Постепенно начинают снова расти очереди на АЗС, и это уже совершенно иная качественно ситуация, чем в «первый раз». Тогда во многом ажиотаж был спровоцирован классической паникой - как с гречкой, яйцами, куриным мясом или в далекие уже десятые годы, когда рубль упал в полтора раза, и население кинулось закупаться телевизорами, как инвестиционным товаром.
Теперь дефицит бензина начинает носить явно структурный характер - несоответствие спроса и имеющегося предложения на фоне продолжающихся простоев, ремонтов и ударов беспилотников. Импорт и разрешение гнать эрзац ситуацию слегка поправляют, но разрыв явно существует. И даже если он не растет - стабилизация разрыва дает тот же самый эффект.
Выход остается прежним - либо нормированное распределение, либо отпуск цен.
С нормированием есть закавыка: оно может применяться, как экстренная мера. Как постоянный механизм нормирование требует серьезной перестройки управленческого контура и совершенно иных компетенций. Это только кажется, что «введем талоны/куар-коды/«чёт-нечёт»-очереди» и всё будет тип-топ. Не будет.
Собственно, уже в 2021 году это стало понятно, когда куар-кодами население стали загонять в светлое стерильное от зловредного ковида будущее. Население приняло систему без энтузиазма и принялось ее ломать, как только возможно. А чиновник современной России не способен на действия, которыми в совершенстве владели даже на уровне советских ЖЭКов, распределяя талоны на всё. Плохо это или хорошо - вопрос отдельный, но нынешняя вертикаль в распределительную систему играет из рук вон плохо. Граната не той системы.
Остается еще один вариант - отпуск цен. Собственно, это вполне нормальный, рабочий и рыночный механизм приведения в соответствие разрыва между спросом и предложением. Но.
Но и здесь есть засада - для такой игры требуется жесткая конкуренция, исключающая картельные соглашения в явной или неявной форме. Иначе говоря - помимо сетевых заправок на рынке должны присутствовать в немалом количестве и небольшие частные сети или даже одиночные АЗС. А вот тут как раз и кроется проблема: во-первых, в современной России малый и средний бизнес выступает в роли очень нелюбимого ребенка, да еще и внебрачного (привет Джон Сноу и Кейтелин Старк). Так еще и предыдущий кризис поставил значительную часть заправок перед угрозой банкротства. Сообщения о массовой продаже бизнеса тому подтверждение.
Иначе говоря - отпуск цен приведет к снятию дефицита, но на совершенно заоблачном уровне цен, за которым социальное недовольство и бунты вроде забытых уже перекрытий Невского проспекта страдающих от абстинентно-табачного синдрома советских граждан вернутся в нашу нынешнюю реальность.
Но ситуация от того, что мы ее понимаем, не изменится. Помимо понимания, требуются еще и действия. Какое-то время народ, конечно, будет стоять в очередях. Но не бесконечно молча.
Это, в общем-то классическое проклятие России. Проблема в том, что несмотря на формальный статус, название и историю, наша страна никогда не была полноценной империей — она и в формально имперский период оставалась преимущественно вертикально интегрированным государством с крайне сильным уклоном в деспотичное персоналистское управление.
Здесь стоит достаточно строго разделить эти два понятия: под государством понимается жестко иерархичная структура, сформированная передачей полномочий сверху вниз при сохранении произвольного толкования правил в том же порядке и направлении. Государство стремится к унификации норм и правил, базируясь на убеждении, возведенном в ранг политики, что только единая система правил позволяет сохранять устойчивость всей конструкции. Империя — принципиально иной тип государственного устройства, в котором центр выполняет координирующую роль и задает общие правила, передавая и не вмешиваясь в функционал регионов, которые все равно занимают определенные места в общей иерархии, но обладают высокой степенью автономности по очень широкому перечню вопросов — причем центр не имеет возможности в «ручном режиме» вмешиваться в этот функционал. И, естественно, существуют совместные предметы ведения центра и провинций. Первой достаточно полноценной империей в истории, безусловно, можно считать Римскую империю.
Развитие этих двух типов устройства привело к их сегодняшним современным формам — государство трансформировалось в разные виды парламентских и президентских республик или конституционных монархий. Империи в своем развитии вышли на формат федераций или даже конфедераций.
Проблема России состоит в том, что в силу истории, географии и условий она, безусловно, более рационально с точки зрения развития должна быть устроена как империя — а сегодня — как федерация. Однако исторический парадокс заключается в том, что регулярно попытки строительства именно такой формы государственного устройства пресекались в пользу персоналистских режимов власти и управления. При этом неоднократно в истории страны государство пытались переформатировать именно в имперскую/федеративную форму, но каждый раз это заканчивалось её стерилизацией в пользу одной и той же модели персональной власти.
Две последние попытки — попытка переучреждения СССР через новый союзный договор и попытка федерализации России через договор о разграничении предметов ведения — закончились провалом. Первая попытка была пресечена во многом проектным развалом СССР, вторую попытку пресекли под вывеской возвращения к единому законодательству и борьбой с сепаратизмом.
Тем не менее, условия, в которых продолжает жить страна, не изменились. Управлять столь сложной во всех смыслах системой из одного центра попросту невозможно, а любые попытки делать это неизменно приводят к режиму персоналистской деспотии, суть которой заключается в принудительном упрощении всей управляемой системы просто потому, что никакой, даже семи пядей во лбу, лидер физически не способен генерировать развитие столь сложного объекта. Поэтому цикл всегда завершается кризисом, а затем и катастрофой. Противоречия доводятся до критических значений, после чего в ходе неизбежной борьбы за власть (в таких системах не существует института иной передачи власти) управление неизбежно утрачивается, и система проходит через очередной цикл катастрофической пересборки.
Так что важен вопрос — не когда уйдет Путин. И не кто придет после него. А будет ли разорван этот бесконечный круг, который ведет страну по одному и тому же замкнутому пути.
ПС. Стоит отметить, что наш сосед, а теперь еще и военный противник Украина сама себе привезла то же самое проклятие, пытаясь выстроить унитарную государственность в крайне сложном гетерогенном обществе. И предсказуемо прошла весь путь от противоречий до кризиса, а затем и полноценной гражданской войны и как вишенка на торте — установление персоналистской диктатуры. Теперь перед ней примерно тот же самый вопрос — сделает ли она вывод из реальных причин катастрофических событий своей истории или зайдет на ее новый круг.
«На пороге войны», а тем более «большой» - это требует пояснений. В противном случае эти призывы мало чем отличаются от призывов к защите от метеоритов - неясно, когда и какой именно упадет на Землю, но готовиться надо уже сейчас.
Война - все-таки достаточно сложное событие, для его запуска требуется существование коридора условий плюс попадание в этот коридор участников этого события. Поэтому сказав А, нужно говорить последовательно и остальные буквы алфавита. В противном случае это всё сотрясение воздуха.
Для «большой войны» сегодня предпосылок просто не существует. Нет противостоящих друг другу военно-политических блоков с абсолютно непримиримыми противоречиями даже на региональном уровне. Локальные конфликты - тут гораздо теплее. У многих есть желание поправить свои дела и разрешить конфликты через угрозы и демонстрацию. Но между угрозой и полноценным применением силы тоже есть существенная дистанция.
Два военных конфликта, которые сегодня идут на планете и которые потенциально могут иметь тенденцию к расширению, вошли в ощутимые тупики - военного решения у них нет, политическое решение на данном этапе почти невозможно. Означает ли это, что они «выплеснутся» в окружающее пространство? Ну, вероятность, конечно, есть - но для этого потребуется эти устойчивые конфликты вывести из равновесия, вбросив в них существенный дополнительный ресурс - но в том и проблема, что они стали затяжными конфликтами именно по причине отсутствия этих дополнительных ресурсов. На поддержание уровня конфликта они есть, а вот для его повышения требуются очень серьезные усилия.
В общем, слова Вучича звучат гораздо серьезнее той обстановки, которая сегодня сложилась. Это не означает, что в них вообще нет резона - в конце концов, любой конфликт чреват высокими неопределенностями, так что риски в их ходе всегда существенно более высоки, чем в «нормальное» время. Можно сходу назвать классический в таких условиях риск, когда при решении локальной задачи управление процессом теряется, он выходит из-под контроля - и тогда обстановка может развиваться довольно спонтанно.
Но тогда нужно проговаривать эти риски - в противном случае Вучич мало чем отличается от «экспертов» на федеральных каналах, в задачу которых входит нагнетание истерики.
Пока есть только одно внятное и рациональное объяснение раздающимся призывам готовиться к большой войне - и тут Вучич не одинок. Под вывеской подготовки к оной очень удобно решать внутренние задачи по ужесточению политики, введению ограничений, ликвидации прав и свобод и переход к более жестким методам - тут пространство почти безбрежно. Правда, такой путь тоже небезопасен - войти в него непросто, но выйти из него будет стоить гораздо дороже.
Вот уж точно не стоит описывать хитрые арабские разборки на настолько поверхностном уровне.
Оборонный союз, о котором идет речь - это союз против регулярного противника. Такой в регионе есть только один - Иран. Других просто нет на расстоянии полета ракеты средней дальности.
Ансар Алла - классическая иррегулярная структура партизанского типа. Да, со своей территорией, квази-экономикой и какой-никакой, но военной структурой. И с попытками играть в государственность. Такая себе ООП и Исламское государство (да не будь оно всуе помянуто) на минималках.
Но по сути она как была, так и остается племенным ополчением - причем самое интересное, что вообще-то и государственные структуры Йемена в самые разные эпохи его существования точно так же имели чисто племенной характер. Покойный президент Салех вяло пытался бороться с трайбализмом в госструктурах - но именно что вяло и что лишь пытался.
Иными словами, война Саудовской Аравии и Ансар Алла вообще никаким боком не относится к задачам оборонного союза, куда теперь входят саудиты. И даже нападение хуситов на сопредельные территории южной области королевства Асир (ее историческое название, административно это три провинции) никто не станет расценивать как внешнюю агрессию - банальный партизанский налет.
Опять же кстати - нужно понимать, что вообще-то Саудовская Аравия на территории Йемена воюет по большей части не с хуситами - это такой побочный эффект. В реальности саудиты там бодаются с ОАЭ - как бы это странным ни показалось. Вот тут драка идет на всех парах и довольно нешуточная.
Ну, и стоит учесть, что разборки между северными, южными йеменцами, племенами юга Саудовской Аравии и йеменского Хадрамаута, тяготеющего к Оману, насчитывают не одну сотню лет истории. Это своего рода скрепа и традиция этих мест. Так что никаких проблем для «арабского НАТО» тут нет и вблизи. Иран и только Иран - вот ключевой и единственный противник этого союза.
Два года назад ВСУ вторглись в Курскую область России. С обеих сторон это решение представляется как авантюра - и скорее всего, оно ею и является. По меньшей мере по итогам событий оценить их можно именно так.
Тем не менее, решение принималось в рамках вполне рациональной логики, которая возникает всегда в ходе тупиковости военных действий на остальных направлениях. Это попытка расширить конфликт через эскалацию и вынудить противника настолько «раздергать» свои силы и ресурсы, что он в итоге придет к выводу о бесперспективности общего конфликта и пойдет на фиксацию боевых действий.
В такой логике Германия Гитлера напала на СССР, предполагая, что сумеет нанести ему поражение и тем самым выбьет козырь из рук Англии, которая могла угрожать союзом с СССР и открытием второго фронта против Германии. В рамках этой же логики Германия начала операции в Северной Африке - и снова причиной стал тупик войны с Англией.
Другой вопрос, что эти расчеты не оправдались - но суть замысла это не меняет.
Преодоление тупика через эскалацию - вполне реально работающий в самых разных конфликтах сценарий. Поэтому нападение на Курскую область в августе 2024 года - достаточно трезвое решение в замысле, но авантюра по последствиям.
Российское руководство (военное в первую очередь) точно так же критикуют заполошные патриоты (уже с «этой стороны»), что оно не бросилось стремглав ликвидировать курский кризис. Не сняло с фронта боевые части и «затыкало дыру» чем могло. Но и здесь работала та же самая логика - и тоже абсолютно рациональная. Снятие частей с фронта означало принятие условий противника и игру уже по его правилам. Поэтому ликвидация курского прорыва происходила медленно и весьма проблематично, но в итоге все прошло «как обычно» - врага просто забросали ресурсом.
В эту игру могут играть на самом деле все. Иллюзия, что можно преодолеть тупик через эскалацию на другом направлении, всегда выглядит достаточно рациональной. Просто никто не может оценить столь же рационально последствия, так как это, скорее всего, невозможно - попытка вывести устойчивую систему из равновесия всегда чревата крайней степенью неопределенности, что, в общем-то, и является необходимым условием преодоления тупика. Но при этом - всегда недостаточным.
На неделе выступил бывший главком ВСУ Залужный и заявил, что Украина никогда не будет принята в НАТО. Что породило некоторый всплеск энтузиазма у наших пропагандистов, хотя и достаточно короткий и вялый — будь эти слова сказаны года три-четыре назад, эффект был бы явно сильнее.
Однако стоит с некоторым сомнением вообще отнестись к самой идее приема кого бы то ни было в сегодняшнее НАТО. Два последних приобретения — Финляндия и Швеция — произошли до повторного прихода к власти Трампа, а вот после того, как он въехал в Белый дом, вопрос о самом существовании НАТО (по крайней мере в текущем формате) уже не просто встал, а переходит в практическую плоскость.
Дело идет к тому, что на месте организации Северо-Атлантического договора возникнет какое-то военно-политическое европейское объединение. Да, с участием США, но это будет совершенно другое участие и совершенно другой блок. Скорее всего, на совершенно других принципах. В чем-то схожих, в чем-то — очень даже нет.
Пока просто нет никакого смысла обсуждать, каким именно будет новый европейский военно-политический блок, так как его конфигурация будет строиться на итогах нынешнего российско-украинского конфликта. А возможно, и каких-то иных будущих конфликтов — по крайней мере исключать этого сегодня точно не стоит.
Поэтому то, что в нынешнее НАТО Украину не примут — это, скорее всего, факт. Нет никакого смысла запускать процедуру вступления в то, что готово к трансформации. А вот в будущий европейский блок — это уже совершенно отдельная тема, и она очевидно сегодня необсуждаема именно потому, что формат нового альянса — темна вода во облацех. Вариантов достаточно, и они могут друг от друга серьезно отличаться. Кроме того, стоит учесть, что бюрократически процедура трансформации одного очень крупного и устоявшегося объединения в что-то кардинально иное — это даже не годы. Процесс может занять десятилетия. Но тут стоит оговориться — это если трансформация будет проходить «мирно». В случае жесткого кризиса или по итогам такового процесс переформатирования НАТО в нечто иное может произойти по всем меркам крайне стремительно. «Обрабатывать напильником» в таком случае будут позже.
В любом случае к вопросу об участии Украины в подобном объединении вернутся, и обсуждать будут именно этот вопрос, а не то, что понимается под этим сегодня.
История с «Яблоком» в чем-то напоминает историю с НАТО. НАТО превратилось за девяностые, нулевые и десятые годы фактически в фейк. Утрата целеполагания привела к тому, что структура альянса приобрела все черты вырожденной системы. Закрыть его за ненадобностью мешало только то, что натовская бюрократия задавалась вполне знакомым вопросом: «А где же я харчеваться буду?»
Дальнейшее известно. Ничто не сделало НАТО снова военно-политическим блоком, как беспощадная борьба с ним. Вместо того, чтобы дать альянсу тихо помереть от Альцгеймера, ему вкололи лошадиную дозу адреналина и подарили второе рождение. И теперь НАТО (неважно, в каком формате) - это еще лет на сорок, а то и поболее.
Теперь то же самое происходит и с «Яблоком». Партия советской кухонной интеллигенции, которая тихо уходила в мир иной вместе с уходящим поколением ее ядерного электората, теперь получает звание гонимой, а стая товарищей, накинувшихся на холодеющий труп, делают все возможные реанимационные мероприятия для этой малозначимой, в общем-то, при жизни и совершенно бесполезной на смертном одре структуры.
Сам факт того, что происходящее очень напоминает нападение бродячих диких собак на одинокого и беспомощного старика-прохожего, делает картину достаточно омерзительной. Но здесь еще возникает и сугубо рациональный вопрос - «Зачем?»
Впрочем, у садизма рациональных объяснений не существует - это просто отклонение от нормы. Так что искать именно рациональные объяснения происходящему как-то даже нелепо.