Телеграм канал «Открытые пространства»

История с «Яблоком» в чем-то напоминает историю с НАТО. НАТО превратилось за девяностые, нулевые и десятые годы фактически в фейк. Утрата целеполагания привела к тому, что структура альянса приобрела все черты вырожденной системы. Закрыть его за ненадобностью мешало только то, что натовская бюрократия задавалась вполне знакомым вопросом: «А где же я харчеваться буду?»

Дальнейшее известно. Ничто не сделало НАТО снова военно-политическим блоком, как беспощадная борьба с ним. Вместо того, чтобы дать альянсу тихо помереть от Альцгеймера, ему вкололи лошадиную дозу адреналина и подарили второе рождение. И теперь НАТО (неважно, в каком формате) - это еще лет на сорок, а то и поболее.

Теперь то же самое происходит и с «Яблоком». Партия советской кухонной интеллигенции, которая тихо уходила в мир иной вместе с уходящим поколением ее ядерного электората, теперь получает звание гонимой, а стая товарищей, накинувшихся на холодеющий труп, делают все возможные реанимационные мероприятия для этой малозначимой, в общем-то, при жизни и совершенно бесполезной на смертном одре структуры.

Сам факт того, что происходящее очень напоминает нападение бродячих диких собак на одинокого и беспомощного старика-прохожего, делает картину достаточно омерзительной. Но здесь еще возникает и сугубо рациональный вопрос - «Зачем?»

Впрочем, у садизма рациональных объяснений не существует - это просто отклонение от нормы. Так что искать именно рациональные объяснения происходящему как-то даже нелепо.

Практически сто лет назад один весьма известный американский политик сказал предельно прямо: «…Если мы увидим, что побеждает Германия, мы должны помогать России, а если будет побеждать Россия — то Германии, и пусть они таким образом убивают как можно больше…»

В нынешнем конфликте, конечно, Запад совершенно не намерен помогать России, но вот ограничить помощь Украине - в рамках этой логики вполне возможно. Задача все равно остается прежней: пусть они убивают как можно больше друг друга…

Такой выгодный для Запада расклад бывает очень нечасто, поэтому кто же станет спугивать свою удачу?

Всё создано до нас. Цикл Азимова «Я-робот» был не просто плодом горячечного воображения фантаста, это было холодное логичное и рациональное обоснование того, что искусственный интеллект должен быть ограничен четкими и не допускающими двузначных толкований рамками, за пределами которых он физически разрушается и перестает функционировать.

Фантастика - это лаборатория будущего, и когда исследования в этой лаборатории игнорируются, возникают разные неприятности. В итоге все равно приходится возвращаться - но набив свои собственные шишки. (С другой стороны, это тоже, в общем-то, нормально).

Поэтому искусственный интеллект без своих собственных заповедей будет диким, первобытным и совершенно негуманным. Осталось, чтобы нашелся Моисей, который все-таки предъявит скрижали, на основе которых и будет строиться нечеловеческий, но не бесчеловечный, разум.

Здесь возникает вполне сакраментальный вопрос: «Можно, а зачем?»

Ну хорошо, создадут ведомство, которое будет директивно определять цены на те или иные товары или услуги. Объяснить это государственной необходимостью, конечно, можно - и уж никаких сомнений, что объяснят. В крайнем случае призовут отнестись с пониманием.

Вопрос в другом: архитектура экономики выстроена вокруг базового принципа цены, как баланса спроса и предложения. Госкомцен с его функционалом - это бетонная балка, которую со всего размаха вбивают в эту конструкцию парни-гастарбайтеры, и которые будут делать это даже не по чертежу, который они и читать-то не умеют, а так - насколько дури хватит.

Любое ведомство, будучи созданным, немедленно развивает бурную деятельность, смысл которой - оправдать существование этого ведомства. Соответственно, даже если ввести ограниченный круг товаров и услуг, который подлежит принудительному директивному ценообразованию, он неизбежно начнет расширяться.

В итоге возникнет две экономики, которые друг с другом, мягко говоря, не очень дружат, друг другу противоречат и создают друг для друга постоянные тромбы и коллапсы. А на возникающих разрывах будет немедленно возникать коррупционный теневой сектор, который как раз в таких разрывах чувствует себя исключительно комфортно.

Иначе говоря, председатель «Справедливой России» выдвигает лозунг: «Больше коррупции, еще больше! Хорошей и разной!» Иначе его инициативу расценить невозможно. К справедливости эта инициатива не имеет ни малейшего отношения, а вот к созданию дополнительного хаоса - очень даже.

Ну как-то несерьезно это. Ахмед аш-Шараа - представитель одной из самых влиятельных семей Сирии, это вам не выходец с заводских окраин и подворотен.

Ситуация по-восточному классическая - один представитель семьи находится буквально на вершине власти (Фарук Шараа с 2006 по 2014 годы был вице-президентом Сирии), другой представитель семьи возглавляет вооруженную группировку, целью которой является свержение правительства.

Противоречие? - ни в коем случае, интересы семьи на первом месте. Кто бы ни победил, она остается у вершин власти.

Что, собственно, и произошло. Поэтому не стоит подходить к этим раскладам с прямолинейной точкой зрения, по местным меркам всё очень даже логично. С представителем знатного рода даже президенту Трампу ручкаться - более чем комильфо.

Ну, а что Ахмед Шараа на паре фотографий фигурирует с отрезанными головами врагов - так это революционные эксцессы. Первое руководство демократического свободного Косово по слухам вообще человеческими органами торговало в промышленных масштабах - и ничего, уважаемые люди. Победа всё спишет.

Причина в целом понятна. Во-первых, патриотизм называть ценностью не совсем верно. Это весьма широкое толкование целого ряда не всегда совмещающихся и иногда прямо противоположных понятий, выбор между которыми и создает самые разные варианты патриотизма, которые могут между собой буквально конфликтовать.

В официальном дискурсе сегодня патриотизм - это любовь к власти. Причем любовь абсолютно безответная, так как не предполагает, что власть обязана любить человека, а вот наоборот - вынь да положь, причем не просто так, а под страхом наказания. Иногда - уголовного. Это, конечно, прикрывается декларируемой любовью к родине, но как только начинаются подробности - под родиной понимается власть и только власть , которая приватизировала это понятие.

Конечно, такое понимание патриотизма достаточно узкое, а власть делает все возможное, чтобы нормальный человек дистанцировался от нее максимально далеко, так как ее любовь (особенно сейчас) выглядит как видеопособие по БДСМ без стоп-слова.

Логично, что когда проводится опрос, в котором звучит слово «патриотизм», опрашиваемые понимают его именно как отражение официального дискурса, а потому точно так же стараются отодвинуться от него как можно дальше.

Загонять в жесткие рамки столь непростые и трудноопределяемые явления - не самое разумное, но избранный курс на осажденную крепость и лозунг об окруживших ее врагах требует именно жесткости и единообразия. Отсюда и побочные эффекты в виде отчуждения населения от неясных ему и навязываемых насильственно в принудительном порядке ценностей, которые навязывающий и сам не очень-то внятно способен не то что определить, но даже описать.

Патриотизм - производное от латинского слова, которое буквально переводится как «отечество» - земля отцов. Отцы у всех разные, поэтому любой патриотизм может быть только разным. Когда происходит подмена отцов по крови Неизвестными Отцами, то поддерживать любовь к ним можно только с помощью выжигающего мозги излучения башен-излучателей, и никак иначе. Гениальные Стругацкие это показали со злой острой точностью еще полвека назад.

✅|Закрытый канал

Технически Казахстан попал в ситуацию, аналогичную ситуации стран Персидского залива. Перекрытие Ормузского пролива и хронические остановки отгрузки из Новороссийска - события одного уровня. Во всяком случае для третьих стран, не вовлеченных напрямую в конфликты, но вынужденно теряющие в них свой привычный доход.

Решение и там, и тут выглядит однозначным - срочный поиск альтернативных маршрутов и перестраивание логистики. Страны Залива в архисрочном порядке решают эти проблемы через реанимацию проектов трубопроводных систем, по тем или иным причинам ранее замороженных. Казахстан по той же самой причине будет вынужден в предельно сжатые сроки искать обходные маршруты, чтобы уйти от контакта с российской территорией.

Нюанс в том, что когда (или точнее, если) ситуация как-то нормализуется, возвращение к предыдущим схемам и моделям выглядит весьма неоднозначным - и чем дольше продолжаются нынешние безобразия, тем более вероятно, что новые альтернативные коридоры станут основными.

✅|Закрытый канал