История, которая звучит как сценарий для фильма, но случилась на самом деле. 24 года, $45 млрд под управлением, сотни процентов прибыли — и один рыночный разворот, который стёр почти всё.
Почему вундеркинды часто горят на плечах и чья рука оказалась в этой истории сильнее, — в материале RationalAnswer: pikabu.ru/link/zELJcJOlBv
Работал я как-то в должности руководителя отдела обучения. Компания крупная, есть специфические технические моменты, которым необходимо обучать персонал. Штат растёт, открываются новые точки, появились партнёры, персонал которых тоже нужно обучать. Плюсом добавляются задачи по разработке дистанционного обучения, командировки.
Смотрю на своих сотрудников, на наши графики и понимаю, что и мне в отдел нужен ещё хотя бы один специалист. Иду к руководству, предоставляю информацию, обоснование, графики, нагрузку... Получаю ответ, что «подумаем». Ещё около месяца на каждом совещании озвучиваю потребность отдела в ещё хотя бы одном сотруднике и наконец получаю одобрение.
Составляю заявку для HR, в которой указываю требования к кандидату. Отправляю рабочей почтой и, на всякий случай, заношу лично к ней напечатанную на бумаге копию. Ну вот, дело пошло. Потираю руки и ожидаю кандидатов.
Неделя, две, три... Периодически пишу HR, получаю ответ, что поиск идёт, подходящих кандидатов нет. На очередном собрании в присутствии собственника и всех высоких руководителей поднимаю этот вопрос, указываю, что нагрузка на отдел растёт, эффективность падает. Прошу придержать задачи — график у сотрудников расписан на два месяца вперёд, некуда мне впихивать дополнительные задачи. Естественно, получаю нагоняй: что я планирую и вообще, укомплектованность отдела — ответственность руководителя отдела.
Ок.
После собрания, пылая праведным гневом, иду к HR-девочке, чтобы посмотреть ей в глаза до самой печени и, по возможности, испепелить её бренное тельце. Захожу в её кабинет, она как раз ведёт переговоры с кандидатом по телефону, правда не в мой отдел. Присел напротив, подождал, пока она наулыбается в телефонную трубку, подуспокоился, и когда она закончила щебетание и переключила внимание на меня, спросил, что там с подбором в мой отдел.
Далее диалог (Я — я, HR — ТП):
Я: — Катя, что по поиску сотрудника в мой отдел?
ТП: — Ну я же сказала, что пока нет подходящих кандидатов...
Я: — Кать, дай мне доступ к нашему личному кабинету на HH, я сам посмотрю резюме.
ТП: — Ой, так нельзя, я несу ответственность за подбор людей и вообще Вы некомпетентны в этом вопросе.
Я: — А как ты оценила мою компетентность?
ТП: — По Вашей заявке... Вы указали, что подойдёт человек с опытом от 1 года и средним образованием.
Я: — Всё верно. Если человек целый год работал в схожей должности, он мне подходит, я готов доучить его на рабочем месте.
ТП: — Я считаю, что такие люди нам не подходят, поэтому отредактировала требования. Указала опыт от 6 лет и высшее образование. Это вопрос репутации компании, сами понимаете!
Занавес.
То есть я написал конкретные требования, указал их в заявке, а она решила, что лучше знает, какой сотрудник нужен в мой отдел. Вопрос решался через руководство в итоге, ибо мои доводы она слушать отказалась и ей было всё равно на «требования заказчика».
Автор на Пикабу: FrontS
Комментарии: pikabu.ru/link/0YouGQGFoB
Искусственный каньон с терракотовыми стенами, 27-метровый холм с видом на чёрную стеклянную крышу стадиона, озеро с туманом и подсветкой — и «космический туалет», куда приходят фотографироваться. Автор продолжает разбирать парк Галицкого, обращая внимание на детали, которые выдают настоящий масштаб проекта.
Почему кресло на террасе стоит как машина, как скрыты инженерные коммуникации и зачем Галицкому понадобился холм высотой с девятиэтажный дом, — в материале Designbook: pikabu.ru/link/OGYjaJ0J5r
Я в 16 лет осталась одна дома на целые сутки — отец на смене был, мама уехала. Мы с друзьями к этому событию готовились заранее. Раздобыли водку, портвейн, сангрию, банку самогона и полбутылки спирта (дело было в начале 90-х, в небольшом северном посёлке). Нажарили картошки, кто-то принёс квашеную капусту, маринованные грибы и огурцы. Я сварила брусничный морс.
Накрыли стол-книжку в зале, включили магнитофон и пошло веселье. Сначала бегали курить на лестницу, потом решили не бесить соседей и стали курить на кухне. Я так подумала: отец у меня курил иногда на кухне, значит можно. Если учует запах, скажу, что подружка заходила и покурила, не успело выветриться. Не помню, как мы начали курить в зале. Я на тот момент уже была храбрая и в завтрашний день смотрела с уверенностью.
Ночью, часа в 2, когда уже все разошлись, я стала осматривать квартиру в поисках следов попойки. Всё стояло на своих местах. Убрать посуду и стол мне помогли друзья перед уходом. Я подожгла в кастрюле лавровые листы, открыла окна и стала гулять с этой кастрюлей по комнатам, чтобы выкурился запах сигарет.
Потом села в зале на диван отдохнуть и офигела. Почти в центре почти нового паласа (года ему не было, родители стояли за ним в очереди несколько месяцев — было такое у нас на севере: на покупку мебели, ковров, бытовой техники можно было встать в магазине в условную очередь или добывать всё это каким-то другим путём) я увидела прожжённое сигаретой пятно размером с моё ухо, в которое я рисковала получить от родителей, если сейчас срочно не придумаю, как от него избавиться.
Я попробовала его соскоблить ножом. Не помогло. Палас был толстый, синтетический, плотный ворс расплавился и застыл, как смола. Ничего другого я не придумала, как срезать подчистую лезвием оплавленные ворсинки и закрыть плешь гладью из подходящих по цвету ниток, благо навыками шитья я владела отлично.
Взяла длинные иглы, нитки двух цветов и приступила к вышивке узора. Мне было плохо от выпитого, очень хотелось спать, но выхода другого я не видела. Свернуть палас не получилось — он с двух соседних сторон был прижат тяжёлой мебелью, поэтому пришлось делать так: втыкаю иглу, пролезаю под палас, вытягиваю иглу снизу, втыкаю иглу снова, вылезаю из-под паласа, вытягиваю иглу сверху. И так сотню раз, наверное.
Когда в 9 утра пришёл папа, я просто лежала на диване и тряслась от усталости и похмелья. Он спросил, почему я так рано встала, воскресенье же. Я зачем-то ответила, что прекрасно сегодня выспалась, а потом дождалась, когда он уснёт, и завалилась тоже спать.
Проснувшись, я трезвым взглядом осмотрела палас и даже не сразу нашла среди крупного раппортного орнамента заштопанное место. Я очень гордилась собой — это был мой первый опыт штопки ковров, и меня распирало этим похвастаться. Но я стойко продержалась несколько лет. У меня даже появился ритуал: заходя в зал, я отыскивала глазами зашитый участок, убеждалась, что он не стал заметнее, радовалась, что нашла его не сразу, и со спокойной душой жила дальше.
Когда мне надоело играть в эту игру в одиночку, я всё рассказала маме. Ну как всё. Сказала, что приходили подружки, мы гадали и уронили свечку на пол. Мама посмеялась и сказала, что я зря молчала столько времени, а вышивка и правда получилась качественная и руки у меня золотые.
А я стояла и прикидывала, откуда бы сейчас могли торчать мои золотые руки, расскажи я тогда всё вовремя и правдиво.