Телеграм канал «Открытые пространства»

Бывший спикер Палаты представителей Ньют Гингрич предложил с помощью 12 ядерных взрывов прорезать новый Ормузский канал через «дружественную территорию» между Дубаем и Абу-Даби.

Тогда получится водный путь шире Панамского канала и глубже Суэцкого. Республиканец уверяет, что такой маршрут будет безопасен от иранских атак. Владельцы недвижимости в Дубае могут с такой инициативой не согласиться. @banksta

Построить обход Ормузского пролива можно. Наверное. Но это не снимает риски: новый канал точно так же можно обстреливать через пролив с иранской стороны - и беспилотниками, и ракетами, и артиллерией (реактивной). Да и диверсанты/боевые пловцы - они тоже могут принять участие в таком фестивале, скажем, взорвать судно в момент входа или выхода из такого канала, закупорив его (можно вспомнить не так уж давнюю историю с перегородившим Суэц кораблем). А значит, оборонять такой канал придется очень серьезно. И без гарантий.

Лучшая ПВО - это нейтральный или дружественный сосед. Тогда есть шанс, что с его стороны не прилетит ничего тяжелое. Но это пока точно не наш случай.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Иран де-факто парализовал движение по Ормузскому проливу, нанося колоссальный ущерб экономике соседних нефте- и газодобывающих государств - Ираку, Кувейту, Катару, в какой-то мере Саудовской Аравии. Цель, как можно понять - вынудить их заставить США прекратить военную операцию. Цель, нужно отметить, выглядит не слишком убедительно, но другого у Ирана вообще нет.

Нюанс в том, что США могут создать для Ирана патовую ситуацию - практически весь экспортный потенциал Ирана сосредоточен в единственном месте - острове Харг. Дело в том, что на нем расположены глубоководные причалы, способные принимать крупные океанские танкеры, а вот остальное побережье и порты слишком мелководные. За пределами Ормузского пролива есть несколько терминалов, но они принимают буквально несколько процентов иранской нефти. В итоге через Харг проходит по разным оценкам от 90 до 95 процентов всего иранского экспорта нефти.

США могут провести наземную операцию по захвату острова, тем более, что уже проведена бомбардировка военных объектов на нем, и они, по заявлениям военных, полностью уничтожены. В район Залива полным ходом идет группировка, включающая в себя 2,2-2,5 тысяч морских пехотинцев - что при поддержке с моря и воздуха при тотальном доминировании США может быть достаточно для проведения такой операции (площадь острова примерно равна 30 кв. километрам, военная группировка Ирана на нем серьезно ослаблена).

Захват Харга позволит предложить «сделку» - распаковка Ормузского пролива в обмен на возвращение доступа к Харгу.

У американцев тоже, в общем-то, вариантов немного: проводка конвоев или захват прибрежной к проливу зоны выглядят весьма сомнительно с точки зрения эффективности. Удерживать такое положение будет крайне непросто, а риски останутся слишком большими. «Размен» выглядит более перспективно.

Проблема остается прежней: решительно непонятно, с кем договариваться. Новый верховный лидер неизвестно где, неизвестна степень его дееспособности и вообще - жив ли он. Разговаривать с Пешезкианом или любым иным чиновником или генералом - неясно, насколько любой из них способен контролировать фрагментированную систему власти и управления Ирана. И без такого понимания операция по захвату Харга может оказаться бессмысленной - ну, возьмут американцы его под контроль, а что дальше? С кем договариваться о мире?

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Пока уверения Трампа о том, что 90 процентов ракетной инфраструктуры Ирана уничтожено, не выглядят правдоподобными. Пуски ракет по Израилю и странам региона, а также удары беспилотниками продолжаются, хотя и менее интенсивно. Вопрос в том, как долго могут продолжаться ответные удары Ирана, но пока ясно, что оптимизм Трампа сильно преувеличен.

Вообще, сам рисунок этой войны выглядит достаточно противоречивым. С одной стороны, уничтожение высшего руководства страны явно разрушило (по меньшей мере на данном этапе) единое централизованное управление - настолько, что власти Ирана не в состоянии предъявить единого публичного лидера с реальной полнотой власти, которая была бы очевидной для всех. Оборона Ирана очевидно фрагментирована и действует во многом хаотично.

Политически неясно, с кем вообще можно вести разговор. С военной точки зрения тоже неизвестно: Иран сопротивляется по какому-то единому и скоординированному плану, или разные фрагменты его обороны ведут каждый свою собственную войну в пределах прежних планов и текущих возможностей?

И именно такая фрагментация противника создает нешуточные проблемы: сопротивление Ирана реально продолжается, а возможностей стабилизировать ситуацию и вынудить его капитулировать становится все меньше.

Сама по себе концепция физической ликвидации руководства теоретически выглядела очень многообещающе, однако на практике возникли последствия, к которым атакующие оказались откровенно не готовы.

Поэтому война продолжается. Для снижения уровня сопротивления фрагментов иранской военной машины коалиции США/Израиль нужно эскалировать свои действия, для прекращения военных действий нет явного результата в виде каких-то переговоров и принятия обязывающих Иран документов. И даже неясно - с кем вообще можно вести такие переговоры. Формально структуры существуют, но их уровень легитимности и способности контролировать внутреннюю ситуацию стали неизвестными.

В таком формате понятие «победа» коалиции и «поражение» Ирана (равно как обратные оценки) теряют содержательный смысл - становится неясно, что в такой ситуации считать победой, а что - поражением в этой войне. И возникает довольно странная политическая конструкция: Иран эту войну точно проиграл — но и коалиция не имеет реальных возможностей её выиграть.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Очередное выступление министра иностранных дел Ирана, и очередная порция уверений, что с новым лидером страны все в полном порядке. Тем не менее, пока он никак не обозначился визуально, а единственное свидетельство его существования — зачитанный диктором текст на фоне фотографии.

Вопрос безопасности, особенно в обстановке военного времени — это важно, но еще более важно — это снятие любых неясностей по поводу состояния лидера. Вряд ли иранское руководство не отдает себе отчет в некоторой двусмысленности происходящего, но, по всей видимости, что-то действительно не дает возможности предъявить нового рахбара в явном виде.

Долго продолжать эту таинственность нельзя — легитимность Хаменеи и без того выглядит не слишком уверенной, так как династической передачи руководства в Иране пока еще не было, и она совершенно не вписывается в действующие каноны высшей власти. Чем дольше будет продолжаться неопределенная ситуация, тем менее легитимной будет выглядеть вся нынешняя конструкция управления страной. Явное отсутствие первого лица государства (конструкция власти в Иране не позволяет президенту Пешезкияну принимать единоличные решения) может поставить вопрос ребром о полномочиях любых руководителей Ирана, когда дело дойдет до фиксирования результатов нынешнего военного конфликта. С кем разговаривать, проще говоря?

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Иран продолжает наносить удары по ОАЭ и, в частности, сегодня пришли сообщения об ударе беспилотника по небоскребу одного из финансовых центров Дубаи. Выглядит такая военная активность крайне странной и даже иррациональной.

Почему иррациональной? Дубаи и ОАЭ в целом еще до нефтяной эры был торговым перекрестком региона, где процветала морская торговля. Ключевую роль в ней играли именно иранские торговые семьи южной части страны: Ларестана, Бушира, Бендер-Аббаса. Наиболее известные и влиятельные семьи, которые от простой морской торговли перешли к региональной и даже макрорегиональной торговле: семья Алави, занимавшаяся торговлей между Персией, Индией и арабскими портами, семья Намази, построившая не только торговую, но и финансовую империю, семейные сети Ларестана (Эбрахим, Бастаки), которые создали прообраз реэкспортной торговли, семья Фалакназ — строительство, недвижимость, торговля, семейная сеть Галадари, которая сегодня полностью интегрирована в экономику Эмиратов и работает в сфере медиа и недвижимости.

Эти семейные династии, кланы и торговые сети несколько сот лет вели торговлю в регионе и создали неформальные связи по всему региону. Практически все они были либо нейтральны, либо враждебны революции 1979 года, но именно созданная ими инфраструктура стала основой для революционного Ирана для обхода западных санкций. Дубаи в этом смысле стал ключевым хабом серой торговли Ирана (через Дубаи проходит до 40% всего серого импорта Ирана)

Мало того: сегодня Дубаи стал крупнейшим узлом мировой серой торговли в силу целого ряда преимуществ, но стоит отметить, что не единственным. Сегодня он входит в качестве лидера в первую шестерку таких узлов обхода любых санкций: это сам Дубаи, Стамбул, Гонконг, Сингапур, Алматы и Ереван – через эти шесть городов проходит значительная (или даже большая часть) параллельной и санкционно-обходной торговли. (В скобках можно упомянуть немного удивительную вещь - речь идет именно о городах, а не странах - что само по себе отдельная тема любого разговора об этом)

Уже поэтому ожесточение, с которым Иран сегодня буквально громит свой ключевой хаб серой торговли, выглядит не просто иррационально, а за гранью понимания — и это создает весьма непростые варианты ответов на вопрос: а зачем?

Рационально можно предположить, что тем самым Иран демонстрирует свою способность и готовность нанести колоссальный ущерб глобальной серой торговле с целью побудить всех ее участников оказать давление на США и Израиль — однако с практической точки зрения эта причина явно не выглядит реалистичной. Страны-участницы серой торговли как раз и занимаются ею в силу того, что не имеют возможность оказывать системное давление на ведущие страны мира, в том числе и США.

Поэтому ответ может быть весьма тревожным: Иран перестает видеть себя хоть в каком-то будущем и реализует суицидальную установку «Мы попадем в рай, а они сдохнут» - но это же означает, что режим в Иране всерьез готовится к своему коллапсу и хочет получить за него (за коллапс) максимальную цену. Хотя видит ее именно в тотальном разрушении окружающего себя пространства. Это похоже на сцену из фильма «Освобождение», когда Гитлер отдает приказ затопить берлинское метро со словами: раз немецкий народ оказался недостойным своего фюрера, пусть он погибнет вместе с ним. В фильме это была своего рода художественная аллегория, но очень может быть, что сегодня именно ее и пытается реализовать иранское руководство.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Вчера появилась информация о том, что Россия опередила Китай по числу заблокированных интернет-ресурсов: более 300 тысяч уже находятся в этом статусе. Нужно только уточнить: «более 300 тысяч» — цифра верна как текущий срез, но кумулятивно их уже миллионы (называются данные о 4,7+ млн, хотя стоит уточнить - в это число входят и IP-адреса, и доменные маски, так что эти миллионы статистически расплывчаты). В любом случае процесс набирает ход и, по сути, российский интернет уже представляет из себя буквально «ошмётки», быстро теряющие структурность.

Всё это подается как мера контроля в сложной обстановке и делаются туманные, но определённые намеки на то, что «мы еще толком не начинали, всё ещё впереди». В частности, уже почти без обиняков озвучиваются будущие запретительные действия против Телеграм и протоколов VPN. Суммарно подобные действия подаются как строительство суверенного информационного пространства.

Здесь стоит выключить эмоции и посмотреть на ситуацию с рациональной точки зрения. Назвать такого рода действия контролем становится всё более затруднительно. Управлением — тем более. Дело в том, что контроль — это действия, направленные на удержание системы в заданных границах и параметрах. Он не тождественнен управлению, так как управление — это способность реализовывать проекты, сохраняющие свою целостность и структурность на протяжении всей реализации и создающие устойчивую конфигурацию системы после своей реализации. Контроль является частью управления, а не чем-то отдельным от него.

Проблема очевидна: для того, чтобы сохранять параметры в заданных структурных границах, их нужно определить. Государство может определить пределы только одним способом: через программные документы, чтобы разные структуры с разным функционалом могли регламентировать свою деятельность в обозначенных документами рамках. В нашем конкретном случае все действия обосновываются борьбой за безопасность, причем понятие безопасности никак не верифицировано. Неясно, что понимается под ней и каковы ее пределы. Более того: если контроль — это часть управления, то не менее важно понимать — в рамках какого именно проекта он осуществляется. А значит, такой проект тоже должен обладать понятной и проверяемой целью. И опять же — иметь четкое и внятное непротиворечивое описание через те или иные официальные документы. Проект, проводимый как секретная спецоперация, когда никто не видит общей картины — это выглядит красиво для зрителя детективного сериала или конспиролога, ищущего везде заговоры и «многоходовки». В реальной жизни такое положение вещей немедленно приводит к управленческому хаосу.

Хаос, которым сопровождаются действия в отношении информационного пространства, не обладает признаками ни контроля, ни управления. И более того: как любой хаос, он динамически разрастается, ускоряясь и захватывая всё новые пространства. Неудивительно, что сегодня в блокировку попало такое огромное количество информационных ресурсов — процесс набирает ход, и чем больше блокировок — тем быстрее происходит фрагментация.

Подобное состояние аналогично развитию нейродегенеративного заболевания, когда погибают нейроны и разрываются связи между ними. Легкая забывчивость при болезни Альцгеймера или легкий тремор при болезни Паркинсона со временем приходят к следующим стадиям, когда больной постепенно теряет способность к самообслуживанию, речи, движению. И этот процесс по своей природе прогрессирующий — каждая новая стадия начинается с качественных изменений, вызванных распадом критического количества нейронных связей.

Какой именно диагноз у российской системы управления (Альцгеймера, Паркинсона, Гентингтона, рассеянный склероз или что-то еще) — это вопрос, который логично задать консилиуму профессионалов, главное здесь — сам факт того, что это заболевание уже можно диагностировать как реально существующее. А значит — нужно быть готовым к следующим (и неизбежным) его стадиям.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»

Дмитриев предрек начало крупнейшего в истории энергетического кризиса, связанного с резким ростом цен на нефть.

Пока, если откровенно, предпосылок даже просто для кризиса всё ещё нет. Пока наблюдается чисто психологическая реакция и желание биржевых игроков заработать на политической коньюнктуре. Структурные проблемы могут начать проявляться ближе к лету - но их масштаб сейчас нет смысла обсуждать в силу крайней неопределенности обстановки.

Блокада Ормузского пролива - это примерно минус 20 процентов мирового предложения нефти. Но Саудовская Аравия уже перебрасывает порядка 3-5 млн баррелей нефти по рокадному нефтепроводу в сторону Красного моря (а по заявлению Арамко - эти объемы будут доведены вообще до 7 млн баррелей в сутки), у США есть возможности нарастить добычу на 2-3 млн баррелей в сутки, и не стоит забывать о примерно миллиарде баррелей нефти, находящихся в хранилищах (наземных и морских). Это примерно трехмесячный резерв, который способен закрыть возникший дефицит предложения.

К концу весны, если военная операция США и Израиля еще будет продолжаться, кризисные явления начнут возникать уже довольно серьезные - как минимум, можно предполагать дефицит предложения в 10 млн баррелей в сутки. Если рассуждать чисто в рыночных категориях, то цена нефти примерно в 110-120 долларов за баррель способна в таком случае выровнять баланс спроса и предложения. Даже если "набросить» еще долларов 10 сверху на спекуляции, все равно эта цена не выглядит запредельно высокой - перед кризисом 2008 года примерно такие же цены на нефть и наблюдались. Причем тогда доллар был заметно «тяжелее» - за почти двадцать лет инфляция существенно облегчила американскую валюту.

Иначе говоря - кризис, безусловно, может произойти, но называть его «крупнейшим в истории» - это пока слишком оптимистично со стороны Дмитриева.

✅|Закрытый канал

✅| Канал «Книги»