📉 Дефицит федерального бюджета уже 8,4 трлн рублей — и это не шутка
Плановый дефицит на 2026 год уже успели увеличить на 1 трлн — с 3,786 до 4,828 трлн рублей. А по факту, судя по оперативным данным, дефицит уже достиг 8,4 трлн. Впереди ещё около 5 месяцев, а годовой план по дефициту перекрыт почти вдвое. Это не просто «превышение» — это бюджетный шторм.
Многие спрашивают: куда уходят свежие деньги? Денежная масса выросла на 17% год к году на 1 июля. Часть этих денег идёт на покрытие дефицита бюджета.
❓ Как Минфин закрывает дыру, если ОФЗ не размещаются?
С июля Минфин не проводит аукционы ОФЗ. Причина проста: не хочет размещать долг под 16%+ годовых.
Но деньги нужны. И их берут — у банков. Схема выглядит так:
🔘 Банки (прежде всего системно значимые кредитные организации) выкупают ОФЗ на первичных аукционах (когда они ещё проводятся).
🔘 Тут же закладывают их в РЕПО в Центральном банке. Это позволяет банкам получить ликвидность под залог облигаций — и не нести риски падения их стоимости.
🔘 ЦБ для этого и снизил ставку — чтобы дать банкам понять: ОФЗ будут расти, а не падать. Снижение ставки делает облигации более привлекательными и снижает стоимость залогового РЕПО.
🔘 Когда аукционы ещё проводились, банки покупали ОФЗ на аукционах и продавали на Мосбирже, зарабатывая на спредах и перекладывая риски на розничных инвесторов.
Это мягкая форма монетизации долга: ЦБ раздаёт банкам ликвидность через РЕПО, банки покупают госдолг, а бюджет получает деньги. Формально это не «печатный станок», но по сути — скрытое финансирование дефицита через банковскую систему.
🚨 Что это значит?
✅ Бюджет продолжит финансироваться, даже если аукционы ОФЗ не проводятся.
❌ Но это наращивает долговую нагрузку банков и создаёт риски для финансовой стабильности.
❌ Рост денежной массы М1 (+17% г/г) при ограниченном предложении товаров — прямой проинфляционный фактор.
❌ Чем дольше Минфин избегает рыночных заимствований, тем больше зависимость от «ручного» управления через банки и ЦБ.
Вывод: дефицит бюджета уже вдвое превышает годовой план. Минфин не может размещать долг по рыночным ставкам — и использует банки как прокладку между бюджетом и ЦБ. И это создаёт долгосрочные риски: для инфляции, для рубля, для финансовой системы.
❗️ Создателю Telegram Павлу Дурову заочно предъявлено обвинение в содействии террористической деятельности, «он объявляется в международный розыск», сообщили в ФСБ.
В ведомстве заявили, что администрация Telegram не удаляет каналы и боты, используемые для терактов, диверсий, массовых убийств.
Как строилась карьера предпринимателя — в фотогалерее «Ъ».
Банк России загнан в угол. Слишком много факторов одновременно толкают цены вверх — и почти ни один из них не зависит от денежно-кредитной политики. Топливный кризис, рекордный бюджетный импульс, разогнавшиеся кредиты, перегретый рынок труда и инфляционные ожидания, которые уже оторвались от реальности. Давайте разбираться.
🏛 Бюджетный импульс — главный драйвер инфляции
Государство продолжает наращивать расходы, и это создаёт системное проинфляционное давление:
🔘 Напрямую поддерживает выпуск и занятость, но без роста предложения товаров и услуг.
🔘 «Вытягивает» дефицитные ресурсы из частного сектора в ВПК, усиливая кадровый голод.
🔘 Трансформируется в доходы работников и подрядчиков, но продукция ВПК не увеличивает товарную массу в гражданском секторе.
🔘 Через лаг переходит в потребительские расходы — через рост зарплат и высокие доходы работников ВПК и участников СВО.
🔘 Увеличивает денежную массу в необеспеченном формате — деньги есть, а товаров нет.
🔘 Ограничивает пространство для роста частного кредита, совместимого с ценовой стабильностью.
Суть: чем мягче бюджет, тем жёстче должна быть ДКП. Это аксиома для ЦБ.
💳 Кредитный канал — второй фронт
На фоне бюджетного импульса кредитование тоже разгоняется, создавая дополнительное инфляционное давление:
🔘 Корпоративные кредиты финансируют оборотный капитал и инвестиции, усиливая конкуренцию за кадры и стимулируя рост зарплат выше производительности труда.
🔘 Розничное кредитование поддерживает потребление при дисбалансе спроса и предложения.
🔘 Льготные кредиты снижают чувствительность отдельных секторов к ключевой ставке — чем больше льгот, тем выше должна быть рыночная ставка.
🔘 Предыдущие решения по ставке действуют с лагом до 4 кварталов и ещё не реализовались полностью.
Повышенные ожидания населения и бизнеса работают как ускоритель инфляции:
🔘 Стимулируют опережающие траты — люди покупают сейчас, боясь будущего обесценения денег.
🔘 Снижают склонность к долгосрочным сбережениям, ускоряя денежно-кредитные мультипликаторы.
🔘 Повышают требования к зарплатам, запуская инфляционную спираль.
🔘 Сокращают воспринимаемую реальную доходность вкладов, провоцируя переток в потребление или валюту.
🔘 Повышают вероятность вторичного переноса любого ценового шока — любой сбой воспринимается как сигнал к накопительству.
📉 Падение инвестиций — инфляционная бомба замедленного действия
Падение инвестиций краткосрочно дезинфляционно (сокращает спрос на оборудование, сырьё, строительство, труд). Но в среднесрочной и долгосрочной перспективе это чистый проинфляционный фактор:
🔘 Ухудшает инфраструктуру.
🔘 Ограничивает производительность и качество товаров и услуг.
🔘 Снижает потенциальный выпуск.
⚡️ Дополнительные риски, которые невозможно игнорировать
Тарифы. Осенняя индексация тарифов естественных монополий — причём тарифы растут выше инфляции.
Налоговый маневр. Неопределённость с налоговыми изменениями на 2027 год — высокий дефицит бюджета может потребовать новых корректировок налогового законодательства.
Топливный кризис и логистика. Потенциальное разрушение транспортно-логистической инфраструктуры — масштаб и продолжительность невозможно прогнозировать, но это проинфляционный фактор с высокой степенью неопределённости.
Ослабление рубля. Внешний контур тоже не стоит списывать со счетов.
📌 Итог
У ЦБ нет ни одного аргумента для смягчения ДКП. Бюджет разгоняется, кредиты растут, инфляционные ожидания закрепляются, а инвестиции падают, создавая долгосрочное проинфляционное давление. Топливный кризис и логистические риски добавляют непредсказуемости.
🏦 Пространство для манёвра: два шага по 0,25% и пауза. ЦБ формализовал сценарии до конца года
Банк России в июльском прогнозе обозначил среднюю ключевую ставку на 2026 год в диапазоне 14,5–14,6%. Это не просто цифры. Это чётко очерченное пространство для манёвра. Расшифровываю: в лучшем случае — два снижения по 0,25 п.п. и одна пауза. В худшем — полная остановка смягчения до конца года. Повышения ставки в базовом сценарии нет, но регулятор дал понять: если риски реализуются, он готов вернуться к ужесточению.
🧮 Арифметика ставки: сколько осталось до конца года?
Верхняя граница прогноза (14,6%): полная остановка смягчения. Ставка 14% держится до конца года. Никакого роста — только пауза.
Итог: в 2027 год войдём со ставкой 13,5% в лучшем случае. В худшем — так и останемся на 14%.
📌 Июльская пресс-конференция: не о ставке, а о защите модели
Многие пытались разглядеть в июльском выступлении ЦБ «нотки мягкости». Я не увидел ничего подобного. Это было не обсуждение уровня ставки, а защита институциональной модели инфляционного таргетирования от пяти конкурирующих нарративов:
1️⃣ «Поднимите цель по инфляции с 4 до 6%» — исключено. Это заякорит высокие ожидания и приведёт к ползучей инфляции к двузначным значениям.
2️⃣ «Снизьте ставку ради роста» — приведёт только к инфляции. В условиях структурных ограничений предложения это не рост, а разгон цен.
3️⃣ «Снизьте ставку ради госдолга» — фискальное доминирование со всеми вытекающими. ЦБ не позволит бюджету «сесть на шею» ДКП.
4️⃣ «Замените ставку административным контролем цен» — дефицит и чёрный рынок. Уже проходили.
5️⃣ «Признайте, что жёсткая ДКП сформировала стагфляцию» — все причины замедления экономики ЦБ переадресовал правительству и структурной трансформации. Ответственность за экономический рост — не его зона.
🚨 Готовность к повышению — если риски реализуются
ЦБ чётко артикулировал: повышение ставки понадобится лишь при длительном структурном сокращении производственного потенциала и неконтролируемом распространении вторичных издержек от топливного кризиса на устойчивые компоненты инфляции.
Перевод: «Пока не будем повышать, но не сомневайтесь — мы готовы».
❗️ Баланс рисков: жёсткость никуда не делась
По сравнению с июнем тональность стала жёстче. В прогноз заложена более высокая траектория ставки. Дефицитный бюджет уже встроен в базовый сценарий. Инфляционные ожидания — в фокусе. А влияние геополитики (топливный кризис, разрушение логистики и производственных мощностей) намеренно опущено до «временного тайминга» — с чётким допуском оперативного реагирования.
✍️ Итог
ЦБ дал рынку математику: максимум два снижения по 0,25 п.п. до конца года, а затем — пауза. Сценарий повышения исключён из базового, но не из гипотетического. Июльское снижение — не начало цикла, а скорее его завершение. Жёсткость ДКП сохранится.
Пространство для манёвра сужено до предела. ЦБ готов защищать модель таргетирования от любого давления — и политического, и бюджетного, и корпоративного. Пауза в снижении ставки неизбежна.