Боец в гибридной войне: фронт теперь проходит через голову
Продолжаю серию постов когнитивной войны: посты: 1, 2, 3, 4
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И (ИЛИ) РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ АЛЕХИНЫМ РОМАНОМ ЮРЬЕВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА АЛЕХИНА РОМАНА ЮРЬЕВИЧА 18+
Есть один момент, который многие до сих пор не понимают. При этом, ни гражданские люди, ни командиры. Современный боец воюет не только на передовой. Он одновременно находится ещё в одном пространстве — информационном.
Раньше солдат уходил на фронт и фактически выпадал из гражданской среды. Письма шли неделями. Новости доходили через командование. А мир сжимался до подразделения.
Сегодня всё иначе: в кармане смартфон. в телефоне — новости, телеграм-каналы, видео, комментарии, родственники, друзья, блогеры, «эксперты».
И это становится новым фронтом. Представьте простую ситуацию: вбрасывается новость - «катастрофа», «предательство», «огромные потери», «всё бессмысленно». Новость разгоняется по сетям.
Через час она уже в телефонах, через — её обсуждают родные. Через три — начинают звонить или слать голосовухи: Ты где? Что происходит? Почему нам ничего не говорят?
И вот боец, который ещё утром выполнял задачу, начинает жить в двух реальностях. В одной — его подразделение, командир, конкретная работа, а в другой — поток эмоций из гражданского мира.
Так и работает когнитивная атака, которая не разрушает окопы, но разрушает уверенность.
Ещё Евгений Месснер писал в 60-х годах о мятежевойне — войне, где главный фронт проходит не по линии обороны, а в сознании людей.
Сегодня эта мысль стала буквально технологией. Потому что раньше, чтобы деморализовать армию, нужно было вести пропаганду месяцами. Теперь достаточно нескольких часов.
Но уязвимость возникает не сама по себе.Есть несколько вещей, которые делают армию особенно чувствительной к таким ударам.
Первое — когда не объяснена цель. Боец может выдержать многое, но ему нужно понимать, ради чего. Если стратегический смысл операции не проговорён, пустоту начинает заполнять чужая интерпретация.
Второе — когда между словами и реальностью возникает разрыв. Если официальная картина слишком отличается от того, что люди видят вокруг, появляется недоверие. А недоверие — идеальная почва для когнитивной атаки.
Третье — когда с бойцом никто не разговаривает по-настоящему. Живое объяснение, разговор, честный ответ на вопрос — это не «идеология», а элемент боеспособности.
❗️Пустоту всегда заполняет кто-то другой.
И четвёртое — смартфон как оружие. Мы привыкли считать оружием дроны, ракеты, артиллерию. Но в гибридной войне иногда сильнее работает обычный телефон в кармане. Через него можно воздействовать на бойца напрямую, минуя всю систему командования.
Поэтому сегодня устойчивость армии строится не только на технике. Она строится на трёх вещах.
Первое. Доверие к командиру. Если есть доверие, внешний шум работает намного слабее.
Второе. Понимание смысла войны. Когда боец знает, что именно он защищает, его сложнее расшатать.
И третье. Ощущение себя частью чего-то большего — истории, страны, народа.
Армия вообще всегда отражает общество.
Если общество расколото — армия чувствует это первой.
Если общество уверено в себе — это чувствуется и на фронте. Поэтому гибридная война против армии на самом деле начинается намного раньше — в школах, в медиа, в культуре, в разговорах о собственной стране. Именно там формируется тот внутренний каркас, который потом держит человека в самых тяжёлых условиях.
Вывод соцтехнолога:
Информационная дисциплина сегодня такая же часть подготовки, как стрельба или тактика.
Бойцу нужно объяснять смысл происходящего — иначе его объяснят другие.
Работа с семьями военных — часть системы обороны.
Самая сильная защита от когнитивной атаки — уверенность в правоте своего дела.
❗️В гибридной войне иногда побеждает не тот, у кого больше оружия. А тот, у кого крепче внутренний каркас.
Поддержать автора:
+7 995 241-10-20, Т-Банк
Честь имею 💬Роман Алехин. Канал в МАХ - здесь.