировать по привлекательности жизни с мегаполисами они все равно не смогут, так как это не масштабируется. Но тогда каждое малое поселение должно обладать уникальными смыслами, привлекательными настолько, что какое-то количество людей предпочтут их вместо жизни в крупном городе.

Крупные агломерации - следствие индустриальной фазы развития. Они стягивали людей в точки их концентрации просто потому, что это было экономически эффективно.

Постиндустриальная фаза в этом смысле может создать условия, привлекательные с точки зрения расширения ареала обитания человека. Но вся проблема в том, что государство должно принять принципиально иную парадигму развития - не экстенсивную, а развитие «вглубь», направленное на резкое повышение качества жизни, причем не отдельных важных людей, а населения страны в целом. Как это ни прискорбно для важных людей.

Пока же мы видим прямо противоположный процесс: активно разрушается и фрагментируется то, что было создано в последние десятилетия в плане развития страны. Страна с одним из лучших и развитых информационных пространств в мире стремительно сваливается на уровень Северной Кореи - и это проектный процесс, вполне сознательный. Экономика входит в состояние затяжной депрессии, причем речь может идти даже не о годах, а десятилетиях хронического упадка. И не потому, что мы хромые, косые и криворукие - а потому, что стратегия «осажденной крепости» подразумевает только такое направление развития, любые иные исключены напрочь.

Советский Союз тоже противостоял «коллективному Западу», и гораздо более жестко. Однако при этом он создал смыслы, привлекательные не для миллионов - а для миллиардов. Создал не автаркичную, а расширяющуюся и развивающуюся зону советского влияния. Настолько обширную, что она сама начала расслаиваться на свои собственные самостоятельные и даже конкурирующие блоки. Что может предложить в этом смысле Россия? Цитатник Дугина? Смеяться после слова «лопата».

Матвиенко озвучивает важную и, пожалуй, самую ключевую проблему развития страны. Это базовая проблема. Взявшись за ее решение, можно вытянуть практически всё остальное. Ее мультипликативный эффект колоссален. Но просто озвучивать ее не имеет никакого смысла, так как ее решение находится за пределами тех стратегий, в рамках которых сегодня развивается страна. А если быть точным - то не развивается, а деградирует.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»